Музыка сменилась. Девушки вышли из прозрачных кабинок и убежали за сцену. Если бы мы не знали, что рыжую человечку продали, не напрягали бы зрение сейчас. Но мы знали. Мириш поднялся и отошел, вглядываясь куда-то. Его верхняя губа приподнялась, и показались клыки.
Я стиснул челюсть. У него всегда было трепетное отношение ко всем женщинам.
Я этого не понимал, но обычно молчал. Сейчас же его рвение могло сыграть злую шутку.
— Брат, сядь, — рявкнул я.
Он обернулся и вынужденно подчинился.
Я был старше, и мое слово приравнивалось к приказу.
Взгляд скользнул к наваи. Он засуетился на месте в нетерпении, явно ожидая свой товар.
— Нужно что-то делать, — шепнула Ками, и я тут же сжал ее, чтобы рот прикрыла.
Она этим вечером была на редкость понятливой. Умолкла, правда, недобрым взглядом одарила.
— На корабле я все выслушаю, — выдохнул. — А здесь твое дело — молчать, самочка моя.
— Да, мой повелитель, — она склонила голову в ответ.
Я усмехнулся. Ну и язва... Не женщина, а ходячее несварение.
— Ари, — я бросил взгляд на друга.
— Ждем, — процедил он.
Его взгляд был устремлен в никуда.
Кивнув, я снова откинулся на стул. За спиной голосили мужики, приветствуя новеньких на сцене. Примерный принцип работы стриптизерш я понял. Выставляли их по очереди, чтобы взгляду не приедались. Если какая кому приглянулась, то отдавали на вечерок. Во всяком случае, за одним из дальних столиков в компании полукровок я видел одну из кендалиек, что танцевали, когда мы только вошли.
Девица вовсю старалась понравиться клиентам, не дерзила и не дергалась; берегла свои мозги, как могла.
Жалко стало, но поделать я ничего не мог.
Свое бы отсюда унести.
— Пошли, — Ари поднялся.
Вскочил и Мириш, поправляя кобуру на поясе.
Выдохнув, поставил Камелию на ноги и выдвинул стул. Встал и тут же обнял эту непоседливую за талию.
Она уже разглядывала этот сброд за нашими спинами. Перегнуть бы через колено и отшлепать по слишком бойкой заднице.
К моему счастью, пираты глазели исключительно на сцену, так что я развернул Ками и потащил вслед за Ари.
Вопросов никто из нас не задавал. Взгляд упал на кабинки, что скрывались за сценой. Поморщился. Нет, тот наваи вид щедрого и успешного контрабандиста не создавал.
Черный пират, а те жадные даже до собственного комфорта, так что девчонку он зажмет где-нибудь в темном уголке. Там не до любовных игр у него будет. Чисто похоть сбить.
Зачесалось — так и почешет о человечку.
— Маэр, мне больно, — шепнула Камелия.
Моргнув, я сообразил, что буквально вдавливаю ее в свой бок.
Передернув плечом, ослабил хватку. Она выдохнула и...
Мое сердце зашлось в бешеном ритме. Ее маленькая рука заскользила по моей спине и опустилась на пояс.
Камелия обняла меня...
Я понимал, что она боялась, что рядом со мной чувствовала себя спокойнее. И не нежными чувствами продиктован ее жест, но как же мне было хорошо ощущать ее слабые объятия.
Я невольно улыбнулся.
Ну что за напасть на мою голову...
Мы прошли небольшие служебные помещения и направились к задним дверям.
В общем, я оказался прав, молодую человечку потащили в ближайшую подворотню.
Ари толкнул дверь и придержал, дожидаясь, пока мы выйдем.
Мириш пропустил нас и покинул клуб последним. Дверь за нами закрылась. Откуда-то сбоку тенью скользнул Кирр:
— Их пятеро. Вооружены, но расслаблены. Подвоха не ожидают. Развлекаться будет только главный, тот, кого мы усмирили. Они там... — он указал на темный тупик между зданиями.
Я поморщился, решая, как быть.
— Камелию бы куда припрятать, — пробормотал.
— Я буду за вашими спинами, — она отошла от меня на маленький шажок и обняла себя за плечи. — Мешать не стану, маячить и демонстрировать себя тоже. Вот прямо за Маэром встану и не сдвинусь.
— Мерзкий план, — пробормотал я, разглядывая местность.
— Если мы ее оставим, первый же полукровка найдет по ментальному следу, — произнес Ари.
— Это я и без тебя понимаю, — как-то обреченно закивал. — Чтобы сразу за мной была, ясно?
Я обернулся на Камелию, и она слишком уж покладисто закивала.
Не нравилось мне все, но куда деваться.
Мы пошли на шум. Впереди громко верещала женщина. Что она сопротивляется, и сомневаться не приходилось.
—...Отпусти... — четко расслышал. — Не смей... Нет... Пожалуйста, нет. Отпусти, умоляю, не делай этого...
—...Да закрой свой рот, целка... — раздалось громкое в ответ.
Камелия странно дернулась и схватила меня за руку. Ее глаза... шальные от страха.
Я облизал губу, соображая, что ей вообще нельзя видеть, что там происходит... Но не к стеночке же ее приставлять и оставлять.
Я выругался на родном языке.
— За мою спину, — процедил. Она уставилась на меня огромными глазами, кивнула и послушно отступила.
—...Не надо, ну, пожалуйста... Не надо... Прошу... Умоляю... Отпустите...
Женский крик пронесся по платформе. Кирр дернулся, Мириш прибавил шаг.
— Да заткнись, — что-то загрохотало. — На бочку ее.
Возня. И снова женский визг, жалкий такой...
Я вытащил один из двух бластеров. Моему примеру последовали и остальные.
— В живых не оставлять никого, — тихо произнес. — Нам свидетели не нужны. Убить максимально быстро.
—...Не надо, ну, пожалуйста... — кричала женщина. — Миленькие, хорошие, ну не надо... Не надо, пожалуйста, не трогайте меня...
Что-то скользнуло по моему поясу, обернувшись, я уставился на бледную Камелию. Ее глаза лихорадочно блестели, нездорово как-то.
Она шла следом, заведя руки за спину.
— Все сделаем быстро, — шепнул ей и нарвался на какую-то безумную улыбку. — Ками...
—...Раздевай ее... Да не дергайся, целка...
Камелия моргнула, и ее улыбка превратилась в оскал.
Чувствуя что-то недоброе, я ускорил шаг.
Мы вышли на площадку. Открывшаяся картина вызывала тошноту. Они повалили рыженькую на жестяную бочку и уже стянули с нее вещи. Их главный пытался к ней пристроиться, хватая женщину за ноги.
— Вы... — он заметил нас первым. — Пошли мимо...
Я поднял руку, чтобы выстрелить, но не успел.
Вспышка, и он упал, дергаясь.
Моргнув, я заметил еще вспышку.
Из-за моей спины вышла Камелия. Улыбаясь, она палила из моего второго ствола по наваи, укладывая их на платформу одного за другим.
— А не надо трогать хороших невинных девочек, — ее голос походил на сдавленное шипение. — Окунать в свою грязь, пачкать... Ломать... Не надо...
— Ками, — я рванул за ней.