Громыха, как всегда, стояла на пеньке посреди школьной полянки. С тех пор как она вернулась, прошло несколько недель, и лес уже перестал гудеть о таинственном исчезновении и появлении Громыхи, а также о том, куда пропало лесное привидение и почему на дальних полянках иногда видят угрюмого грязного барсука. Громыха теперь меньше напоминала тучу и даже как будто стала чуть ниже ростом. И вместо того чтобы по ночам ставить дурные отметки в школьный журнал, она всё чаще пила чай с лесовичкой Виви, обсуждая новые рецепты варенья.

Сегодня Ясенка и Кляква совершенно точно катастрофически опаздывали на урок. Они влетели на школьную полянку и остановились, запыхавшись, за спиной у Громыхи. Та обернулась и окинула их цепким ястребиным взглядом. У Ясенки по старой памяти побежали по спине мурашки, но уже через секунду она с удивлением поняла: она больше не боится.

– Ясенка. Кляква, – не прокричала Громыха. – Вы опоздали на урок.

– Мы немного проспали…

– И потом бежали…

– И свалились в овраг…

– И запутались в паутине…

– И потом ещё…

– Проходите, – спокойно сказала Громыха. – Садитесь на свои места. Доставайте бересту́. Записывайте тему урока.

Ясенка и Кляква удивлённо переглянулись. И всё? Громыха не будет бегать за ними по всей полянке, чтобы оттаскать их за уши? Не пригрозит сбросить их в болото комарам на съедение? Не забросит их на ветку и не заставит рассказывать наизусть тысячу правил?

– Тема урока, – повторила Громыха, – как отличить съедобный паслён от несъедобного и как понять, настоящее ли привидение завелось в лесном дереве.

– У меня вопрос! – пискнула Ясенка, поднимая руку, и зажмурилась. Вот сейчас, сейчас Громыха прогремит: «Никаких вопросов! Кто задаст вопрос – отправится в медвежью берлогу».

Но Громыха сказала:

– Да, Ясенка?

И Ясенка подпрыгнула от восторга.

– А привидения могут есть грибы или у них разболятся животы? На каком языке они говорят? И холодные ли они на ощупь?

Громыха вздохнула и начала отвечать. Школа менялась.