…Алекс снова встретил вечер в компании пивных банок. Он уже серьезно напился, когда позвонила Алиса.

– Привет, ты как там?

– Нормально, – отозвался Алекс, еле ворочая языком.

Сестра сразу забеспокоилась.

– Лёш, ты болеешь?

– Нет.

– Ты… выпил, что ли?

– Да, выпил, – раздраженно ответил он.

– Случилось что-то?

– Алис, ты по делу или как? Просто так не трезвонь, бесишь, – сказал Алекс и сбросил звонок.

Какого черта она ему звонила постоянно? Рассказывала какую-то бессмысленную чепуху. Как обустроилась, какой там лагерь, что дети творят. Как будто ему не плевать и у него есть время все это выслушивать.

Его все раздражало.

– Тупые придурки, – бросил он смятую банку в стену, оставив на ней пятно. – Я для них все, а они – уходи в соло. Отбросы. А вот и уйду! Чтоб вы все локти кусали, сволочи. Я теперь вольный волк. Не какая-то псина.

Он допил еще банку, швырнул в стену.

Наутро проснулся в разгромленной квартире. Сам не помнил, как так вышло.

«Может, я кого приглашал?»

Но посторонних следов вроде бы не было.

Алекс смутно сообразил, что в какой-то момент все вокруг начало его злить, вот он и затеял «ремонт». Отодрал обои, выломал часть кухонного уголка. Зачем потрошил ножом мебель – объяснить уже не мог, но вчера это казалось логичным.

Заглушив похмелье новой порцией пива и придя в себя, Алекс решил, что так даже лучше. Давно пора было привести в порядок это клоповник. Выбросить весь хлам, купить новую мебель.

Он заглянул в пустующую комнату сестры и подумал:

«Она все лето на работе будет, а потом на учебу уедет, а там и замуж сплавлю. Надо сделать тут домашнюю студию».

На деньги, полученные от рекламы, Алекс затеял капитальный ремонт. Ему нужно было место для репетиций, зона для съемок и нормальная обстановка, чтобы самому вести соцсети.

Он без жалости вышвырнул все старье и сестринский хлам, включая ее личные вещи – просто даст денег на новые. Выбросил даже фотографии родителей. Потому что какого черта эти два чужих человека пялятся на него?

В холодильнике поселилось пиво и бутылки с водой, занявшие его почти целиком. От Алисиных заготовок Алекс тоже избавился – раздражали. Вместо этого он забил морозилку пиццей и полуфабрикатами, но чаще питался едой из доставки.

К концу августа у Алекса получилась настоящая берлога музыканта с настолько мощной звукоизоляцией, что он мог петь в полный голос и играть без наушников.

Он ушел в это дело с головой.

Алекс больше не чувствовал удовольствия от музыки, но у него была цель: доказать всем, на что он способен. Он стал тем самым деревом без корней: ничто его не питало, но и ничто не держало.

Алекс точно знал, что ему нужно делать, чтобы взлететь. Какие тексты писать и какую сочинять музыку. Как вести себя на публике и какие видео снимать.

Он упорно шел к славе, которая должна была наконец-то все исправить, починить и расставить по местам.