10 недель спустя

Кошмар наконец подходит к концу. Ну… по крайней мере, для некоторых из нас.

Я сижу на первом ряду в суде, твёрдое, отполированное дерево скамьи больно врезается в мои бёдра.

Мой взгляд скользит в сторону, я поворачиваю голову и смотрю назад — на Старлет и Хлою. Они сидят несколькими рядами дальше. Им не обязательно было приходить, но я понимаю, почему они здесь.

Судья ударяет молотком, и в зале сразу воцаряется тишина. Моё дыхание застревает в горле, когда дверь сбоку, тяжёлая дубовая дверь, скрипит, открываясь. Каждый взгляд в зале, включая мой, устремляется туда.

Входит Дэйн. Его сопровождают двое офицеров, металлический блеск наручников на запястьях и щиколотках вспыхивает в жёстком свете люминесцентных ламп. Он стал худее, бледнее, его обычно живые глаза теперь затенены.

Он поднимает голову, и его взгляд, эти знакомые, завораживающие голубые глаза, находит мои. Он улыбается. Я не отвечаю. Не могу. Вместо этого я опускаю глаза, сосредотачиваясь на своих дрожащих руках, крепко сжатых в замок на коленях.

— Приговор вынесен, — голос судьи гулко разносится по залу через микрофон. — Присяжные признали подсудимого невиновным по причине невменяемости. Хотя обвинению удалось доказать, что подсудимый физически совершил действия, в которых его обвиняли, присяжные сочли, что он не обладал необходимой уголовной ответственностью из-за своего психического состояния в момент преступления.

Вокруг слышатся сдавленные вздохи, кто-то неловко ёрзает. А во мне, наоборот, поселяется странное чувство тихого удовлетворения. Дэйн окончательно сошёл бы с ума в тюремной камере. Ему нужна помощь, а не ещё больше мучений.

— Суд постановляет направить подсудимого в специализированное психиатрическое учреждение для наблюдения и лечения, — наконец произносит судья.

Когда заседание закрывают, я поднимаюсь. В тот же миг Дэйн разворачивается, офицеры всё ещё стоят рядом, и смотрит прямо на меня.

Я вглядываюсь в него, впитываю его облик. И тогда он улыбается снова. На этот раз это уже не тень улыбки, а настоящая улыбка Дэйна Шторма, и в это мгновение я вспоминаю, почему влюбилась в него с самого начала.

Рука офицера мягко ложится ему на руку, направляя его прочь. Я смотрю, как он уходит через ту же дверь, что вошёл, его фигура уменьшается, пока совсем не исчезает. И я не могу сдержать слёз, они катятся по щекам, оставляя мокрые дорожки, пока я наблюдаю, как он исчезает.

Как мы оказались здесь?

Ещё недавно мы смеялись, смотрели фильмы вместе, устраивали глупые ужины, а потом я моргнула — и вот мы здесь.

Как я не заметила? Как не поняла, что он страдает? Все эти кошмары, бессонные ночи и его плохие дни… это его демоны рвались наружу, а я ничего не сделала, чтобы остановить их.

Он пытался скрывать это, но в итоге тьма поглотила его целиком, и всё, что я смогла — это стоять и смотреть.