Последние два дня я провела у телефона, ожидая звонка, и все зря. Тогда я решила перестать вести себя по-детски и позвонила ему сама. Ответил не он, и я бросила трубку. Очень по-взрослому. По правде говоря, я сделала так несколько раз. А когда он наконец подошел к телефону, я не знала, что сказать, и снова бросила трубку. Как только он ответил. Как глупо. Что я собиралась ему сказать? «Привет, Любовь, я знаю, что все началось странно, я отказалась от приглашения, потом сама пригласила тебя, мы ходили смотреть на инопланетян, и я не хотела тебе ни о чем рассказывать, потом я выгнала тебя с дядиной фермы, но дело в том, что я никогда раньше не чувствовала ничего подобного, и я совсем не знаю, что мне делать».

Неправда. Все я знаю. Я бегу в гостиную и опять набираю его номер. Он подходит к телефону. Я снова не знаю, что сказать. А Любовь знает.

– Лола? Это же ты?

– …

– Лола? Лола?..

– Откуда ты знаешь, что это я?

– Потому что в этом городе все всё знают.

– …

– Шучу. До твоего приезда в Салту-Бониту никогда не было так, чтобы мне звонили, а потом молчали в трубку.

– Ну да… Извини. Извини меня за тот случай на ферме. И за звонки…

– Забудь об этом, Лола. Я приеду, и мы поговорим.

Мы заканчиваем разговор. Мне неспокойно. Чтобы отвлечься, начинаю наводить порядок. Дядин проигрыватель играет альбом группы Os Paralamas do Sucesso [18] ― это единственная относительно новая пластинка, которую я нашла у Маркуса Крокодила. Я пытаюсь думать о другом. В эти дни я разговаривала с мамой и врала на каждом шагу. Кого я обманываю? Что-то Любви долго нет. Может, он передумал?

В комнате страшный беспорядок. Я не знаю, как можно жить среди такой пылищи. И не знаю, почему ее скапливается так много, ведь я убиралась здесь дважды с тех пор, как приехала. Чего я не нахожу, протирая под диваном: расческу, игральные карты, старую футболку ― непонятно, дядя использует ее как футболку или как половую тряпку. Кажется, он сюда больше не вернется. Я попробую сделать генеральную уборку, чтобы в доме было поуютнее. Кто-то стучит в дверь, мое сердце начинает бешено колотиться.

– Лола-а-а!

Я смотрю на дядин музыкальный центр и не знаю, как реагировать. Музыка оглушительно грохочет. В песне говорится о том, что можно сойти с ума… «Это все, чего я хотела… это идеальный роман».

Любовь кричит:

– Лола-а-а! Лола-а-а! Ты что, не собираешься открывать?

Я бегу к двери. Мы молчим. По-моему, на этот раз Любовь действительно не знает, что сказать. На мне футболка с изображением группы Menudo[19] ― очень симпатичные ребята, которые поют на испанском. Я все время думаю, в каком неловком виде я то и дело предстаю перед этим парнем. То мокрая просвечивающая одежда, то старая пижама в горошек, то футболка с изображением самой смазливой музыкальной группы 1980-х годов. В чем проблема? Любовь хочет что-то сказать, но молчит. Я прихожу ему на помощь:

– Кажется, ты хотел со мной поговорить?

– Хотел и хочу. Но сначала мне надо показать тебе одно место. Пойдем!

Он тянет меня за руку. Я иду. Прямо в футболке с Рики Мартином на животе. На ходу хватаю рюкзак, хлопаю воротами фермы и вдруг осознаю, что уже запрыгнула на сиденье его мопеда.

Мы едем по грунтовой дороге, она вся в камешках, и мопед постоянно виляет. Мы молчим. Проезжаем вдоль ряда припаркованных машин. Они все с тонированными стеклами. Вспоминаю слова Зорайде о том, что одна из этих дорог ― это что-то вроде мотеля под открытым небом. Многие парочки приезжают сюда, чтобы провести время вместе, потому что городской священник не разрешает открывать в Салту-Бониту мотели. При этой мысли я отодвигаюсь от Любви подальше. Миновав несколько небольших холмов, мы добираемся до места, которое он хотел мне показать. Это водопад. Он прекрасен. Высокий, огромный, с гигантским водоемом, где можно купаться. Любовь смотрит на меня и улыбается. Мальчик, пожалуйста, перестань улыбаться.

– Нравится?

– Очень!

– Угадай, как называется этот водопад?

– «Ну и холод»?! Как кафе-мороженое?

– Нет. Это «Фата невесты».

Пока я размышляю, что это название ― одна из немногих банальностей, с которыми я столкнулась в Салту-Бониту (ведь «Фата невесты» ― очень банальное название для водопада), он прыгает. То есть снимает рубашку и кроссовки, идет к водопаду. А я? Я остаюсь на месте. Конечно, я не забыла свой рюкзак, где кроме плеера с папиной кассетой есть еще куча бесполезных вещей, но я не знала, что мне понадобится купальник. И что теперь делать?

– Лола, ты идешь?

Я не знаю, что сказать, поэтому говорю правду.

– У меня нет купальника.

– В тот день, когда мы с тобой познакомились, тебя, помнится, не смутила идея залезть в бассейн прямо в одежде.

Я не отвечаю и сразу ныряю в воду. Она холодная, очень холодная. Мы плаваем ― немного отстраненные, тихие, смущенные. Через некоторое время он вылезает из воды. Садится на камень, достает из рюкзака газировку. Оказывается, он неплохо подготовился. Я не люблю газировку и не знаю, что сказать ему, поэтому продолжаю плавать. Как и всегда. Через несколько минут Любовь спрашивает:

– Ты не устала?

– От чего?

– Сидеть в воде.

Я молчу. Снова ныряю и продолжаю плавать. Внезапно меня накрывает ужасная головная боль. Это мигрень, которая всегда появляется за несколько дней до месячных. Эта боль такая навязчивая. Я вспоминаю, что в рюкзаке у меня есть таблетки.

– Ты не достанешь мне из рюкзака таблетки?

Он мягко, очень мягко спрашивает меня:

– Что с тобой?

– Голова заболела. Просто невыносимо.

Я подплываю к камню, на котором он сидит, и, не вылезая из воды, глотаю таблетку, которую он мне протягивает. Не запивая. Типа я такая крутая. Мне пятнадцать лет, я умею убираться, готовить лапшу быстрого приготовления, жить одна в грязном доме, отлично плавать и глотать таблетки, даже не запивая их водой.

Любовь улыбается, делает милое лицо и с той же мягкостью в голосе произносит:

– Слушай, я знаю отличное средство от любой боли.

– Да? И какое же?

– Вот такое: я прочту этот листок скучным голосом сто раз подряд, и это будет так невыносимо, просто до ужаса, что ты забудешь о боли.

– Точно? У тебя когда-нибудь болела голова перед критическими днями?

Он не отвечает. Берет коробочку с таблетками и начинает читать вкладыш тонким смешным занудным голосом.

– «Мефенаминовая кислота не должна применяться пациентами, имеющими повышенную чувствительность к препарату или любому компоненту, входящему в его состав. В связи с возможностью перекрестной чувствительности с ацетилсалициловой кислотой и другими нестероидными противовоспалительными препаратами…»

Терпеть это просто невозможно. Я вылезаю из воды в промокшей одежде и делаю единственное, что можно сделать с этим парнем в данный момент. Я целую его в губы.