Корфу, 19 декабря 1861

Нижеследующее извержение моего пера будет опыто-мистичным, ибо я засел за работу и она идет недурно. Сверх того я получил письмо от издателя «Книги нонсенса», уведомляющее, что она вышла (издательство «Раутледж и Уорн») и уже продано 500 экземпляров! Пожалуйста, делай, что можешь, для увеличения продаж – беспардонно расхваливай и раздувай слухи.

Не знаю, каковы выходят мои письма к тебе, ведь я их никогда не перечитываю; но надеюсь что лет через 100 читать их будет не менее интересно, чем любую биографию, и как раз потому, что они написаны экспромтом и без оглядки.

Жаль, что у меня не хватает времени серьезней заняться древнегреческим. Если бы я был Законодателем и Архонтом, я бы постановил, чтобы знание древнегреческого языка считалось за высшую добродетель в государстве. На второе место я бы поставил чистоплотность, а то, что так превозносят пасторы, благочестие, – на третье.

О-го-го! У меня теперь новый стол, шесть футов длиной и три шириной. Я буду обедать за одним концом, писать за другим и рисовать посередке!

Не уставай заклинать и умолять всех, особенно лорда Шафстбери и епископа Оксфордского, купить мою «Книгу нонсенса»!