— Влад, — повысил голос отец. — Не забывайся.

— Пап, мне сорок два, поздно воспитывать, не находишь?

Отец промолчал, мама укоризненно взглянула на старшего сына. Тот просто пристально "тяжело" посмотрел на мать, она осеклась. Дети выросли...

Три года спустя.

Карина тяжело вздохнула и посмотрела на сидящего напротив потенциального заказчика. Вот замечательный человек, наверно, но какой упертый. Сначала Михаил Иванович вызвал оторопь и шок. Он был огромен. Просто огромен, высокий и массивный. Медведь. Это прозвище его идеально описывало. И никакой стильный костюм, никакие изысканные аксессуары не могли это изменить. Короткие черные с сединой волосы. Пристальный тяжелый взгляд. Он настолько напоминал ее первого заказчика, словно их лепили по одной модели.

Только в обличии от Вадима Михаил был крупнее, он подавлял осознано или нет, не важно. Он просто заставлял пригибать к земле и подчиняться...

Когда Карина поняла, какое действие оказывает на нее этот мужчина, и что она готова уступить девушка встряхнулась. И... это будет казаться глупым, поменяла взгляд. Теперь Карина смотрела не на потенциального проблемного клиента, а на предполагаемого мужа. С точки зрения эволюции этот самец ее полностью устраивал — крупный, сильный, опытный. Интересно он везде такой же по размеру? Хм...

Состоятельный и властный. Жить с таким как с пресловутой каменной стеной — вроде и хорошо, но попробуй, подвинь ее эту стену. Хотя нужен ли ей мир там, за стеной? Она устала от постоянной необходимости быть жесткой и властной. Эти черты не были для нее привычны и естественны.

— Карина? — несколько удивленно позвал Михаил.

— Да? — пришла в себя Карина.

Как ни странно метод сработал. Интуиция не подвела. Теперь возможный заказчик не подавлял. Он по-прежнему излучал властность, которую нельзя было игнорировать, но относилась она к этому иначе.

— К сожалению, с момента нашего последнего разговора ничего не изменилось. Мне очень жаль, но я не смогу заняться вашим домом, — улыбнулась Карина.

Арсений, сидящий чуть в стороне, демонстративно закрыл глаза рукой. Любимое начальство редко посещало Карину за время работы. Несколько раз в год приезжал с проверками, причем в основном финансовыми. Но учитывая, что первоначально этой стороной Карина не занималась, подобное ее мало волновало. Сейчас ситуация была другой. Дом Михаилу оформляла именно их фирма, кто-то из московского офиса. И заказчик остался недоволен. Сильно недоволен. В результате каких-то неизвестных Карине решений, ей были сброшены фотографии дома и планировка с приказом оставить без сильных изменений, но сделать уютным. Карина посмотрела, прикинула и честно сказала — она ничего не может изменить. Просто не видит, что нужно менять. Да, это не дом, а картинка в журнале. Но как подобное исправить сказать не может.

Последние три года деятельности на поприще дизайна она чаще всего занималась переделками существующих интерьеров, делая из глянцевых картинок и живые, жилые дома. Тот же московский офис периодически подбрасывал фотографии и планы для окончательной корректировки. Только один раз сделанные изменений не понравились заказчику, точнее заказчице, которые впрочем, оценил ее муж, оплачивающий ремонт.

С домом Михаила ничего не выходило. Он был такой как вышел, и исправить это не получалось. Все бы ничего, но столь любимое московское начальство успело что-то наобещать Михаилу, потому что тот позвонил, вскоре после того как передали фотографии его дома.

Карина пообещала посмотреть и разобраться. Ничего не вышло. О чем она в очередном разговоре известила заказчика. Тот отказ не принял. После еще двух безрезультатных бесед наступило затишье. Которое прервали сегодня. Михаил прилетел на встречу с Вадимом и нашел время поговорить с Кариной, чему последняя не обрадовалась.

— Вы занимались домом Вадима.

— Да.

Зачем отрицать очевидное.

— Хорошо вышло. Уютно.

— Рада, что вы оценили, но тут было проще. Усадьбу начали превращать в смесь борделя и гарема, а я не смогла вынести этого издевательства. Мы с Вадимом прекрасно поняли, как видим дом, собственно видели мы его одинаково. Примерно, так как он выглядит сейчас. Конечно, за три года добавились нормальные мелочи, которыми обрастает любое жилье. К тому же Вадим в прошлом году женился, и дом снова слегка изменился. Но в целом дом такой, каким мы его создали, — с гордостью рассказал Карина.

Этим домом она гордилась, это было ее лучшее, любимое детище.

— Хорошо. Я хочу, чтобы вы довели до нормального жилого состояния мой дом, любезно изуродованный вашей фирмой.

— Дом не изуродован, вы просто с дизайнером не поняли друг друга, — вставил Арсений. — Но мы признаем свою вину и готовы исправить сделанное.

— Естественно. Но сначала нужно чтобы вы, Карина, показали, что нуждается в исправлении.

— Я не вижу, что нужно исправить. Повторюсь, это не дом, согласна, но как подобное изменить не знаю. Меня смущает почти все. Взять хотя бы это чучело медведя...

— Оно должно быть, — негромко, но с ноткой угрозы сказал Михаил.

— Да ради бога, но зачем в гостиной? Поставьте его в кабинете, какие бы оно ассоциации не вызывало это только ваше дело и ваши воспоминания. Или надо изменить саму гостиную добавив другие предметы в подходящем стиле.

Михаил удивленно посмотрел на Карину и откинулся в кресле, сложив руки на груди.

— Вы правы. В кабинете оно будет и нужнее и лучше. Надо перевезти его в офис. Вот видите, а говорите "не вижу".

— Правда, не вижу. Даже без чучела суть не измениться — это не дом, а отель для туристов в северном стиле.

Михаил неожиданно расхохотался. Отсмеявшись, он пояснил:

— Верно подмечено. Мы когда переехали сын спросил "Как долго будет жить в этом отеле?"

— Вот. Как это исправить это, я не вижу.

— Посмотрите. Я предлагаю самый простой вариант — вы летите с нами на неделю, пока идут школьные каникулы и смотрите по месту, что нужно изменить.

— Я не могу, у меня...

— Дочь, которую вы можете взять с собой. Заодно посмотрите новый город. Недели там вам хватит, а Арсений проследит, чтобы все было сделано по вашим указаниям. Так?

Карина с удивлением смотрела, как виртуозно Михаил использует свое влияние на окружающих. Арсений немедленно согласился на все, в том числе участие Карины. Когда гость ушел Арсений взлохматил волосы и стал быстрыми шагами мерить комнату.

— Арсений. Успокойся, что случилось? С чего такая суматоха?

— С того что Михаил один из совладельцев нашего холдинга, если он будет недоволен проблемы посыпятся на всех.

— Даже так?

— Именно. Кариночка, собирайся быстрее, что ты сидишь? У тебя осталось всего пара часов.

— Ты о чем?

— Карины ты не слышала? Михаил улетает сегодня в девять. Мы летим с ним.

— Я думала, мы самостоятельно полетим, — удивилась Каина.

Она не обратила внимания на эту часть их разговора.

— Нет. Он любезно согласился взять нас с собой и привезти вас обратно на своем самолете. Ты же никогда не летала на частных самолетах вип — класса? Заодно и попробуешь. Ощущения потрясающие. Давай быстрее...

Карина поднялась из кресла в комнате переговоров и, забрав свою сумку, вышла на улицу. Арсений сильно изменился за эти три года и не в лучшую сторону. Совсем не в лучшую, то, что раньше было красиво теперь отталкивало. Он постарел и словно опустился, утратил часть обаяния и блеска. В отличие от Михаила, тот с возрастом будет все сильнее и сильнее...порода дает о себе знать.

Лиля обрадовалась возможности провести неделю в другом городе, а еще предстоящему полету на частном самолете. Пока дочь изучала интернет на предмет погоды, Карина судорожно пробовала собраться, доготовить запланированное, отдать соседям, и дозвониться до мамы. Чтобы она привела в порядок квартиру после их спешного отъезда.

Карина по-прежнему готовила для Анечки и Эльвиры, теперь правда по возможности, а не каждый день. Но соседки были благодарны и за это. Как-то Карина на два месяца прекратила готовку, ситуация была такая, что времени ни на что не хватало. После звонка Карины, что она может снова снабжать соседей едой, наступила невероятная радость! Вот и сейчас извинившись, что не предупредила заранее, Карина отдала по два полных пакета с едой, и снова принялась бегать по квартире. Арсений, как и обещал, позвонил за десять минут до прибытия. Карина успела попрощаться с мамой, дать проститься дочери с бабушкой, собрать три сумки — что они спрашивается, с собой берут и спуститься вниз. Вместо Арсения Карина с удивлением обнаружила Михаила. Тот вышел из машины и достал сигарету. Но увидев спустившихся убрал ее обратно.

— Вы быстро.

— Мы старались. Лиля, познакомься Михаил Иванович. Михаил это моя дочь — Лиля.

— Здравствуйте, — приветливо сказала Лиля и вдруг спросила. — А вы сколько весите?

Михаил рассмеялся:

— Около ста килограмм.

— А!

Видимо цифра впечатлила.

Михаил снова рассмеялся. Водитель убрал сумки в машину. Михаил неожиданно устроился на заднем сидении, рядом с Кариной и Лилей. И хотя машина была большой и широкой, Михаил умудрялся подавлять, занимая пол пространства.

Карина смотрела в окно, Лиля, устроившаяся между ней и Михаилом, смогла промолчать всего пять минут.

— А там сейчас холодно? В интернете была написано что да, но из-за сухого воздуха это не ощущается, так?

— Так. По градуснику одно, а выходишь другое.

— А вас есть собаки? Такие пушистые?

— Есть, но не хаски...

— А какие?

Всю дорогу до аэропорта Михаил был вынужден отвечать на вопросы Лили, его предостережение высказанное тоном, она не услышала или не поняла. Поэтому они разговорились. Лиля была крайне общительным ребенком. Карина, как мудрая мать, не вмешивалась, это была ее маленькая месть за вынужденную поездку.

В аэропорту маленькая группа нигде не останавливалась. Они миновали всех и вся, и вышли на летное поле. В паре десятков метров стоял небольшой самолетик. Карина до этого летавшая только крупными и относительно крупными самолетами несколько занервничала.

— Он совершенно безопасен, — заверил ее Михаил. — На нем летаю, но только я, но и сын. Все нормально.

— Хорошо.

Самолет оказался крошечным, но комфортным. Улыбающаяся стюардесса по имени поздоровалась со всеми вошедшими. Кроме Карины и Лили, прочем ее дочь быстро представилась сама. Карине предложили несколько вариантов, где можно устроиться. Она выбрала большое широкое кресло. Лиля, как бы села рядом, но тут, же убежала с Михаилом знакомиться с пилотами.

Карина уселась по удобнее и, выпив пару таблеток валерьянки, заснула. Она всегда плохо переносила самолеты, предпочитая спать весь полет. Но так как пить с Лилей не рисковала, выбирала валерьянку.

Анна Игоревна сидела на своем привычном месте и негромко переговаривалась с Колей, охранником — водителем Михаила. Заметив, что дизайнер спит, пара смогла нормально пообщаться. Арсений еще не приехал, что было плохо, для него. Босс не терпел не организованности.

— Ты заметил ее реакцию? — негромко спросил помощница.

— А его? На него так никто не реагировал, даже очередная "любовь".

— Ага.

Босса боялись, он пугал своей внешность и аурой мощи. Но вместо привычного сценария началось нечто странное, дизайнер отреагировала нетипично. С каким-то сексуальным интересом и приглашением. Она развернулась, подалась вперед, раскрылась и словно стала манить. Помощница видела такое впервые.

Михаил, как и всякий мужчина не смог устоять перед таким призывом. Он моментально перестал подавлять, а наоборот распрямился и расправил плечи. Как в картинке по психологии полов.

Хотя дальше все вернулось в рабочее русло, но дизайнерша смогла разжечь интерес, чего ей делать не следовало. Лучше было прогнуться и смириться, чем выделиться так. Михаил всегда, как истинный хищник, шел к намеченной цели. И сейчас его целью стала дизайнерша. А маленькая разговорчивая девочка оказалась еще одним минусом. Михаил любил детей, он обожал своего сына, его точную копию — собранного, серьезного, целеустремленного маленького человечка. И маленькую чересчур активную и шумную девочку нельзя было не полюбить.

Наконец-то появился Арсений с пятью сумками.

— У них на двоих всего три сумки, а здесь на одного пять. Он что весь домой с собой возит? — не удержалась от замечания Анна Игоревна.

— Похоже.

Через несколько минут самолет начал совершать маневрирование. Михаил вернулся с Лилей на руке.

— Потом посмотришь, как взлетают. Сама видела, там нет свободного места.

— Я бы просто постояла в сторонке, — жалобно заметила Лиля.

— Я тебе обещаю — будем дома, ты посмотришь, как взлетать и садиться из кабины большого самолета.

— Большого — большого?

— Не настолько. Просто больше этого. Я на нем далеко летаю.

— В Таиланд?

— Примерно.

— А... мама тоже хочет туда слетать, но со мной не может. Она сказал, что ей надо будет напиться в стельку, чтобы спокойно проспать всю дорогу. Вот. А так только валерьянка, но она слабенькая. Вот, мама уже спит, — обрадовалась Лиля. — А когда я смогу посмотреть оттуда?

— Чуть позже, — пообещал Михаил. — Мама все время спит?

— Да. Ее укачивает и ей нехорошо. Но мы все равно летаем отдыхать. Маме потом два дня плохо, а потом все проходит. У тебя не так?

— Не так.

Михаил задумчиво посмотрел на свернувшуюся калачиком Карину и спросил у стюардессы:

— Оля, разберешь кровать?

— Конечно. Но там хотел устроиться второй гость.

— На диване устроится, — фыркнул Михаил.

Оля разложила кровать и достала плед. Михаил под пристальным взглядом Лили и с ее комментариями перенес Карину на кровать. Вернувшись в общую гостиную, услышал вопрос Лили:

— Теперь покушаем? Мама всегда собирает мне покушать, пока она спит. Будешь?

И Лиля стала доставать из одной из сумок коробочки с едой.