– Она сказала, что видела своё имя. – Джейк стоял у подножия лесов, скрестив руки и широко расставив ноги.

Макс, главный маляр, посмотрел на Джейка так, словно тот был пятном, которое нужно закрасить, и побыстрее.

– Говорю тебе, парень, нет тут никакого имени. Грубые карандашные наброски – какое-то растение нарисованное, что ли. А теперь проваливай. Нам с Эстер нужно работать.

– Да, мы теперь от графика отстаём, – подхватила Эстер. – Благодаря твоей маленькой подружке нам пришлось дважды перезатянуть каждый болтик.

Джейк прищурился.

– Может, если бы вы сделали это раньше, моя «маленькая подружка» не упала бы.

Бет сказала докторам, что трубы зашатались, когда она начала слезать. Доктора сказали об этом Клэрис, та сказала Уильямсу, а уже он – Джейку.

Макс фыркнул.

– Ну, мы не подозревали, что какая-то девчонка в туфлях пролезет сюда и выкинет какую-нибудь дурость.

Джейк уставился на леса. Бет была права насчёт лестниц. Одна, расположенная сбоку, вела от первого уровня к платформе из досок. На противоположной стороне была такая же – ведущая к следующей платформе, и так до самой вершины.

Бет упала с высоты примерно пятнадцати футов[31], с вершины второй лестничной секции. И слава богу, потому что она легко могла свалиться с самого верха. Если бы такое случилось… нет, Джейку не хотелось об этом думать.

И всё же Бет сломала ногу, раздробила руку и заполучила пару трещин в рёбрах. Так что никакого бейсбола – в ближайшее время.

Джейк предложил принести ей мороженого, но оказалось, что во времена Бет посетители в больницах не приветствуются, особенно несовершеннолетние и без сопровождения.

Даже маму Бет пустили всего пару раз. Она спросила, почему мама Джейка не заглянула узнать о здоровье Бет, и у него не нашлось ответа на этот вопрос, так что теперь мальчик в основном прятался в своей квартире.

Уильямса Джейку удалось поймать лишь раз – практически устроив засаду, когда архитектор выходил отнести посылку. Джейк умолял его разрешить ему самому взглянуть на крест, но Уильямс отказал.

– Нет. Маляры уже сказали, что там ничего нет. Никто больше не упадёт. Никто.

– Ну хотя бы одним глазком?

– Послушай, Джейк, сам я туда забраться не могу. И точно не позволю ещё одному ребёнку делать нечто настолько опасное. И точка.

С тех пор Уильямс тоже прятался, окопавшись в своём кабинете на третьем этаже. Без ключа Джейк никак не мог туда проникнуть, а Большой зал был заперт.

До сегодняшнего дня, когда вернулись маляры.

Бет пробыла в больнице уже несколько дней, и скоро её должны были выписать, но даже тогда она останется прикованной к постели. Ненадолго, если Джейк хоть немного знал Бет – а он знал, – но на какое-то время. Она точно не сможет снова наведаться в Большой зал до того, как закрасят наброски.

Макс и его напарница, Эстер, снова принялись размешивать белую краску в огромных вёдрах. Они установили систему шкивов, чтобы поднимать краску наверх, но перемешивали её на полу, чтобы лишний раз не раскачивать и не трясти леса.

Через несколько минут то, что пряталось наверху, – рисунки ли, имена или что-то ещё – будет навечно закрашено.

Теперь всё было в руках Джейка. Или, может, в ногах, подумал он. Бет поскользнулась на гладкой металлической трубе. Но у нее на ногах были туфли с гладкими кожаными подошвами.

Джейк посмотрел на ноги. Сегодня он надел собственные вещи – кроссовки с надёжной резиновой подошвой и одежду, которая была ему впору, – на тот маловероятный случай, если маляры позволят ему взглянуть на карандашные отметки. Он хотел свести к нулю шанс поскользнуться или зацепиться широким рукавом за какую-нибудь трубу.

Джейк уставился на лестницу. На крест. На леса. Появилось ли у него предчувствие? Верил ли он, будто Бет увидела что-то, что проглядели маляры?

Нет.

Но он дал ей обещание. Джейк обязан сделать для своей подруги, лучшей подруги, по меньшей мере это.

Он сделал глубокий вдох и полез вверх.

– ЭЙ! – заорал Макс.

– Да вы шутите, – сказала Эстер. – ЕЩЁ ОДИН тупой малец?!

Джейк пропустил их крики мимо ушей. Цепляясь за перекладины, он начал подниматься по боковой стороне лесов.

Макс схватился за нижнюю перекладину и крикнул, глядя вверх:

– А ну, слезай!

– Там, наверху, что-то есть. И я обещал.

Джейк посмотрел на Макса – и немедленно пожалел об этом. Он не очень-то любил высоту. По сути, он никогда так высоко не забирался. Джейк стал карабкаться медленнее, потом остановился. Он крепко цеплялся пальцами за металлическую перекладину, но уже чувствовал, что от нервного пота хватка начинает ослабевать.

Макс был уже прямо под ним.

– Парень, это тебе не игровая площадка. Я вижу, что ты нервничаешь, и не стану тебя хватать… но давай-ка полезай вниз, лады?

Джейк стиснул зубы.

– Нет. Я должен посмотреть… ради Бет. – Он потянулся к следующей перекладине и продолжил взбираться, твердя себе не останавливаться.

– Маленький несносный… – прорычал за его спиной Макс. – Ладно. Тогда слушай меня и лезь медленно. Когда доберёшься до следующей перекладины, сможешь встать на платформу. Дальше я тебе помогу, договорились?

– Серьёзно?

– У меня что, есть выбор? Или ты собираешься сделать какую-нибудь тупость?

– Ни за какие коврижки, – ответил Джейк. Ещё одна фразочка, которую он подцепил от Бет.

– Тогда серьёзно. Мне ни к чему, чтобы ты грохнулся.

– Спасибо.

– Ничего личного, парень. У нас с Эстер ещё три объекта, и из-за проделок твоей подружки мы уже отстаём от графика.

С помощью Макса Джейк взбирался от платформы к платформе, пока они не оказались на самом высоком уровне. Джейк старался не сводить глаз с потолка.

Макс сел на платформу перевести дыхание и кивнул на скрещённые арки.

– Посмотри хорошенько. Я втащу сюда краску, а потом помогу тебе спуститься. У тебя ровно столько времени, чтобы убедиться, что там ничего нет.

Оказавшись под самым потолком, Джейк не мог поверить, какими огромными были арки.

– Каждая, наверное, из целого дерева сделана, – сказал он.

– Да, да, – ответил Макс. – Тоже мне загадка. – Он принялся возиться с верёвкой и шкивом.

Джейк улыбнулся в ответ улыбающейся морде громадного льва всего в нескольких футах от него. Просто поразительно, до чего живыми казались звери и снизу, и вблизи. Их головы, словно короны, обрамляли переплетающиеся лозы и распустившиеся цветы.

Эффект был просто волшебный.

– Ну что, доволен? – Макс уже встал и указывал рукой на потолок.

– Подождите! – Джейка так поразила резьба, что он даже не успел осмотреть гладкий участок. В глубине души ему хотелось замешкаться, словно он боялся, что смотреть будет не на что.

Джейк встал прямо под крестом и поглядел вверх. Он едва-едва мог дотянуться до потолка. Мальчик провёл пальцами по ровному дубу. Сердце колотилось как бешеное, но Макс оказался прав: там ничего не было.

Джейк разглядел какие-то царапины – отметины от ногтей Бет, пытавшейся… что? Что-то вырезать? Открыть какой-то тайный отсек? Но на потолке не было ни петель, ни зазоров. Дерево казалось целым.

Что она такое увидела?

Мальчик наклонял голову так и эдак и наконец заметил карандашные наброски, о которых говорили маляры. И без того едва различимые, со временем они выцвели ещё сильнее. И здесь не было слов. Не было выведено «Бет». Только силуэт цветка.

– Цветок?

Джейк перевёл взгляд с рисунка на льва, которым восхищался всего несколько секунд назад.

– Тот же цветок.

Он снова проверил рисунок. Да. Тот же самый цветок, который отец Бет набросал на потолке, обрамлял, словно венок, величественного льва.

Это был не набросок и не заготовка новой резьбы. Это было его последнее послание, знак, куда нужно смотреть, чтобы раскрыть тайну, подсказка, с чего начать.

В голове каждого зверя была скрыта какая-то функция – прямо как отец Бет и обещал. Так что же прятал лев?

– Мистер Уильямс! – позвал Джейк. Он подбежал к краю платформы и заорал в сторону балкона. – Мистер Уильямс!

Макс схватил его за воротник рубашки и резко потянул назад.

– Это СЛИШКОМ близко к краю, парень. Ладно, время вышло. Лезем вниз.

Джейк вырвался и снова подбежал к краю.

– МИСТЕР УИЛЬЯМС! – завопил он ещё раз, прежде чем Макс опять схватил его и поволок к лестнице.

– Если он увидит, что я позволил ещё одному ребёнку сюда забраться, он мне голову оторвёт. Пошли!

Джейк не сводил глаз с панелей балкона, мысленно приказывая им распахнуться.

– Теперь я полезу первым, – сказал Макс, – но ты полезешь за мной. – Он взял верёвку и обмотал её вокруг талии Джейка. – На тот случай, если вдруг оступишься.

Однако в то же время это означало, что, как только Макс начнёт спускаться, Джейку придётся лезть следом.

Он заорал в последний раз, не скрывая паники в голосе:

– ДЖЕРЕМАЙЯ УИЛЬЯМС!!!

Макс потянул за верёвку и сделал шаг к лестнице. Всё кончено.

Джейк повесил голову. Ничего у него не вышло.

И тут раздался щелчок – такой тихий, что мальчик едва его расслышал.

Панели ложи разъехались.

На балконе, глядя вниз, стоял Уильямс.

– Джейк? – позвал он.

– Я здесь, наверху! – завопил Джейк, размахивая руками.

Уильямс заметил его и был явно этому не рад.

– Какого дьявола? А ну, спускайся немедленно! Я тебе ясно сказал не лезть на верхотуру.

– Но я нашёл!

Уильямс наклонил голову.

– Что нашёл?

Джейк затараторил так быстро, как только мог:

– Лев. Ключ. Цветок.

– О чём ты говоришь?

Джейк посмотрел на Макса.

– Пожалуйста, ещё минуточку.

Маляр на мгновение замешкался. Уильямс уже знал, что Джейк залез на леса. Тут уж ничего не поделаешь.

– Ладно, – сказал он и начал взбираться обратно.

Джейк почувствовал, как натяжение верёвки ослабло, и снова подошёл к краю.

– Набросок цветка. Того же цветка, который украшает голову вот этого льва. Льва с такой же мордой, что у вас в кабинете. Единственного с ключом. Ключом с пустым цветочным горшком. Вы понимаете? Всё сходится.

Архитектор стоял не шевелясь, на миг погрузившись в раздумья. Затем он повернулся и подошёл к львиной голове. Он нажал на нос, и пасть распахнулась. Уильямс взял серебряный ключ и вернулся к перилам.

Джейк бешено закивал.

– Мне кажется, Бет подумала о том же, но ей нужен был ключ. Вот куда она шла, когда оступилась и упала. За ключом.

– То, о чём она не помнит.

– Наверное, так. Но она искала не там. В потолке нет скважины. Она вон там. – Мальчик указал на голову льва.

– Сейчас я принесу тебе ключ.

– Нет, – возразил Джейк, не в силах ждать. – Бросьте его.

– Бросить?

Джейк улыбнулся.

– У вас ведь, говорят, не рука, а пушка.

В ответ Уильямс тоже улыбнулся – казалось, впервые за ужасно долгое время.

– Готов?

– Определённо.

Уильямс замахнулся и швырнул ключ. Тот полетел к Джейку параллельно потолку.

На секунду мальчик испугался, что Уильямс перестарался, но потом ключ начал грациозно снижаться по дуге.

Джейк вытянул руку и перехватил его.

– Да!

– Отлично ловишь, парень! – похвалил Макс.

– Тренировался с друзьями, – ответил Джейк, прижимая ключ к груди. На секунду он задержался. Если он окажется прав, всё вот-вот закончится, а он понятия не имел, что это будет означать.

Но миг замешательства миновал. Джейк делал это не для себя – он делал это для Бет, и для Уильямса, и для человека, которого он никогда не встречал, но который был для этих двоих целым миром.

Джейк прошёл под крестом к львиной голове.

– Ну, где же ты? – спросил он. Проведя пальцами внутри пасти льва, он нащупал скважину – прямо на корне львиного языка.

Его пальцы дрожали. Он вставил ключ в щель… и повернул.