Когда полицейские покинули Смолчестер, мисс Шелдон вернулась к бассейну.

– Миссис Беверли «не проснулась», – сказала она.

– Всё как по книжке, – отметил старший инспектор.

– А миссис Кокроу собирает чемоданы.

– Первый доброволец, чтобы «пойти на прогулку и не вернуться»? Идеально! И по алфавиту как раз её очередь.

– Мы не должны позволить ей уехать.

Детектив поднялся из шезлонга.

– Я даже не знаю, как относиться к вашим словам, дорогая Барбара, – серьёзно сказал он.

– Я прекрасно понимаю всю бредовость ситуации, – вздохнула мисс Шелдон. – Но если все эти совпадения – не случайность…

– Мы не можем рисковать ещё одной жизнью? – догадался старший инспектор.

– Именно.

– Не будем дожидаться вскрытия?

– А что оно нам даст?

Детектив задумался.

– У Албриджа ничего не обнаружили… – произнёс он.

– Как и у сэра Чарльза Баскервиля!

Старший инспектор опешил.

– Вы нашли четвёртый роман, который всё объясняет, – догадался он.

Мисс Шелдон развела руками:

– И это «Собака Баскервилей».

– Стало быть, в нашем случае «Собака Албриджей»? – уточнил детектив. – Она отвернула камеру, напугала нашего сэра до смерти, повернула камеру назад, прикинулась монашкой и ушла через туалет по канализации? Кто будет разыгрывать такой спектакль?!

– Вы рассуждаете логично, как разумный человек, дорогой Роберт. Мы же имеем дело с психопатом.

– Вот как? – Детектив не смог сдержать скепсис.

– А разве нормальный человек будет запускать утку обо мне в интернете?

– Вот как? – повторил старший инспектор с той же интонацией. – Вы думаете, что это звенья одной цепи?

– Я надеюсь, что здесь вообще нет никакой цепи. Это слишком невероятные совпадения, но если да… то это способ нашего психопата бросить мне вызов.

Роберт Ирвинг молчал.

– Я поняла, вы мне не верите, – заключила мисс Шелдон и, предупреждая возражения старшего инспектора, добавила: – Но мне больше ничего не остаётся, как доказать случайность или неслучайность этих совпадений. Вы мне поможете?

– Дедушка, прокатись с нами с горки! – тем временем донеслось из бассейна.

Старший инспектор рассеянно помахал внукам и снова повернулся к собеседнице.

– Но что я могу сделать? – в отчаянии воскликнул он. – Явлюсь перед миссис Кокроу и прикажу ей не уезжать? Так она меня и послушала!

– Лучше вы, чем я.

– Дедушка, прокатись с нами! – Внуки не собирались отступать.

– Я застряну в вашей горке! – крикнул детектив.

– Не застрянешь!

– А если всё-таки застряну? – Роберт Ирвинг неуклюже заспорил с детьми, желая потянуть с ответом мисс Шелдон.

– Застрянете, – строго предупредила она. – Это детская горка.

Старший инспектор почти сдался.

– Скоро сюда приедет мой сын. Он заберёт мальчиков, и тогда… Примерно через полтора часа…

Мисс Шелдон горько усмехнулась и ушла, оставив Роберта Ирвинга наедине с его сомнениями.

Субботнее утро предвещало директору Филипсу только самое прекрасное. Уж во всяком случае по сравнению со вчерашним утром. Неуместная смерть Албриджа, да при таких подозрительных обстоятельствах, да ещё в день заселения этой писательницы (чёрт бы её побрал!), здорово вымотала директорские нервы.

Звонки из Лондона (и как только они узнали?!) начались ещё до рассвета.

– Что у вас там творится, мистер Филипс? Вам дана значительная автономия, вы отвечаете за всё, как это отразится на репутации, кто будет отвечать… – и так далее, и тому подобное…

Когда Филипс добрался до Смолчестера, в его телефоне оставался всего один процент заряда, а в мозгу – не осталось ни одной работоспособной клетки. Всерьёз хотелось выйти в окно, но что толку прыгать с первого этажа? И хамить нельзя: предшественник Филипса вот так однажды психанул, послал докучливые голоса к дьяволу и в тот же день получил расчёт.

Да, со стороны старика Албриджа было, конечно, абсолютным свинством отправиться в мир иной, устроив напоследок такое шоу.

«По мне – помирайте вы на здоровье! – сердито рассуждал директор Филипс. – Вас для того сюда и свозят! Но только делайте это культурно: без полиции и прочей шумихи!»

Однако, несмотря ни на что, вчерашний день закончился безоговорочной победой. Всё сложилось как нельзя лучше: и вскрытие оказалось «чистым», и полиция умыла руки, и родственнички Албриджа ушли несолоно хлебавши, и не в меру любопытную новенькую удалось благополучно поставить на место.

«Большая лягушка в маленьком болоте!» – Вечером директор Филипс поднял сам за себя бокал шампанского.

И вот наутро снова звонок из Смолчестера: «У нас труп, возможен криминал».

Не в силах второй день кряду терпеть невыносимую отповедь Лондона, но страшась вешать трубку в одностороннем порядке, Филипс поступил как хитрый трус: дождался, когда сядет батарея телефона. Затем, выйдя наконец из своего кабинета, он с наслаждением вдохнул кондиционированный, чуть пахнущий дедушками и бабушками воздух Смолчестера и сладострастно представил себе, какой большой стакан кофе сейчас наберёт себе в столовой и каким сочным кексиком закусит, как вдруг…

– Директор Филипс! Вас-то мне и надо! – Мисс Барбара Шелдон, которая только что покинула старшего инспектора Ирвинга и направлялась к себе, заметила, как редкий зверь выполз из своей норы.

Филипс не сдержал тяжёлого стона, крутанулся вокруг своей оси и набрал скорость.

– Стойте! – крикнула ему вслед престарелая сыщица.

Директор и не подумал подчиниться, однако он позабыл, с кем имеет дело. Старушка сложила в кольцо большой и средний пальцы, поднесла их к губам и так пронзительно свистнула, что волю Филипса парализовало.

– Как я рад вас видеть! – пропел он, выжав улыбку. – Доброе утро, здравствуйте.

– А я-то как рада! – в тон ответила мисс Шелдон, ни словом не упрекнув директора за очевидное бегство. – Помнится, вчера вы говорили, что я всегда могу к вам обратиться?

Кислая мина Филипса красноречиво показывала, как он жалеет о сказанном.

– Разумеется…

– Очень хорошо, – отметила мисс Шелдон – и вдруг вгляделась в лицо директора. – Но что это с вами, мой дорогой? У вас такой усталый вид.

– Честно? – с вызовом спросил Филипс и переступил с ноги на ногу, будто приготовился боксировать.

– Да, не жалейте меня.

– Хорошо, дорогая мисс Шелдон! – В голосе директора зазвенели истерические нотки. – Второй день! Второй день подряд в моём образцовом заведении чёрт знает что творится, а я вынужден всё это расхлёбывать! Как вы думаете, заслужил я это или нет? И знаете, что?

– Что?

– У меня нет уверенности, что все эти события – не результат чьего-то злого умысла!

– Чьего же?

– Вот именно! – торжествующе вскричал Филипс и вопросительно уставился на постоялицу.

– Пока я не приехала, ничего такого не было? – уточнила мисс Шелдон.

– Совершенно верно! И я имею полное право применить к вам дисциплинарные меры!

– За мои же деньги?

– Читайте пункт о надлежащем поведении в своём договоре!

В этот момент в холле звякнул колокольчик и распахнулись двери лифта. Взгляду мисс Шелдон и директора Филипса предстали мистер Пиквик с малышкой Макэлрой, причём руки Пиквика находились на таких частях её тела, которых в прежние времена не касался даже врач. Малышка Макэлрой, зардевшись, выпорхнула из лифта с проворством семнадцатилетней, а Пиквик, сунув руки в карманы, молвил:

– Я сожалею! – и как ни в чём не бывало проследовал по своим делам.

– Вы говорили о надлежащем поведении, – напомнила директору мисс Шелдон.

– Тем не менее! – невпопад ответил тот.

– Ну, вот что, мой милый Филипс… – Пожилая сыщица взяла дело в свои руки. – Пожалуй, я смогла бы избавить вас от забот, но мне понадобится кое-что взамен.

– Вы ставите мне условия? – вспыхнул директор.

– Вам понравится, – пообещала мисс Шелдон. – Итак, пункт номер один. Отговорите миссис Кокроу уезжать. Сейчас же.

– А разве она уезжает?

– Да.

– А зачем её отговаривать?

– Потому что так велела полиция.

– Позвольте узнать, зачем это вам!

– Этого я пока не могу сказать.

– В таком случае я ничем не могу вам помочь! – озлился директор.

– В таком случае и я ничем не могу вам помочь! – парировала мисс Шелдон и, видя замешательство Филипса, продолжила оглашать список требований: – Пункт номер два: дайте распоряжение персоналу о полном содействии мне.

На лице директора появилась саркастическая улыбка.

– Три! – Голос мисс Шелдон сделался строже. – Мне нужен доступ к записям всех камер, а также к медицинским документам и к личным делам постояльцев – чтобы выявить возможные мотивы.

– Это же персональные данные!

– Я гарантирую конфиденциальность.

– Это исключено.

– Вы хотите, чтобы всё прекратилось? – с нажимом спросила мисс Шелдон.

– Зачем. Это. Нужно. Лично. Вам? – отчеканил Филипс.

– Ну, ладно… – вздохнула пожилая писательница и решилась открыться. – Вам же известно об интернет-скандале?

– Та-а-ак? – обрадовался директор, словно подцепив крупную рыбу.

– Продажи моих книг могут остановить, если здешние события свяжут с… – старушка запнулась. – Вы же слышали про культуру отмены?

– И? – продолжал выведывать Филипс, хотя и так уже всё понял.

– И я просто не смогу вам платить! – закончила мисс Шелдон.

Филипс удовлетворённо кивнул и на минуту задумался.

– Вы испытываете финансовые трудности? – наконец спросил он доверительно.

– Скажем так, у меня бывали и лучшие времена, – ответила писательница.

Филипс подумал, покивал, похмурился – и вынес вердикт:

– Ничем не могу вам помочь.

Мисс Шелдон резко вспомнила про водяной пистолет в своём кармане, и ей страшно захотелось приставить его к директорской голове.