Следующим утром мы собрались в квартире тёти Нины и всё рассказали Владе.

– Как жалко, что мама сегодня в командировку уехала! – воскликнула она.

– Почему жалко?

– Она пришла бы на это ваше собрание и разнесла все обвинения против Галины Петровны. Мама умеет быть убедительной!

– Она поверила бы Галине Петровне?

– Конечно! Мама её давным-давно знает и очень уважает. У них с Галиной Петровной был период непонимания, но он в прошлом.

– А мы своих родителей не смогли убедить, – вздохнула Замира.

– Значит, будем действовать сами, – сказала Влада.

– В смысле?

– Придём на собрание – раз. Попросим повторить обвинения против Галины Петровны по пунктам – два. Отразим обвинения одно за другим – три.

– Да нас никто даже слушать не станет! – Замира вздохнула ещё горше. – Ты не видела, что вчера было. Точнее, не слышала… Соседи орали как пещерные люди.

– Может, они остынут немного за два дня?

– Как остынут, так и снова заведутся.

– Всё равно надо пытаться!

– Да мы не против, – сказал я. – Можно попробовать…

– Раз вы не верите в победу, говорить буду я.

– Окей…

– Надо позвать на собрание тех, кто хорошо относится к Галине Петровне.

– Ну да… Дядю Гену и дядю Витю.

– Пойдёмте прямо сейчас с ними поговорим! Только… они не на работе?

– Дядя Гена вроде в отпуске…

– Отлично! Идём.

Мы вышли из квартиры и позвонили в соседнюю дверь. Открыл дядя Гена, сосед Галины Петровны по коммуналке, и сказал, что она ушла в магазин.

– Может, и хорошо, что Галины Петровны нет дома, – улыбнулась Влада. – Не будем лишний раз напоминать ей о неприятном.

– О вче-ра-а-шнем собра-ании? – спросил дядя Гена. Он, как всегда, заикался.

– Да. Только это не окончательное собрание. Всё решится завтра…

Влада рассказала о том, что будет защищать Галину Петровну. Дядя Гена пожал ей руку.

– Мо-олодец, Вла-ада, – сказал он. – Я тоже при-иду на сообра-ание. То-олько от меня ма-ало толку. Я и та-ак-то за-аикаюсь, а та-ам все ора-ать будут…

– Это ничего! Вы, главное, приходите!

– Ваше присутствие очень поддержит Галину Петровну, – добавила Замира. Кажется, она начинала верить в успех Владиного плана.

Попрощавшись с дядей Геной, мы спустились на второй этаж и позвонили в дверь дяди-Витиной коммуналки.

– Привет, ребятки! – вышел к нам дядя Витя. – Повезло вам – застали меня. Я сегодня во вторую смену.

– А завтра? – выпалил я.

Влада толкнула меня локтем.

– Здравствуйте, дядя Витя. А завтра в какую смену работаете?

– В первую.

– Отлично! – хлопнула в ладоши Влада. – Значит, вечером вы свободны и придёте на собрание?

– Приду, конечно. Поддержку Галину Петровну. Она тётка суровая, но справедливая.

– А я буду её защищать, – сказала Влада.

– Молодец, адвокатша, – улыбнулся дядя Витя. – Я говорить красиво не обучен, но, если надо, могу рявкнуть. Если Ольга Олеговна совсем распояшется…

– Это хорошо, – сказал я. – Это может пригодиться.

Мы попрощались с дядей Витей. Когда за ним закрылась дверь, Замира спросила:

– Мы сейчас куда?

– Давайте последим за нашей парочкой! – предложил я.

– Опять пойдём в ту парадную? – Владу передёрнуло.

– Нет, старика бесить не стоит, – сказал я. – Лучше посидим на лавочке во дворе, понаблюдаем. Увидим кого-то из них – проследим.

– Давайте. – Влада вздохнула с облегчением. – Слушайте, можно я у вас на кухне свой термос оставлю?

– Ты чай из дома притащила? – выпалил я. – Зачем? Мы бы тебе налили.

– Нет, там не чай! Это специальный термос для обедов.

– И что там за обед?

– Зразы с яйцом и картофельное пюре.

– А зразы из мяса или из картошки?

– Дим, ты сначала думай, а потом спрашивай, – вздохнула Замира. – Если на гарнир картошка, понятно, что зразы из мяса.

– Ничего тут понятного нет. Может, Влада любит картошку с картошкой. Ты же любишь есть макароны с хлебом.

– Это другое.

– Ничего не другое!

– Да из мяса зразы, – вклинилась Влада. – Так можно я термос у вас оставлю?

– Можно, конечно.

На кухне Влада поставила термос в наш шкафчик.

– Не боись, не украдут, – услышали мы за спиной и обернулись.

Из дверного проёма на нас смотрела Ольга Олеговна:

– Здесь же нет Галины Петровны. Это она любит класть чужое себе в карман.

– Здравствуйте, – сказала Влада. – Вы Ольга Олеговна?

– Она самая. И тебе не хворать.

– Мы не верим, что Галина Петровна в чём-то виновата.

– Ну и не верьте, – хмыкнула Ольга Олеговна. – А твоё мнение, девочка, здесь вообще никого не интересует.

– Почему это? – Влада вскинула голову. – В этом доме квартира моей тёти…

– Ой, тётя твоя далеко! И ты скоро уедешь. Это Замире с Димой всё лето в городе торчать, а ты на моря укатишь. Что, не права я?

– При чём тут это? – спросил я.

– А при том, Дима, что эта девочка другого поля ягода!

– Нет такого выражения, – сказала Замира.

– Чего-чего?

– Так не говорят. Есть выражение «одного поля ягоды».

Пока Ольга Олеговна хлопала глазами, мы сбежали во двор.

– Надеюсь, Ольга Олеговна не плюнет в твой термос, – сказал я.

– Термос в пакете, а пакет завязан специальным узлом, – улыбнулась Влада. – Если его развяжут, я сразу пойму.

– Хитро. Ой, смотрите, Галина Петровна из магазина возвращается!

Мы помогли соседке донести сумки до квартиры и рассказали, что Влада будет защищать её на собрании. Галина Петровна поблагодарила нас, но улыбалась при этом грустно. Она угостила нас компотом. Освежившись, мы спустились во двор, сели на лавочку и начали слежку.