Потом ее довели до кабинета и Таня задумалась. Это оказалось сложнее, чем она предполагала. Намного сложнее. Тут к счастью зашла Гульнара и девушка поделилась с ней своими проблемами. Не то чтобы поделилась, просто сказала мимолетом. Но неожиданно получила несколько полезных советов. Оказалось, по такому принципу жили многие, в частности она сама. На работе Гульнара была начальником. А дома все решал муж, даже вчера когда пошла новость о взрыве и Рустам отказался помогать, а он возглавлял полицию по области. Ей было достаточно рассказать, какие Гульнару ожидают проблемы, чтобы он нехотя с руганью, но все уладил.

— Дома все решает муж. Я это я только на работе. И Давид такой же, они с отцом постоянно меня опекают. Вот просто постоянно. Если Рустам не может приехать за мной, нет, он не пошлет водителя, он попросит Давида или кого-то еще. Того же Гогу. К этому привыкаешь. Зато нет таких проблем как у девочек, кто заберет ребенка, сходит на родительное собрание или починит кран. Тоже самое никаких тяжелых пакетов в принципе никто не носит. То есть у тебя есть муж, муж решает все. Но это не значит, что в семье ты никто и звать никак. Они прислушиваются. А если нет потом извиняются. Я была против жены Давида. Марина хороший человек, она Лилю родила, но честно скажу она безвольная. Вообще. Давид решает все, потому как Марина не может ничего. Она сидит дома и этим довольна. Но понимаешь, она не как моя мама, та просто домохозяйка. У нее дом — это хуже чем работа. Она всегда всех накормит, выслушает, в ней идут до сих пор. У мамы все всегда идеально чисто. Полная кухня еды. К ней можно прийти в три часа ночи толпой, и она будет рада. Она ведет Дом. А Марина, так, у нее домработница. А у самой подруги, маникюры, салоны, ни о чем. Нет, бы как ты рисовала или что-то еще. Нет. Она просто как пиявка. И естественно, между нами, Давид относится к ней соответственно. Хотя я была категорично против их свадьбы, да ребенка признаем, воспитаем, и все прочее. Но сама Марина нет. Если у тебя нет стрежня, — она приложила руку к груди. — То есть все. Вот и мои девочки они не сильные, у них нет стержня, их держит внешний каркас. Надо выучить детей, хорошо заработать, и остальное. Внешнее, наносное. Ты кстати с Викой говорила?

— Мы с ней знакомы.

— Это не то, поговори, как она живет. Чтобы понять точно.

— Не могу же я просто позвонить ей.

— Конечно, нет, скажи Илье, что хочешь поговорить с его мамой. Пусть он займется.

И Гульнара покачала головой, подтверждая свои слова.

— Пойми, правильно мужчина должен приносить пользу. Иначе, зачем он нужен? Потом познакомишься с Аси, моей дочерью. Она тоже сначала я все сама, сама, а потом поняла мама плохого не посоветует.

— Спасибо, тетя Гуля. Учту. Просто сразу оказалось сложно.

— Это сразу, с непривычки, а потом понимаешь насколько это хорошо. Вот у меня Лена сейчас пришла и жалуется, что на вчерашнем собрании за сына досталось, хулиган и баламут. А я сижу и думаю — у детей в школе была только на первое сентября, новогодние концерты и выпускные линейки. И все. Всякие проблемы решал муж, я о них вообще мало что знала, если они были.

— Да, это плюс, но...

— Вот скажи, зачем тащить все самой, если можно спихнуть на мужа?

— По привычке, а то вдруг мужу будет тяжело?

Гульнара расхохоталась. Потом сказав, что ей пора браться за работу и ушла. Правда вернулась через две минуты:

— А я по работе пришла, вот смотри.

И достала бумаги. Пришлось вникать в экономику и тут Таня села вообще. Судя по бумагам выходило немыслимое. Объяснив Гульнаре что ее удивило, вызвала волну возмущения и Таню потащили к Тахиму. Там пришлось объяснять, что надо посмотреть все бумаги, а то согласно цифрам строит не торговый комплекс, а космодром.

Это вызвало еще волну реакции, Гульнару озадачили бухгалтерской проверкой. Татьяну строительной и все разошлись работать.

Это со стороны было просто, но разобраться во множестве договоров и сумм оказалось проблематично. Плюс поездка на стройплощадку, Таня вовремя вспомнила и озадачила транспортом Илью. Плюс пробежка по колено в грязи в компании подрядчиков, чтобы узнать кто и что делает и почему никто ничего не делает фатически. Выяснилось, что они всем кругом должны. Гульнара сказала деньги переводились, она вообще в плотную занялась главным бухгалтером и проверкой деятельности фирмы. Вечером уставшая как ослик Таня сидела у кабинете Тахима и слушала остальных. Выяснилось, что все не так просто как казалось на первый взгляд и не так чисто, как они надеялись. Деньги у них выводились, но пока понять в каких именно масштабах не удалось. Таня рассказала о крупных недочетах в конструктивен вызванных удешевлением по факту и полной оплатой на бумагах.

— Проектировщики проверяют расчеты, можно будет продолжить или придется переделывать. Вероятно переделывать. Поэтому я хочу пока стройку заморочить, чтобы навести порядок и найти все концы.

— Заморозить? Это плохая идея, — возразил Алэк, занимающийся торговлей как поняла Таня.

— Если построенный центр сложится как карточный домик будет еще хуже. И дороже.

— Такая вероятность есть?

— Есть. Центр изначально стоился с возможностью дальнейшего расширения, я как я поняла?

Кивок.

— Сейчас даже если все будет нормально, и нагрузку он выдержит, то расширяться точно будет нельзя. Нет запаса.

— Так... надо подумать.

Тахим переглянулся с Гогой и все замолчали. Илья рассказал, что первоначально согласованный вариант потом планировался быть увеличенный вдвое. Сразу такой утвердить не стали, чтобы не подставлять родню. А потом, постепенно, можно все, да и поздно будет возмущаться.

— Смотрите, если сейчас мы все остановим на месяц, ориентировочно. Можно начать заниматься аэропортом или я слышала у нас тут завод строить планируют? Мы там никак не можем появиться?

— Ну...

Тахим задумался.

— А это мысль, — сказала Гульнара.

Будучи сестрой главы, она вообще имела очень большие полномочия.

— Можем. Можно позвонить и сказать, что мы хотим маленький кусочек. Надо людей пристроить, просто ничего большого, чисто на зарплату на месяц — другой.

— Можно, — решил Тахим. — Я узнаю этот вопрос. Мы не интересовались таким направлением. Завтра скажу.

— Тогда завтра все останавливаю, будет нужно пару дней, чтобы собраться и заморозить работы. Плюс подключить юристов, разойтись по бумагам.

— Хорошо, останавливай, — Тахим кивнул.

— А что есть из серьезного, где мы можем появиться? Я же не все знаю.

— Ну... надо подумать, — отозвалась Гульнара. — В принципе мы можем полезть в разные места. Надо поговорить.

— Поговорим.

Совещание на этом закончилось.

По дороге домой Таня делилась впечатлениями и переживала, как она сможет провести переговоры. Сама. Илья ее успокаивал. А дома, по совету мамы, девушка достала альбом, и пока Илья занимался ужином, рисовала. Илью. В фартуке. Получилось красиво.

А потом ей захотелось пошалить. И Таня решила станцевать. Ничего экстраординарного, но порадовать можно. Илья танец, исполненный для него, оценил, даже слишком. Это девушка тут же испытала на себе.

Зато потом мгновенно вырубилась. Секс тоже тренировка.

Через неделю до Тани дошла прелесть сложившейся ситуации, и она оценила преимущества подчинения. Нет, не так, согласованности с мужчиной. Как только заканчивался рабочий день, девушка садилась в машину и... снимала с себя груз забот и ответственности. Полностью и сразу. Как головной убор. Все остальное возникшее в нерабочее время перекидывалось на Илью. И он отвечал за все.

Оказывается, как приятно быть слабой, когда не нужно тащить на себе груз каждодневных забот и решений. На работе она решала, командовала, согласовывала, уговаривала. А потом просто растекалась лужицей и любовалась звездами. Буквально. По ночам если выключить уличное освещение было видно небо. Это так красиво...

Красивым был Илья на фоне этого неба. Да и на любом другом. Таня вдоволь рисовала любимого. Порой изображая и что-то отвлеченное. Ей понравился камин. Красиво смотрелся с языками огня.

В выходной девушка пообщалась с Викторией, матерью Ильи, и была приятно удивленна личностью этой женщины. Виктория оказалась умной, язвительной, сильной и эмоциональной дамой, беззаветно любящей мужа и сына. Поначалу пока они присматривались, друг к другу в новом формате царило некоторое напряжение. Но потом, во время процедур, а они пошли в СПА — салон, возникло понимание.

Виктория хотела счастья для своего сына. И приняв Таню, она охотно рассказала о своих отношениях с мужем, точнее 'подчинении'.

— Если тот факт, что бытовые заботы и проблемы решает муж является подчинение, то да, я подчиняюсь. Если успела заметить, насколько это упрощает жизнь.

— А самостоятельность и самодостаточность?

— Тебе на работе не хватает? — удивилась Виктория, — Значит, плохо работаешь. Мне начальственности и за рабочее время достается достаточно.

— Нет, но подотчетность...

— Это в смысле объяснение, куда мы пошли? Таня, я не вижу ничего крамольного в этом, никто не спрашивает поминутно, где я и что со мной. Но поставить мужа в известность о планах на день не проблема. Если ему от этого становится спокойнее. Я не делаю тайн на пустом месте, да и нет в этом никакой необходимости. У тебя нет детей, но когда они будут и уже подрастут для самостоятельности, то будешь спрашивать, куда идет просто чтобы быть в курсе, а не контролировать с кем играет в песочнице твой ребенок.

— Да, но...

— Хм. Нет, я, кажется, понимаю, но когда ты жила с матерью такого 'контроля' не было?

— Был. Но это не контроль.

— Так и здесь.

— Но... отчеты по тратам?

— В смысле?

— Да, тут на работе просветили. Отчет на что потрачены деньги.

— Бред. Полный. Спроси у Гули. Здесь вообще четкое разделение мужчина добытчик и зарабатывает на семью, а ты себе на карманные расходы. И не важно, о какой сумме речь. Вопрос возникнет только в том случае если был у тебя миллион на счету, а через час его нет. Или большая сумма, то да, супруг спросит, куда ушли деньги. Но это как мне кажется закономерный вопрос. Кстати, чтобы не было недоразумений — подарки от вас двоих покупаются с денег семьи. А если ты хочешь подарить от себя лично, то можно на свои. Я в свое время на этом нарвалась на скандал.

— А машина?

— Что машина?

— У меня есть машина. Она у мамы хранится, я думала перегнать ее сюда, а теперь вроде как нет смысла. Или есть?

— Сложно сказать, — Виктория задумалась. — Само по себе машина тебе здесь не нужна. Сама заметила, у нас редко кто водит.

— Да, почему кто-то водит, а кто-то нет.

— Олеся просто обожает вождение и машины. Поэтому она сама всегда за рулем, но это у нее такие особенности. Кто-то из девочек тоже, но это надо судить по себе. А насчет машины — можно пригнать в общий парк.

— В смысле?

— Не ваша личная, а для семьи, есть тут такое понятие. Когда своя не на ходу, или нужна для чего-то дополнительная. Например, мама твоя приедет, и ты дашь машину из общего парка.

— То есть забираю, или Илья оставит нам или пойдет в парк. Но скорее в парк.

— Не обязательно. Смотря, какая машина.

— Хаммер. Бронированный.

— Даже так? Да, вероятно в общий парк.

— Понятно. А еще не поняла отношения при таком количестве родственников.

— А это самое простое и сложное. У Ильи есть список с днями рождения, там еще семейные связи, должности, хобби. Посмотри как-нибудь. Суть простая, они ее поколениями воспитывают. Семья это святое, можешь делать, что угодно пока это не вредит семье. Если вредит, приходится отступать и разгуливать мирно. В этом файлике есть четкое деление на семью и прочих родственников, из серии седьмая вода на киселе. О них тоже помнят, при необходимости помогают. Но это уже отстраненно. Кстати, сразу четко ставь позицию, что помогать будешь но родне. Всякие варианты пристроить очередную любовницу, подругу жены или что-то такое не будешь. Жену да, дочь, сына. Семью. А вот друзей родственников — нет. Или как я говорю — проходчиком шпалы осматривать всегда, пожалуйста. А все остальное — нет. И так приходится некоторых жен тянуть, — Виктория поморщилась и объяснила. — У меня в плановом отделе уже третья жена Сергея 'работает'.

Таня зашивалась на работе и понимала, ее знаний просто не хватает, никак. Да, грустно, обидно и банально, но она не справляется. Очередной разговор с дядей Тахимом ничего не дал, и тогда девушка взяла свое будущее в свои руки. Пара звонков бывшим коллегам, пара вопросов 'кто?' и в результате через неделю появился приятный мужчина лет под шестьдесят Глеб Иванович. Недолгий разговор по дороге от вокзала до офиса, знакомство с дядей Тахимом и дядей Гогой. И ожидаемые неприятности позже. Таня мигом спряталась за Ильей, а тут узнав, что планы она осуществила просто предложил поменять дислокацию. И они поехали к бабушке Розе.

Милейшая старушка, умеющая задавать правильные неудобные вопросы. Полтора часа общение к ней Таня смело причислила к пыткам, но зато появление недовольной родни Ильи прошло спокойно. Тане попробовали высказать недовольство, но вмешалась бабушка Роза вставшая на защиту 'девочки' грудью. Внушительной грудью.

И все узнали, что нельзя так загонять молоденькую Танюшу, у которой никакой жизни с этой работой. Какие дети если все время работа, а все нормальные женщины в нормальной семье, сначала уделяют внимание этой самой семье, а остальное второстепенно. Потом Илью с Таней выпроводили и продолжили общаться без них. Вечером позвонил Давид и смеясь рассказал на что это было похоже.

Оказывается женская половина семейства или занималась домой, как было принято традиционно или работала, если дом не привлекал. Но что-то серьезное и крупное начиналось позже, может и в возрасте Тани, но к этому моменту у всех были двое- трое детей лет пяти — десяти. И твердое решение уйти от быта, а тут получалось наоборот. Так что их похвалили за правильное решение, поругали что раньше не пришли и пожелали всего хорошего. Таню перевели в замы на первое время, пока поможет освоится новому человеку, а там как сама решит. Должность будет её, но спокойно подождет еще десяток лет.