Шесть уроков в школе и одну тренировку по футболу на стадионе Пашка думал. Не то чтобы обычно этот процесс увлекал его чуть меньше, совсем нет. Пашка всегда морщил лоб и высовывал язык от усердия на уроках математики и рисования, просчитывал действия соперника во время игры в шахматы и мог предсказывать громкие комментарии тренера по футболу, он постоянно держал в голове как минимум одну-две мысли.

Но сегодня его занимал лишь один вопрос: как отблагодарить пальто?

(Признаться, два вопроса: «как отблагодарить пальто?» и «стоит ли рассказывать папе, что это не он починил защёлку?». Ведь приписывать себе чужие заслуги плохо, с одной стороны. С другой, кто теперь поверит Пашке после того, как пропадали пирог и кошелёк и его за это наказали?)

Сначала Пашка подумал, что мог бы почистить пальто щёткой. «Тогда оно будет красивое. Разве это не приятно?» – спрашивал он себя. Но только щётка мысленно коснулась рукавов и боков пальто, Пашка хихикнул, а после отказался от этой идеи. Боялся щекотки.

Потом Пашка подумал, что можно уговорить бабушку испечь новый вишнёвый пирог и принести кусочек пальто. Но… это же не он, получается, постарается – раскатает тесто, приготовит начинку и что там ещё делают с пирогами? Идея была неплохой, но требовала доработки.

Пашка попытался нарисовать портрет пальто в стиле императорских портретов Российской империи: со смешным париком, вытянутым носком, лентой через плечо, дымом поля боя на заднем плане и верным псом, лежащим рядом. После третьего наброска и от этой идеи пришлось отказаться: монстр был похож на клоуна, а собаки получались похожими скорее на крыс, чем на благородных защитников своего хозяина.

Идея, по-настоящему достойная, яркая, как лампочка на кухне ночью, пришла к Пашке в лифте. Он ехал с соседом, пожилым мужчиной, всегда очень громко здоровавшимся с мальчиком и обращавшимся к нему на «вы».

– Доброго дня! – по-армейски сказал Пашке дедушка.

– До свиданья, – краснея от гордости, выходя из лифта, ответил ему Пашка.

Это же ГЕНИАЛЬНО!

Пашка вбежал в квартиру и, проверив, очень ли занята на кухне супом с фрикадельками бабушка, открыл шкаф широко, как мог.

– Дорогое… дорогое пальто! Позвольте, – тут он замешкался, нащупывая зелёный рукав, – позвольте пожать ваш смелый, честный рукав!

Рука Пашки скользнула по суконному рукаву, но тот безжизненно висел и не отозвался на обращение мальчика. Может, это был не тот рукав? Точно! Нужно не левый, а правый рукав жать!

Нащупав «правильную руку» у пальто, Пашка повторил попытку. Папа учил его при рукопожатии – настоящем мужском рукопожатии – смотреть в глаза. Мальчик откашлялся, собрав всё мужество в кулак и в серьёзный взгляд, взял рукав правой рукой и поднял глаза на самый верх вешалки, как вдруг… Из шкафа на Пашку посмотрел, улыбаясь, его новый знакомый и очень сильно, быстро, мягко затряс его руку.

– Пафка! Пафка, какое сфсясте!!!