Москва в начале XXII века являлась настоящим межгалактическим центром. В архитектурном плане она стала многоярусным городом, разрослась на сотни километров и вобрала в себя много соседних регионов, ранее бывших самостоятельными. В сердце столицы народу всегда было как в переполненном улье. Там располагались разные учреждения, а жилье отодвинулось подальше от суетного делового средоточия. При этом добраться в любую точку ни стоило никакого труда, везде провели магнитные дороги, и даже в метро ездили такие скоростные поезда. Высокие здания светлых оттенков из биоматериалов соседствовали с буйством зелени, а по осени весь мегаполис блистал разноцветными оттенками от желтого до бордового.

Сейчас в Москве стояло лето, душное и знойное. Так что все, кто не занят по работе непосредственно в офисе, старались улететь на море или в места посвежее, чтобы трудиться оттуда. Тем более, что это довольно легко сделать. Почти все выполнялось роботами, которыми надо только дистанционно управлять через брейннет, заменивший старый интернет и обладающий новыми, более мощными возможностями.

Так поступил и Александр Петрович, психолог в области подготовки космического персонала, в прошлом – исследователь других планет. Сейчас в свои пятьдесят два года он остался на спокойной работе в корпорации «Космическая наука и технологии» и был занят поиском решения по спасению сомнианцев. Его давние, почти родственные, отношения с Андреем и дружеские с Мишей давали ему дополнительный стимул найти выход.

Он приобрел морщинки на еще моложавом худом лице. Седина только немного тронула светло-коричневые волосы на висках, что придавало солидности. Цепкий взгляд серо-голубых глаз не растерялся с годами, стали заметнее впалые скулы, прямой нос и тонкие губы. Он сохранил атлетическую форму, чему способствовала Тирра, овчарка, которая постоянно прыгала и бегала, чем заставляла хозяина быть в движении. Он был не очень высок. Еще с его собственных космических миссий ему была привычна армейская выправка, при этом движения оставались плавными и мягкими, но точно выверенными.

Он проводил летние месяцы, как правило, уединенно со своей собакой на Черном море. Жили они просто. По утрам ходили далеко-далеко на прогулку по полям и лугам, слушая музыку ветра и разнотравья. Обычно после этого он обсуждал рабочие вопросы и просматривал присланные материалы. День незаметно пролетал на берегу или в маленьком доме холостяка, а по вечерам, после ужина, они вместе садились на крылечке дожидаться заката и болтали о том о сем. В общем, неспешные деньки. К слову сказать, Александр Петрович предпочитал настоящую жизнь и сознательно не менял Тирру, не давал ее очеловечивать и не хотел, чтобы ей встраивали переводчик лая на русский.

****

На Земле к совету готовились давно. Вспышки Гипноса приходили уже полгода, так что нельзя сказать, что происходит что-то неожиданное. Поэтому галактический совет не оказался экстренным.

Александр Петрович уже несколько раз переговорил с Андреем по поводу предстоящего совещания. Его отдел приготовил предложение о том, как бороться с последствиями этих ударов, используя спутники-ловушки. В последние годы с ним работали очень толковые ребята, среди которых была молодая и очень энергичная девушка Клара. Она и представит проект на рассмотрение. Но все же Александр Петрович решил лететь в столицу и присутствовать сам.

Так что он не торопясь собрался и сказал Тирре:

– Едем в Москву. На работу.

Она понимающе гавкнула, радостно завиляла хвостом, немного вставая на задние лапы и заглядывая ему в глаза. Потом она опустилась на пол и, суетливо схватив электронный ошейник, обошла пару раз вокруг хозяина. Он потрепал ее по холке и голове, и они сели во флайер. Он – на переднее кресло, а она – за его спиной, в пространство между сиденьем и задней стенкой. Это, конечно, было не по правилам, но для собак и кошек пока не придумали мест, как для пассажиров.

До Москвы с Чёрного моря ему придется лететь часов шесть-восемь. Это время он собирался потратить на свое любимое занятие – созерцание пейзажа. Потом, периодически присматривая за Тиррой, надо дополнительно продумать их общую с Андреем позицию и подремать. На пути, может быть, они пару раз приземлятся, чтобы покушать и погулять.

Уже через день ему предстоит первое, в отношении этой проблемы, техническое совещание. К счастью, пока без министерских бонз. Оно должно собрать довольно много народу, чьи точки зрения или мало или совсем не совпадают. Ожидается присутствие специалистов Государственного Центра по управлению инопланетными миссиями и Корпорации «Космическая наука и технологии» на Земле, комиссии на Сомни и сторонних экспертов. В Центре по управлению инопланетными миссиями тоже готовили предложение по выходу из создавшейся ситуации. А это означало, что Александр Петрович снова встретится со своим давним оппонентом – господином Тишайшим, на редкость раздражающим типом. Для Александра Петровича, участника целого ряда экспедиций и знающего дело не из кабинета, Тишайший был сосредоточением всего, что он ненавидел в людях. Чиновничество, формализм и высокомерие. К счастью, такое впечатление немного сглаживалось присутствием Василия. Когда Александр Петрович с ним познакомился, Василий был ведущим научным сотрудником, а сейчас уже стал начальником отдела и занимался проектами по роботизированному планетофомированию необитаемых планет. Заматерев, благодаря большому опыту, он все же не до конца поборол свои неряшливость и несобранность в работе. В разговорах его периодически уносило в долгие размышления о второстепенных деталях, что не способствовало концентрации на главной идее. Так что перед каждым выступлением ему приходилось старательно собирать мысли. Характером он был приветлив, но малообщителен и всегда погружен в реалии за миллионы километров от текущей жизни. Именно он должен был всех познакомить с так называемым космическим бильярдом. Планировалось, что Василий от государственного центра и Клара от корпорации «Космическая наука и технологии» станут основными докладчиками. А от Сомни участвовали Андрей, Миша и Кирилл.

Кроме того, по повестке они собирались обсуждать текущие превентивные меры и результаты медицинских исследований. Специалисты основательно готовились рассмотреть проекты со всех сторон.

В означенный день в определенное время все вышли на связь. В начале встречи, как это часто бывает, установился сухой, официальный тон. Они медленно, как музыкальный оркестр, настраивались на диспут.

После традиционного приветствия, представления участников, их регалий и обмена любезностями слово взял господин Тишайший, плавно перейдя к повестке. Это был кареглазый коротко стриженный шатен, ростом выше среднего, грузный, с крупными руками и пальцами-сосисками. Сегодня он был насуплен больше обычного, наверное, потому что ждал непростого дня, даже его аккуратная бородка подергивалась в тон суровому настроению обладателя. Педантичность была основной чертой его характера, она проявлялась во всем – в одежде, работе с документами, речи, за которой стояло желание подловить собеседника.

– Итак, господа, мы уже знаем, что на Сомни введён значительный ряд информационных мер по борьбе с энергетическими ударами Гипноса. И на сегодняшний день эти меры даже опережают удары. Так что сделано многое, но этого недостаточно. Переселенцы продолжают испытывать сильное ухудшение здоровья, и доходит до трагических случаев, когда кто-то гибнет или теряется.

Эти «переселенцы» прозвучало очень сухо! Он всегда формулировал так, что совсем не хотелось никому сопереживать. Как будто не было там людей, а только винтики в системе. Один вылетит, заменят другим. К тому же, от его голоса всегда хотелось спать. И это желание наступало быстро, многие шутили, что он это делает нарочно, чтобы отвлечь внимание от главного и обойтись без дополнительных вопросов. Часто встречи под его руководством, и в самом деле, заканчивались тем, что кто-нибудь засыпал в кресле. И не дай Бог, он это заметит! Его внутренние чиновник, страшный зануда и перфекционист в случаях, когда кто-то попадался под горячую руку, готовы были размазать провинившегося, как таракана.

Итак, все приготовились его слушать, а он продолжал нудеть:

– Как стало известно, на Сомни обнаружен один человек, кто переносит эти удары без изменений в состоянии здоровья.

Еще он очень любил делать свою речь максимально наукообразной, поэтому использовал длинные обороты, в которых, на удивление, никогда не путался.

– Этот феномен подвергся тщательному исследованию, с материалами которого вы все были ознакомлены ранее, – он сделал многозначительную паузу и испытующе оглядел аудиторию. От его орлиного взора, не терпящего возражений, некоторые вжались в сиденья.

– …и, к сожалению, на сегодняшний момент никаких однозначно трактуемых результатов не получено. До сих пор нет ответа на вопросы о том, что лежит в основе его реакций на физиологическом уровне и по каким причинам они отличаются от реакций других людей. Есть отдельное мнение специалистов с планеты Сомни о том, что особенностью этого человека является его, так сказать, «природная чистота», то есть отсутствие в его организме какие-либо генных модификаций, часто используемых переселенцами на другие планеты в целях улучшения приспособительного отклика на локальные несоответствия природы новой планеты условиям родной. Но это мнение не подтверждено. К тому же, даже если признать гипотетическую правоту этого, то оно все равно не дает понимания, какие меры нужно предпринять в дальнейшем. Все генные изменения, которые уже получены, не имеют обратного хода. Так что рассмотрение этой идеи мы считаем нецелесообразным…

Его голос звучал медленно и тягуче.

Однако Александр Петрович, положа руку на сердце, с последним заявлением был согласен. Ничего уже не изменить для тех, кто генно-модифицирован. Так что неважно, правда это или нет, искать надо другие выходы.

Наконец, Вячеслав Вячеславович Тишайший закончил свой пространный доклад, из которого никто ничего нового не услышал. Александр Петрович начал уставать от этой монотонной, безынтонационной речи.

Тишайший должен был еще осветить вопрос строительства бункеров. Но на предварительном заочном ознакомлении с материалами заседания этому было уделено всего два абзаца, и стало понятно, что вопрос серьезно рассматриваться не будет, так как стоимость чрезвычайно высока, а эффект неопределенный. К тому же опрос сомнианцев показал, что при выборе между бункером и каким-то иным техническим решением все выбирали иное. Те, кто привыкли жить на поверхности, и особенно те, кто на других планетах познали недостатки обитания под землей, когда буквально задыхаешься и чувствуешь себя червём, не хотели снова туда опускаться. Да и строительство займёт много времени, а помощь должна прийти быстро. Поэтому Александр Петрович совсем не делал ставку на этот проект и не ждал его долгого обсуждения. Так и вышло. Тишайший быстро скомкал эту тему и перешел к заслушиванию основных проектов. Ими стали два решения – конструирование на отдалённой от Гипноса орбите агломерации спутников Dyswarm и космический бильярд.

– Итак, давайте перейдем к знакомству с проектом, представленным центром Александра Петровича Сивцева. Прошу включить презентацию.

В зале погас свет.

Тоненький, совсем девичий голосочек Клары никак не гармонировал с мощным аватаром, в котором она появилась в материи видеопрезентации. Все участники надели очки виртуальной реальности и начали «погружение» в космос. Они почувствовали себя парящими в пространстве и как на ладони увидели систему Гипноса с его планетами. Вот неспешно прошествовал газовый гигант Нитур молочно-голубого цвета, потом мимо пронеслась суетливая пылающая Магми, за ней – ревущая огненная Индра коричнево-бордового цвета.

Следом за ними резко приблизилась бело-голубая Сомни. Она ненадолго задержалась, чтобы ее можно было разглядеть во всей красе, как будто фотограф резко навел на нее ракурс. На ее фоне стремительно промелькнули Морфия и Кронос. И вот появился Гипнос. И уже никого не было видно, только он. Огромное, величественное, испепеляющее солнце. Он жил и дышал энергией. Его увидели со всеми деталями: огненными течениями, разливами, колыханиями и всплесками. Он волновался, наэлектризованные и напряженные волны исходили от него на многие тысячи километров. Это зрелище вызывало трепет и уважение.

Немного «отойдя», люди увидели рой спутников, закрывающих довольно обширный сектор поверхности Гипноса. Они, как мушки, выстроились в шахматном порядке и начали медленно расправлять свои крылья – солнечные батареи. Люди зачарованно наблюдали этот слаженный танец. Под этим роем начал формироваться протуберанец. Молниеносно оценив его скорость, направление и мощь, спутники плавно, но уверенно отошли на безопасное расстояние, чуть поменяв траекторию, сгруппировались, закрыв почти всю его площадь и приготовились. Их панели стали многоуровневыми и многослойными, превратились в большой купол и сосредоточились. И вот пошел протуберанец. Горбатый, яростно скалясь, расправив все свои крылья, белыми всполохами он несся им навстречу. Его удар пришелся прямо в сердце отчаянной стальной братии. Наблюдателям показалось, что они слышат легкий металлический скрежет и спутники слегка отклоняются назад, но строй держат. Люди интуитивно закрылись руками от жара. К счастью, видеопрезентация не передавала всех особенностей этой огненной битвы, ни температуры, ни расплескивающихся в разные стороны остатков солнечной вспышки.

Через некоторое время в толщах Гипноса начал формироваться второй протуберанец, совсем в другой стороне. Рой спутников по имени Dysward снова собрался, спрятал первые солнечные батареи и быстро развернул новые. С этим щитом он плавно перешел с одной орбиты на другую, чтобы встретить второго врага, и жатва повторилась. В сторону Сомни прорвались лишь незначительные энергетические хлопья.

Вдруг, совершенно непонятно откуда, к сектору спутников подошли легкие корабли – хранилища солнечной энергии. Они шустро пристыковались, зарядили свои аккумуляторы и полетели к Сомни. Там батареи будут демонтированы и использованы в промышленности.

Возникла пауза. Видеопрезентация закончилась. Все участники перешли к традиционным вопросам. Не снимая своей экипировки, оставаясь в виртуальной материи, они начали высказывать первые восклицания и сомнения.

– Я вижу, вы используете солнечные уловители. Они впитывают энергию, однако основное вредоносное электромагнитное гипнотическое излучение остается без внимания? – послышался вкрадчиво-противный голос Тишайшего.

– Основную часть мощи вспышки гасит эта конструкция. До Сомни дойдет малая толика, по расчетам, она уже не причинит вреда людям. В этом случае возмущение собственного сомнианского магнитного поля будет незначительным.

– Скажите, а почему выбран секторальный характер расположения и небольшое количество спутников? Эффективно ли это? Достанет ли рой все готовящиеся выстрелить протуберанцы?

– Да, принято решение использовать только один мобильный сектор, а не полностью «обкладывать» Гипнос спутниками, чтобы не затенять планету. У нас и так не много солнечных дней. Это во-первых. Во-вторых, столько энергии нам не поглотить. И, главное, замкнутый рой спутников вокруг Гипноса приведет к усилению парникового эффекта и повышению средней температуры на планете. Это плохо скажется на экосистемах. А такой «адресный» отлов вспышек дает сбалансированное решение: достижение основной цели – нивелировать негативный эффект на людей и сохранить природу. Полученная энергия будет расходоваться на пользу.

Пока Клара шла очень бойко и отбрасывала все вопросы, как теннисные мячики.

Эксперты внимательно и медлительно кивали.

– Расскажите поподробнее, какие характеристики были заложены в расчетную модель? – требовательно произнес один из специалистов группы Тишайшего.

– Да, конечно. Конструкция представляет собой сеть спутников с солнечными батареями. В результате их полного разворачивания формируется крепкий щит достаточной площади и способности удержать энергию вспышки. При этом в строю каждый спутник независим, нет общего жёсткого крепления друг к другу. Всё управление осуществляется искусственным интеллектом с Сомни, где постоянно происходит сбор данных и аналитика состояния Гипноса. Мы уже научились прогнозировать эти вспышки, знаем их место и время. Так что мы идем на шаг впереди. Рой может заранее подойти к намеченной точке выброса. И еще, сеть спутников также имеет свой собственный интеллект и самовоспроизводима. В случае выхода из строя одного из них тут же появится дубликат. Вся конструкция будет произведена небольшими роботизированными заводами прямо на орбите. Ее характеристики рассчитаны. Она будет пролегать на значительном удалении от Гипноса. А спутники уже будут выводиться на рабочую орбиту. Со всеми расчетами можно познакомиться отдельно.

Клара только успела перевести дух, как снова прозвучал уточняющий вопрос:

– То есть вы фиксируете зарождение всплеска на Гипносе, его локацию, мощность и скорость распространения. Затем рой Dysward направляется на перехват, гасит вспышку, и таким образом вред живущим на планете сокращается до минимума. Так?

– Совершено верно. Цель именно такова. Плюс дополнительная энергия для промышленности, – быстро проговорила Клара, выискивая подвох.

– А что, если одновременно возникнет два протуберанца, движущихся навстречу планете? – ехидно поинтересовался господин Тишайший.

«Вот он!» – подумала она и сказала:

– Пока планируется использовать одну группу спутников, и в этом случае они будут направлены к самому мощному объекту, чтобы сократить наибольший вред. В перспективе возможно использование двух или трех стай. Сначала надо посмотреть, как будет работать одиночная система, – парировала Клара.

Все время, пока они общались, видеопрезентация жила своей жизнью. Планеты вращались, как положено. Гипнос выбрасывал вспышки, а рой спутников послушно гонялся за ними и противостоял им.

– И последний вопрос. Были ли случаи успешного внедрения таких конструкций где-либо? – не унимался Тишайший.

– Да, в системе Мантера уже использовался подобный рой. Но там он полностью замкнул строй вокруг светила, что вызвало сильное затемнение ближайших планет. Учитывая именно этот опыт, мы сделали свои расчеты для нашей ситуации.

– Да-да, я помню. Именно там возникла авария, и треть роя была разрушена. Обломки далеко разметало, чудом никто не пострадал, – он злорадствовал.

Клара подумала немного и ответила:

– В любой системе есть риск нештатных ситуаций. В настоящее время нашей рабочей группой отработано уже триста тысяч возможных отказов. Сами спутники и управляющая ими система являются «умными», так что риски полного разрушения минимизированы.

К этому моменту часть участников уже вышла из формата видеопрезентации, началось стихийное обсуждение.

Александр Петрович остался очень доволен тем, как разворачивались дела и как держится Клара. Но почему-то Андрей не вступал в дискуссию. Это немного удивляло.

В этот момент было предложено сделать паузу, чтобы подготовиться к рассмотрению второго проекта. За эти пятнадцать минут Александр Петрович связался с Андреем из своего кабинета.

– Ну ты чего молчишь-то? Как вы смотрите на этот проект? Вам с ним жить, возможно, – настойчиво поинтересовался Александр Петрович.

– Мы пока не вступаем в открытую дискуссию. Детали конструкции роя Dysward мы с Вами обсуждали, и пока дополнительных вопросов не возникает. Там и без нас стараются, – спокойно отозвался Андрей.

– По нашим расчетам, разработать и начать внедрение можно в течение года. Вам пока придется справляться своими силами, – с небольшим сомнением констатировал Александр Петрович, понимая, что это будет тяжело. И система оповещения не совершенна, и злопыхатели тут же проявятся. Люди, главное, будут страдать еще минимум от трех ударов.

– Это да. Сейчас будет заслушан второй проект. Мы с ним не знакомы подробно. Вот там как раз вступим с вопросами. Может быть, возможно будет внедрять их параллельно… – в голосе Андрея явно читалась надежда.

– Вряд ли, – устало сказал Александр Петрович, – очень дорого. Посмотрим, какое решение примет совет. Пора возвращаться.

Андрей кивнул и отключился. Кирилл приуныл совсем. Получается, все его старания насмарку, и помочь он, счастливчик, никак не может. Это его угнетало. Мысли об исчезнувшей дочери тоже скребли на душе. Он совсем перестал спать, ходил нервный, разбитый. Миша пока присматривался. Он всегда присматривался, не порол горячку.

Тем временем все заняли свои места, и совещание продолжилось. На этот раз в видеопрезентации появился аватар Василия. Он научился давать материал не так монотонно, как делал это в юности, что вдвойне было хорошо, так как оттеняло нудные голос и манеру господина Тишайшего. Так что Александр Петрович настроился на деловой лад.

Надев очки, специалисты снова виртуально оказались в системе Гипноса. На этот раз между Сомни и светилом. Морфия и Кронос пока оставались далеко на своих орбитах, малозаметные зрители. Кратко насладившись этим видом, как бы примериваясь, они резко понеслись в сторону, за пределы орбиты Сомни к достаточно большому астероиду, который уже был протаранен роботизированным кораблем-камикадзе для изменения орбиты. Произошла маленькая вспышка, корабль погиб, а астероид медленно, словно нехотя развернулся и полетел совсем в другом направлении. Его целью стал облет Сомни. Эти события люди наблюдали так, как будто они сами – небесные тела, расположенные рядом. То есть, им представилась возможность посмотреть все в непосредственной близости. И вот астероид стремительно начал приближаться к Сомни. Он вышел на очень близкую орбиту к ней, сделал полный оборот, и Сомни с новой силой отбросила его к Гипносу. Сама планета немного замедлилась, буквально на миллионные доли секунд, и самую малость поменяла свою орбиту. Это даже в видеопрезентации было оформлено спецэффектом так, чтобы мизерное отклонение от собственного пути стало заметно. Потом картинка застыла, появились диаграммы и графики, отражающие новые параметры планеты, отличные от намеченного миллионами лет трека. Они показались и исчезли, чтоб не перегружать материал. Астероид пошел по эллиптической орбите вокруг Гипноса. Его уже никто не стал дожидаться. Так презентация закончилась. После организационной минутки, когда все сняли очки виртуальной реальности, привыкли в окружающему миру и обменялись легкими приветственными кивками, перешли к вопросам. Первым вступил Александр Петрович:

– Итак, вы предлагаете космический бильярд с участием астероида и последующий гравитационный маневр, чтобы сместить Сомни. Сколько таких витков потребуется, чтобы вспышки на Гипносе не достали планету? Как часто их надо выполнять?

– При наших ресурсах мы сдвинем планету на безопасное расстояние за тридцать лет. Такое движение не может быть слишком быстрым. Социуму и экосистемам придётся привыкать к изменениям, в первую очередь, климатическим, – быстро отреагировал Василий. Он говорил спокойно, уверенно, но на фоне Клары менее бодро, так что казался менее энергичным.

– Это слишком долгий период. За это время пострадает огромное количество человек! А учитывая, что влияние гипнотических ударов носит накопительный характер, нарушения в организме человека могут стать необратимыми. Наш проект требует всего лишь год на строительство и внедрение, не несет изменений в местной солнечной системе. К тому же, наша конструкция легкая и мобильная, – Александр Петрович кипятился и поймал себя на мысли, что начал снова рекламировать свой проект. После усилия над собой он вернулся к линии рассуждения, – а орбиту Сомни в случае неудачи уже не подвинешь назад. Кстати, каковы расчеты рисков?

Это был первый и очень весомый камень в огород господина Тишайшего.

«Однако, и в самом деле, как можно обрекать людей на страдания?» – задавался очевидным вопросом Александр Петрович.

– Риски определены минимальными, – немного побледнел Василий. – Все расчеты выполнены многократно и проверены.

И тут требовательно включился Андрей:

– А какого размера и веса требуется астероид? Не врежется ли он в планету? Что с этими расчетами?

– Это среднего размера каменная глыба, не более ста метров по длинной стороне. Ее траектория с большой долей вероятности определена так, чтобы она не была притянута гравитацией планеты. На модели проиграны разные варианты и выбран оптимальный. К тому же, гравитационный маневр будет совершен на достаточном удалении, и при чрезвычайных обстоятельствах астероид собьют. Но это, повторяю, крайне маловероятное событие. Еще был вопрос о количестве витков вокруг Сомни. Мы немного уклонились в рассуждениях. Так вот. Окончательное количество будет определяться по положению планеты. При каждом маневре есть погрешность в большую или меньшую сторону, но такие витки планируется проводить каждый год. Система очень требовательная к малейшим деталям. Все должно быть аккуратно, – заторопился Василий.

– Мы, как жители Сомни, считаем, что первый проект с роем Dysward должен быть приоритетным. Это вопрос, в первую очередь, выживания на планете. Помощь должна быть оперативной, – довольно сурово объявил Андрей. За ним вступил Миша:

– Возможна ли реализация обоих проектов одновременно?

– Думаю, это будет необоснованно дорого, – мягко откликнулся Александр Петрович. – У нас предусмотрено анонимное голосование, мы должны выбрать только один вариант.

– А есть ли вероятность, что астероид не долетит до Сомни и не выполнит гравитационный маневр? – неожиданно обратила на себя внимание Клара.

– Нет-нет, как уже было отмечено, его траектория твердо определена. Внешние силы, которые могут на что-то повлиять, здесь просто отсутствуют. В ближайшие годы не планируется появления небесных тел извне системы Гипноса, а влияние Морфии, Кроноса и прочих планет уже учтено, – Василий мягко напомнил, что это они обсудили.

– Когда астероид вернется после облета Гипноса? Будет ли второй виток вокруг Сомни, – не унималась бойкая Клара.

– Мы думаем, без дополнительного разгона он растеряет пыл и улетит в космос. Поэтому корабль-камикадзе второй раз будет его ждать в намеченной точке для повтора маневра. Или будет использован новый астероид.

– В рассматриваемом проекте все должно быть выполнено предельно аккуратно, как говорится, тютелька в тютельку. Это большой риск. Сдвиг орбиты Сомни, негарантированный и безвозвратный в сторону к Магми, – это слишком большое вмешательство в систему в целом, – как-то неопределенно выразился Миша.

После непродолжительной паузы вступил господин Тишайший.

– Коллеги! Оба предложения заслушаны. На сегодня повестка исчерпана. Предлагаю закончить совещание и обдумать окончательный выбор. Послезавтра мы снова соберемся, проголосуем и представим свой выбор в вышестоящие органы. Так что всем всего доброго и до встречи!