В один из воскресных зимних дней на реке Ляпин собралось огромное количество рыбаков из двух экспедиций и жителей Саранпауля, которые сидели возле своих лунок, как пингвины на льдине.

Ярко светило холодное зимнее солнце, снег сверкал серебром, отражая его лучи. Все располагало к приятному времяпрепровождению, создавая особую атмосферу покоя и благоденствия. Только я им по-человечески позавидовал, как моя жена дала мне задание сходить на речку и принести домой из проруби два ведра воды. Я взял ведра и спустился к реке. Поставил ведра возле проруби, а сам пошел к рыбакам поинтересоваться, сколько они наловили рыбы.

Севастьянов и Горин оборудовали себе маленькую палатку, сделанную из полиэтиленовых мешков из-под взрывчатки. В середине палатки топилась маленькая печурка, справа и слева от нее были пробурены лунки, из которых «рыбаки» должны были таскать рыбу. Но этот процесс их не занимал, они хорошо сидели, курили, выпивали, закусывали. Какая там рыба, я думал, что одурею от этого запаха, пожелал всем хорошего улова и пошел посмотреть, как идут дела у других. Практически все рыбаки сидели возле своих лунок и что-то пытались поймать.

Я подошел к одному знакомому рыбаку и попросил разрешения попробовать половить рыбку рядом с ним, в свободной лунке. Все рыбаки узнали меня и с любопытством наблюдали, что у меня получится. Я взял мормышку, поплевал на крючок, тихонько прошептал заклинание: «Ловись рыбка большая и маленькая» (так меня учил мой дедушка) – и опустил крючок в лунку. Не прошло и пары минут, как я почувствовал: что-то клюнуло, подсек и вытащил из лунки пыжьяна. Большая серебристая рыбина сверкнула на солнце чешуей и, прихваченная морозом, замерла. Народ, увидев мою удачу, стал подтягиваться. В очередной раз поплевал на крючок, прошептал свое заклинание и, поддергивая леску, стал ждать. Когда я вытащил второго пыжьяна, народ начал высказывать всякого рода сомнения – что это случайно, что такого быть не может.

Меня охватил азарт, и тогда я говорю Горину и Севастьянову: давайте поспорим – если поймаю еще одну рыбку, вы мне ставите коньяк, если нет, то я ставлю коньяк вам. Все согласились и замерли.

На что я надеялся, сам не понимаю, но шаг был сделан.

В воздухе пахло водкой, табаком, и в полной тишине я смачно поплевал на крючок и тихо прошептал свое заклинание, а сам подумал – в третий раз это невозможно. Но случилось чудо – удача опять мне улыбнулась. Не веря своим глазам, я достал из лунки третьего пыжьяна. Тут я решил подзадорить этих горе-рыбаков и говорю им всем: работаете плохо, рыбу ловить не умеете, водку пить не можете, как вас жены терпят?

Засунул в карманы прихваченную морозом рыбу, зачерпнул из проруби два ведра воды и радостный пошел домой.

Жена не поверила, что так может быть, но рыбу почистила и поджарила на сковородке.

Только мы хотели с ней сесть пообедать, как в дверь постучали, и в дом вошли Горин и Севастьянов. Улыбаясь, они поставили на пол сетку с рыбой. На коньяк у нас денег уже не хватило, сказал Севастьянов, а вот рыбаки весь свой улов просили передать вам.

Мы помогли моей жене почистить рыбу, она ее пожарила, и мы с удовольствием поели. Эта рыбалка запомнилась мне на всю жизнь, так как я до этого случая зимой рыбу никогда не ловил.