Нина держала на ладони брелок, на котором были прикреплены не только ключи, но и красивое золотое кольцо и бирка с надписью «Ж. Лариго́, улица Вольте́ра, 22».

– Ж. – это точно Жужу, – пробормотал я. – Где именно были эти ключи?

– Среди крупных фиолетовых цветов, – ответила Нина.

– Это ненормально, – отозвался я с комом в горле. – Может быть, Жужу похитили и она бросила ключи на землю, чтобы кто-нибудь нашёл их и забил тревогу.

– Похитили? – повторила Агата, распахнув свои большие голубые глаза.

– Эй, не выдумывайте, – отозвалась Нина. – Может быть, она сейчас у себя и пьёт чай. Пойдём посмотрим?

– Без ключей она не могла бы вернуться к себе домой, – возразила её сестра.

Затем она повернулась ко мне.

– Улица Вольтера, 22. Ты знаешь, где это?

– Нет, но не волнуйся, мы найдём.

Я открыл чёрную коробку, прикреплённую к правому подлокотнику моего кресла, и ввёл адрес.

– Ух ты, у тебя есть GPS? – воскликнула Нина.

Я кивнул.

Родители подарили его, когда мне исполнилось десять. «Теперь ты можешь гулять по кварталу, где захочешь, и никогда не потеряешься».

Если честно, я бы предпочёл телефон, но я всё испробовал и не смог их упросить – раньше шестнадцати лет можно и не надеяться.

Ладно, GPS – это тоже неплохо.

– Это недалеко, – сказал я своим спутницам. – Минут десять пешком.

– Хочешь, я повезу твоё кресло? – вежливо предложила Агата.

– Что? Конечно нет, но спасибо за предложение.

– А я не против, чтобы ты меня понесла, – иронично вставила Нина.

Младшая сестра не удостоила её ответом, и мы отправились в путь.

Улица Вольтера. Мы остановились перед домом 22.

На почтовом ящике значилось «Жюлье́т Лариго́».

Жюльет, Жужу, мы на месте.

Нина прижалась лицом к окну.

– Ничего не вижу, шторы задёрнуты.

Агата позвонила в дверь, и мы замерли в ожидании, что сейчас появится Жужу.

Напрасно.

– Ну-ка, заходим, – внезапно объявила Нина.

– Ты с ума сошла, так нельзя, – запротестовала Агата.

Сёстры никогда не соглашаются друг с другом.

Я колебался. Потом я подумал о Жужу, о её милых светлых кудрях, о её оригинальных ярких нарядах, о больших пакетах с едой для птиц и о кроссвордах, которые мы часто вместе разгадывали.

О её светящихся глазах, а ещё о её улыбке.

И вдруг я представил, как она, упав, неподвижно лежит на полу, и у меня сердце сжалось.

– Нина права, необходимо проверить, – решил я.

Агата вздохнула, а потом прошептала:

– Тогда первыми заходите вы.

Мы кивнули, и Нина вставила ключ в замок, а затем аккуратно открыла дверь.

Я повернулся к Агате:

– Поможешь мне подняться на ступеньку?

Она кивнула, и мы зашли, погрузившись в напряжённую тишину.