Николас

Проверяя свой телефон, я вижу сообщение от Сета:

«Она в безопасности. Сидит у меня дома и просит о встрече с тобой».

Я вздыхаю от облегчения, испытывая чувство глубокой благодарности к Сету. Я был дерьмовым напарником, но самое главное, что я был ужасным другом, вываливая на него свои личные проблемы. А ведь он – единственный человек в моей жизни, который меня поддерживает.

Он никогда меня не подводил, а я плачу ему приступами гнева и тайком встречаюсь за его спиной с девушкой, хотя обещал, что с ней не будет никаких проблем.

Однако с нейесть проблемы. И особенно ясно я это понял, когда вошел в гостиничный номер Фаррелла и увидел отметины на ее коже.

В глазах у меня заклубился красный туман, и мне пришлось собрать все свои силы, чтобы не взорваться. Я прекрасно знаю, что она сама может о себе позаботиться, но это не значит, что онадолжна это делать.

Я поворачиваюсь к Зику, когда он заводит машину. Нам нужно по-быстрому смотаться в магазин, чтобы купить немного еды и еще сигарет для Фаррелла.

– Мне нужно, чтобы ты меня кое-куда отвез.

Он пристально на меня смотрит, не убирая руку с рычага переключения передач.

– Не понял?

– Минуту назад я связался со своими ребятами, и теперь мне нужно, чтобы ты меня к ним подкинул, – повторяю я.

Он смотрит на меня недоверчивым взглядом, его щеки заливает тревожный румянец.

– Что за херня?

От нетерпения у меня сводит мышцы.

– Это не просьба.

После неудачной попытки мое желание повидать Роуз только усилилось. Я хочу увидеть собственными глазами, что с ней все в порядке.

Что она по-прежнему в завязке.

Схватив телефон, я набираю номер Сета, и после второго гудка он снимает трубку.

– Алло?

– Я сейчас приеду.

– Привет, дружище. Рад тебя слышать. Я в порядке, спасибо.

Я нервно тру переносицу.

– Черт, извини. У меня мало времени, но мне нужно… Мне нужно ее увидеть.

На том конце воцаряется тишина.

– Ты уверен, что это хорошая идея?

– Нет, – отвечаю я. – Но ты просил сообщить, если ситуация станет усугубляться. Так вот, этот момент настал. Кроме того, мне нужно с ней поговорить.

– Ладно, чувак. Мы будем тебя ждать.

– Спасибо, – благодарно выдыхаю я.

Десять минут спустя Зик привозит меня на заправку в трех кварталах от дома Сета. Может, он и работает на нас, но это не значит, что я вот так запросто раскрою ему место жительства федерального агента.

– Можешь подождать здесь. Я быстро.

– Когда уже это дерьмо закончится? – недовольно спрашивает он.

Я уже начал вылезать из машины, но сажусь обратно и поворачиваюсь к нему.

– Когда ты притащишь мне поставщика.

Его лицо пораженно вытягивается.

– Да пошел ты. Мы так не договаривались! И знаешь что? Даже если бы я знал, все равно бы тебе не сказал.

Он бьет кулаком по рулю, и гудок вопит с такой громкостью, что у меня внутри все переворачивается.

– У меня на душе словно кошки насрали, понимаешь? Чувство вины, блин, съедает меня заживо.

Я пожимаю плечами, хотя понимаю его гораздо больше, чем хочу это показать.

– Похоже, это твои личные проблемы, Зик.

Из его рта вылетает невеселый смешок.

– Ты можешь притворяться, что тебе все равно. Играть роль крутого федерального агента, который появляется, чтобы надрать задницу плохим парням. Но я вижу тебя насквозь.

– Что именно ты видишь? – спрашиваю я с замиранием сердца.

– Ты знаешь, почему Скип заявился ко мне много лет назад, предложив объединиться и восстановить наследие моего отца? Не из-за меня… во всяком случае, не только из-за меня. Мой отец был настоящим королем джунглей, но обо мне этого не скажешь. У меня никогда не было этого гена, благодаря которому ты можешь взобраться на вершину, не боясь оттуда сорваться, – он постукивает себя пальцами по виску. – Но я проницательный, а это, черт возьми, ценный навык.

Я нетерпеливо ерзаю на сиденье.

– Пойти против Уэстерли? – он качает головой, нервно проведя языком по передним зубам. – Мне придется жить с этим дерьмом всю оставшуюся жизнь. Ты можешь сколько угодно говорить, что я поступаю правильно, но, честно говоря, мнекажется, что это не так. Мне кажется, что это просто легкий выход, – он пристально смотрит на меня. – А ты? Что ты творишь? Тебе не так просто будет из этого выпутаться. Понимаешь? Ты связался не с той женщиной.

Я абсолютно уверен, что в этот момент он говорит об Эвелине.

Несмотря на это, я беззаботно ухмыляюсь, хотя внутри у меня все переворачивается.

– Оставайся в машине. Я ненадолго.

– Да, как скажешь, – он отворачивается, уставившись в окно.

Я вскакиваю с сиденья, захлопывая за собой дверь. У меня нет времени беспокоиться об Эвелине и ошибках, которые я совершаю, когда дело касается ее, или о том, чем все это закончится. Сейчас мне нужно сосредоточиться на более насущных проблемах, хотя все кажется размытым, словно я смотрю в зеркало заднего вида.

Через несколько минут я стою у подножия холма с крутой подъездной дорожкой, рассматривая маленький домик в стиле ранчо с голубыми ставнями. Я поднимаюсь по ступенькам и собираюсь постучать, но Сет уже открывает дверь, протягивает мне руку и заключает в объятия.

– Как дела, бро?

– Где она? – спрашиваю я, отстранившись.

Он кивает в сторону коридора, потирая шею.

– В комнате для гостей.

Мне становится немного не по себе, когда я иду туда в указанном направлении. Но затем, толкнув дверь, я вижу Роуз, которая сидит, скрестив ноги, посреди кровати, и напряжение меня отпускает. В ушах у нее наушники, однако она открывает глаза, словно что-то почувствовав. Увидев меня, она прищуривается.

Не успеваю я вымолвить хоть слово, как она встает, подходит ко мне и заряжает хлесткую пощечину.

Мою щеку пронзает жгучая боль, и я вскидываю руку, пытаясь ее унять.

– Ай! Что за хрень?

Она тычет в меня костлявым пальцем.

– Это за то, что ты заставил меня сюда переехать.

– Пожалуйста, не неси чушь, Роуз, – со стоном отвечаю я. – Мне нужно, чтобы ты оставалась здесь, пока я все не закончу.

Она срывает наушники и бросает их на кровать, а затем упирает руки в бока.

– И как долго это продлится, Ник?

Это имя бьет меня, словно удар молнии, и я молча гляжу на нее, моргая и переваривая услышанное.

Она удивленно приподнимает брови, и гневное выражение исчезает с ее лица, сменяясь чем-то более мягким, больше похожим на тревогу.

– Ты в порядке? – спрашивает она.

Я киваю, стиснув зубы.Нет.

– Да.

Ее взгляд скользит по моему лицу, а затем она качает головой.

– Ладно. Я останусь.

Меня охватывает облегчение, и я отхожу к левой стене, сунув руки в карманы.

– Я хотел узнать, как у тебя дела. Ты встречаешься со своим поручителем?

Она со вздохом протягивает руку за спину и хватает подушку, чтобы запустить ее мне в голову.

– Я не видела тебя три месяца, и это первое, что ты у меня спрашиваешь?

– Ты меняударила, – я, хихикая, уклоняюсь от подушки. – Просто я за тебя волнуюсь, вот и все.

– Да… Я знаю, – она кивает, потирая рукой плечо. – Знаешь, а я нашла новую работу.

– Ничего себе!

Ее лицо оживляется.

– Ну, ничего серьезного, занимаюсь вводом данных для какого-то богатого парня, у которого куча приложений, но это весело, – с улыбкой объясняет она. – Мне приятно этим заниматься.

Меня переполняет удовлетворение, и я радуюсь тому, что она, как мне кажется, счастлива. Бросив взгляд на часы у нее за спиной, я вижу, что прошло тридцать минут с тех пор, как я оставил Зика в машине. У меня сводит живот от тоски, когда я понимаю, что мне нужно возвращаться.

– Мне пора, малыш.

Она скрещивает руки на груди.

– Ты же только что пришел.

– Да, верно… это чудо, что я вообще смог к тебе заглянуть.

Она подносит пальцы ко рту, покусывая кончики ногтей, а затем подходит ко мне, берет за руку и выводит обратно в гостиную.

Ладно, я задержусь еще на десять минут, ровно настолько, чтобы успеть переговорить с Сетом и попрощаться.

Роуз падает в мои объятия, обнимая крепче обычного, и кладет голову мне на грудь.

– Обещай мне, что ты не будешь подвергать себя опасности?

Я сглатываю комок в горле, ненавидя себя за то, что мне приходится ей лгать. Что мне приходится лгатьвсем вокруг.

– Обещаю.

– Я люблю тебя, – произносит она, крепко сжимая меня в объятиях, а затем отпускает.

– Я тоже тебя люблю, малышка, – улыбаюсь я ей.

Она карикатурно закатывает глаза.

– Я старше тебя.

Я пожимаю плечами, а затем обхватываю ее за шею и лохмачу ей волосы, ощущая, как в моей груди вспыхивает радость, когда она с визгом пытается вырываться из моих объятий.

Именноэто мне и было нужно. Напоминание о том, что, пока я занимаюсь своей работой, ощущая себя обманщиком, она здесь, ждет, когда я вернусь домой.