Если бы Алиса не видела репетиций Ривер, она бы решила, что это так всё и было задумано с самого начала. Подруга танцевала со своей обычной энергией, ловко переходила от одной песни к другой. Аутфит отлично дополнял выступление: удивительным образом в нём оказалось перемешано столько же стилей, сколько фрагментов включал медли Ривер.

Когда экзамен закончился, учителя ушли, чтобы посовещаться. А девочки отправились обратно в свои комнаты.

Алиса, Тара и Ривер сильно нервничали. Чтобы проветриться, решили выйти в сад.

– Я спотыкалась три или четыре раза, – обречённо произнесла Тара.

– Нет, самое большее два, – заверил её Алиса. – А спела просто идеально.

Тара покачала головой.

– Пф-ф-ф, слава богу, что я вообще что-то смогла… – сказала Ривер и, тяжело вздохнув, села в траву под дерево. Тара и Лисёнок устроились рядом.

– Не ожидала такого от Сон Хи, – сказала Ривер.

Тара откашлялась.

– Мы её почти не знаем… – осторожно заметила она.

Ривер подняла взгляд.

– Это да.

Девочки на мгновение замолчали. На ум приходило много всякого. Но подруги сомневались, стоит ли произносить это вслух.

Сон Хи… С ней было всё не так просто. Одни девочки считали её независимой, другие надменной. Да, её никто особо не любил. Но подобное не означало, что из-за этого она должна была устраивать такие диверсии.

Хотя, конечно, тот факт, что одной из пострадавших оказалась Филиппа, с которой Сон Хи особенно плохо ладила, обращал на себя внимание… Но это просто теория. И строить обвинение на догадках и кусочке ленточки было бы несправедливо.

– Тара! – послышался голос.

Тара обернулась, Алиса и Ривер сделали то же самое.

– Тони? – удивлённо произнесла Тара.

Мальчик с улыбкой подбежал к ним.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Тара.

– Девочки, привет! – поздоровался он. – Я знал, что сегодня у вас экзамен. Ваши преподы разрешили мне прийти посмотреть.

Тара сглотнула.

– Ты… ты видел наше выступление? – спросила она.

– Да, ты была великолепна! Все вы.

Девочки переглянулись, слегка смутившись.

– Присядешь? – предложила Ривер.

Хотя она улыбнулась Тони, по её голосу легко было заметить, что с ней что-то не так.

Тони нахмурился и сел на траву рядом.

– Вы нервничаете? – спросил он. – Не стоит. Честно, вы очень хорошо выступили…

Тара покачала головой и посмотрела на Ривер: та сама должна решить, говорить Тони о случившемся, или нет.

– Кто-то испортил мой костюм, в котором я собиралась выступать, – пробормотала Ривер. Тони охнул.

– Я знал, что всё этим и кончится, – сказал он. – А больше ничего не случилось?

Девочки переглянулись.

– Ну… – начала Алиса, – вообще-то было ещё кое-что странное. Одна наша сокурсница споткнулась и получила травму, у другой аллегический приступ начался ни с того ни с чего… Но всё это больше похоже на случайности. А Ривер явно кто-то навредил.

Тони пригладил непослушные тёмные кудри.

– Надеюсь, вы правы и это всё были просто несчастные случаи, – сказал он. – Хотя если окажется, что это тоже дело рук диверсанта, я не удивлюсь. В других местах я и не такие истории слышал.

Лисёнок почувствовала холодок у сердца. Неужели это и правда дело рук одного человека?

– А вы кого-то подозреваете? – спросил Тони. – Я про костюм.

– Нет, – быстро ответила Ривер, многозначительно посмотрев на подруг. – Мы не знаем, кто это мог быть.

Алиса с Тарой переглянулись, но ничего не сказали.

– Будьте осторожны, девчонки. Чем ближе к финальному экзамену, тем больше риска. Особенно у тех, кто отстаёт, – предупредил Тони и быстро добавил: – Вас это пока не касается, конечно, но…

После еды все девочки получили сообщения с просьбой собраться в зале. Комиссия была готова объявить результаты.

– Сейчас они отправят нас домой, – прошептала Тара.

– Никого они не отправят. Просто объявят оценки, и всё.

Девочки были так озабочены подготовкой к экзамену, что толком даже не понимали, что именно он решал. Одни думали, что это экзамен на вылет, другие – что просто этап, от которого зависит часть итоговой оценки. Но никто из них даже представить себе не мог, как обстояли дела на самом деле.

– Добрый день, – поприветствовала их Саманта. – В течение недель, что вы были здесь, мы анализировали каждую минуту ваших тренировок, ваших практик и ваши выступления. Мы видели, как вы работаете, внутри и вне класса.

Лисёнок заёрзала на стуле, нервничая всё больше и больше. Они уже поняли, что она не прыгнет выше головы? Что ж, в любом случае, это был классный опыт…

– Прежде, чем я сообщу вам результаты, – продолжала Саманта, и экран за её спиной загорелся, – хочу предупредить вас. Решения, которые мы приняли, окончательные и обжалованию не подлежат. Не пытайтесь заставить нас передумать. Единственное, чего вы можете этим добиться, – дисквалификация.

Тара крепко сжала руки Лисёнка и Ривер. Девочки переглянулись, безмолвно желая друг другу удачи.

На экране, который находился на сцене, началось видео. Видео сопровождала эпичная музыка, как будто шёл трейлер какого-то фильма. Сначала девочки увидели несколько челленджей, которые они делали в социальных сетях, потом кастинги в разных городах, поступление в Академию, классы… В конце ролика им показали освещённую яркими огнями сцену, а над ней пять рамок.

Внутри каждой рамки высветились фотографии разных девочек. Алиса пригляделась, пытаясь найти среди них своё лицо. И нашла. Внутри одной из рамок была она, а рядом Алиса, Тара, Ривер. И… Сон Хи. Что это значило?

– Это состав финальных групп, – объяснила Саманта. – В этих группах вы будете готовиться к итоговому испытанию, которое состоится в ближайшую неделю.

По залу пробежал ропот.

– Я предупредила вас и повторяю ещё раз. Состав групп окончательный и обжалованию не подлежит. Вы будете играть, петь и танцевать вместе. А по итогам будете вместе же выбраны или исключены.

– Поверить не могу, – говорила Тара, когда они все трое сидели в комнате. – Такая удача, невероятно! И такая… неудача!

Подруги уже полчаса обсуждали последнюю новость и никак не могли успокоиться. Да, они и мечтать не могли о том, чтобы делать совместный номер. Чтобы их выбрали всех, всех троих. Но…

– Но Сон Хи… – пробормотала Алиса.

– А что, если… мы попытаемся поговорить с Самантой? Может, объясним, что…

– Вы же слышали, что она сказала, – прервала Ривер. – Даже если бы у нас были доказательства, она дисквалифицировала бы нас и распустила группу. А у нас и доказательств-то нет.

Лисёнок вздохнула.

– Я думаю, лучше всего будет сосредоточиться на экзамене, – предложила она. – Ну, а если пройдём… Что ж, там будет видно.

– Правильно, – согласилась Ривер с лёгкой улыбкой. – Будем решать проблемы по мере поступления.

Но, конечно, сказать это было гораздо легче, чем сделать.

Первые дни все четверо репетировали с педагогом по танцам и одним из учителей пения. Взрослые помогали им подготовить выступление.

Из-за того, что почти всё время рядом были учителя, болтать особо не получалось. Да и сама Сон Хи постоянно молчала, впрочем, как всегда…

Однако последние дни им пришлось репетировать уже самостоятельно, дорабатывая детали своего спектакля. В какой-то момент Тара, которая нервничала больше остальных, в очередной раз споткнулась на одном и том же шаге. Сон Хи громко фыркнула и остановила музыку.

– Прости, ладно? – сказала Тара. – Я делаю что могу.

Сон Хи вернулась в исходное положение, не обращая на слова Тары никакого внимания.

– Давай, Тара, если один раз сделаешь правильно, потом уже не ошибёшься, – подбодрила подругу Алиса.

Но Тара снова споткнулась, на этот раз в самом начале, на двадцатой секунде песни.

Сон Хи провела рукой по волосам и пробормотала что-то на корейском.

Тара, лицо которой горело, повернулась к ней.

– Если бы я не боялась, что кое-кто может в любой момент подставить мне подножку, я бы так не нервничала! – сказала она.

– Тара! – воскликнул Ривер.

– Попробуй сама себе подножек не ставить для начала! – парировала Сон Хи. – Если бы вы больше тренировались, такого бы не было. Поверить не могу, что мой последний экзамен зависит от вас. После всего… После всего…

Сон Хи зажмурилась и сжала кулаки, сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего.

– После всего, что ты пережила, чтобы оказаться здесь, да? – закончила за неё Тара. – Жалеешь, что не можешь сама нас дисквалифицировать? Что ж, очень сочувствую тебе.

Сон Хи вскинула голову.

– Что?

Тара поджала губы, но больше не произнесла ни слова. Ривер вздохнула.

– Я нашла клочок своей одежды в твоем шкафчике, – сказала она. – Кусок моего костюма, который кто-то разрезал перед прошлым экзаменом.

Кореянка, которая и так была уже довольно красной от упражнений, покраснела ещё сильнее.

– К тому же не факт, что остальные странные случаи – аллергии, травмы наших сокурсниц – были случайностью. В Академии завёлся вредитель, и всё указывает на то, что это ты.

Сон Хи сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки и найти нужные слова.

– Если уж вредить кому-то, – наконец сказала она, очень медленно произнося слова, – для начала надо найти достойного конкурента.

Алиса почувствовала, что ей не хватает воздуха. Девочки не успели ничего ответить Сон Хи, поскольку в этот миг у Тары зазвонил телефон.

– Это Лея, – сказала она остальным. – Видеозвонок…

Тара нажала «принять», Ривер и Алиса подошли поближе. Сон Хи осталась стоять на месте, скрестив руки на груди.

– Девочки, у вас всё в порядке? – спросила Лея. Она находилась в другом зале для тренировок. За её спиной слышались взволнованные разговоры.

– Да, а что? Что-то случилось? – спросила Тара.

– Это призрак, – шёпотом сказала Лея. – Из-за него Анеко осталась без голоса прямо посреди репетиции. Теперь всю нашу группу могут дисквалифицировать!

Девочки испуганно переглянулись.

– Когда это случилось? – спросила Алиса.

– Десять минут назад. Будьте осторожны!

Лея закончила звонок, и все посмотрели на Сон Хи. Та по-прежнему стояла нахмурившись.

– Вы издеваетесь или что? Какой ещё призрак? – сказала она.

– Что бы ни случилось с Анеко, это не Сон Хи, – шепнула Ривер подругам. – Она была с нами всё утро.

– Но тогда… – начала Тара.

Но не закончила. Потому что в этот момент из коридора послышался громкий звук. Девочки прислонились к матовым стёклам. И завизжали одновременно. По коридору брела чья-то зловещая фигура.