КАМИ

Казалось, день просто не мог стать еще хуже. Я и не предполагала, что на меня так подействует новая встреча с друзьями детства. Когда парой часов позже я покинула учебный корпус, все вокруг только и говорили о том, насколько красив Тейлор, насколько сексуален Тьяго и как волнительно, что теперь братья Ди Бьянко снова ходят по коридорам нашей школы.

До момента, как столкнулась с ним в коридоре, я не знала о появлении Тьяго. А увидев вблизи, потеряла дар речи. Ничего удивительного, что все девчонки буквально сошли с ума: он превратился в невероятно красивого парня. Годы благословили его прекрасным телом и лицом, за которое многие удавились бы. Чувство, которое я помнила еще с детства, вновь вспыхнуло жарким огнем, стоило мне понять, кто стоит рядом. Однако холодный как лед взгляд не оставлял сомнений, что меня даже на фотографии не желает видеть не только его брат, но и он.

Пусть у нас с Тейлором и совпали два урока, он меня откровенно игнорировал. Радостно болтал со всеми остальными, обнимался со старыми друзьями, а мне даже не улыбнулся. Ни единого раза. Такое отношение очень ранило.

Во время обеденной перемены я была вынуждена наблюдать, как он общается с кем угодно, а на меня едва ли смотрит. Мы дружили с ребятами из баскетбольной команды, и обычно те садились рядом с нами. И пусть девчонки сидели с одной стороны, а парни с другой, сегодня велась общая беседа, центром внимания которой был Тейлор.

– А кто знает, почему они вернулись? – спросила Кейт, не сводя взгляда с Тьяго, который обедал за учительским столом и ни с кем не разговаривал.

Тейлор, в отличие от него, оставался таким же веселым и общительным, каким я его помнила. Понятное дело, со всеми, кроме меня.

– Ками, – толкнула она меня локтем, – они ведь жили по соседству с тобой, правильно?

– Они и сейчас мои соседи.

Не в силах проглотить ни куска, я отодвинула поднос с едой.

– Слушай, значит, ты будешь нам все рассказывать!

– Рассказывать о чем? – раздраженно поинтересовалась я.

Как ни старалась, сегодня у меня не получалось быть милой. Хотелось скорее попасть домой и больше ни о чем не думать.

– Ну, не знаю. Будь хорошей соседкой и приди к ним с одним из тортов, которые ты так шедеврально печешь.

На миг я позволила себе окунуться в фантазию, где весь вечер смешиваю и взвешиваю, подбираю идеальный цвет глазури, чтобы создать самый идеальный торт из всех, что пекла когда-либо. Затем я прихожу к ним в гости, и все плохое остается в прошлом. Попробовав торт, они засыпают меня комплиментами (не хочу хвастаться, но мой морковный торт – самый вкусный в нашем штате). И мы снова начинаем дружить, как делали до их отъезда.

Оттого, что моей фантазии не суждено воплотиться в реальность, мне стало до безумия грустно. Сама того не осознавая, я резко встала.

– Ты куда? У нас еще полчаса до урока!

– Мне нужно занести пару документов в канцелярию. Увидимся на математике!

Я почти бегом покинула столовую, а остаток перемены провела в одиночестве, спрятавшись под трибунами и рисуя.

К счастью, на математику Тейлор не явился. Он выбрал продвинутый курс вместе с остальными вундеркиндами, которые собирались изучать физику или медицину. Мне, наоборот, больше нравилось искусство, фильмы и музыка.

К счастью, последние два урока быстро пролетели, и так как тренировки группы поддержки начинались только завтра, я могла уйти домой. Но на пути к машине я вспомнила, что нужно заехать в клуб и помочь маме с какой-то там ерундой. Посмотрев на телефон, обнаружила сообщение от нее.

Мама: Изменение планов. Поезжай домой и присмотри за братом, поговорим позже.

Я с облегчением выдохнула и завела машину.

По дороге меня на огромной скорости обогнал мотоцикл. Я сразу поняла, кто за рулем. Тьяго совершил головокружительный маневр, проскользнув между моей машиной и соседней. При этом он ни на секунду не притормозил и напугал меня до полусмерти. Я резко ударила по тормозам, и ехавший сзади водитель рассыпался вовсе не в комплиментах. Проигнорировав этого идиота, снова нажала на газ.

Как раз когда я припарковалась на своем обычном месте, Тьяго как ни в чем ни бывало шагнул в свою дверь.

Дома находились только брат, кухарка и я. Убедившись, что Кэмерон играет в саду, я отправилась прямиком в свою комнату. Жутко хотелось наконец-то снять платье и надеть что-нибудь удобное. Мать вернется поздно – она всегда возвращалась поздно, когда неожиданно отменяла планы, – поэтому я достала спортивные шорты, удобную футболку и стянула волосы в высокий хвост.

День выдался тяжелым, а потому я даже не заметила, как заснула. Разбудил меня неожиданный звонок в дверь. Резко распахнув глаза, я обнаружила, что уже стемнело.

«Проклятье, Прю уходит домой в семь! С кем остался Кэмерон?»

Я подскочила и бегом спустилась с лестницы. На втором этаже не было слышно ни звука: ни компьютерных игр, ни телевизора. Да и отец обычно поздно возвращался.

Я распахнула дверь и застыла на месте, увидев Тьяго, который держал за руку моего брата.

– Ками, это наш новый сосед! – завопил Кэмерон. – Он играет в баскетбол!

Я онемела.

Тьяго же уставился на меня, но не как Тейлор, который словно бы мечтал, чтобы я стала прозрачной. Нет, Тьяго осматривал меня с ног до головы, пока наши глаза не встретились. Испытав неловкость, я взглянула на брата.

Неожиданно почувствовала себя обманутой. В школе что Тьяго, что его брат словно не замечали меня. Демонстрировали неприязнь и отвергали мои попытки поговорить. И по этим людям я так сильно скучала? Эти люди были когда-то моими единственными настоящими друзьями?

– Кэмерон, ты разве не помнишь, что тебе запрещено одному выходить из дома?

Он удивленно распахнул глаза.

– Я просто хотел познакомиться с новыми сосе…

– Иди к себе в комнату, – отчеканила я, прекрасно понимая, что отыгрываюсь на ребенке, хотя на самом деле стоило бы высказать претензии стоявшему рядом с ним парню.

Торопливо попрощавшись со своим новым другом, брат пулей промчался мимо меня.

– Обязательно повторим потом, приятель! – крикнул Кэмерон из коридора, и я прожгла его взглядом, под которым он повернулся и побежал вверх по лестнице.

От улыбки, которая появилась на лице Тьяго, мне стало еще хуже.

– Над чем смеешься?

Я сделала шаг вперед и закрыла за собой дверь, чтобы брат не услышал моих слов.

– Над тобой, – ответил Тьяго, буквально впиваясь в меня глазами. – Я не знал, что у тебя есть брат.

– Ты очень многого обо мне не знаешь, – парировала я, едва он успел договорить.

Мама родила Кэмерона почти через год после их отъезда, поэтому ничего удивительного, что они не знали о существовании моего брата.

Как же мне хотелось, чтобы наш первый разговор после стольких лет получился другим. Где-то в параллельной вселенной я была бы само обаяние, а он – крайне мил. К сожалению, судьба никогда не делала так, как я просила.

– Я знаю достаточно, чтобы не желать иметь дело ни с тобой, ни с твоей семейкой, – сердито отозвался Тьяго. Очевидно, его задели мои слова.

– Тогда какого дьявола ты тут делаешь?

Тьяго покосился в сторону. Проследив за его взглядом, я обнаружила, что на крыльце стоит Тейлор и наблюдает за нами.

– Мы здесь, потому что это наш дом, и ни ты, ни твоя семья больше не смогут заставить нас находиться далеко от него.

– Ты говоришь так, будто я в чем-то провинилась перед тобой, – буквально выплюнула я и уперлась спиной в закрытую дверь.

Застыв чуть поодаль, Тьяго глазами метал в меня молнии.

– Я просил тебя не открывать рот, – процедил он сквозь зубы.

Я ощутила укол вины, но гнев помог мне оставить ее в укромном уголке сердца, где она пряталась в течение семи лет.

– Мне было десять, и мой отец имел право знать, – сказала я, хотя в глубине души жалела, что тогда не послушалась. Возможно, если бы это осталось тайной, наши жизни не изменились бы так сильно, мы до сих пор оставались бы друзьями, и они бы не…

Я отбросила эти мысли, когда почувствовала, как боль изо всех сил сжимает мне сердце. И тут Тьяго врезал кулаком по деревянной двери рядом с моей головой, заставив меня подпрыгнуть от испуга.

– Твоя глупость разрушила мою жизнь и мою семью, хотя твоя жизнь продолжает быть гребаной волшебной сказкой! – крикнул он мне в лицо. В его взгляде сквозили накопленный гнев и ненависть, которая зрела там все эти годы.

Только вот мы оба знали, что он ошибается.

Спустя пару секунд я пришла в себя от испуга и тона, каким Тьяго со мной разговаривал.

– Убирайся, – произнесла я, чувствуя, что вот-вот расплачусь.

Как раз в этом и заключалась причина, по которой я так и не подружилась ни с кем по-настоящему после их отъезда. Просто не хотела горевать после очередной потери друга. Не хотела предоставлять другому человеку возможность ранить меня. Впрочем, Тьяго и Тейлору я эту возможность дала очень давно, и они не преминут ею воспользоваться. Братья Ди Бьянко не только вернулись домой, они приехали, чтобы местью залечить свои раненые души. А меня они назначили той, кому предстоит расплачиваться за прошлое.

– Оставь ее в покое, Тьяго, – велел голос.

Тьяго сделал шаг назад и на секунду заозирался, будто в замешательстве, а потом вновь повернулся в мою сторону.

Я была благодарна Тейлору за вмешательство. Это напомнило мне о том, как Тьяго задирал меня в детстве, а его брат неизменно играл роль миротворца. Вот только сейчас между нами произошла уже далеко не детская ссора. Каждый из нас имел открытые раны, которые еще не затянулись, воспоминания, причиняющие до сих пор боль.

– Держись от нас подальше, и мы будем делать то же самое. – Тьяго в последний раз окинул меня взглядом. – И получше следи за своим братцем.

А потом он спустился с крыльца и быстро зашагал к своему дому.

Тейлор пару секунд смотрел на меня.

– Мы приехали не для того, чтобы сделать твою жизнь невыносимой, – произнес он, и в его глазах я заметила тепло.

– Скажи это своему брату, – ответила я, до сих пор ошеломленная случившимся.

Тейлор немного отступил и поднял правую руку, на которой я увидела такой же шрам, какой украшал и мое запястье.

– Есть шрамы, которые никогда не исчезнут, – проговорил он, и я прекрасно поняла, что он имел в виду.

Остаток недели пролетел без происшествий. Тейлор продолжал усиленно меня игнорировать, а Тьяго я видела только издалека, когда тренировалась с группой поддержки. Эта ситуация причиняла боль, но поделать я ничего не могла. Пусть и не до конца высказалась, но я не могла рисковать тем, что все станет известно.

Моя семья в нашем городке считалась образцом для подражания. На нас были устремлены все взгляды, и невозможно себе представить, что случилось бы, если бы выяснилось, что Энн Хэмилтон изменила мужу с отцом братьев Ди Бьянко. В то время как многие завидовали нам и восхищались нами, другие мечтали о нашем падении. Нередко случалось, что в моем шкафчике кто-то оставлял записку с оскорблениями или чем-то гадким. Один раз мне даже угрожали смертью. Их ненависть не имела никакого основания, люди просто завидовали жизни, которую я вела, не имея ни малейшего представления, насколько она пуста.

Тем вечером ожидалась первая игра сезона, а потом все собирались на вечеринку дома у парня Марисы, Аарона Мартина. Так мы отмечали каждое начало учебного года, установив своеобразную традицию, которая всем нравилась. Группа поддержки тоже давала первое в этом году выступление, и все предвкушали его.

Я волновалась, поскольку Дани пригласил меня пойти вместе. Мы так и не поговорили наедине и не обсудили наши дела. Пока мне удавалось ускользнуть, каждый раз оправдываясь необходимостью приглядывать за Кэмом, но этой ночью отступать было некуда, нам предстоял разговор.

Я надела свою форму. Как и всегда, она состояла из обтягивающей красно-белой юбки и такого же топа. На дворе еще стояло лето, а потому живот и руки оставались открытыми. Впрочем, смена формы на зимнюю была уже не за горами. Я зачесала волосы назад и надела диадему тех же цветов, что и форма; добавила в макияж блестки и нарисовала на щеке большую букву «к» – в честь нашей команды «Карсвиллские львы».

Вообще, я пришла в группу поддержки, потому что в раннем детстве меня записала мама. Поначалу мне совсем не нравилось, но со временем привыкла. И даже если бы решила, сейчас в любом случае не стала бы бросать. Участие в группе поддержки являлось частью моего образа идеальной девушки, пусть иногда мне и хотелось у матери на глазах сжечь помпоны. Ее наверняка хватил бы инфаркт.

Полностью готовая, я спустилась по лестнице, держа в руках маленькую сумку с одеждой на потом, и обнаружила, что мать разговаривает с кем-то в дверях.

– Что ты тут делаешь? – поинтересовалась я, увидев Дани.

Мы договаривались встретиться в школе.

– Какая же ты красивая!

Он подошел и поцеловал меня в щеку. Мгновенно захотелось отстраниться, но при матери я не могла себе такое позволить.

– Это я пригласила его, ты ведь собиралась ехать одна, – объяснила мать, уставясь на нас с тем же выражением, с каким дети под Рождество смотрят на Санта-Клауса.

– Вот именно, мама, я собиралась ехать одна, – не скрывая неудовольствия, произнесла я.

Она зыркнула на меня так, что по коже побежали мурашки, а на ее лице расцвела ледяная улыбка.

– А теперь уже не одна. – В ее взгляде читалось предупреждение.

Я глубоко вдохнула, стремясь не дать воли эмоциям. Как же меня бесило, что мать сует нос буквально во все, что происходит в моей жизни, в том числе в отношения с парнем.

– Поедем? – предложил Дани.

Я кивнула, но перед самым выходом мать остановила меня, чтобы прошептать на ухо:

– Держись подальше от братьев Ди Бьянко. Ты поняла меня? – Она предупреждающе сжала мой локоть. – Мне уже двое сообщили, что видели тебя разговаривающей с ними. Ты совсем потеряла рассудок?

Я резко высвободилась.

– Мы с ними уже выяснили все, что хотели, мама. А сейчас, если не возражаешь, меня ждут.

Я не стала слушать, что она скажет, поскольку не хотела устраивать сцену при посторонних.

Дани ждал у машины. Мне не нравилось, что я не могла поехать самостоятельно. Чтобы вернуться домой в целости и сохранности, теперь всю ночь придется от него зависеть. А между тем Дани был не самым надежным парнем, особенно учитывая, что он пил куда больше, чем ел.

По дороге он пытался вести непринужденную беседу, но я не желала утруждаться. Столкновение с матерью испортило настроение.

Когда мы приехали, он положил руку мне на бедро и повернулся в мою сторону.

– Ты сегодня прекрасно выглядишь, – повторил Дани, глядя на меня с восхищением.

Я прекрасно понимала, что ему нужно, и не планировала уступать. И не потому, что не хотела. Просто знала, что это будет ошибкой. Нам с Дани следовало остаться друзьями. Я не стремилась к отношениям, не желала от кого-то зависеть. Как я могла любить кого-то, если с трудом любила себя? Со мной что-то было не так, и я не хотела тащить за собой Дани.

– С тех пор, как ты уехала на каникулы, я не переставая о тебе думал. Думал обо всем, чему хочу научить тебя, Ками…

Он коснулся губами моей шеи, заставив меня ненадолго прикрыть глаза. Тем временем Дани положил ладонь мне на колено и заскользил выше по бедру. Я остановила его правой рукой и открыла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

– Дани, прошлым летом мы совершили ошибку, – серьезным тоном произнесла я.

Пару секунд он в замешательстве поморгал, прежде чем проговорить:

– Первый раз для девушек всегда ужасен, дорогая, но со временем, с практикой все становится иначе.

И он вновь попытался поцеловать меня.

– Дани, я не хочу повторять. Я не была готова, и с тех пор ничего не изменилось.

Дани отстранился на пару сантиметров.

– Совсем скоро тебе исполнится восемнадцать…

– Дело не в возрасте.

– Камилла, я ждал тебя два года. – Голос Дани изменился, он с силой откинулся на спинку сиденья. – Ты хоть знаешь, насколько это трудно для парней?

«Для парней? Это тут вообще при чем?»

Я не собиралась извиняться за то, что за два года отношений ни разу не испытала желания переспать с ним. Мы прошли через все этапы, и я наконец согласилась потерять девственность, просто потому что больше не вынесла бы его настойчивые уговоры. В этом и состояла моя ошибка.

– Дани, нам нужно совершенно разное. Прости, но я хочу быть одна. Хочу сосредоточиться на учебе, на поступлении в университет…

– Ты меня бросаешь? – Он отклонился назад и посмотрел на меня в замешательстве.

– Мне жаль, но я…

– Ты сейчас реально устраиваешь мне гребаное расставание?

Я спрятала ладони под бедра и досчитала до трех, прежде чем ответить:

– Да.

Он неверяще покосился на меня и отвернулся.

– Это какая-то идиотская шутка! – Его голос постепенно повышался. – Ты все лето меня виртуозно игнорила. Я тебе писал каждый чертов вечер, получая в ответ односложные отписки. А теперь ты говоришь, что это все было прикрытием, пока ты строила планы, как меня бросить?

«Вот дьявол!»

– Я… мне хотелось как следует обдумать…

– Обдумать расставание? – перебил он. – Скажи мне, что мы будем вместе.

Я молча покачала головой. Пусть и не планировала бросать Дани именно сейчас, но стоило ощутить его прикосновения, я не могла больше ждать. Нестерпимо захотелось закончить отношения, которые принесли мне больше головной боли, чем радости. Если такова любовь, я вообще не желала влюбляться.

– Ты хоть знаешь, сколько девчонок я отшил только ради тебя? – закричал он, заставив меня подпрыгнуть, и резко повернулся ко мне.

Сейчас Дани демонстрировал сторону характера, которую мне не показывал раньше никогда. Вернее, почти никогда.

– Ты прав. Нам стоило расстаться давным-давно.

Он с силой ударил по рулю машины, и я задержала дыхание.

– Ты проклятая ханжа, ты знаешь это?

Я лишь моргнула и не ответила.

– С первого дня знакомства ты крутила передо мной хвостом. Все твои идиотские платьица, соблазняющие взгляды и проклятые ласки, которые никогда ничем не заканчивались, а теперь ты говоришь, что нам стоило давно расстаться?

– Я не хочу больше с тобой разговаривать.

Я повернулась, чтобы открыть дверь, но поняла, что она заблокирована. Мы находились довольно далеко от школы, посреди заполненного кое-как припаркованными машинами пространства. Дани мог удерживать меня, сколько пожелает, и никто бы нас не заметил.

– Даниэль, открой дверь.

Он рассмеялся со злым весельем, и меня охватил иррациональный страх.

«Нет. Не думай об этом».

– Открой эту чертову дверь.

Дани посмотрел мне в глаза, и в ту минуту я поняла, что у людей есть множество масок. Они показывают нам те, которые выгодны для них, а самые страшные прячут, чтобы в нужный момент лишить тебя дара речи.

– Или что? – Такого серьезного тона я у него еще не слышала.

Я задумалась, прикидывая, что бы ответить, но тут стук в окно заставил нас обоих подпрыгнуть. Возле «Рендж Ровера», в котором мы сидели, стоял Тейлор Ди Бьянко.

Дани выдавил фальшивую улыбку и опустил стекло.

– Ну как, готов надрать им зад? – спросил Тейлор, на секунду остановив взгляд на мне.

Мог ли он заметить, насколько я напряжена? Мог ли прочитать правду, несмотря на улыбку, которую я огромным усилием воли натянула на лицо?

– Через пару минут, – спокойно отозвался Дани. – Перед этим нам нужно разобраться с одним семейным вопросиком, да, Ками?

– Если честно, мне нужно на разминку, – немного подумав, проговорила я и снова дернула заблокированную дверь. – Откроешь мне, пожалуйста?

Мой уже бывший парень с силой сжал челюсти, но выполнил просьбу.

Ну, вот и закончились наши ссоры и плохие дни. Без сомнений, когда-то я любила Дани, только вот он любил вовсе не настоящую меня и прекрасно об этом знал.

Покинув машину, я зашагала к спортзалу, а Тейлор остался болтать с Дани.

Постаравшись стереть с лица любой след эмоций, я направилась к своим подругам, которые ждали справа от входа. Внутри все клокотало от злости. Я с удовольствием бы кого-нибудь поколотила, только кулаками, а не этими идиотскими помпонами.

– Что с тобой? – со смехом поинтересовалась Элли.

– Ничего, – буркнула я, пытаясь вернуть душевное равновесие.

Солнце уже почти касалось горизонта, наступали сумерки. На парковке возле машин тусовались ученики нашей школы. Кроме того, на матч пришло много родителей и учеников школы-соперника, чтобы поболеть за свою команду. Мои подруги из команды группы поддержки тоже собрались в кучку и взволнованно переговаривались.

Я как раз хотела присоединиться к обсуждению, когда затылком почувствовала пристальный взгляд. Обернувшись, я успела пронаблюдать, как Тьяго слезает с мотоцикла и направляется ко входу в спортзал. Он прошел совсем рядом, но если и увидел, то сделал вид, будто меня не существует.

Решив не придавать значения его поведению, я сосредоточилась на разминке. А перед самим выступлением изо всех сил постаралась выбросить из головы посторонние мысли. Только вот с братьями Ди Бьянко это оказалось не так-то просто.

Вроде от меня не требовалось ничего, кроме как трясти помпонами и двигаться в такт музыке, но тем вечером я думала о другом, а потому не сразу заметила, что ошиблась в движении. Элли бросила на меня предупреждающий взгляд, и я заставила себя сосредоточиться. Как раз наступил момент, когда меня сначала подбрасывали в воздух, а потом всей командой ловили. Секунда рассеянности могла стоить мне сотрясения мозга… или жизни.

К счастью, годы тренировок помогли мне победить разум. Прыжок получился безупречным, и аплодисменты зрителей стали отличной наградой для всей команды. Несмотря на целое лето без тренировок, мы по-прежнему были на высоте.

Закончив выступление, заняли места на трибуне, чтобы смотреть матч. Неподалеку от нас обнаружился Тьяго в компании тренера, и мой взгляд против воли притянулся к нему.

До чего же красивым он стал! Впрочем, я не всегда его считала таким. Я видела, как он рос, видела его без передних зубов, одетым в самые несуразные одежды, какие только можно себе представить. Однако мне всегда казалось, что в нем есть что-то особенное. А теперь оба брата, и Тьяго, и Тейлор, превратились в очень привлекательных парней, чего, честно признаться, я не ожидала.

Внезапно в голову пришла мысль: «А что я почувствовала бы, если бы Тьяго снова прикоснулся губами к моим губам?» Я решительно отогнала ее и сосредоточилась на подругах, которые болтали о вечеринке после матча.

Чуть позже у меня пересохло в горле, и я направилась к небольшому холодильнику, который стоял рядом с мячами. Стоило к нему приблизиться, и Тьяго метнул в меня непроницаемый взгляд.

Когда я пила, старательно игнорируя его присутствие, ко мне подошел форвард команды, Виктор Ди Вьяни и, обняв за талию, привлек к себе.

– Что ты делаешь? – спросила я, отстраняясь и снова поднося бутылку ко рту.

Виктор лукаво улыбнулся и жадно осмотрел меня с ног до головы.

– Просто хотел поздравить тебя с вхождением в мир взрослых, – подмигнул он.

– Это ты-то причисляешь себя к миру взрослых? Серьезно? – Я смерила его презрительным взглядом.

Ледяная маска сегодня прочно сидела на лице, и никто не сорвал бы ее с меня этим вечером.

– Детка, не сердись, но ты уже вся из себя женщина, это событие надо отметить.

По моей спине прокатился озноб, посылая мурашки по всему телу.

– Что?.. Кто?.. – я не находила слов.

– Хотя я вообще-то ставил на то, что ты поступишь в университет девственницей. Но слушай, леди Камилла, мои поздравления. Теперь мы все знаем, что эти воротца были заперты далеко не так плотно, – рисуясь, заявил он, и несколько членов команды рассмеялись.

Я почувствовала, как желудок сжался, и меня затошнило. В голове пронеслось множество мыслей: от очень жестоких до какие-то очень детских. Однако предпринять я ничего не успела. Мгновение спустя Тьяго словно бы ненароком приблизился к Виктору, крепко обнял его за голову и прошептал так, чтобы слышать могли только он и я:

– Повторишь нечто подобное, и я скажу тренеру, чтобы он дисквалифицировал тебя на весь сезон. А еще набью тебе морду. Ты меня понял?

Виктор молча кивнул.

– А сейчас исчезни, – добавил Тьяго, с силой хлопнув его по спине, и повернулся к игровому полю.

Многие зрители отвлеклись от матча и теперь наблюдали за нами. Виктор перевел удивленный взгляд с Тьяго на меня, но страх перед моим соседом победил. Он отошел и без единого слова покинул спортзал. Его друзья закрыли рты и сосредоточились на игре, в которой наша команда, к счастью, побеждала.

Перед тем, как вернуться на позицию тренера, Тьяго искоса взглянул на меня. Неужели в его глазах промелькнуло разочарование или мне почудилось?