Ночью шёл дождь, громыхал гром и сверкала молния. Оля проснулась и захныкала.

– Ты чего? – сонно спросила Лика. – Болит что-то?

– Не-е-ет, я грома боюсь. Вдруг шаровая молния в форточку залетит? – просипела Оля.

– Ну так закрой её! Чего реветь? – буркнула Лика и вздохнула: – Да ладно уже, лежи, я сама. – Лика вылезла из-под одеяла и, шлёпая босыми ногами, пошла прикрывать форточку. – Спи, ничего не залетит.

– Спасибо, – прошептала Оля.

А Лика подумала с досадой: «Эх, все следы смоет с крыльца сторожки. Хорошо хоть додумалась их сфоткать». Дождь пошёл на убыль и внезапно стих. Лика свернулась калачиком, укрылась с головой одеялом, оставив кончик носа снаружи, и быстро уснула.

Утром от дождя не осталось и следа. Лишь редкие лужи напоминали о ночном ливне. На васильковом небе светило солнце. Цветы на клумбе очистились от пыли и сверкали чистотой и яркими красками. После утренней линейки отряды с весёлыми речовками потянулись к столовой.

Ванька опоздал.

– Ты где был? – удивлённо спросили ребята.

– Потом расскажу, – загадочно улыбнулся Ванька и начал с аппетитом уплетать овсяную кашу.

До обеда дети занимались в кружках под руководством вожатых, тренеров и инструкторов. Перед самым обедом у ребят был час свободного времени, и Ванька назвал кодовое слово «ящерица», заглянув в фотокружок, чем вызвал переполох.

– Где, где ящерица? – всполошились девочки.

– Ой, извините, ошибся, – хихикнул Ванька и закрыл дверь.

Через десять минут все сидели в дальней беседке, за исключением командира. В ней было сыро, солнце и ветер сюда не попадали, и ночной дождь ещё не испарился. Вика достала из рюкзака салфетки и вытерла лавочки.

– Юры, как всегда, нет? – буркнула Лика.

– Может, он и не придёт, они с Пашкой объявление про теннис второй раз пишут, – хохотнул Ваня.

– Почему второй? – не поняла Лика.

– Потому что первое Пашка испортил, уронил на него пончик масленый.

Девочки прыснули от смеха.

В эту секунду в беседку нырнул Юра.

– Я не опоздал?

– Как раз вовремя, я думал, не придёшь, – радостно ответил Ванька.

– Пашка без меня доделает, сам виноват, нечего всё время что-то жевать, скоро в дверь не пролезет.

– Зато он добрый, не то что этот Семечкин, грубиян, – возмутилась Вика, вспомнив, как он толкнул их с Юрой во время танцев.

– Зачем звал? – спросил Юра.

– Нам надо попасть в лес, обыскать сторожку и выяснить, что там за следы видела Лика, потому что наши подозреваемые – завхоз и техничка – имеют твёрдое алиби.

– Что такое алиби? – спросила Лика.

– Доказательство невиновности в преступлении, – объяснил Ваня. – Вера Николаевна не могла украсть камни, она закрыла кабинет, отдала ключи завхозу, и они вместе пошли убирать кабинет начальника. Там завхозу стало плохо, он попал в больницу и тоже не смог бы вернуться за камнями. Лесник, дедушка Егор, которого подкармливали в лагере, накануне похищения селенитов уехал. Откуда тогда следы взрослого человека взялись на ступеньках его сторожки?

– Это всё и так понятно, – возразил Юра. – А как ты собираешься попасть в лес? Выходить без вожатых нельзя. Кругом забор, сторож на проходной не пропустит.

– Ребята, я нашёл выход, в прямом смысле, – глаза Вани загадочно заблестели.

– Какой ещё выход? – Лика уставилась на мальчика.

– А вот такой, – Ваня подскочил и начал в углу беседки раздвигать ветки дикого винограда, потом перелез через перила и позвал ребят: – Смотрите.

Беседка стояла вплотную к забору, и в нём отсутствовало две доски.

– Странно, что мы не заметили лазейку в прошлый раз, – удивилась Вика.

– Свобода! – объявил довольный Ванька, шагнув через дырку в лес.

– Стойте, сейчас идти нельзя! Через пятнадцать минут обед, и, если мы не появимся, сами знаете, что будет, – серьёзно возразил Юра.

– А никто сейчас и не пойдёт, – Ваня вернулся из запретной зоны. – Вечером, когда все будут на диско-площадке прыгать под музыку, мы нырнём сюда.

– Ночью – ни за что! Вы забыли про этого зверя, который тут ревёт по ночам? – Лика замотала головой.

– А может, это и правда души умерших лесорубов? – тихо проговорила Вика.

В эту секунду за беседкой послышался лёгкий скрип, похожий на хруст сухой ветки, и какой-то шорох. Ребята замерли, Ваня, сжав кулаки, выскочил из беседки, за ним бросились ребята. Они испуганно озирались по сторонам, но никого не было.

– Может, птица какая-то пролетела, – неуверенно проговорила Вика.

– Или за нами кто-то следил, – испуганно произнёс Юра.