Мне на лоб легла теплая рука:

— Спи и не беспокойся, все будет хорошо. Я рядом.

Я снова провалилась в темноту...

Порой я выплывала, порой снова погружалась во тьму. Иногда около меня было что-то агрессивное и недовольное, порой что-то нейтральное. И лишь раз, то что желало мне добра. Странно.

Я открыла глаза и шарахнулась. Около меня сидел орк. Высокий мощный в возрасте. Ему было около трехсот. Не женат и без детей. Я успела разглядеть все это на косичках, пока зажималась в уголок шатра.

— Спокойно, — тихо произнес он на эльфийском, показывая пустые руки.

Как будто не может свернуть мне шею голыми руками.

— Спокойней, после появления твоей подруги — мага и полудня нахождения в подвешенном состоянии с тебя пылинки сдувают. Сегодня я присматриваю за тобой.

— Спасибо, — хрипло сказала я.

— Сейчас принесу воды.

Он мигом вышел из шатра и вскоре вернулся.

— Пей.

В чаше был слабый травяной чай.

— спасибо.

Я попыталась лечь, но присутствие рядом такого большого орка пугала. Да, я понимала что он не причинит мне вреда, но все же...

— Успокойся, я не трону тебя.

— Знаю. На тебе целая куча убийственных и болевых нитей, а так же что-то из контроля. Точно не знаю, но противное наверно.

— Ты права. Оно как ножом по затылку. Неприятно. Но сами напросились. Ничего теперь надо полагать они их снимет.

— Вряд ли. Мей уберет только на подходе к Стану. Там это не одобрят, она довольно консервативна и тоже считает что хороший орк — мертвый орк.

— Еще лучше, — возмутился орк. — Спать ты явно не хочешь, может, выкупаешься?

— А можно? — с надеждой спросила я.

— Конечно, — засмеялся он.

Я с трудом встала на ноги, но идти уже не смогла. Постояв рядом и молча посмотрев на меня, орк подхватил на руки и понес куда-то. В десятке метров обнаружилась небольшая запруда. С удовольствием посидев в воде и смыв с себя болезнь, я выбралась на берег. Орк был поблизости но не мешал. Переодевшись я смогла идти сама. Правда не долго. Хорошо, что он успел меня поймать.

— странная у тебя манера все время падать, — усмехнулся он. — Или это попытка привлечь к себе внимание.

— А у меня получается? — не удержалась я.

— Конечно, я же рядом.

Я засмеялась. Когда мы подошли к стоянке, там уже сидели остальные. Не скажу что меня были рады видеть.

— Можно я здесь сяду?

— Нет, лучше поближе к огню, да и безопасней там.

— Кому мне?

— Конечно.

После этих слов у вожака явственно повело челюсть. Он поднялся и направился ко мне. Его намерения мне не понравились. Но на его пути возник мой нынешний компаньон и Тхад.

— Сядь, она ни в чем не виновата.

— Правда, Ашон, не трогай ее.

— Даже так? — Ашон презрительно взглянул на орка. — Ты готов заступиться за эльфку, Кнош?

— Да, если понадобиться, — огрызнулся Кнош, так оказывается его зовут.

Повисло недоумение. Вожак не отступал, но и Ктош стоял на месте.

— Можно я влезу?..

Что нам Великий лес?

Когда мы сами боги

Что нам слова?

Когда у нас вражда... - и почему мне не сидится на месте. — Давайте я попрошу Мей порталом отправить вас обратно, а сюда прислать другой отряд? Мы не то что задание выполнить, а даже просто не переругаться не можем? И какой идиот отправил со мной настолько негативно настроенный отряд?

Как мне кажется это наилучшее решение, когда я подняла глаза — увидела потрясенные лица. На них на какое-то время появилось что-то доброжелательное, нормальное. На всех кроме Ашона.

— Как обычно, распределением заданий между отрядами занимается только один орк. В этот раз нам явно не повезло. К тому же, кто согласиться прийти сюда? — насмешливо спросил Ашон.

— Отряд Норха. Нывур сейчас никуда не пойдет, так?

— Так, — согласился Кнош. — вернее без него отряд не пойдет, в этом нет смысла. С другой стороны они могут взять кого-нибудь на замену или разбиться на новые отряды с другим составом. Обычно у нас так. Кстати почему Нывур ушел?

— А вы не знаете? Он собирается пожениться с Ирикой. Это эльфийка — маг, сейчас она ждет ребенка.

— Тогда отряд разойдется и если еще кто-то разойдется то образуются два новых отряда. Ты знаешь Норха? — удивился орк.

— Да. Они первые орки, с которыми я познакомилась, — я непроизвольно улыбнулась. — Они такие интересные, сначала хотели меня тихонько придавить. Потом на нас напали люди, и пришлось сражаться вместе...

— И как от тебя много помощи, — вставил Ашон.

— Много, — согласилась я. — Когда я в силе, то могу постоянно кидать исцеления около часа. Чем я им и помогала.

— Что значит кидать исцеления? — удивленно спросил Тхад, подсаживаясь ко мне поближе.

— Постоянно обновлять и исцелять организм. Это сложно объяснить на пальцах, а показать сейчас не могу сил нет. Но все раны полученные в это время мгновенно заживают. Даже смертельные не успевают убить.

— Даже так? — удивились орки.

— Конечно, правда это тяжело и выматывает. Затем надо пить очищающий настой, потому что силы так и вылезают наружу и невозможно прийти в нормальный ритм. Но это считается приемлемыми последствиями. Так же познакомились и Ирика с Нывуром. Они всю дорогу шли сами по себе.

Я снова улыбнулась. Орки переглянулись, Тхад спросил:

— Ты всегда такая радостная?

— Обычно да, но радуюсь я другому.

— Чему же?

— Сделал кому-нибудь маленькую гадость, например показал на ошибку и так хорошо, не поверишь.

Тхад рассмеялся:

— Не права — верю. Именно из-за этого мы месяцами не бываем дома. Когда-нибудь они меня правда прибьют. А сейчас ты какую гадость сделала?

— Причем здесь гадость, другому радуюсь. Около вас я быстрее восстанавливаюсь, сейчас когда вы менее враждебны. Город не отнимает столько сил. Он забирает у вас понемножку, а до меня не дотягивается. Мне легче. И все-таки давайте вы поменяетесь с ними.

— Нет, — отрезал Ашон.

— Почему? — тихо спросила я. — Я вам не нравлюсь, всем станет лучше. Мы не можем выполнить задание при таком раскладе.

— Нет, — уже тише и обреченнее добавил он.

Я замолчала. Нет, значит нет. Орк повернулся и ушел куда-то, без него стало еще легче. Не скажу что все стали милыми и ласковыми, но атмосфера изменилась. Пропала давящая тяжесть. Я потянулась как хорошо.

— А теперь чему радуешься? — спросил Кнош.

— Он ушел, стало легче. Вы может не замечаете, но его эмоциональный фон подавляет. Так легче...

— Его жену убили несколько недель назад, сейчас он ненавидит...

— Всех эльфов, — закончил фразу Ашон, появившись из темноты и ненавидяще взглянул на Кноша.

— Мы? — удивилась я, пытаясь разобраться в ситуации. — Странно.

— Ты все-таки допускаешь это? — подозрительно спросил орк, испытывающее глядя на меня.

— Я точно не знаю, давно не была у нас, но наверное девчонки бы сказали. Убить кого-то из Клана сейчас значит оскорбить Повелительницу и Лалин. И если первая может, промолчит, то Лалин не потерпит подобного.

— А если из другого Рода? — спросил Кнош, в его голосе звучала надежда, на то, что все можно решить по-другому.

— Не важно, это тоже оскорбление, но иное. Убить любого находящего под покровительством Древнего Рода — это тяжелое оскорбление.

— Тогда почему никто не вмешался? — прошипел Ашон.

— А они знают? — я слегка насторожилась. — Вы уверены, что об этом всем известно. У нас об этом никто не говорил. Вы хотите сказать, что сюда, в это проклятое место отправили отряд, где командир сходит с ума от ненависти и здраво рассуждать не может? Это же заранее провальное дело, как я смогу работать если все время буду ожидать удара в спину.

Орки замолчали. Странно. С трудом я высвободила руку из-под одеяла и нашла камень Лалин. Она быстро ответила на вызов, передо мной возникло небольшое окошко. Наверное ближайшее к ней зеркало:

— Что случилось? С тобой все в порядке? Сейчас найду зеркало побольше, мне тебя плохо видно...

— Подожди, у меня мало сил. Я хотела спросить об убийстве орки пару недель назад.

— Каком убийстве? Я никого не убивала. Ты что спятила?

— Да, не ты. Несколько недель назад убили орку из Клана Триим. Что ты знаешь?

— В первый раз слышу. Ты в этом Клане больше месяца, почему ничего не сказала. Как ее звали и кто убил? — в ее голосе звучало недоумение.

— Я узнала об этом только сейчас. Говорят кто-то из эльфов.

— Наши? — не поверила Лалин, удивленно взглянув на меня.

— Нет другие.

— Сейчас узнаю, потом свяжусь, — щелкнув клыками наследница прервала связь.

Она была в бешенстве, что впрочем легко прогнозировалось. Я посмотрела на орков, те молчали. И словно застыли. К моему лицу наклонился Кнош и почти в ухо прошептал:

— Шиин была в отряде на дальнем патруле, нам сообщили в Доме Советов, как только мы появились. Почему не сказали вам, мы не знаем. Я был уверен, что об этом знают все и просто делают вид, будто ничего не случилось.

— Но мы, правда, не знали. И если вы сейчас ни сказали, неизвестно когда все это выплыло.

Они не ожидали подобного. Да и я если честно тоже...

Пару мгновений спустя снова возникло окно связи. Лалин была в ярости, она куда-то шла и явно не с мирными намерениями:

— Ты права. За время заключения договора было убито два орка, вернее орк и орка. Эльфами. Из Дома Желтой Тарсии, как они объяснили — это случайность. Совет орков не стал расстраивать нас этим известием, что мне совершенно не нравиться, но с ними я разберусь завтра.

Вдруг она исчезла в портале и вышла в чужом Доме. На стенах, которого были яркие цветы — тарсии. Затем оглянулась на меня и добавила:

— Мне не нравиться твое состояние, ты плохо выглядишь, чем ты там занимаешься, вопрос? Ладно завтра поговорим. А пока у меня дела...

Ей навстречу вышли несколько эльфом она смела их силовой волной и прервала связь.

— Вот так, — тихо сказала я, тупо глядя перед собой. — Если ее сейчас не остановить будет война с Домом. Очаровательно.

Глянув на остолбеневших орков, явно не ожидавших ничего подобного, я размышляла, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями.

— Мей! — крикнула я.

— Тебе, надо полагать лучше? Раз кричишь? — ее звонкий голос разлился по поляне.

— Да. Ты можешь связаться с правительницей?

— Конечно. По поводу Лалин? Не волнуйся я ей уже сказала, она кинулась наперерез. Хотя ей тоже не понравилась скрытность орков.

Из тени вышла Мей, она приветливо мне улыбнулась. Ее маленькое словно кукольное личико всегда вызывало у меня зависть. Она выглядела как раз как древние легендарные героини. Маленькая, хрупкая, скромная, довольно нейтральная или равнодушная. Она практически ни во что не лезла, правда при этом не любила когда кто-то чересчур пристально интересовался ее делами. Я ей постоянно, ну периодами точно завидовала. Ее внешность никого не оставляла равнодушными. Вот и сейчас двое орков уделяли ей не очень явное, но все равно ощутимое внимание. Она вызывала интерес у всех. Почти всех. Ашона она злила, так как была эльфийкой. Кнош рассматривал ее как произведение искусства, а не живую личность. Тхаду явно хотелось сказать какую-то гадость. Но он благоразумно помалкивал...

Подойдя ко мне подруга положила руку на голову. Не нравится мне такое изучение, но что поделаешь — придется терпеть.

— Все, я закончила. Действительно ты настроена на одну волну с этим Городом, поэтому он тянет из тебя силы. К тому же ты довольно слаба и не можешь толком закрыть себя. Теперь будешь все время находиться рядом с орками, так они тебя частично закрывают. Всем понятно?

Орки нехотя кивнули.

— Замечательно. Тогда устраивайся на ночь и я тоже пойду.

— Хорошо, спокойной ночи, — улыбнулась я уже в темноту.

Мей исчезла. Завернувшись в одеяло, я принялась устраиваться удобнее.

— Ты не хочешь вернуться в шатер? — удивился Кнош.

— Нет, там на меня все давит, лучше не воздухе. Вы же не против?

— Как будто наше мнение кто-то спрашивает, — хмыкнул Ашон.

Я промолчала. Хотя мне хотелось пить, но лучше потерпеть, чем просить при всех.

— Держи, — около меня лег небольшой бурдюк. — Если захочешь пить и не обращай внимания на брата, он ничего против тебя не имеет. Просто в прошлый раз они поругались и это последнее что запомниться ему...

Кнош устроился неподалеку. Буквально в двух локтях от меня. Я кивнула, теперь я действительно поняла почему орк все время раздражен. Надо будет завтра попробовать помочь. Если смогу...

Утро началось рано со ссоры.

— И все равно мы сможем убить обеих.

— Ашон, ты сам понимаешь о чем говоришь?

— Да...

— Брат, одумайся.

Дольше молчать я не могла:

— Не надо меня убивать, я хорошая.

Открыв глаза я мигом увидела застывших около меня орков. Радости на их лицах заметно не было, но не все праздник в Великом Лесу. Ашон раздраженно отвернулся. Я поднялась:

— Подожди, давай я попробую тебе помочь?

Орк резко развернулся:

— Как? Ты сможешь вернуть мне жену?

— Нет, конечно. Но я могу попробовать изменить твое отношение, помочь смириться и принять...

Мигом к шее полетел кинжал. Но он был отброшен назад, орк повис в воздухе. Словно что-то душило и держало его за шею. Из ниоткуда появилась Мей:

— Опять? Ты так ничего и не понял? Правда что ли орки тупые?

— Мей, отпусти его, — попросила я.

— Еще чего, — возмутилась подруга. — Если его отпустить, то он снова попытается тебя убить.

Хорошо. Сделаем по-другому. Я подошла к орку и коснулась его кожи. Он попытался отдернуть руку, но не смог. Магия Мей сдерживала полностью, как коконом или в коконе.

В сознании орка была и ярость и злость, но все это пыталось перекрыть боль. Боль, заливающую всю его сущность, все его сознание. Я не могла убрать ее, зато можно было показать, что больно бывает не ему одному. Я заставила его посмотреть на мир моими глазами. Глазами маленького ребенка, который прибегает к дому и видит сгоревшее дерево- дом и повсюду пепел от пожара. Букет цветов, падающий из рук, который целый час собирала для мамы. Из-за которого она и задержалась. Боль, страх, одиночество. Темнота Леса, нет, даже чернота и нет никакого просвета. Нет желания жить или дышать, и видимо просто судьба, ведущая куда-то в неизвестность. Потом пустота, затем мягкий ласковый голос, сказавший " Спи, все будет хорошо"