В пространстве между проповедями и переводом смыслов священной книги Насиба читает о подробных правилах идды – особом времени для женщины после развода. Когда-то давно она видела главы о разводе в исламских изданиях, но тогда это было умственным упражнением, не инструкцией к всамделишной ее жизни. Лонгрид переводной, но внятный – и Насиба смотрится в зеркало текста, нормирующего события ее недавнего прошлого и ослепительного настоящего:

«После смерти мужа, после развода, после иного уничтожения брака женщина должна оставаться в доме некое время, которое называют иддой. Пока период ожидания не закончится, она никуда не выходит из дома».

Ваш звонок очень важен для нас, ваш период ожидания – девяносто три дня, девяносто два дня, девяносто дней, пятьдесят, десять, четыре дня и три часа…

«Если супруги разводятся, то женщина должна провести срок горевания по ушедшему браку в их общем доме. Если после окончательного развода, за которым не может быть продолжения брака, экс-супруги живут в одном доме, женщина носит перед бывшим мужем платок. Она не должна выходить из дома ни днем, ни ночью и не может заключить брак с другим мужчиной.

Женщине все это время не следует использовать духи, подкрашивать глаза, щипать губы, чтобы они стали ярче, носить украшения, использовать хну».

Насибу немного веселит пункт про щипание губ, истинно суровый макияж. Она представляет, как роскошные бедуинки разрисовывают хной руки, а чтобы выглядеть волшебным цветком, им достаточно слегка покусать губы до красноты. Конечно, не в идду.

«Разумеется, можно купаться и мыть голову и даже использовать сурьму для лечения глаз, но тогда ее надо нанести на ночь и тщательно удалить утром».

Она закрывает вкладку браузера. Идда похожа на режим самоизоляции, когда они с Юсуфом резались в «Монополию» с детьми. Они чуть поменяли правила, чтобы в игре не было кредитов (ростовщичество запрещено), Юсуф был корабликом, Насиба тачкой, Малик шляпой, а Ибрахим машинкой.

Малик ругался:

– Шляпу эту тупую не ухватить!

– Сразу видно, что я с тобой мелкой моторикой мало занималась!

Насиба вспомнила, как они с сыном перешучивались, и улыбнулась. Всего год назад они были так счастливы все вместе. Она уж точно была счастлива.

Все достаточно строгие предписания идды имеют две основные цели – убедиться, что женщина не беременна от бывшего мужа, и основательно прожить боль и печаль, сложенную за шторками сердца мятым оригами. Само слово «идда» происходит от корня «адда» – «считать»; и считают месяцы, слезы, сны и воспоминания.

Насиба считает. Луна растет. Насиба считает, сколько на луне пятен. Луна идет на убыль. Насиба считает, сколько минут она плакала в браке с Юсуфом. Луна растет. Насиба считает, сколько детей она не родит Юсуфу. Луна идет на убыль. Насиба считает, сколько денег ей надо отныне зарабатывать. Луна растет. Насиба считает, сколько страниц выучил Малик, сколько сур [62] запомнил Ибрахим. Луна убывает. Насиба все сосчитала. Она совершает полное омовение [63], и ее идда заканчивается – в середине августа, когда на рынок привозят гулкие дыни и виноград без косточек.