– Анна, вы рассказывали в прошлый раз про тех, кто пристает в транспорте. А есть специальное название для тех, кто пристает в бассейне?

– Нет, Петя, а почему ты спрашиваешь?

– Ну, я тогда не спросил, решил сегодня.

Каждый четверг Анна неформально вела записи: кто присутствовал в группе, как общались, какие вопросы задавали. Петя, симпатичный фигуристый блондин, пришел в третий раз за все время.

– Не слышала специальных названий.

– А я слышал – педофил. Подойдет?

– Скажем так: да, такое понятие есть. Это люди, которые проявляют сексуальный интерес в отношении детей любого пола, мальчиков или девочек, как правило, доподросткового или раннего подросткового возраста.

Ребята заерзали на стульях, кто-то хихикнул, все загалдели, загудели.

– А Мира рассказывала про того, кто к ней приставал в транспорте. Он педофил?

– Не обязательно. Сложно сказать, потому что не все пристающие – педофилы. Некоторые просто аморальные типы.

– Или моральные уроды.

– Можно и так сказать, Петя.

– Со мной случилась такая история. Можно я расскажу?

– Конечно, мы для этого здесь и встречаемся, чтобы вы могли говорить о том, что для вас важно и о чем нет возможности рассказать где-то еще.

– Мне было лет 10–11. Мы с одноклассником ходили в бассейн, чтобы научиться плавать, потому что в школе все уже умели и пацаны надо мной прикалывались. И с нами произошел случай, о котором я смог вспомнить только спустя некоторое время – когда мама отвела меня к психологу вообще по другому вопросу. В тот день мы барахтались сами, а потом к нам подплыла пара – мужчина и женщина – и предложила помочь: мол, они тренеры и учат плавать. Сначала все шло нормально. Надо было держаться руками за бортик, а женщина поддерживала меня за живот и помогала оставаться на плаву, мужчина же наблюдал и говорил, что делать. Потом постепенно ее рука стала спускаться ниже, пока не оказалась «там». Сначала я подумал, что это случайность, и движением тела попытался не допустить туда ее руку, но она опять оказалась там. И мне даже не пришло в голову, что можно сказать «нет», «мне неприятно» или еще что-то. А мужчина как будто ничего не замечал – он повторял: «Все правильно, молодец! У тебя получается! Тебе нравится?»

Это был странный вопрос, но я так волновался, ведь мне никто не рассказывал, что такое вообще возможно… Я не знал, как себя вести.

Помню только, что было почему-то очень стыдно. Потом этот мужчина позвал моего друга, и, как я понял, они проделали то же самое с моим одноклассником. Я даже не попытался предупредить его. Я был как пришибленный. Молча стоял и ждал, когда закончится наш «урок». По дороге домой мы поделились друг с другом ощущениями. Состояние у нас было одинаковым: стыд, непонимание и шок. Дома я ничего не сказал родителям. Было стыдно, не знал, как сообщить об этом, думал, что меня будут ругать. Я рассказал все другу, а он – своему папе, который работал в этом бассейне. Первые слова его отца: «Да не может быть! Их же все знают, они не могли так поступить! Они уважаемые люди! Может, твоему другу показалось?!» Ага, нам обоим показалось! Но папа моего друга все же поговорил либо с этим мужчиной, либо с его женой. Правда, стало еще хуже. Мужчина, завидев меня в бассейне, побежал за мной и все кричал, что, когда догонит, надерет мне уши и другие места, чтобы я больше не мог внаглую рассказывать гнусные вещи про его жену. А женщина подошла и тихо сказала, что мне все показалось, а вот если бы я был постарше, то не жаловался бы о таком, а хвастался перед одноклассниками, потому что «мальчики таким гордятся». Какое-то время я не посещал бассейн, а потом и эта пара куда-то пропала. Еще долго я каждый раз внимательно осматривал всех плавающих, прежде чем войти в воду. До сих пор ясно помню те чувства: стыд, непонимание и шок.

– Петя, спасибо, что ты нашел в себе смелость поделиться этой историей, несмотря на чувство смущения.

– Старик, а я согласен с той тренершей: тебе же, считай, повезло! Надо было этим хвастаться, а не жаловаться на них! Я бы еще раз пришел и попросился на такой урок, – съюморил Саша.

– Саша, что ты имеешь в виду?

– Ну, ведь когда к тебе пристает опытная женщина – это же круто? Не? Ну, вы понимаете, о чем я.

– Я догадываюсь, о чем ты. Думаю, что, когда взрослый человек пристает к несовершеннолетнему, это всегда злоупотребление властью и статусом, использование ребенка или подростка. И об этом особенно ярко говорят чувства Пети – ему было неловко и стыдно и он не знал, как сказать «нет». Ты озвучиваешь типичные стереотипы, из-за которых мальчикам гораздо сложнее рассказывать свои истории приставания, ведь есть риск, что кто-то обвинит их в том, будто они «не такие», раз не гордятся своими «успехами».

– Анна, а меня не парит то, о чем сказал Саша. Мне повезло: в 11 лет мама водила меня к психологу – типа у меня были проблемы с мотивацией, – и с ним мы тоже эту тему обсуждали. Психолог мне тогда очень помогла пережить ощущение стыда. Это было уже четыре года назад, но я хотел поделиться, потому что хорошо понимаю то, о чем рассказывала Мира: я ей очень сочувствовал, но не успел сказать в прошлый раз.

Мира поблагодарила, а Петя продолжил:

– Мне интересно, что я мог тогда сделать. Те советы, что вы давали Мире, помогли бы и мне?

– А ты сам как думаешь?

– Думаю, если бы я смог преодолеть смущение и крикнул «Руки убери!», они бы отвалили.

– Ты считаешь, они были заодно? – задумчиво спросил Саша и нахмурился.

– Я не знаю… – у Пети возникло желание встать и пройтись. Нахлынувшие воспоминания очень взволновали его, и ему хотелось как-то снять это напряжение. – Надеюсь, что нет. Да и имеет ли теперь это значение? – он решительно посмотрел на Сашу. – Я просто знаю, что никто не имеет права касаться меня без моего разрешения, даже если он вообразил себе, что мне это должно понравиться. Даже если он старше.