Кто-то говорил, что его похитили сумасшедшие фанаты. Кто-то, что он спился и умер в каком-то притоне. Кто-то утверждал, будто он уехал за границу. Или что лечится от алкоголизма. Или, может, решил сделать операцию.

Но сколько бы ни сочиняли теорий, шумиха улеглась удивительно быстро. Алекса забыли так стремительно, словно он никогда не занимал первые строчки хит-парадов, не снимался в клипах со знаменитостями, не получал музыкальных премий.

Алиса пыталась искать брата своими силами, но он словно в колодец канул. Не было никаких обновлений на его страницах. Бывший менеджер не отвечал на звонки. Новые друзья ничего не знали.

Алекса будто стерли из этого мира, и единственными людьми, с которыми Алиса еще могла о нем поговорить, были парни из дважды развалившейся HUSKY. Они тоже помогали его искать, но все было без толку.

Этим сентябрьским вечером Алиса шла из кафе, в котором подрабатывала в свободное от учебы время, и увидела на скамейке у подъезда странного человека.

Он сидел, ссутулившись, одетый в грязные штаны и бесформенную толстовку, голову его полностью скрывал капюшон.

Алиса невольно попятилась, часто стуча короткими каблуками. От тревоги сердце заколотилось в груди до тошноты. Мозг уже нарисовал уйму плохих картин. Как этот тип заходит за ней в подъезд, поднимается на ее этаж, потом заталкивает в квартиру, а девчонки как раз уехали на выходные домой…

«Спокойно, – сказала себе Алиса. – Никаких панических атак. Дыши спокойно и глубоко».

Она уже готова была отойти подальше и набрать своего парня, но что-то в этом сгорбленном силуэте показалось ей знакомым.

Странный человек словно почуял ее, поднял голову и снова опустил. В темноте Алиса не разглядела его лица. Он завозился с чем-то у своих ног, и Алиса увидела гитарный чехол. Гитара была обычная, не акустическая, но что-то екнуло у нее в сердце. Болезненно и громко.

Человек коснулся пальцами струн и тихо, хрипловато запел:

Он пел надсадно, едва слышно, и прервался на середине, не в силах продолжать.

Алису всю трясло. Она стояла, прижав ладони к лицу, по которому текли слезы.

Лёша поднял на нее взгляд.

– Привет, Лисик.

Он был полностью сломленный, потерянный и несчастный, но прежний. Ее прежний Лёша. Он слабо улыбнулся ей, и она заметила, что на щеках у него тоже мокрые дорожки.

Алиса бросилась к нему на шею. От брата пахло бродяжничеством и тяжелой жизнью. Он обнял ее, поцеловал в макушку и шепнул:

– Алиска, кажется, я вообще без понятия, как жить. Я все испортил, все разрушил, все выбросил… Стою теперь на руинах.

– Это ничего, Лёш, – Алиса погладила его по голове. – Главное, что ты сам есть. И что не под руинами, а на них. Просто начнем все с начала. И все у нас с тобой будет хорошо.

– Ты меня все еще принимаешь? – спросил он со страхом в голосе. – Даже такого никудышного, причинившего тебе столько боли? Я ведь стал даже хуже, чем наш отец…

– Ну конечно принимаю, – всхлипнула Алиса. – Конечно, Лёш! Ты же мой брат! Ты мой самый близкий человек! Почему ты раньше-то не пришел?

Он уткнулся в нее и облегченно вздохнул. А потом счастливо рассмеялся.

Спасибо за выбор нашего издательства!

Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.