– Саня! Будь другом, помоги! – беспокойно бросая взгляд на наручные часы, по квартире ураганом пронёсся парень с тёмно-рыжими волосами, а в Саню прилетели вывернутые наизнанку джинсы. – Погладь штаны мне!

– Офигеть! – лениво шевельнулся тот. – Я просился к тебе пожить, конечно, но в горничные не нанимался!

– Давай-давай! – он возник на секунду в дверях и, тыча пальцем в циферблат, засверкал тёмными серо-синими глазами. – Мне через полчаса надо быть в Пушкинском сквере. И ещё побриться и почистить зубы!

– М-м… – промычал сосед, перевешивая через плечо мятые брюки и выбираясь из-за компьютера.

– И помыться! – добавил рыжеволосый громче, уже находясь в другой комнате. – Кстати, можешь свалить сегодня куда-нибудь на ночь?

– Э, не наглей! – потягиваясь, Саня приблизился к гладильной доске и включил утюг в розетку. Аккуратно раскладывая брючину на доске, разгладил складки и покрутил головой, разминая шею. – Мы с Вовкой договорились пива попить. И думали, что ты к нам присоединишься…

– Не могу, братан! – промчалась мимо двери полуголая фигура с полотенцем на плече. – У меня свидание, я две недели её уламывал.

– Кого? – флегматично поинтересовался Саня.

– Милану… – дверь хлопнула о косяк.

– Ты дурак? – передёрнулся парень, выходя из своего дурацкого состояния. Он хотел было кое-что добавить, но понимал, что из-за шума воды в ванной его слова не достигнут цели, поэтому со вздохом продолжил разглаживать плотную джинсовую ткань.

Десять минут лучший друг потратил на то, чтобы привести себя в порядок, и когда наконец выскочил из ванной, обнаружил Сашу стоящим у окна.

– Антон! Ты серьёзно? – он повертел пальцем у виска.

– В смысле? – схватив джинсы, рыжий вывернул их на лицевую сторону и быстро сунул в штанины ноги. – А-а, это… Да не бубни ты! Как зануда, честно, Сань!

– Да я же за тебя переживаю! – бросил тот раздосадованно. – Сейчас она поймёт, что ты при бабках, и начнёт из тебя тянуть… У неё же на лбу написано!

– Саня, я не жмот! – рыжеволосый подтянул брюки. – Мне не жалко, если всё пойдёт не по плану. Успокойся, я не собираюсь дарить ей дорогие подарки сразу после первого свидания. Я не больной! – Широко улыбнулся. – Чистые носки есть у нас?

Тот пожал плечами.

– Она тебе не нравится – и это нормально! – заключил Антон, заглядывая в ящик маленькой прикроватной тумбочки и выхватывая пару чёрных носков с этикеткой. – Одолжи рубашку, а?

– Что бы ты без меня делал? – заворчал Саша, неохотно двигаясь к шкафу и вынимая вешалку с заранее отглаженными рубашками. – Выбирай!

Приятели были примерно одинакового телосложения. Ростом чуть выше среднего и с широкими плечами. Правда, Саша чуть плотнее, поэтому его рубаха на Антоне сидела слегка просторно. Заправив тёмно-синюю ткань поглубже в джинсы, парень застегнул пуговички на рукавах и полетел по квартире дальше искать телефон, ключи и мотоциклетный шлем.

– Сань! Сань, я обязательно тебе всё потом расскажу. И куплю вам с Вовкой ящик пива! Только не читай мне нотации и не указывай, каких я должен девушек выбирать! Поверь, они не все такие, как та овца, которая оставила тебя с кредитом! – Антон быстро сунул ноги в ботинки и выскочил в дверь, прежде чем друг успел запустить в него чем-нибудь тяжёлым.

– Чесноков, ну ты придурок! – услышал вслед и, перепрыгивая через две ступеньки, со смехом понёсся вниз с четвёртого этажа.

С грохотом выскочив из подъезда и на ходу застёгивая мотоциклетную куртку, Антон бросил приветствие бабулькам на скамейке и огляделся по сторонам. Время поджимает, и он уже не успеет заскочить в цветочный магазин, чтобы купить букет для девушки, свидания с которой добивался так упорно. Поэтому, недолго думая, парень перемахнул через невысокую ограду палисадника и дёрнул с корнем первую попавшуюся астру.

– Ай! Ты что делаешь, бесстыдник! – пришла в ужас крупная дама с красной помадой на губах, глядящая на мир сквозь большие очки в толстой оправе.

– Всё-всё! – обаятельно улыбнулся парень, избавляя цветок от корня и бережно пряча его во внутренний карман поближе к сердцу.

– Ни стыда, ни совести! – возмущалась бабуля, тряся кулаком ему вслед. – Ни воспитания!

Антон выскочил на тротуар и в несколько шагов оказался на парковке возле своего ярко-красного мотоцикла. Перекинул ногу через сиденье и, задвигая подножку, одновременно надвинул на голову шлем. Опустил стекло и завёл железного коня. Осталось десять минут, чтобы объехать все пробки и преодолеть маршрут в пятнадцать километров до центра города. И следует поспешить, если он не хочет опоздать.

Быть может, Санька по-своему прав, что с подозрением теперь относится к девушкам – не только к тем, с которыми знакомится сам, но и к тем, которые нравятся его друзьям. Не так давно он был ещё сильно влюблён и очень доверчив, а потом его чувства просто раздавили, предали и наплевали в душу. Антон не отказал, когда друг однажды попросился к нему на ночлег и с тех пор застрял у него в квартире почти на полгода. Всё это время Сашка ведёт себя тихо, ходит на работу в положенные часы, а вечерами торчит за компьютером. Работает через интернет и занимается чем-то, что связано с рекламой.

Без какой-либо выгоды для себя друг смог повысить популярность его автосервиса, организовав эффективную рекламу. Отбоя от клиентов теперь нет, и Антону даже пришлось подтянуть на подмогу ещё одного друга – Вовку, а после взять на работу двоих ребят. И дело, ещё весной дышавшее на ладан, сейчас пышет жизнью, а сам он торчит в гаражах с утра до ночи.

И, конечно, Антону понятно, что Сашка желает ему добра. Но ему слишком принципиальна встреча с Миланой, он почти победил эту несговорчивую девицу. И если уж он вбил себе в голову, что должен взять над ней верх, то доведёт это дело до конца. И никто не остановит!

Антон аккуратно выехал со двора и притормозил на перекрёстке, пропуская поток автомобилей. Дождавшись, пока движение схлынет, вывернул налево и двинул вдоль разделительной полосы в сторону центра. Сегодня он выбрал мотоцикл, хотя мог сесть за руль автомобиля и с комфортом катить в городском потоке. Но это было бы не так быстро.

И парень мчал, аккуратно лавируя между машинами и легко пробираясь там, где это казалось возможным сделать только пешеходам.

Пушкинский сквер, украшенный статуей «солнца русской поэзии», был полон народу. Антон оставил железного коня на парковке у торгового центра, рядом с полицейской будкой, и, глядя на часы, почти бегом полетел на встречу с Миланой. Он прибыл на место точно вовремя и даже подумал, что успеет отдышаться, прежде чем девушка появится в поле зрения. Наверняка она опоздает на пять минут, такую мелочь вполне можно простить. Глубоко вдохнув и выдохнув, Антон прищурился и огляделся.

Все скамейки до единой заняты. Слева от входа в сквер сидит компания школьников с огромными рюкзаками и бутылкой дешёвого лимонада. А может, там и не лимонад вовсе… Справа от них, на другой скамье, воркует парочка влюблённых, они поглощены общением друг с другом и не замечают никого вокруг. Дальше щебечут две красотки, заливаясь смехом, наверное студентки. Отличницы. Потому что между ними высится стопка книг. А позади памятника – ещё одна дорожка в сквер, вымощенная серой тротуарной плиткой.

По другую сторону от входа скамейки заняты разновозрастными компаниями. Не успев к ним как следует приглядеться, Антон замечает движение в свою сторону. Он машинально запускает руку во внутренний карман, чтобы вынуть оттуда примятую белую астру с пушистой молочной серединкой, и поднимает взгляд.

Ступор. И перехватывает дыхание.

В русых волосах играет солнце, и ветер треплет выбившуюся прядь. Голубые глаза – словно мягкое осеннее небо. Длинные чёрные ресницы. Бровки-стрелочки бьют остро и наповал…

Сердце ухнуло куда-то вниз, и он поплыл…