(который я записала на руке)
Ингредиенты:
4 стакана свежей или замороженной ежевики (чтобы хватило заполнить дно формы для выпечки)
1 столовая ложка кукурузного крахмала
½ стакана муки
1 стакан коричневого сахара
1 стакан овсяных хлопьев
½ стакана сливочного масла
Инструкция:
1. Разогрейте духовку до 180 ˚C.
2. Выложите ежевику в форму.
3. Посыпьте сверху кукурузным крахмалом и перемешайте (Неважно, если у вас получится не совсем хорошо, папа Сэм говорит, что он не стремится к совершенству, но у него всё равно получается очень вкусно).
4. Порежьте масло на кусочки и положите в миску с мукой, сахаром и овсяными хлопьями.
5. Перемешайте масло и все остальные ингредиенты чистыми руками, пока не получатся масляно-мучные комочки.
6. Осторожно покройте этой массой ягоды и равномерно распределите.
7. Выпекайте в духовке 30–40 минут или до тех пор, когда ягоды превратятся в джем, кусочки теста подрумянятся и вы почувствуете аппетитный аромат.
8. Если у вас останутся какие-то ингредиенты – заверните в фольгу и уберите в холодильник.
Примечание: Сэм говорит, что такой пирог можно готовить с разными фруктами, а не только с ежевикой. Правда, она не слышала, чтобы кто-нибудь пёк его с бананами или ананасами.
Суббота, 9 августа
Марипосе Гарсии Гонсалес
На Небесах
Querida Abuelita, сегодня я проснулась, когда запели птицы, и не смогла больше заснуть. Тихонечко пробралась вниз и приготовила себе овсянку. А вскоре и Лупе спустилась. Когда она поела овсянки и заварила кофе в своей термокружке, я предложила показать ей нашу ферму.
Утро было прекрасное. Хотя сейчас лето и всё сухое, коричневое и пыльное, но жары ещё не было, а папа одолжил накануне у Марка, приятеля Грегори, парочку коз, чтобы те всё подчистили. (Мама сфотографировала, как папа вёл коз на поводке. Вот все в ЛА повеселились!)
У нас, конечно, ещё остались дедушкины горы мусора, но я объяснила Лупе – это полезные запасы, которые могут пригодиться, ведь он считал, что многие фермеры хранят кучу всего разного на всякий случай. Вайолет говорит, эта привычка сохранилась с тех пор, когда магазинов в городе было мало и фермеры не всегда могли купить то, что им нужно.
Лупе понравился наш сарай. Я рассказала про инкубатор и новые яйца, и о том, что мне надо поддерживать там постоянную температуру, словно их высиживает пушистая несушка, и надо переворачивать их – так же, как это делала бы курица, чтобы эмбрионы в яйцах развивались правильно. А ещё – следить, чтобы влажность не увеличивалась, иначе яйца не станут испарять достаточно влаги, зародышам будет не хватать воздуха и они не смогут дышать. Но и слишком низкая влажность тоже не годится: яйца пересохнут, цыплята приклеятся к скорлупе и не сумеют вылупиться.
Лупе очень обрадовалась, увидев дедушкину старую пишущую машинку. Она почти сразу правильно заправила в неё бумагу и наверняка, если немного попрактикуется, скоро будет отлично печатать.
Я увидела в окно Грегори, и мы побежали его встречать. Я сказала ему, что маринованная хикама была просто замечательная, а он спросил Лупе, когда у неё начинаются занятия в школе, и напомнил мне, что в этом месяце у нас не будет встреч 4-Н [13] из-за начала уроков в школе. Потом ему надо было развозить почту, так что мы с ним попрощались.
Когда мы пришли к курам, Баффи вышла поздороваться с нами и даже позволила Лупе себя погладить! Лупе предложила выдать ей Куриный диплом за смелость, как дают ученикам в школе. Крапинка как раз снесла яйцо, Веснушка и Болтушка немного покудахтали по этому поводу, и даже Генриетта к ним присоединилась. Хам, Бегунья, Аки и Алли купались в пыли, принимая пыльные ванны. Лупе так смеялась над ними! Хорошо, что Аки и Алли подружились с остальными курами. Может быть, мы ещё вернемся и посидим с ними. В конце концов, Генриетта ни разу не передвигала людей, по крайней мере, мне про такое ничего не известно.
Потом мы с Лупе поехали в город. Она не могла посмотреть на всё то, что мне хотелось ей показать, ведь кузина должна была следить за дорогой. Лупе очень удивилась дорожным знакам, изображающим корову, которая переходит дорогу. И она не привыкла встречать тракторы на узких дорожках. Но мы всё-таки доехали благополучно.
Лупе понравился магазин кормов, хотя на этот раз кур там не продавали. Джейн показала нам новое лакомство, которое они только что получили: что-то вроде сушёных жуков. Она дала мне немножко на пробу, чтобы я угостила моих кур и рассказала ей потом, как им понравится.
– Если им придется по вкусу, мы сделаем специальную метку, чтобы покупатели знали: товар нравится курам, – сказала она. – Это может пригодиться.
Лупе посмотрела на сушеных жуков в пластиковом пакете. Они были чёрные и блестящие, а некоторые лапки у них оторвались.
– Ого какие! – удивилась она.
– Если готовить деньрожденный торт для кур, то эти лапки можно использовать как посыпку, – сказала я Лупе и Джейн.
Лупе поежилась:
– Хорошо, что я не курица!
Потом мы отправились в библиотеку оформлять Лупе читательский билет.
Когда мы вошли, мисс О’Мэлли заметила нас и воскликнула:
– Слава богу!
Оказалось, что только что закончилась встреча подросткового книжного клуба, на которой обсуждали книги и ели пиццу, но поскольку многие ребята были на каникулах, у мисс О’Мэлли осталось столько пиццы, что она не влезала в холодильник:
– Сможете съесть по две порции? – попросила она нас. – С грибами и оливками.
Мы согласились помочь, как и полагается – по-соседски. Пицца была ещё тёплая! Пока мы уплетали за обе щеки, мисс О’Мэлли выписала Лупе читательский билет и зарегистрировала её.
– А что ты собираешься изучать в колледже? – поинтересовалась она, узнав, что Лупе будет учиться тут.
– Ещё пока не знаю. Возможно, педагогику, чтобы стать учительницей, – ответила Лупе.
Вот не знала, что сестра хочет стать учителем! Я даже не удосужилась спросить о её планах, думала, что сперва просто поступают в колледж, а потом уже решают, кем хочешь стать в будущем.
– Отличный выбор! – похвалила мисс О’Мэлли, вручая Лупе читательский билет. – Софи, мы получили «С любовью, Руби Лавендер» [14]. Тебе, наверное, понравится – там про кур.
Я решила взять эту книгу на пробу. А ещё нашла книжку про выведение цыплят в инкубаторе. Мисс О’Мэлли, конечно, всегда старается помочь.
– Хочешь мороженого? – спросила Лупе, когда мы вышли из библиотеки, и кивнула в сторону кафе. Я пожала плечами.
– У меня нет с собой денег.
Мне не хотелось признаваться, что я ни разу не заходила в кафе, потому что на самом деле у нас нет на это денег.
– Я угощаю! – улыбнулась она.
И мы пошли в кафе. Оно было маленькое, и там всё было выкрашено в цвета мороженого: мятно-зелёные столики и неаполитанские стулья, ванильного цвета лампы, похожие на шарики мороженого, и белая леди в радужном фартуке цветов щербета.
Лупе взяла «Кофейно-шоколадную мечту», а я – «Шоколад и арахис». Лупе расплатилась, и я выбрала столик.
– Как тебе тут живётся? – поинтересовалась Лупе, облизывая мороженое так, что оно постепенно превращалось в конус.
– Всё ещё скучаю по ЛА, – призналась я, слизывая верхушку рожка. – И по вам всем – ну до того, как ты к нам приехала. Но у меня появились тут друзья, да и кур в ЛА разводить не получилось бы.
Лупе кивнула. Какое-то время мы молча ели мороженое.
– Ну что теперь? – спросила наконец Лупе.
Я засомневалась. Как объяснить ей про ферму «Редвуд»? Но мне так хотелось показать кузине её.
– Ты слышала, что я получила в наследство куриную компанию?
(Ой, мне пора идти учить Лупе готовить мигас. Но не волнуйся, после обеда я продолжу письмо и расскажу тебе, что было потом.)
Позднее:
Мы приготовили самый лучший мигас на свете! Тебе бы понравилось. Ну а теперь я расскажу, что ещё произошло за этот день.
Мы немного заплутали, пока ехали на ферму «Редвуд», но всё-таки добрались туда. Лупе притихла, когда вышла из машины. Я попыталась увидеть ферму Агнес её глазами.
На дедушкиной ферме много мусора и там, куда ещё не добрались козы, пока полным-полно сорняков и ежевики, зато на крыше нет дыр, закрытых брезентом. Но нет и красного сарая, который так и просится на картину, и маленького белого домика с облупившейся краской и крыльцом, увитым диким виноградом.
– Тут ещё надо потрудиться, – проговорила я наконец.
Лупе посмотрела на меня.
– Здесь очень красиво, – сказала она, и я поняла, что кузина и в самом деле так думает.
Я достала ключ и провела Лупе по тропинке мимо разросшихся цветов к сараю. Я показала ей коробки с тем, что нужно для цыплят, и куриные вольеры, всё ещё заросшие ежевикой, а потом Лупе захотела посмотреть дом.
Я не сразу решилась.
– Я и сама там ещё по-настоящему не осмотрелась.
– Ну как хочешь тогда. Сама решай, ты хозяйка фермы, – улыбнулась Лупе.
Но я видела, что ей хочется посмотреть. Так чего же я жду? Через неделю ферма моей ещё больше не станет. Просто… Пока я не побывала внутри, мне, может быть, легче было вообразить, что Агнес всё ещё живёт там. Что я до сих пор могу с ней встретиться. Но это не так, и я это знала.
– Давай зайдём, – предложила я.
Мы осторожно поднялись на крыльцо, следя, чтобы оно не обрушилось. Мой ключ отпер входную дверь, как и говорил Грегори.
В доме Агнес было много окон и царило такое особое ощущение, что никого нет поблизости – не то что в квартире, где всегда слышишь соседей. Комнаты не были забиты вещами, как у дедушки Джима, мебель стояла старая, но красивая.
– Как интересно, – сказала Лупе, разглядывая голубую вазу на столе в кухне. – Это всё твоё?
Она открыла буфет. Там стояли банки с вареньем, арахисовой пастой и консервами.
– Думаю, да, – ответила я. – Я ещё сама не привыкла к этому.
Казалось, во всех комнатах ещё кто-то живет, но никого не было. Юристы Агнес сказали, что за электричество и воду уплачено на год вперёд, так что хотя бы об этом мы пока можем не беспокоиться. Кровати были застелены и покрыты вылинявшими шерстяными одеялами с шёлковой окантовкой, над раковиной в ванной висела мыльница. Даже шампунь ещё оставался. Чем больше комнат мы проходили, тем быстрее я шагала. Лупе ничего не сказала, когда я прошла мимо одной двери, не открыв её, и вернулась в гостиную.
– Нам надо вернуться домой до того, как уедет Вайолет, чтобы ты успела с ней познакомиться, – сказала я.
– Окей, – кивнула Лупе.
В машине я немного успокоилась. Я рада, что Агнес оставила мне свою ферму и компанию и всё прочее. Но мне почему-то от этого немножко не по себе.
– Расскажи о Вайолет, – попросила Лупе.
Тогда я объяснила ей, что Вайолет – подруга Джейн, что она выросла на ферме, но теперь работает в банке, по крайней мере, днём. Когда она трудится на ферме, носит старые джинсы, а свои косички убирает под оранжевый платок, который, впрочем, подошёл бы и к её серому костюму, который она носит в банке.
– Они с Джейн выращивают на ферме овощи и фрукты, но у обеих есть и другая работа, – растолковала я.
Лупе кивнула.
– А многим фермерам приходится работать на двух работах?
– Думаю, да, – сказала я. – Мисс О’Мэлли работает в библиотеке, но у неё есть куры, Грегори развозит почту, у него есть утки, а кур нет. У мамы Криса ферма, где они выращивают овощи, и вдобавок яблоневый сад, где можно самим собирать яблоки.
– Наверное, теперь одной фермой не проживёшь, – заметила Лупе.
Я пожала плечами.
– Может быть.
Но в душе надеялась, что это не так, потому что пока у папы другой работы не было. Мама пишет разные статьи, но я знаю, что нам всё равно приходится туго после того, как папа потерял работу.
Когда мы вернулись на ферму, Вайолет помогала папе, так что Лупе смогла с ней познакомиться. Лупе понравилось, какой у Вайолет великолепный бронзовый маникюр. Оказалось, что Вайолет училась в том же самом колледже, так что она дала Лупе несколько советов.
– Тебе там понравится, – сказала она, пожимая руку моей двоюродной сестре, и у Лупе вдруг словно камень с души свалился. Наверное, она тоже волновалась перед началом учёбы.
Вайолет сказала мне, что её подруга Синди преподаёт естествознание в моей новой школе и попросила передать ей привет. Я обещала.
У папы и Вайолет ещё оставались дела на винограднике, Лупе надо было разобраться, как зарегистрироваться на свои занятия, а мне – проверить яйца и кур, записать наблюдения и написать тебе письмо.
Мне кажется, Лупе у нас понравилось.
Te extraño [15],
Софисита
P. S. Посоветуй, что делать с теми кабачками, которые Джой всё время приносит маме? Добавляла ли ты когда-нибудь кабачки в мигас? Я попробовала угостить ими своих кур, но они, кажется, не привыкли к такой пище.
Суббота, 9 августа
Джиму Брауну
Фермавалла
Дорогой двоюродный дедушка Джим, много ли нужно терпения и упорства, чтобы стать хорошим фермером? Мне кажется, много, иначе превратишься в этакий призрак, который лишь бродит повсюду, всё разбрасывает и ничего толком сделать не может. Спасибо тебе за упорство.
Я рада, что занялась выведением цыплят в инкубаторе, но как же это долго! Надо следить за показателями термометра и гигрометра, да ещё и яйца переворачивать – осторожно-осторожно! Неудивительно, что в моей прежней школе ученики предпочитали просто проращивать бобы.
Интересно, какие цыплята вылупятся из этих яиц? А вдруг они станут нести золотые яйца? Тогда папе можно будет не ходить больше на все эти собеседования, а мама сможет наконец написать свой роман, и мы купим семейный компьютер, чтобы мне не приходилось ждать с каждым имейлом, пока мама закончит свою работу. Но если отнести золотые яйца в банк, то кто-нибудь наверняка снова захочет украсть моих кур.