Когда ранним утром они пересекли границу Черногории, Яна еще спала. Машина медленно тащилась по узким дорогам по направлению к Плаву, а у Йозефа за рулем роились в голове самые разные мысли. Одна из них была особенно тревожной, но он не мог ничего поделать: иначе Яна подумает, что он трус. Он хотел остановить им же организованную экспедицию, но не знал как. Он предпочел бы повернуть свой внедорожник на восток, к реке Таре. Там они с Яной могли бы свободно странствовать по горам Дурмитора или занялись бы рафтингом по диким каньонам. Вместо этого он ехал в незнакомые горы, которые какой-то шутник назвал Проклятием. Он знал, что остановить Яну не сможет, но был уверен и в том, что оставить ее одну на границе Албании нельзя. У него все время вертелось в голове предупреждение Владимира Абрамовича о том, чтобы они туда не ехали. Но что же делать с одержимой девчонкой, которая думает, что ей уже нечего терять? Письмо из Лондона, NGX Яны, вся эта странная история ее сестры. Разве мало было предупреждений? Прокурор, конечно, говорил ему правду, что никто не интересуется делом исчезнувших студентов. А они теперь приедут в Албанию через столько лет и вывернут мир наизнанку? В это он не верил. Размышляя об этом за рулем, он понял, что хватит все время думать об одном и том же, что бы тут, в горах, ни случилось. Его душа больше не принимала все это. Тренированное тело ему не поможет, если голова не будет работать, без нее все его мускулы – пустая оболочка. Он знал, что отправляться в горы нужно с холодной головой, а потом, что бы ни случилось, он как-то с этим справится, выкрутится, или они оба просто убегут. Кроме того, была у него мысль, не устроить ли ему самому какую-то ловушку, чтобы напугать Яну. Он строил разные планы, придумывал, комбинировал и при этом вел свой внедорожник по горному серпантину над диким каньоном реки Лим.

Яне снился сон: кто-то пришел из тьмы ее подсознания – мужчина с рюкзаком за плечами, лес за ним тонет в тумане, повсюду льет дождь. Она спешит за ним через склон горы, ей хочется посмотреть ему в лицо. Она жаждет этого, как путник в пустыне жаждет воды. «Пожалуйста, подождите меня!» – зовет она его, собираясь спросить о своей сестре Ленке. Мужчина в камуфляже отворачивается от нее, направляясь к каменному дому. Яна торопится, ее босые ноги огибают средневековую башню. Она уже протягивает к нему руку, чтобы остановить, ее ногам холодно на мокрых камнях. Даже во сне она чувствует запах его немытого тела. Человек в униформе неожиданно оборачивается, но и она остановилась, застыла как пень, руки у нее дрожат: она видит только черные глаза, потому что его лицо закрыто маской. Он грубо хватает ее за плечо, тащит в каменный дом, а потом куда-то по ступеням вниз, может быть, в подвал. Яна слышит отдаленные раскаты грома, как от приближающейся грозы. Открываются металлические ворота.

– Господи, Йозеф!

Яна вскрикнула и хотела позвать его на помощь во сне. Открыв глаза, она увидела в свете фар старую облупленную стену.

Потом Йозеф выключил фары.

– Просыпайся, – сказал он ей тихонько, нежно погладив по голове. – Можем выходить!

– Где мы? – шепнула она, будто бы не веря, что ей ничто не угрожает.

– На месте. – Он протянул руку и включил фонарик у нее на лбу. Луч света ослепил его. – Хотел сказать: мы в гараже у Юсуфа!

За металлическими воротами их встретил яркий утренний свет – единственный бальзам на раздираемую сомнениями душу Йозефа и ночные кошмары Яны. Красные крыши тянулись вниз по склону к зеленой глади озера. Над домами возвышалось несколько белых минаретов. Но больше всего их привлекли высокие белые известняковые пики гор, поднимавшиеся к небу. Городок Плав лежал у их подножия.

Из небольшой пристройки перед старым домом к ним приближался седоватый мужчина в белой рубашке, на голове его была феска с красным помпоном.

– Видите ту седловину, барышня? – Он указал на хребет пограничной горы.

Яна улыбнулась, потому что две горы с седловиной между ними напомнили ей женскую грудь.

– За ними Албания! – сказал он коротко и подал ей руку. – Я Юсуф!

Они крепко пожали друг другу руки. Потом она повернулась к Йозефу, недоуменно пожав плечами. Она не понимала, что они делают тут, у подножия гор.

– Владимир Абрамович сказал, – начал он объяснять ей суть дела, – что нам нельзя ехать через переход Хани и Хоти!

– Так Владимир Абрамович, ага, – стало до нее доходить. – А что еще он сказал? – Янин голос звучал иронично. – Что мы должны вернуться домой?

Юсуф смотрел на них с недоумением, трогая седые усы, как будто подыскивая слова.

– Вон там – Зла Колата, – проговорил он по-сербски, но они оба его прекрасно поняли. – А злая она потому, – он указал рукой на величественный шпиль горы, – что там в тумане потерялось много людей!

– Ну видишь. – Йозеф слегка толкнул ее в плечо. – Никаких приключений ты не лишишься!

Он хотел еще добавить, что потеряться здесь, в горах Проклетие, – что-то вроде народной традиции, но потом это показалось ему глупым.

– Если ты хочешь осчастливить меня еще какой-то мыслью – давай, не стесняйся!

– Я хотел сказать, – он медленно подбирал слова, – что через Колату, хоть она и злая, попасть в Албанию будет безопаснее всего!

Йозеф почесал за ухом, а Юсуф незаметно ему подмигнул так, чтобы это не заметила Яна.

Из-за угла выскочил с лаем черный песик с белой грудкой. Юсуф отскочил в сторону, помпон на его феске взметнулся.

– Фу, бестия! – сердито крикнул он.

Черный, как уголь, малыш обежал их кругом и направился прямиком к Яне. Его хозяин принялся ругать его на чем свет стоит, но песик убежал от него, как черт от ладана.

– Какой красивый, как его зовут? – Яна вытащила из сумки кусок шоколада и наклонилась к нему. Пушистый малыш завилял хвостом и без колебания впился зубами в мягкое лакомство.

– У него нет имени. – Юсуф негодующе посмотрел на Яну. – Пророк обозначил, что он нечистый. Ангелы не войдут в дом, в котором находится собака!

– Ну, это он наверняка не всерьез, – непринужденно ответила Яна и взяла пушистого малыша на руки. – Ведь это еще щеночек!

– Собака должна жить в будке. – Юсуф указал рукой на распадающуюся руину в углу сада.

Йозеф неотрывно смотрел на столб. Ему хотелось, чтобы она прекратила эти провокации. Но она и дальше кормила щенка шоколадом.

– Ваша комната наверху. – Юсуф указал на деревянные ступеньки, ведущие на второй этаж каменного строения. – Собака… – Он хотел сказать, что щенок должен остаться снаружи, но Яна перебила его:

– Собака должна прежде всего получить имя!

Юсуф сердито махнул рукой, строго сказал, что завтрак накрыт на кухне, и ушел.

– Такой ход – лучше не придумаешь! – уколол ее Йозеф, но она взяла щенка на руки.

Ее упрямство его не удивило – эту ее черту он знал очень хорошо.

– Ну и как ты его назовешь? – Он пытался угадать ее мысли, нанося упреждающий удар.

– А ты не подумал, как мы его назовем? – воспользовалась она ситуацией.

Йозеф решительно покачал головой:

– Пес останется здесь, в деревне, – он будет мешать в пути.

– Хорошо. – Яна поставила его на землю. – Но назовем мы его Пророк.

– Пророк? – Йозеф постучал себя по лбу и оглянулся, чтобы удостовериться, что Юсуф не слышал это слово. – Не, не звучит, – сказал он ей тихо. – Лучше зови его, – он снова оглянулся, одни ли они во дворе, – Мохамед!

Они засмеялись, довольные результатом своей шалости, а больше всех малыш Мохамед, потому что ему светили лучшие времена. Яна тут же решила, что купит его на обратном пути. Так что Йозеф добился своего: они могли прямо завтра прекрасно по-тихому перейти горный хребет и оказаться в Албании. Но больше всего его грела надежда, что Яна начнет скучать по щеночку и тогда они вообще не дойдут до границы.

Целый день они проспали в деревянной комнате на втором этаже. Мохамед грелся у Яны под периной. Им хотелось как следует набраться сил, чтобы утром отправиться к седловине. Когда в долине стемнело, Юсуф стал показывать им дорогу в каменной кухне. На столе горела жестяная керосиновая лампа, рядом была разложена старая югославская карта из комнаты Ленки.

– Вы пойдете в деревню Вусанье против течения реки. – Карандаш двигался по бумаге по направлению к гребню горы. – Видите, вот Зла Колата, вот ее вершина, а здесь албанская граница. Отсюда спуститесь вниз, в Тет!

Юсуф серьезно склонился над картой, его глаза поблескивали в свете лампы. Йозеф наблюдал за ним краешком глаза. Он не мог избавиться от мысли, что вся его любезность – лишь видимость.

Они договорились, что утром Юсуф отвезет их на машине до Вусанье, откуда они потом должны были отправиться к седловине на своих двоих. К радости Яны, хозяин был согласен и на то, что на обратном пути они купят у него Мохамеда. За щенка ему было обещано ровно сто евро.

Одна назойливая мысль беспокоила Йозефа. Что, если вся эта тщательно распланированная дорога – всего лишь безбожная ловушка доктора Абрамовича? Но ответа на свой вопрос он не знал и с Яной советоваться не мог. Она спокойно сидела за столом, и из горловины ее толстовки поблескивали глаза Мохамеда. Юсуф не протестовал, зная, что это бесполезно.

– Сколько времени уйдет на дорогу? – задал Йозеф вопрос, который занимал его больше всего.

– Два дня, если пойдете налегке. – Юсуф подробно показал на карте отрезок пути под Злой Колатой. – Вот здесь бывают самые густые туманы. Если тут кто-то потеряется, чаще всего его не находят!

Это место Йозефу вообще не нравилось, он мысленно представлял обрывистый рельеф седловины: под ними отвесная скала, налево – Колата, справа могучий выступ, а за ним – пятьсот метров отвесной стены. Ничем не обозначенная тропинка в тумане… Смертельная комбинация.

В комнату, как привидение, вошла жена Юсуфа, лицо ее было наполовину прикрыто. В руках она держала серебряный поднос, на котором стояли две чашки чая и бутылка пива. Как по команде, все сели на старинные дубовые стулья у стола. Женщина прежде всего поставила чашку перед своим мужем, но тот легким движением головы указал ей на Яну. Когда хозяйка приблизилась к ней, Мохамед на всякий случай спрятал голову. Фарфоровая чашка оказалась перед Яной, жена легко поклонилась.

Яна поблагодарила, но взгляд ее был прикован к запотевшей бутылке пива, которую через мгновение поставили перед Йозефом. Она незаметно потянула его за рукав:

– Дай мне тоже немного выпить, – шепнула она, жадно сглотнув.

– Тут женщинам алкоголь запрещен, – тихо ответил он. – Если хочешь получить этого щенка, так придержись хотя бы этого правила!

Юсуф иронически усмехнулся, будто бы догадавшись, о чем они говорят. Он пододвинул к Яне чашку с чаем и предложил ей напиться.

– Хвала за све[34], – ответила она по-сербски, поскольку ничего иного ей не оставалось.

Йозеф с улыбкой поднял бутылку.

– За ваше здоровье! – Он сделал глубокий глоток.

Яна сглотнула и грустно отхлебнула чай.

– Владимир говорил, что вы очень любите пиво. – Юсуф с удивлением смотрел, как меняющаяся жидкость исчезала в горле Йозефа.

– Это да! – Йозеф поставил пустую бутылку перед собой и утер губы рукавом.

– К кому мы должны обратиться в Албании? – спросила Яна.

Глазки Мохамеда снова показались в тот момент, когда женщина с наполовину скрытым лицом покинула комнату.

– Тут я ничего не могу посоветовать. – Юсуф глотнул чай. – Но точно не к полицейским!

Йозеф и Яна коротко переглянулись.

– В том году, когда пропали студенты, – Юсуф доверительно наклонился к ним через стол, – в Тете произошло убийство! Это было в августе, я точно помню. Дожди тогда лили как из ведра.

Яна застыла, словно статуя, Йозеф задумчиво оперся подбородком о ладонь.

– Один человек застрелил там учительницу английского языка. – Юсуф многозначительно поднял палец. – Говорили, это был ее двоюродный брат!

– Полиция отправила его за решетку? – Йозеф вспомнил статью о мужчине, застрелившем в Тете свою родственницу. Память подсказала ему, что он видел это на каком-то албанском сайте.

– Вы правы. – Юсуф сделал большой глоток, но не договорил. Вместо этого он вытаращил глаза и выплюнул чай на пол.

– А что потом с ним было? – Яна от нетерпения покусывала кончики пальцев.

– Отправили его за решетку, но скоро выпустили. – Юсуф пытался ребром ладони охладить обожженный язык. – Вроде как это был брат местного полицейского. Говорили, что студенты перед убийством учительницы жили именно у нее!

– Вы знаете имя этого убийцы? – Яна взволнованно поднялась со стула. Мохамед соскочил с ее колен на пол.

Юсуф покачал головой:

– В области Тет действует закон кровной мести – тот человек, если его до сих пор не убил кто-то из родственников учительницы, будет скрываться!