Все эти годы мы с Беком спорили по самым нелепым поводам.
Какой фильм смотреть.
Какое домашнее животное лучше.
Кто – без учета веса – сильнее.
Какой аттракцион в парке «Буш-Гарденс» лучший.
Плутон (в космосе) – планета или нет?
А Плуто (диснеевский) той же породы, что и Гуфи?
Когда мы были совсем малышами, то едва не бросались друг на друга с кулаками, выясняя, чей папа больше похож на солдата Джо – игрушку Бека, – этот спор казался нашим родителям ужасно забавным.
Бывали у нас и серьезные споры. Те, которые формировали нас. И наши отношения. В самые напряженные моменты эти споры казались настоящими битвами.
За несколько дней до того, как Бек должен был приехать домой на выходные по случаю Дня благодарения, он позвонил мне и обратился за поддержкой в споре о мороженом. Они с Джеймсом едва не сцепились, выясняя, какое мороженое самое вкусное.
– Бек любит ванильное! – завопил Джеймс. – Ты знала, Лия? Ванильное!
– Он всегда берет только его, – ответила я, сворачиваясь калачиком на кровати. – Без шоколадного топинга. Без посыпки. В стаканчике – даже не в рожке.
Бек довольно засмеялся, а Джеймс застонал, как будто примитивные вкусы товарища причиняли ему физическую боль:
– Нет, я просто не могу. Ва-ниль-но-е, а?! Лия, у тебя какое любимое?
– Пралине со сливками, – мгновенно ответил за меня Бек. – В вафельном рожке.
– Достойный выбор, – одобрил Джеймс. – Почему твоя девушка настолько интереснее тебя?
– Отвали на хрен, – весело сказал Бек. А потом проныл уже мне: – Ты представляешь, как он меня задолбал?
– Ах ты бедняжка. – Я забралась под одеяло, мечтая кормить его скучным мороженым с ложечки и поцелуями заглушать его нытье.
– Ванильное! – завопил Джеймс. – Но почему?
– Потому что это гарантированно вкусно, – растолковывал ему Бек как маленькому. – Зачем пробовать что-то новое, рисковать, а вдруг разочаруешься?
Джеймс начал перечислять виды мороженого, как будто ни Бек, ни я никогда не бывали в «Баскин-Роббинсе»: «Миссисипская грязь», «Жвачка», «Жареный кокос»…
Дальше я слушала их препирательства вполуха – очень уж меня зацепила фраза Бека: «Зачем пробовать что-то новое, рисковать, а вдруг разочаруешься?»
А вдруг он это… обо мне?
Надежный, испытанный выбор?
Наконец Джеймс угомонился и убежал на какую-то вечеринку студенческого братства. Бек еще несколько минут рассказывал мне о контрольной, которая была у него сегодня. Он твердо верил, что справился с ней на отлично, – зато тренировка, которая последовала за контрольной, вымотала его в ноль. Потом Бек спросил, что сегодня делала я.
Вместо ответа я выпалила вопрос:
– Я твое ванильное мороженое?
Бек хохотнул:
– Мое что?
– Твое ванильное мороженое.
– Ты вообще о чем?
– Беккет. Ты со мной, потому что боишься пробовать что-то новое?
Он снова засмеялся, но уже скорее раздраженно. Заговорил, и я представила, как он лежит на кровати и с силой проводит рукой по лицу:
– Ну, это точно самый бредовый из всех твоих вопросиков!
– Но ты не отрицаешь.
– Потому что я не снисхожу до ответа на такую чушь. – Он фыркнул. – Ты – мое ванильное мороженое? Ну честное слово, ну Лия.
Всего несколько секунд – и наш разговор из легкого и беззаботного превратился в язвительный.
Виновата была я – и знала это. Я спровоцировала ссору без внятной причины. Но как же бесило, что Бек меня не разубеждает! Он ведь не сказал: «Ты прямая противоположность ванильному мороженому – ты интересная и с тобой не скучно». Я так завелась, что вставила новую шпильку, не в силах остановить поток колкостей:
– Я – надежный выбор, просто признай это. Ты мог бы найти себе какую-нибудь мятно-шоколадную крошку. Но вместо того, чтобы рисковать, ты остановил выбор на мне – девчонке, которая не разочарует и не разобьет сердце.
Бек застонал:
– А еще сильнее оскорбить меня ты не могла?
– А ты оскорблен?
– Да, черт побери. Так вот кто я для тебя? Трус, который довольствуется вариантом «просто нормально», потому что ему слишком стремно выйти за рамки привычного?
– Может, я не знаю, какой ты, – враждебно парировала я.
Бек глубоко вздохнул:
– С меня хватит на сегодня. Завтра утром у меня еще одна контрольная, а потом два часа в зале.
– Приятно знать, на каком я месте в списке твоих приоритетов.
– Лия, черт! Тебе обязательно было затевать ссору сейчас, не могла подождать до выходных?
– Я не затева…
Бек прервал вызов.
Всю ночь я не спала, терзаясь сожалением. Я спровоцировала его. Хуже того, я не могла понять зачем. Может, чувствовала себя обделенной вниманием из-за всего происходящего у Бека в университете. Может, мне было одиноко и я, как капризный малыш, добивалась внимания через конфликт. Может, вываливала на Бека собственные комплексы. Не то чтобы я хоть когда-то выходила за рамки. Вместо того чтобы принимать важные и трудные решения, я плыла по течению, полагаясь на пророчество, которое было старше меня.
Может, я испытывала Бека – испытывала судьбу.
Как бы там ни было, чувствовала я себя кошмарно.
Все утро я не находила себе места, одна в пустом доме. Уроков сегодня не было – праздники уже начались, близился День благодарения. Папу на десять дней отправили в командировку на Гавайи. Мама работала сверхурочно – проверяла контрольные. Мэйси день и ночь тусовалась с Уайаттом. Утро прошло без единого сообщения от Бека, сама я слишком смущалась, чтобы написать ему первой, поэтому за шкирку вытащила себя из дома пообедать.
В кафе я наелась, но морально мне не полегчало.
Когда я вернулась домой, на крыльце стояла картонная коробка. Адресована она была мне и вся облеплена наклейками: «Осторожно! Хранить замороженным». Я втащила коробку на кухню, нашла ножницы и, разрезая упаковочный скотч, увидела обратный адрес – «Скуп-энд-Сейвор», мастерская крафтового мороженого в Ричмонде. Внутри обнаружился контейнер-холодильник, а в нем – три килограмма самого разного мороженого. Я извлекала упаковки одну за другой и расставляла на кухонном столе, так что получились две башни. Читала этикетки и улыбалась все шире. «Лавандовый мед», «Шоколадный брауни», «Гуава-груша с пралине из кешью», «Лесной орех с печеньем и сливками», «Карамельный зефир с морской солью» и… «Стручки ванили».
На дне коробки лежала открытка из плотной бумаги, а на ней был аккуратно напечатан текст:
Амелия! Ну и что, если ты ванильное мороженое? Это же мое любимое. Я всегда выберу тебя.
Я первая начала ссору. Усомнилась в его преданности. По моей вине Бек всю ночь думал, что я не верю в его чувства. Из-за меня он утром пошел на контрольную и на тренировку с мыслью, что я не уверена в нем, в нашем будущем.
Он потратил целое состояние, чтобы отправить мороженое мне домой срочной доставкой.
Я набрала номер Бека.
Ответил он не сразу.
– Привет, – голос у него был сонный.
– Привет! Я что, тебя разбудила?
– Ага, но ничего страшного. Что случилось?
– Я хочу перед тобой извиниться. Я просто наказание. А ты лучший на свете. Я люблю тебя. Очень-очень.
Бек сонно рассмеялся:
– Мороженое получила?
– Получила. Съедим его вместе на выходных?
– А для чего, по-твоему, я заказал «Стручки ванили»?
Я улыбнулась:
– Голос у тебя усталый. Все в порядке?
– Теперь, когда ты позвонила, – намного лучше.
– Спи дальше. Позвони мне позже.
– Ладно. Я люблю тебя, Амелия Грэм.
– Я тоже тебя люблю, Беккет Бёрн.