Я вернулся к нахальному клерку.

– Вам лучше со мной сотрудничать, – сурово предупредил его я, – вы сдали комнату высокому, худощавому постояльцу из Англии. Это опасный преступник, которого ищут. Он покинул отель сегодня утром. Если вы не покажете мне комнату, которую он занимал, я немедленно сообщу в полицию.

Служащий неохотно достал ключ. Вместе с юными помощниками мы бросились наверх, в комнату 23, и отперли дверь.

С кровати уже сняли постельное белье, а корзину для мусора опустошили, но, к счастью, еще не подмели пол.

Достав свою лупу, я встал на четвереньки и стал обследовать комнату. Ни один квадратный дюйм пола не ускользнул от моего пристального взгляда, и наконец я был вознагражден. Под корзиной для мусора мне удалось обнаружить два маленьких клочка ярко-желтой бумаги.

Я стал внимательнейшим образом изучать эти крошечные обрывки, ведь других улик у меня не было.

На каждом из них были написаны буквы, которые были частью каких-то слов. На одном было написано «ало» на другом «ус». Мне предстояло разгадать, что за слова написаны на желтой бумаге.

Прислонившись к ножке кровати, я мысленно перебирал подходящие слова. Что такое «ало»? Мало? Сало? Жало? Немало? Налог? Галоша? Алоэ? Жалоба? Шалость?

Или это заложник?

Второй случай был еще труднее, потому что там было всего две буквы. Гнус? Вкус? Пуск? Усы? Трусы? Вирус?

Или Доусон?

Очевидно, Доусона взяли в заложники и где-то заперли. Я на правильном пути, но мне нужно было что-то большее, чем эти два обрывка.

В грязном коридоре стояла большая корзина для мусора. Я позвал горничную, дал ей песо и сказал, что нам нужно порыться в мусоре.

– Не волнуйтесь, сеньора, – сказал я, – мои друзья наведут здесь порядок, когда закончат, вам не придется работать дополнительно.

Горничная кивнула и зашаркала по коридору прочь. Я перевернул мусорную корзину и высыпал на пол всё, что там было. И мы с ребятами принялись тщательно выискивать среди отбросов клочки ярко-желтой бумаги.

Я положил на пол свою охотничью фуражку с двумя козырьками и сказал:

– Кладите в неё все обрывки, которые найдете, чтобы мы точно знали, что все они здесь.

Вы не представляете, какое количество всевозможного мусора мы тогда перелопатили! Его было бесконечно много, мы просеивали его снова и снова, пока у нас не заболели глаза. Наконец я убедился, что мы собрали все клочки до последнего. Их оказалось около сотни.

Я проследил, чтобы парни сложили мусор назад в мусорную корзину. Затем я поднял с пола свою фуражку охотника на оленей и понес наши драгоценные находки в номер 23, там я аккуратно разложил их на столе.

– Это похоже на пазл, – заметил Роберто.

– Правильно! И это самая важная головоломка на земле, потому что, только разгадав её, мы сможем спасти доктора Доусона. За работу, партизаны!

Работа продвигалась невыносимо медленно, поскольку клочки были слишком уж мелкими. У детей собирать пазлы получается лучше, чем у взрослых, и я был рад тому, что они оказались терпеливы и настойчивы.

Час спустя я прочитал послание, от которого у меня шерсть встала дыбом.

Крысиган устроил жестокому диктатору Эль Бруто побег с дальнего острова, и тот собирается свергнуть правительство.

Неудивительно, что целых пять дней в Мексике не совершалось преступлений. Крысиган наверня-ка собрал все мышиные банды вместе, чтобы его собственные бандиты научили их, что делать. После возвращения Эль Бруто к власти Крысиган разделит с ним богатство. Эта парочка негодяев намеревается безжалостно грабить несчастных мексиканских мышей, которые вынуждены будут им подчиняться.

Я обязан действовать! Две сотни преступников не могли спрятаться в городе, не привлекая внимания, из чего я сделал вывод, что они расположились с лагерем в другом месте.

Я спросил у своих партизан:

– Есть ли не слишком далеко от столицы какое-либо надежное убежище?

Бернардо кивнул.

– Старая крепость. Она рушится, и туда больше никто не ходит.

– За исключением Бэзила с Бейкер-стрит! Я замаскируюсь и направлюсь туда на разведку! – заявил я, спускаясь по лестнице, парни следовали за мной по пятам.

Выйдя на улицу, я за хорошую плату арендовал у торговца кукурузой его тележку на весь следующий день, и он пообещал привезти её к моему отелю к восьми утра.

Вернувшись в город, я отправил партизан по домам, не забыв пригласить их на завтрак следующим утром.

В магазине, где продавалась поношенная одежда, я купил потрепанную белую рубашку, брюки, стоптанные кожаные сандалии и старое сомбреро, чтобы походить на торговца кукурузой.

Я ворочался всю ночь, думая о том, что случилось с Доусоном, и гадал, что принесет завтрашний день: успех или неудачу?