А что было потом, спросите вы?

Развернуть ураган Майя-то развернула, но вот тучи были ей совсем не подвластны. Поэтому уже через полчаса на Южную страну обрушился настоящий ливень.

Уроки закончились, Змий поставил Майе не просто молнию, а двойную молнию и сказал, что на этот раз родители девочки могут в школу не приходить. С любопытством хищника он смотрел на уши Майи: может, он ждал, когда та умрёт от его яда или когтя Дракона? Кивнув, будто так оно и должно быть, и пообещав себе ни за что не умирать от таких пустяков, Майя поспешила домой. Всё так же придерживая рукой цветочек в волосах.

Но по дороге она вдруг поняла, что Дракон, наверное, обиделся на неё. А ещё у него должна болеть лапа, ведь он выдернул свой коготь, чтобы проколоть ей ухо. Поэтому Майя, несмотря на ливень, полезла на дерево с миндальными кокосами, сорвала пять штук – сколько помещалось у неё в руках – и отправилась в Драконью пещеру. Вот на что может вдохновить дружба!

Дракон-папа и Дракон-мама очень любили Майю. Они высушили промокшую насквозь девочку, обдавая её с разных сторон совсем лёгким, будто горячий ветер, огнём. А после показали ей картинку в Наскальной истории, хранившейся в их пещере. На рисунке было много когтей: оказалось, у Драконов отпадают когти! И они теряют их так же часто, как и чешую, – раз в сто пятьдесят лет. Поэтому у друга Майи совсем скоро вырастет новый крепкий коготь. А она так переживала, так бежала, так страдала – и всё зря?

Но извиниться всё равно было нужно. Майя зашла к Дракону и… ну как извинилась – толкнула друга кулаком в бок и опустила глаза… Она знала, что он всё поймёт, сунула ему миндальные кокосы и уселась на кровать. Дракон тоже, кажется, смутился, зашелестел какими-то бумажками в углу и подозвал Майю. В углу его пещеры тоже были рисунки.

С одного из них на Майю смотрела милая, аккуратно причёсанная девочка с цветком в волосах и… проколотыми ушами. Ого! Неужели Майя не просто девочка, а девочка из Истории? Она так и знала! Так и знала! Её тут же раздуло от гордости и радости, словно десять шершавых муравьёв укусили её за лицо и шею. Она тыкала в рисунок пальцем, трогала свои уши и волосы и восемь раз спросила Дракона, похожи ли они с девочкой на рисунке. В общем, через пару часов Дракону-папе и Дракону-маме пришлось оторвать Майю от стены и поить успокоительным кокосовым молоком.

На этом я хотел закончить историю про Майю, сделать пару красивых кадров джунглей, моря, Бурых Деревьев, упиравшихся в самое небо, но… Где же моя съёмочная группа? Левицки, Макарченко? Ветка, где мы сидели вместе в засаде утром, была пуста: я нашёл только чехол от штатива и фантики от конфет. Куда все пропали?

Я обыскал всю округу и наткнулся на след. Оказалось, не выдержав без меня и получаса, операторы и звукорежиссёр начали громко ругаться между собой, и их заметила бабушка По. Вы понимаете, пока Майя получала в школе двойную молнию и раскалывала вместе с Драконом миндальные кокосы, Левицки и Макарченко объедались настоящим бисквитом с молоком единорога? Можете себе представить, они съели три килограмма! Всё, что появилось утром из печи. Не оставили мне даже крошечки.

Я ужасно разочарован, но… вот что добавлю: теперь, благодаря Майе, всем девочкам прокалывают уши.