– Спасибо, – зыркнул на них кактус Кирилл. – Так вот, твоя мама… прекрасная женщина.

– Красавица! – громко добавил венерина мухоловка Жорж.

– Воплощение разума… – подсказал бонсай Покусай.

– Да, – кивнул кактус Кирилл. – Так вот, она совершила необъяснимый и даже… что уж говорить… жестокий поступок. Твоя мама… взяла заложника.

– Что? – воскликнул Юра, подскочил со скамеечки, и на него тут же свалилась гора зимней одежды вместе с вешалкой.

Все бросились раскапывать Юру и причитать:

– Вот, пожалуйста!

– Юра, ты где?

– Теперь это точно сердечный приступ!

– Надо было деликатнее.

– Уберите пуховик, он наверняка под ним!

– Зачем ты его так напугал?

Наконец из-под горы пальто, курток и шапок высунулась кудрявая Юрина голова и завопила:

– Объясните нормально, что случилось!

– Твоя мама взяла заложника! – закричали все одновременно.

– Он крепко связан верёвками! – завопил венерина мухоловка Жорж.

– Он у нас на балконе, – добавила лиана Диана.

– Вы уверены? – спросил Юра, пытаясь надеть на нос погнувшиеся очки.

– Да! – громко сказали все.

– Какой кошмар! – прошептал Юра и почесал лоб.

– Поэтому ты сейчас должен собраться и вспомнить, – продолжал кактус Кирилл, точь-в-точь как следователь из детективов, которые они иногда смотрели по вечерам вместе с Юрой. – Может, у твоей мамы были враги?

– Откуда у моей мамы враги? – простонал Юра.

– Тогда, может, у неё были с кем-то конфликты? – снова спросил кактус Кирилл.

– Ну не знаю, – пожал плечами Юра. – Разве что с соседкой, Вероникой Филипповной, они иногда… Даже не то чтобы ссорились, просто у них разное мнение по поводу десяти кошек Зинаиды Викторовны – третьей соседки. Но чтобы взять в заложники человека?

– Да какого человека?! – возмутился кактус Кирилл.

– А там что, не человек? – вытаращил глаза Юра.

– Конечно нет! – закричали все наперебой.

– Всё значительно хуже, Юра, – тихо произнёс кактус Кирилл со скорбным выражением лица. – Всё намного хуже. Твоя мама взяла в заложники дерево.

С большим трудом Юре всё-таки удалось выбраться из-под горы одежды, и он тут же помчался к балконной двери. Зелёная банда-команда понеслась за ним, толкаясь, ругаясь и спотыкаясь.

Юра добежал до балкона, рывком открыл дверь и… остановился на пороге. Потом обернулся к своим зелёным питомцам, улыбнулся и сказал:

– Это же ёлка!

– Ёлка?! – завопили все.

А Юра вышел на балкон, подхватил связанную ёлку на руки и осторожно занёс её в комнату.

– Конечно, ёлка, – сказал он и начал развязывать верёвки. – Хотя вы же никогда не видели ёлок. Я всегда запрещал маме их покупать, потому что это ужасно жестоко! Жестоко и кощунственно – срубать несчастные деревца!

– Так она вроде, не срублена, – заметил глазастый хвощ Плющ. – Она же в горшке.

– Точно, – обрадовался Юра, заглянув под нижние ёлкины ветки. – Значит, её ещё можно высадить.

– Кто же сажает деревья зимой? – насупился лимон Филимон. – В такой мороз! На улице же холодно!

– Ага! Ещё скажи, посадить и полить, чтобы она крепче стояла на морозе… Ха-ха-ха, ну ты шутник, Юрок! – закатилась пальма Мальва.

– Вы ничего не понимаете, – спокойно объяснял Юра, продолжая распутывать ёлку. – Как раз зима – наиболее подходящее время для посадки елей. Все ели, к вашему сведению, мои дорогие друзья, – морозостойкие деревья, и посадка в зимнее время как раз позволяет сохранить их корневую систему…

В этот момент Юра развязал последний узел, стянул верёвки, и Ёлка вдруг как будто по волшебству – раз – и стала пушистой, большой и душистой! У неё были густые колючие ветки и почему-то сразу две макушки!

– Привет, – сказал ей Юра, но Ёлка с опаской оглядела всех вокруг и вдруг горько расплакалась.

– Очень праздничное дерево, – прокомментировал папоротник Демьян, который никогда не отличался деликатностью. – Прямо отлично поднимает настроение. Эй, плакса, не бойся, мы тут все свои!

– Подождите, не наседайте на неё, – сказал Юра. – У неё, наверное, стресс. Ещё бы, столько времени провести связанной. Ты боишься? – осторожно спросил он.

– Да, – кивнула несчастная Ёлка. – Мне страшно. Мне так страшно! – Она обвела всех огромными заплаканными глазами. – Я наслушалась таких ужасов на этом… Как же он называется… Самое страшное место на земле!

– Ёлочный базар? – подсказал Юра.

– Да, – кивнула Ёлка и опять разрыдалась в голос. Во все стороны полетели слёзы, пахнущие смолой и хвоей. – Там говорили, что тех из нас, кого никто не купит, отправят на свалку или просто сожгу-у-ут!

– Успокойся, пожалуйста, – попросил её Юра и погладил пушистые ветки. А потом повернулся к своей зелёной команде и тихо сказал: – Вот видите, именно поэтому я и запрещал маме покупать живые ёлки. Так ведь нет, ей непременно хотелось устроить мне «настоящий праздник»! Ух, как я на неё злюсь! – Он снова повернулся к Ёлке: – Может быть, тебе чего-нибудь хочется? Хочешь воды или немножко питательных удобрений?

– Да! – Ёлка вдруг резко перестала плакать и подняла голову. – Я очень хочу домой. Пожалуйста. Я очень вас прошу! Отвезите меня домой!

– Нет, ну вы посмотрите на эту молодёжь! – фыркнула откуда-то из дальнего угла Розалия Львовна. – Решают начать актёрскую карьеру, едут в город, а потом начинаются капризы! Верните меня домо-о-ой, отвезите меня наза-а-ад… До чего избалованное поколение!

– Но я не начинала никакой карьеры, – всхлипнула Ёлка. – Честное слово, я не собиралась никуда уезжать! Я хотела всегда жить в нашем лесу! Там так красиво! Там моя бабушка! Она меня очень любит! Она сейчас, наверное, плачет…

– Тихо, тихо! – Юра быстро обнял Ёлку, чтобы она опять не разрыдалась. – Ты лучше расскажи нам про свой лес. И про бабушку. Только не надо плакать.

– У нас самый лучший лес! Самый красивый, густой и старый! Там живут птицы, они вьют гнёзда прямо у нас на ветках, а под корнями у бабушки живут зайцы.

– У них есть домашние животные! – воскликнул лимон Филимон. – Как трогательно!

– Это, наверное, очень далеко отсюда? – спросил Юра. – Ты помнишь, как тебя сюда везли?

– Нет-нет, совсем не далеко. – Ёлка замахала сразу всеми ветками. – Это всего лишь полчаса или час от большого города. Но там уже самый настоящий лес. Я живу рядом с бабушкой, а моя мама живёт в соседнем лесу, она попала туда совсем маленькой, когда была ещё в шишке… – Ёлка смутилась и захихикала. – Но мама часто присылает нам письма с птицами. А бабушка… Она такая большая. Она выше всех в нашем в лесу! Она мудрая и красивая, очень меня любит и говорит, что я счастливая Ёлочка, потому что у меня, как и у неё, – две макушки.

– Это правда, – подтвердила Розалия Львовна. – У нас в поликлинике тоже так говорили: у кого две макушки, тот счастливый.

– Ну и где была эта ваша примета, когда эту кроху выкопали? – подскочил кактус Кирилл. – Хотя, конечно, счастье, что её не срубили. Под самый, как говорится, корешок. Можно и так посмотреть.

– Они сказали, что я похожа на пихту, – тихо сказала Ёлка. – Те люди, которые за мной пришли. Они и правда хотели меня срубить, у них даже топор с собой был. Но потом сказали, что я похожа на пихту и в горшке меня можно дороже продать.

– Так и есть, – кивнул Юра. – У тебя на наклейке на горшке написано, что ты «Пихта Дугласа», но на самом деле ты, ель обыкновенная. То есть, прости, пожалуйста, конечно, необыкновенная. Необыкновенная обыкновенная ель! Вот.

– Потому что у тебя две макушки, – подхватила сверху орхидея Галатея.

Все сразу стали шутить и смеяться, и маленькая Ёлка даже немного повеселела, но потом снова посмотрела на Юру и сказала:

– Отвезите меня домой, пожалуйста. Я так хочу домой…

Юра вздохнул и пожал плечами…

– Но как? – сказал он. – Сегодня последний вечер старого года. И новогодняя ночь.

– Ты же сам всегда говорил, что в Новый год все желания должны сбываться, – тихо сказал лимон Филимон.

– А её желание без нас ни за что не сбудется, – добавил кактус Кирилл.

– А я никогда не был в лесу! – хрюкнул венерина мухоловка Жорж. – Вдруг там мухи!

– Я не понял, вы что, собрались ехать со мной в лес? – воскликнул Юра. – Но как же праздник?

– Конечно! – завопила зелёная мафия. – Это и есть праздник! Мы все едем с тобой! Мы хотим исполнить желание маленькой Ёлки! Ура-а-а!

Тут из дальнего угла раздались чьи-то всхлипывания. Это была Розалия Львовна.

– Разве это ёлка? – рыдала она. – Это она-то ёлка? Да какая из неё ёлка? Это я – ёлка! У меня больше двадцати лет актёрского стажа! Я двадцать лет несла людям праздник! Я каждый год стояла в вате и «дождике», и это была моя главная роль!

– Видите, – сказала маленькая Ёлка. – Пусть она будет вашей ёлкой. А я ведь совсем не умею нести людям праздник… Отпустите меня домой. Пожалуйста…

– Так! – решительно сказал Юра. – Я скоро сойду с вами с ума, но тут, видимо, ничего не поделать. Только объясните мне, как мы попадём в лес? У меня же нет машины, а такси сейчас не поймать!

– Мы возьмём машину напрокат! – закричал венерина мухоловка Жорж. – Я недавно жевал… ой, то есть читал про каршеринг. Очень удобно!

– Но у меня даже нет водительских прав, – пожал плечами Юра. – То есть они у меня есть, но я уже почти год не могу их нигде найти!

– Сейчас! – крикнули в один голос фикусы Валентин и Вениамин и, громко топоча, куда-то умчались, а через три минуты вернулись с Юриными правами.

– Понятно, – сказал Юра. – Спасибо, что нашли. Но я с вами ещё об этом поговорю. Итак, вы все хотите ехать со мной?

– Да-а! – закричали все.

– Хорошо, так и быть. – Юра кивнул и улыбнулся – ему и самому явно очень понравилась эта затея. – Но у меня есть одно предложение. Раз у нас с вами есть настоящая ёлка, то я предлагаю ей остаться дома и хорошенько подготовиться к празднику, пока нас не будет. Договорились, Розалия Львовна?

– Как? Что? – спохватилась рыдающая китайская роза. – Вы это про меня?

– Ну конечно! – сказал Юра. – Ведь сегодня все желания должны исполняться!

Более странной картины жители нашего города ещё не видели. В предновогодний вечер, когда все спешили домой с ёлками, угощениями и подарками, из двери Юриного дома вдруг высыпала на улицу весьма странная компания: замотанная в длинный вязаный шарф лиана Диана, кактус Кирилл в капюшоне от Юриного пуховика и фикусы Валентин и Вениамин в тёплой кофте Юриной мамы. Юре пришлось потратить почти час, чтобы собраться и как следует утеплить своих питомцев, а потом ещё трижды спуститься к машине, чтобы всех в неё перенести. У него под пуховиком пряталась орхидея Галатея, из рукава высовывалась любопытная герань Антонина, а из кармана торчала физиономия венериной мухоловки Жоржа в нахлобученном шерстяном носке – подходящей по размеру шапки для Жоржа Юре найти не удалось, а Жорж очень боялся отморозить голову. И хотя в новогоднюю ночь никто ничему не удивляется, потому что чудеса происходят на каждом шагу, но поверьте мне на слово – на Юрину машину оборачивались все водители и прохожие: никто не мог понять, что за огромный зелёный пассажир заполнил почти всё пространство внутри и кто это смотрит из окон. А сверху на багажнике ехала Ёлка. Конечно, Юра не стал её снова связывать, так что она весело махала всем ветками и показывала Юре дорогу.

Бедный Юра! Всю дорогу его зелёные друзья галдели, шумели, ссорились, мирились, пели новогодние песни и радовались удивительному путешествию. Ещё бы! Ведь многие из них до этого ни разу не были на улице! Так что желания продолжали сбываться!

Когда они добрались до леса, почти стемнело, и Юра включил дальний свет, чтобы освещать дорогу, но ехал очень медленно: он боялся случайно наехать на кого-нибудь из лесных обитателей.

– Куда? – кричал он маленькой Ёлке, а она отвечала ему сверху: «Сейчас вон туда!» или «Теперь сюда!» и показывала, куда ехать, своими пушистыми ветками. Однако спустя почти час поездки по лесу все зелёные пассажиры немного утомились и притихли, а кактус Кирилл вдруг сказал из своего капюшона:

– Мне кажется, мы тут уже проезжали…

– Мы точно тут уже были! – подхватил лимон Филимон, закутанный в тёплое одеяло. – Я помню это дерево!

– Как можно запомнить дерево? Они же тут все на одно лицо! – возмутилась розмарин Марина, но тут бонсай Покусай, который стоял в кухонной рукавице у самого лобового стекла, сказал:

– Не спорьте. И так всё понятно. Мы же едем по собственной колее. Мы заблудились…

Да-а-а… Такого Нового года у Юры и его друзей ещё не было. Оказаться в новогоднюю ночь в неизвестном лесу и заблудиться! И что же теперь делать?

– Эх, – вздохнул Юра. – По крайней мере, мы постарались.

– А отсюда видно фейерверк? – спросил лимон Филимон.

– Зачем тебе фейерверк? Нам сейчас больше пригодился бы эвакуатор! – рявкнул кактус Кирилл.

– Тогда мы загадали бы желание, чтобы Ёлкин дом нашёлся. Новогодние желания всегда сбываются…

– А дома Розалия Львовна ждёт нас, волнуется, – грустно сказала из Юриного рукава герань Антонина.

– Юра, а где, кстати, твоя мама? – спросил плющ Хвощ.

– Она встречает Новый год с моим папой, – улыбнулся Юра. – Он же капитан дальнего плавания и как раз сегодня вернулся домой.

– Ух ты, как здорово! – воскликнула фиалка Наталка из старого свитера.

– А я и не знал, что у Юриной мамы есть Юрин папа! – хихикнул Жорж. – Да к тому же не простой, а морской!

И все снова расшумелись и развеселились. Но тут…

– Ёлкина бабушка! – вдруг крикнул во всё горло с заднего сиденья банан Степан.

Юра от неожиданности ударил по тормозам – все посыпались кто куда, а венерина мухоловка Жорж вылетел из Юриного кармана и пребольно стукнулся подбородком.

– Степан! – закричал Юра. – Я уже устал вести с тобой беседы на эту тему! Ты же обещал мне прекратить браниться! Мне надоело терпеть твои ужасные выражения!

– Он не нарочно! – воскликнула герань Антонина.