Немного осмотревшись, я снова уставилась на сцену. Девушки танцевали, можно сказать, от всей души. Выкладывались по полной, при этом им явно не хватало хореографии.

— Кендалийка и две маланки, — произнес Ари, так же поглядывая на сцену.

— Хороши, нечего сказать, — закивал Мириш.

— Не в моем вкусе, — отмахнулся Кирр.

Приподняв бровь, я вопросительно уставилась на него.

— Ну, мне же пора отбеливаться ради... самочки-цветочка. Чтобы и рассказать обо мне плохого нечего было, — он как-то важно задрал свой хронячий нос, что я от возмущения рот открыла.

Ну ты глянь, гусь. Как он в полете в положительного переобувается. Не в его вкусе девочки там пляшут.

Цаца важная.

— Пить хочешь? — негромко спросил Маэр, отвлекая меня от своего братца.

Я как-то неуверенно кивнула, не совсем понимая, что здесь подают. Поискала кнопку меню на столе, но не нашла.

— Кирр, сладкой водички моей самочке организуй, — орш расслабленно откинулся на спинку кресла.

Кирроси повернул голову, счастливо ощерился, глядя на вскипающую меня, а через несколько секунд в нашу сторону рванул молодой паренек с забавными оленьими рожками на голове. Фавн.

Он остановился у стола, просиял какой-то дебильной счастливой улыбкой и с абсолютно пустым взглядом проговорил, не запинаясь:

— Добро пожаловать на Скорвис, путники, чем могу быть вам полезен? Перечислить позиции в меню или продиктовать карту бара?

Он закрыл рот и замер, не шевелясь, не моргая и вообще не подавая признаков жизни.

Я и сама не поняла, как схватила Маэра за черную футболку. Испытывая жуткий страх, осознала, что передо мной ходячая марионетка — живая оболочка некогда свободномыслящего существа.

Огромная рука притянула меня к широкой груди. Я не сопротивлялась, мне еще никогда в жизни не хотелось спрятаться в объятиях мужчины, и вот этот момент настал.

— Четыре эки и сладкую воду с освежающими листочками для самки, — ровно произнес Кирр и махнул рукой, отсылая марионетку. И ни один мускул при этом не дрогнул на лицах мужчин, словно они сталкивались с такими живыми покойниками каждый день.

— Дыши, Ками, и спокойнее, — шепнул мне на ушко Маэр, его губы на краткое мгновение коснулись мочки. — Ты красивая и, что еще интереснее — адекватная. Привлекаешь внимание хронов. Им нравятся такие, так что ближе ко мне и поменьше эмоций. Ари тебя глушит, но и он может отвлечься.

— Да... — выдохнула в ответ.

— Да, мой господин, — исправил он, поиграв бровями.

— Да, мой повелитель, — сладко пропела я и, потянувшись, уткнулась носом в его волосы над ухом. — Конечно, мой хозяин. Вот вернемся на корабль и там... м-м-м, — простонала я.

— Прямо м-м-м? — уточнил он.

— Полный тебе будет м-м-м, — подтвердила.

— Заинтриговала, проказница моя.

Я смутилась.

Как-то не на такой ответ рассчитывала.

Да где вообще мой Маэр? Тот, который рычал на все, что женщиной звалось! Это что еще за игривые нотки?

Фыркнув, я отодвинулась... Слегка. Под моим задом что-то шевельнулось, вгоняя в ступор. Я замерла, попробовала чуть сдвинуться. И снова подрагивание.

— Ками, если ты не поняла, то не елозь задом, я как бы не марионетка, а вполне себе живой и здоровый орш.

Я приоткрыла рот и бестолково моргнула.

Ну, понятно, что он это того... но на меня — того? Вот это уже вызывало вопросики.

— Просто не елозь, — повторил он, — и все будет хорошо.

Поежившись, я повернула голову. Музыка сменилась, а вместе с тем и девочки.

Теперь в прозрачных капсулах извивались три девушки расы фавнов. Страсти в них было поменьше. И какие-то они деревянные... Как будто. Я снова сглотнула. Марионетки.

Меня снова передернуло.

Я уже и не знала, куда смотреть. За соседним столиком раздался громкий смех. Среагировав на него, невольно повернулась на звук и тут же поймала на себе тяжелый взгляд стальных глаз мускулистого полукровки наваи. Он выглядел почти как остальные за одним исключением: все те же темные рубцы, рассекающие щеки мужчины от уголка губ до уха.

Он прищурился, и я ощутила слабый толчок в затылке.

Не успела и выдохнуть, как рядом оказался Кирр. Он рычал, при этом его лицо менялось. Голубые глаза сверкнули опасной сталью, рот увеличивался, губы словно расщеплялись, являя то, чем он на самом деле был.

От страха я вдруг схватила его за руку и притянула к себе. Сама не понимала, что творю, но хотелось прижать его к себе и успокоить.

Маэр поймал меня за запястье и легко отцепил от братца.

Наваи отпрянул и выставил ладони в примирительном жесте.

Его взгляд сместился от Кирра к... кажется, Ари.

Я обернулась и чуть не икнула. Мой такой замечательный друг выглядел сейчас так, что в пору в туалет отпрашиваться. Разорванные в уголках губы, глубокий черный рубец на щеках, злобный блеск стали в глазах.

Он стоял на ногах и не шевелился, словно ждал какого-то сигнала.

— Все, Кирр, успокоились. Думаю, все всё поняли, — проговорил Маэр, поглядывая на наваи.

Тот медленно кивнул.

Кирроси же обернулся и, притянув свой стул к нам, действительно уселся. За ним и Ари.

— Ваш заказ? — рядом с нами появился и официант.

Выдохнув, я провела ладонью по руке Кирра и уткнулась в плечо Маэра.

Теперь я поняла, что такое пиратская черная станция и почему на ней опасно.

Мужчины медленно цедили свой напиток. Я же все поглядывала на оставшийся на столе стакан с высокой трубочкой. Он стоял далековато, и, чтобы достать, нужно было отклеиться от орша, а что-то после всего не хотелось.

Не выдержав, ткнула пальцем в Кирра, он повернулся ко мне. И снова пальчиком я указала на желаемое. Усмехнувшись, он подал мне воду. В ответ я вознаградила его воздушным поцелуйчиком.

Ну, милашка же. Это как сакали, он жуть противная, а как хрон — прелесть какая лапочка.

Зажав губами трубочку, я сделала глоток и снова поймала на себе взгляд наваи. Прищурилась. Он сидел статуей, не мигая. Гордый и, кажется, слегка посрамленный.

Усмехнувшись, снова сделала глоток и отвернулась.

Ну, у нас хроны позабористей будут, чем всякие там краснокожие индивидуумы.