Перед ужином мисс Шелдон прокралась в комнату детектива Ирвинга. Старший инспектор, подключённый к капельнице, спал сном младенца.

«Интересно, – подумала пожилая писательница, – есть такой популярный литературный штамп: «грудь спящего вздымалась». Но ведь это же глупость! Грудь спящего человека почти не шевелится. Что действительно вздымается, так это живот. Причём это не зависит ни от его размера, ни от возраста носителя, ни от других параметров. Однако напишешь в книжке: «Его живот мерно вздымался», – и сразу получится какой-то комический эффект. Почему-то живот смешнее груди!»

Тут сыщица заметила дугу оснастки для оборудования, что нависала над кроватью спящего детектива. Писательница попробовала её на прочность. Оснастка ответила уверенным сопротивлением. Мисс Шелдон нажала сильней. Дуга стояла намертво. Наконец любительница сыска почти повисла на ней, и в этот момент открылась дверь комнаты. На пороге появилась сестра Н’Гала с подносом еды в руках. Ей открылась престранная картина: старуха, как смерть, нависшая над жертвой.

Некоторое время сестра Н’Гала и мисс Шелдон смотрели друг на друга, не находя слов. Их выручил внезапно проснувшийся детектив Ирвинг.

– Который час? – заохал он.

Первой откликнулась пожилая сыщица.

– Время к ужину, – ответила она, отпустив дугу, и обратилась к сестре Н’Гала: – Я тут пыталась представить себе, как погиб Мёрдок. Полицейские сказали мне, что оснастка «съехала».

– Как она могла съехать? – возмутилась сестра Н’Гала и, поставив свой поднос на тумбочку, потрясла дугу так, что кровать вместе со старшим инспектором заходила ходуном.

– Судя по вашей реакции, – предположила мисс Шелдон, – эту конструкцию устанавливали вы?

– Конечно, – подтвердила сестра Н’Гала и жестом мастера отряхнула ладони: дескать, не беспокойтесь, не оторвёте.

– Как ваши дела, Роберт? – Пожилая сыщица переключилась на хозяина комнаты, пока не стало совсем невежливым игнорировать его присутствие.

– У меня всё хорошо, – обрадовался вниманию старший инспектор. – Я поспал, а ещё я пробовал читать.

– И как вам?

Детектив, желая продемонстрировать бодрость духа, принялся шутить:

– Вчера я подумал: а почему это у вас в романе такая тупая полиция? Вы прямо не стесняетесь издеваться! А сегодня утром я понял, почему! – И он кивнул на новый браслет своей подруги.

– Это мой первый роман о приключениях новой главной героини мисс Шмарпл, – зарделась писательница, – но написан он был задолго до многих других. Я вложила в него всю сатиру на жанр и на саму себя. И что же? Издатель раскритиковал его в труху и под корень забраковал. Тогда я под псевдонимом разослала её в разные издательства…

Тем временем сестра Н’Гала не слишком деликатным покашливанием напомнила о себе. Она вновь взяла поднос с едой и теперь недовольно косилась на разболтавшихся стариков.

– О, вы можете идти, – воскликнула мисс Шелдон. – Я покормлю старшего инспектора!

Однако сестра Н’Гала не спешила уходить и обратилась к детективу:

– Мистер Ирвинг? – что означало: «Вы не боитесь оставаться с этой особой наедине?»

Старший инспектор отпустил сестру Н’Гала. Мисс Шелдон без церемоний придвинула стул к кровати, села, и, зачерпнув ложку каши, принялась ждать, когда детектив откроет рот. Старший инспектор хотел было взять ложку из руки своей подруги, но то ли из-за стеснения, то ли сработали рефлексы – послушно открыл рот.

– Не горячо?

Услышав в ответ отрицательное мычание, пожилая сыщица зачерпнула ещё ложку и заговорила о деле:

– Итак, наша ночная сестра Ямми, она же монашка, становится главной подозреваемой.

Детектив кивнул и получил ещё ложку каши.

– В минуты смерти Албриджа она бегала по коридорам и отворачивала камеры, – начала перечислять мисс Шелдон. (Ещё ложка). – Таблетки, от которых умерла миссис Беверли, были даны ей рукой сестры Ямми…

– Огнетушитель в процедурную подсунула тоже она, – в тон своей подруге вставил старший инспектор и открыл рот для следующей ложки.

– Что?! – изумилась любительница сыска.

– Что? – не понял детектив.

– Откуда вам это известно?

– От ночного брата – он своими глазами видел.

– А почему вы мне об этом не рассказали?!

– Не рассказал? – в свою очередь удивился старший инспектор.

– Нет!

– Сестра Ямми полночи таскала огнетушители по всему Смолчестеру!

– Но с какой стати она это делала?

– Этого ночной брат не знает, – пожал плечами детектив. – Но после пожарной тревоги директор Филипс её хорошенько отругал, а ещё велел уничтожить склад с контрабандой.

– И наутро поймал головой огнетушитель.

Старший инспектор хотел что-то добавить, но мисс Шелдон в задумчивости засунула ему в рот ещё одну ложку каши.

– Что же это тогда получается? Ничего не получается… Так. Напомните мне в точности, что произошло сегодня ночью.

Детектив Ирвинг сосредоточился.

– Где-то к полуночи сестра Ямми вышла из ординаторской и через столовую прошла к бассейну, – начал он.

– Она была одна?

– Если верить камерам, то да.

– Ей просто захотелось искупаться ночью?

Старший инспектор развёл руками.

– Но у бассейна ведь тоже есть камера? – с надеждой спросила любительница сыска.

– В том-то и дело! – Детектив с досадой цокнул языком. – Видеонаблюдение в Смолчестере монтировали давно. С тех пор куст, который рос под камерой у бассейна, вымахал почти до самой крыши и своей верхушкой загородил весь обзор! И теперь мы не знаем, как сестра Ямми очутилась в воде.

– То есть, она могла находиться у бассейна не одна?

– Скорее всего так! – уверенно ответил старший инспектор. – Ведь кто-то должен был запихнуть её в горку и утопить. Но этот кто-то здорово маскируется. И, очевидно, обладает большой физической силой…

– … и не оставляет следов, и невидим на других камерах, и умеет летать по воздуху, – подхватила мисс Шелдон. – А что обо всём этом думает полиция? Ведь вы провели с ними у бассейна почти всё утро?

Детектив Ирвинг снова развёл руками.

– Они со мною не делились, но из разговоров я понял, что они ничего не думают.

– Скверно… – поморщилась любительница сыска и вдруг припомнила: – А почему это вы, старший инспектор, не рассказали мне о том, что опознали нашу монашку по сиськам сестры Ямми?

От тона этого вопроса детектива словно обдало холодом. Даже мягкое, по сути, слово «сиськи» неприятно кольнуло душу.

– Я сомневался, – пробормотал старший инспектор.

– Хорошо, – не отставала мисс Шелдон. – А почему не сказали, когда уже не сомневались?

Детектив Ирвинг вспотел от напряжения. Как выкрутиться, что выдумать, на что сослаться? В его голове перемешались бассейн, камеры, полицейские мигалки, сиськи монашки и эрекция Албриджа.

– Ни в одной из моих книг, – тихо сказала пожилая писательница, – вы не найдёте такого дешёвого хода, когда герой о чём-то догадывается, или что-то знает, но никому об этом не говорит, а знаете, почему?

– Почему? – спросил старший инспектор – не потому, что хотел узнать, а потому что так было надо.

– Потому что я это ненавижу!

– Не ругайте меня, пожалуйста, – жалобно попросил детектив. – Очень болит голова. Будто бы из неё выкрутили винтики и мозг там болтается.

Мисс Шелдон было весьма затруднительно сразу замолчать – она только начала заводиться, – однако сыщица пересилила себя и перестала мучить своего незадачливого напарника.

– Тошнит, как беременного, всё кружится, – добавил старший инспектор, чувствуя, что стратегия работает. – Хорошо, что я не успел позавтракать.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Любительница сыска остыла и погрузилась в раздумья.

– А знаете, Роберт… – вдруг сказала она. – Вы подкинули мне интереснейшую идею.

– Какую?

– Я вдруг вспомнила: сестра Ямми то и дело жаловалась на недомогание. То уйдёт пораньше, то прямым текстом скажет, что у неё голова кружится. А вы помните, что её стошнило на Албриджа?

– Вы думаете, у неё тоже был инсульт? – удивился детектив.

Мисс Шелдон возмутила тупость старшего инспектора, но она сделала скидку на его состояние, выдохнула и даже положила руку ему на ладонь.

– Возможно, – сказала она мягко, – у сестры Ямми был токсикоз первого триместра беременности.

– От кого? – воскликнул детектив, пропуская целый кусок цепи рассуждений.

– Вот в чём вопрос, – вторила ему любительница сыска. – Это открыло бы нам её мотивы, связанных с нею лиц, их мотивацию…

– Вскрытие установит, беременна она или нет! – озвучил очевидное старший инспектор. – Возможно, уже сегодня. Я уверен, что Заари их торопит.

– Только с нами он этой информацией не поделится. Эх, как бы нам узнать?..

– Раньше… – И детектив Ирвинг запнулся.

– Ну-ну? – нетерпеливо поторопила его мисс Шелдон.

– Я хотел сказать, что раньше я мог запросто позвонить в судмедэкспертизу.

– Позвоните сейчас!

– Но это будет неловко…

– Что вы теряете?

Старший инспектор почувствовал тягостный дискомфорт и подумал, не прикинуться ему ли вновь немощным.

– Я бы и сама позвонила, если бы у меня не отобрали телефон и… – Пожилая сыщица прикинула, стоит ли использовать совсем уж манипулятивный аргумент, и решилась: – и будь я на вашем месте!

– Ладно! – проворчал детектив. – Хотя это, конечно, нарушение…

Мисс Шелдон почувствовала, что её напарнику требуется маленький мотивирующий пинок, и не придумала ничего лучше, чем сказать:

– Смелее, мой друг! Думаю, надолго вас не посадят.

На поиск нужного номера ушло некоторое время. Ещё столько же – на неловкие попытки старшего инспектора совладать с телефоном. Мисс Шелдон даже начала подозревать своего друга в попытке саботажа поставленной задачи, однако всё поменялось, стоило им наконец дозвониться.

Старший инспектор увлёкся и даже вошёл в раж, когда на другом конце линии его узнали, обрадовались и справились о делах и здоровье. Детектив Ирвинг похвастался, что звонит «из того самого Смолчестера», и это обстоятельство было воспринято как закономерное продолжение его героического прошлого.

Беседа шла чрезвычайно душевно до тех пор, пока под давлением мисс Шелдон старший инспектор не завёл разговор о результатах вскрытия сестры Ямми.

– Боюсь, я не в праве обсуждать с вами этот вопрос… – смутился голос в трубке.

– Да бросьте! – дружески посоветовал детектив. – У меня тут горстка напуганных стариков, я просто хочу их как-то успокоить. Сестра Ямми была всем нам доброй подругой. А уж если мои догадки оправдаются, то я здорово помогу родному Скотленд-Ярду! Было бы неплохо, не так ли?

– И всё же, к сожалению…

– Да и узнать-то я хотел сущий пустяк, безделицу…

– Нет, сэр, я, право, сэр…

– … была ли наша сестра Ямми беременной?

– Боюсь, я ни при каких обстоятельствах не могу обсуждать с вами беременность вашей подруги, сэр, – ответил голос совершенно официальным тоном.

– Понимаю, – читая по губам подсказки мисс Шелдон, произнёс старший инспектор. – Личные данные, конфиденциальная информация…

– Совершенно верно, сэр.

– Но, пожалуй… – Детектив пошёл на хитрость. – Если, к примеру, она не была беременна… В этом ведь нет никаких личных данных?

Голос в трубке молчал.

– Итак, она не беременна? – старший инспектор надавил на частичку «не».

– Нет, сэр, – сдался голос.

– Ну и ладно! – беспечно откликнулся детектив. – Нет так нет. – И наскоро попрощался.

– Мне не даёт покоя винтовка директора Филипса, – произнесла мисс Шелдон, не собираясь оплакивать развалившуюся версию. – Куда всё-таки он с нею направлялся?

– Да… – ответил старший инспектор, со скрипом переключаясь на новую тему. – Мы так и не побывали в подвале.

– Что там может быть? Подпольное казино? Нарколаборатория? Похищенные старики? Есть версии? Давайте хоть самую сумасшедшую.

– Может быть, Филипс клеил там кораблик?

Погружённая в раздумья, любительница сыска ничего не критиковала и не оспаривала.

– Допустим, сестра Ямми, на чьей совести к этому времени уже были две смерти – Албриджа и миссис Беверли, проворачивала в подвале какие-то тёмные делишки – торговля препаратами, органами… я не знаю. Скажем, директор Филипс хотел положить этому конец…

– И, зная, что у сестры Ямми в подвале могут быть сообщники, – вставил детектив Ирвинг, – Филипс вооружился…

– Нет. Бред, – скорее самой себе, чем старшему инспектору, ответила мисс Шелдон. И вдруг выругалась: – Дьявол! Всё, над чем мы тут ломаем голову, сложится в ясную картину, если отсмотреть записи со всех двадцати камер! Но как нам до них добраться?!

– Очень просто!

Слова детектива Ирвинга прозвучали многообещающе, как «Эврика!» и возбуждающе, как «Свободная касса!»

– Я слушаю! – потребовала любительница сыска.

– Вам нужно подойти к ночному брату! – открылся старший инспектор. – Он невероятно общительный малый! Такой добряк. Уверяю вас, он и расскажет, и покажет, и сходит с вами в подвал, и всё откроет! Всё, что я узнал этой ночью про сестру Ямми…

– Я поняла! – Мисс Шелдон подскочила, как пружина.

– Он заступает в восемь вечера, – напомнил детектив, испугавшись, что сейчас вновь останется в одиночестве. – Ещё рано…

– Отдыхайте, поправляйтесь! – Эти слова писательница произнесла уже в дверях. – Читайте мою рукопись!

Старший инспектор загрустил, как в детстве, когда родители укладывали его спать засветло, а сами только начинали веселье. Соседские дети ещё пару часов шумели под окнами, беспечно играя, и это было обидней всего. Они-то знали, что малыш Бобби уже в постельке, и как будто бы специально смеялись ещё задорней и азартней. Само собой, несчастному Роберту ни капельки не хотелось спать, но родители строго-настрого запрещали ему…

Внезапно у детектива Ирвинга потеплело на душе: к нему в комнату неожиданно вернулась мисс Шелдон.

– Я совсем забыла, что ваши бывшие коллеги лишили меня связи! – пожаловалась она. – Не одолжите ли мне на ночь свой смартфон?