Я пытался выбросить эту ужасную мысль из головы, но она никуда не девалась. Она изводила меня, не давая уснуть весь остаток ночи. Когда рассвело, я вышел на улицу подышать свежим воздухом. Небо было серое. День обещал быть холодным. Вороны уставились на меня своими глазами-бусинами, и я торопливо вернулся в хижину.

День тянулся невыносимо медленно. Я подумывал сплести корзину, чтобы скоротать время, но не смог найти в снегу ни сухих стеблей, ни травы. Когда наконец стемнело, я поспешил через замёрзшее озеро на берег ждать Ястреба. Вскоре он пришёл, неся еду и бурдюк с водой.

– Ты как? – спросил он.

– Нормально, – ответил я, надеясь, что он не услышит безнадёжности в моём голосе. Он переда́л мне еду. – Есть новости о Луне?

Ястреб помотал головой:

– Он всё ещё не пришёл в себя.

Так продолжалось семь дней. Состояние Луна не менялось. Я часто доставал амулет и молил его послать мне ещё один сон. Но глаза черепа оставались тусклыми. Быть может, амулет наказывал меня. Или, что ещё хуже, он вообще потерял в меня веру.

– Вот бы Ворона была здесь, – сказал я Тени как-то днём. Небо сделалось тёмно-серым, и все вороны взмыли ввысь – знак, что надвигается буря.

– Да, разговаривать с тобой, Тень, здо́рово, но только Ворона может дать мне дельный совет. Что бы она сделала, если бы поняла, что подвела кого-то?

Тень тихонько гавкнул, будто говоря: «Это легко. Она бы прекратила жалеть себя и попыталась бы всё исправить. Она бы помогла Луну выздороветь».

– Это прекрасный совет, Тень, – сказал я. – Но как бы она всё исправила?

Я представил Ворону, в раздумьях расхаживающую по дому своего отца. Я знал, что Ворона обязательно придумала бы план. Он был бы дерзким. Он был бы смелым. Он был бы…

Медленно, словно само по себе, в моей голове зародилось зерно моего собственного плана. Для его исполнения придётся нарушить правила. Это будет опасно. Но это вполне может сработать…

Той ночью я обсудил свою идею с Ястребом и попросил его о помощи.

– Ты точно рехнулся, – сказал он, передавая мне еду. – Никто не решился бы на это. Если нас поймают…

– Но духи не допустят, чтобы нас поймали, – не сдавался я. – Это же ради блага деревни, понимаешь? Людям нужно, чтобы Лун встал на ноги, чтобы он снова присматривал за общиной. А мне нужно вернуть себе доброе имя. Прошу…

– Ладно, – неохотно сказал брат. – Но лучше бы чутьё тебя не подвело. Дай мне время добраться до луга и завести овец в хижину. Встретимся там.

Пока Ястреб шёл на луг, я присел за камнем и съел часть еды. Спрятав остальное в кустах, я поблагодарил духов и отправился в сторону деревни. Буря уже миновала, но дождь лил по-прежнему, делая подмороженные тропы очень скользкими.

– Сейчас ни звука, Тень, – предупредил я. – Это важно.

Я спрятал лицо под меховым капюшоном, но понимал, что люди непременно узнают моего пса, если заметят нас.

Мы проскользнули мимо деревни к могильнику, где нас уже ждал Ястреб. Он помог мне совсем немного отодвинуть тяжёлую каменную дверь, и я протиснулся внутрь. Я не осмелился взять с собой факел, так что некоторое время стоял, не шевелясь и ожидая, пока глаза привыкнут к темноте.

Постепенно я начал различать скелеты, лежащие вокруг. Я пробирался между ними, пока не оказался прямо перед древним целителем. Даже во тьме я видел священное копьё, поблёскивающее в его костяных пальцах.

– Прошу тебя о помощи, – сказал я. – Я пришёл одолжить у тебя копьё. Оно очень нужно мне, но не для себя. Это для Луна, шамана. Вот уже много дней он не приходит в себя, и нет никакой надежды, что он очнётся. Я подумал, что, если я вложу копьё ему в руки, совсем ненадолго, оно может помочь ему выздороветь. Я верну копьё, как только закончу.

Я взялся за копьё, как тогда, в могильнике у деревни Вороны. Но на этот раз оно не поддавалось, по-прежнему оставаясь в руках целителя. Я тянул снова и снова – но копьё даже не шевельнулось.

– Прошу… – ещё раз взмолился я.

И тут я почувствовал, как из копья вверх по моей руке течёт та же невидимая сила, которую я ощутил в могильнике у деревни Вороны. Тёмные стены вокруг меня исчезли, уступив место яркому звёздному небу. Пока я таращился на него, какой-то человек, прихрамывая, подошёл ко мне. Его лицо было скрыто меховым капюшоном, но полная луна осветила его, и я понял, что это мой друг шаман. Вдруг земля вокруг него затряслась, и из её недр воздвиглись громадные стоячие камни, образовав круг. Вот все камни склонились над шаманом, заслоняя звёзды, и зашептали странные слова, которых я не мог понять…

– Ты закончил? Выходи, Волк, – прошипел Ястреб, карауливший у входа. – Быстрее, пока нас кто-нибудь не увидел.

Мгновение спустя видение рассеялось, и я вновь оказался во тьме.