За завтраком перед мисс Шелдон предстала вечно радостная сестра Ямми.

– Я вчера занесла вам бутылочку джина! – сообщила она шёпотом. – Потом сочтёмся, я уже ухожу.

Пожилая писательница с трудом уловила смысл сказанного. После ультразвукового «Доброе утро!» у неё заложило уши.

– Простите?

– Мистер Пиквик сказал, что вы интересовались крепкими напитками, – пояснила сестра Ямми.

– Я? – переспросила мисс Шелдон.

– Вы уже спали, поэтому я просто оставила её у вас в комнате. Спрятала под подушками дивана.

– Вы были у меня, когда я спала?

– Я разносила лекарства.

Сестра Ямми смотрела на мисс Шелдон без всякого смущения, как профессионал, честно выполняющий свой долг. Такого человека невозможно упрекнуть. Мисс Шелдон промолчала. Сестра Ямми ушла.

– Доброе утро, приятного аппетита, – раздался тем временем сердитый голос миссис Кокроу. – Кто-нибудь знает, куда запропастилась миссис Беверли?

– Опять заболталась с Алексой и не может тактично попрощаться? – отозвался вездесущий Пиквик.

– Она не разбудила меня к завтраку! – негодовала миссис Кокроу.

– Странно, – заметила малышка Макэлрой, – и в чате от неё не было никаких сообщений со вчерашнего вечера…

– Я уже отправила миссис Финч к ней в комнату. Сейчас мы узнаем, что это она себе позволяет… – Миссис Кокроу ещё только начинала бурю, лишь разминалась, пробуя все регистры своего драматического мастерства. Но её эффектная прелюдия прервалась самым неожиданным образом.

В столовой прозвучало отрезвляющее:

– Она мертва.

На пороге стояла бледная миссис Финч. Консьерж Карл довёл её, придерживая за плечи, до ближайшего стула, усадил и, скорбно кивнув всем собравшимся в знак того, что миссис Финч ничего не выдумала, молвил:

– Я вызову полицию.

– Только не это! – вырвалось у мисс Шелдон.