В Варенькином доме жил старичок, которого все побаивались. Он в хорошую погоду сидел на лавочке возле детской площадки и всех ругал. Он считал, что дети слишком громко кричат, что их мамочки плохо их воспитывают, что идущие мимо школьники – бездельники и хулиганы, что их родители у себя на работе воруют и уносят домой всё, что гвоздями не приколочено. Очень неприятный был старичок. И когда мама или папа вели Вареньку через двор, то при виде его ускоряли шаг – кому же охота слушать такие плохие слова.

И вот однажды за старичком приехала «скорая помощь». Старичка увезли, и больше он домой не вернулся.

Многие вздохнули с облегчением. А Варенькины папа с мамой, тётя Вера и Алёша собрались вечером и за чашкой чая вспомнили о старичке.

– Моя подруга Люда работает в больнице. Она говорила – на дедушке был православный крестик, – сказала тётя Вера. – Значит, он был крещёный.

– Надо убедиться, что его отпели и похоронили по-православному. Ты можешь это сделать? – спросил папа.

– За ним приехали родственники. Они совсем не горевали и радовались, что его квартира теперь достанется им. Но они сказали, что похоронят, как полагается. Он, когда был жив, просил, чтобы отпели в Благовещенской церкви. Так что беспокоиться не надо… – Тётя Вера вздохнула. – Сами они неверующие. И никто о нём больше не вспомнит…

– Ещё как вспомнят! – сердито буркнул папа. – Теперь хоть детей можно спокойно привести к песочнице, и никто на них не закричит.

Варенька обычно, когда возникали сложные вопросы, обращалась не к родителям, а к Алёше, с которым очень подружилась. Алёша учился в семинарии и уже знал так много, что в спорах с папой часто оказывался прав.

Взрослые заговорили о чём-то другом, а Алёша стал собираться – он жил в общежитии, куда вечером нельзя опаздывать.

– Алёша, а где теперь тот дедушка? – спросила Варенька. – Если его отпели и похоронили – значит, он умер, да?

– Ты задала очень хороший вопрос, Варенька. Я даже не знаю, что на него ответить, да и ни один человек не ответил бы. Все мы после смерти куда-нибудь попадём. Если были хорошими христианами, то, по милости Божьей, – в светлый рай. А если нагрешили – тут один Бог решает, где нам быть.

– Мне жалко этого дедушку. Тётя Вера сказала, что никто о нём больше не вспомнит…

– Я думаю, Варенька, что он сам в этом виноват. Вот сейчас о нём говорили – и никто даже не назвал его по имени. Его имя или не знали, или забыли. Значит, он ни с кем не дружил и никому не помогал. Спокойной ночи, Варенька.

– Алёша, ты сказал, что будешь алтарником в Благовещенской церкви.

– Да. Я буду помогать батюшке во время богослужения. Мне позволят входить в алтарь. Я буду разжигать кадило, поддерживать порядок. А в чём дело?

– Можно, я к тебе туда приду?

– В церковь – пожалуйста, а в алтарь – нельзя. Скажи маме, чтобы привела тебя, и я покажу вам церковь, расскажу про все образа.

Так и сделали.

После службы в церкви осталось очень мало прихожан. Варенькина мама осталась поговорить со знакомой, а Алёша повёл Вареньку по храму и подарил ей свечку.

– Поставишь к образу Богородицы и попросишь её, чтобы она молила Господа за тебя и за всю нашу семью, – сказал Алёша.

Перед образом стоял круглый подсвечник, такой высокий, что Варенька не могла дотянуться. Она огляделась по сторонам и увидела столик, на котором было много крошечных подсвечников и горели свечки.

– Можно, я сюда поставлю? – спросила она.

– Дай Бог, Варенька, чтобы тебе как можно позже пришлось ставить сюда свечки, – ответил Алёша. – Это кану́нник. Тут ставят свечки за упокой души.

Варенька задумалась.

– А что такое – упокой души? – спросила она.

– Это значит – ты помолилась, чтобы душе близкого человека было хорошо и спокойно. Даже если человек был грешником, такая молитва много значит.

– Понятно…

К Алёше подошёл знакомый батюшка, и семинарист отвлёкся. А Варенька постояла немного – и пошла к образу Богородицы.

– Матушка Богородица, ты не обижайся, пожалуйста, – прошептала она. – Вон у тебя сколько свечек. Я тебе в другой раз поставлю…

Потом она подошла к кануннику, сама затеплила свечку, хотя побаивалась огонька, и сама её вставила в подсвечник.

– Я не знаю, как зовут этого дедушку, но ведь больше за него некому помолиться, – сказала она. – Пусть ему там будет хорошо и спокойно… За упокой дедушкиной души… Ведь плохо, когда за тебя некому помолиться, правда?..

Огонёк её свечки вспыхнул ярче всех, что стояли на кануннике. Это было – как ответ на Варенькину молитву.

А потом она вернулась к Алёше, вместе они пошли к маме и вместе вышли из храма.

– Чему ты так радуешься, доченька? – спросила мама.

– Я просто так улыбаюсь. Мне сейчас очень хорошо.

Алёша всё понял – но, раз Варенька молчала о своей свечке, то и он промолчал.

А ночью во сне Варенька увидела райский сад.

Наутро она помнила только то, что там все улыбались и были счастливы.

Вопросы

Тебе уже рассказывали, что люди, когда состарятся, умирают?

Ставят ли старшие свечи на канунник за упокой души своих покойных родственников?

Что ты знаешь о родителях своих бабушки и дедушки? Где они жили, чем занимались?