– Вот! Вот, вот и вот, – повторял кактус Кирилл, листая каталог с лучшими комнатными растениями. – И вот этот! Ну вы только посмотрите! Почему вы не хотите посмотреть?

– Потому что мы уже насмотрелись, Кирилл, – вздохнула орхидея Галатея. – Мы больше не хотим. Я, например, больше не могу. У меня уже в глазах рябит от кактусов.

– Рябь в глазах может быть от того, что у тебя зажало нерв, – со знанием дела произнесла Розалия Львовна.

– Да меня уже всю зажало! – простонала Галатея. – Потому что Кирилл меня зажал в углу и требует, чтобы я в двадцатый раз смотрела на эти фотографии.

– Можно подумать, тебя одну, – пробурчал папоротник Демьян.

– Кирилл, мы все их уже видели! – закричала лиана Диана. – Отстань!

– И вы снова считаете, что я поднимаю панику на ровном месте? – подпрыгнул кактус Кирилл. – Я спрашивал каждого. Поимённо! Вы убедились и подтвердили, что все эти кактусы – один в один я? Это все мои двойники!

– Кирилл, я тебя умоляю, – простонала герань Антонина. – Сколько можно толочь воду в ступе?

– А разве можно толочь воду? – дружно удивились малыши-рассада. – А как это, толочь воду в супе?

– Это то, чем занимается дядя Кирилл, – спокойно объяснила им розмарин Марина. – Задаёт один и тот же вопрос сто раз. Да, Кирилл, все эти кактусы на тебя похожи. А та герань – вылитая Антонина. И что? К чему паника? Растения часто бывают похожи друг на друга.

– Но они не просто похожи! – прошипел кактус Кирилл и быстро посмотрел по сторонам, как будто рядом мог прятаться кто-то посторонний и подслушивать секретную информацию. – Они все – мои двойники! Мои копии! Поняли, наконец?

– А вы знаете, – нарочито весёлым тоном сказала Розалия Львовна, – свежий воздух очень полезен для физического и особенно психического здоровья. Может, давай откроем форточку, а, Кирильчик?

– Не надо мне никаких форточек! – вспыхнул кактус. – Почему никто не относится ко мне серьёзно? Я уже несколько дней пытаюсь убедить вас перейти к решительным мерам, чтобы обезвредить опаснейшую группировку – «зелёных» людей. Но нет! Куда уж! Одной некогда, потому что она цветёт, второму некогда, потому что он никак не зацветёт, третья заделалась в модели, а четвёртого вообще ничего не интересует, кроме мух!

– Ну знаешь, Кирилл! – возмутились орхидея Галатея, папоротник Демьян, герань Антонина и венерина мухоловка Жорж. – Да! Мы считаем, что у нас уважительные причины!

– Да ну вас, – отмахнулся от них кактус Кирилл и скорчил обиженную гримасу. – С «зелёными» людьми мне, видимо, придётся справляться в одиночку. Но сейчас у меня другой важный вопрос, и я из последних сил бью тревогу! Звоню, можно сказать, во все колокола, и что? Опять никого это не интересует! У меня есть вещественные доказательства того, что кто-то использует моих двойников!

– Для чего? – вздохнул нарцисс Борис. – Для чего, скажи, кому-то понадобились твои двойники? Я ещё могу понять, если бы какой-то истинный ценитель красоты собирал моих двойников – для роскошного букета. Но кактусы?

– Ну вот в мире моды, например, часто подбирают похожих моделей для всяких там показов, – со знанием дела сказала герань Антонина.

– Что это ещё за показ круглых кактусов? – хмыкнул нарцисс Борис. – Как ты себе это представляешь? Кто в здравом уме пойдёт на показ одинаковых кактусов? Для чего? Чтобы голова закружилась?

– Настоящий самурай может иметь двойника, – задумчиво произнёс бонсай Покусай. – Он называется «тень воина».

– Так это если бы я сам завёл такую тень, – подскочил к нему Кирилл. – А то ведь этим занимается кто-то другой! Меня клонируют! Кто-то создаёт моих двойников, чтобы действовать от моего имени!

– Для чего? – закричали в отчаянии все сразу.

– А вот этого я не знаю, – пожал плечами кактус Кирилл, почесал колючий затылок и тут же испугался – вдруг у него и там бутон. – Но я хочу во что бы то ни стало всё выяснить! Я надеюсь на вашу всестороннюю поддержку! Давайте создадим секретный комитет секретного расследования.

– Давайте, – потянулась лиана Диана. – Только не сейчас. У меня сейчас пилатес, то есть растяжка, я не могу пропускать занятие.

– Мы идём репетировать с Покусаем, – закричали фикусы Вениамин и Валентин. – У нас скоро премьера оперы «Удобрения и минеральные вещества».

– А я посплю, – сладко зевнула орхидея Галатея. – У меня новый бутон, и вообще, красота требует полноценного отдыха. Я не хочу, чтобы у меня цветы побледнели. Попозже, Кирилл, все секреты, все комитеты… Не сейчас.

– Вот же вы… – пропыхтел кактус Кирилл. – Вредины!

Он рассерженно запрыгнул на подоконник, забрался к себе в горшок и стал дальше изучать фотографии кактусов-двойников, время от времени вскрикивая: «Не может быть! Ещё один!» – и поглядывая по сторонам. Но никто не обращал на него никакого внимания. Кирилл шелестел страницами, бормотал себе под нос, сопел, вздыхал и ёрзал. Но тут совсем рядом с ним кто-то сказал тихо-тихо:

– Это нес-с-спроста-а…

– Что? – удивился Кирилл и обернулся.

Рядом никого не было, все разошлись по своим более важным делам.

– Мне тес-с-сно… – снова сказал чей-то голос, и кто-то как будто подул Кириллу в ухо.

– Ой, щекотно, – хихикнул он и снова огляделся.

Кирилл был совсем один. Ближе всех к нему стоял лимон Филимон, но между ними всё равно было порядочное расстояние. Да и голос у Филимона был совсем другой. Но на всякий случай Кирилл всё-таки спросил:

– Филимон, это ты?

– Где? – тут же повернулся к нему лимон. – В каталоге? Нет, конечно, Кирилл, наверняка просто похожий лимон. Да брось ты уже эти фотки! Хочешь, пойдём погуляем с лимончиком по подоконнику?

– Не хочу, – сказал кактус Кирилл. – Просто мне кто-то только что сказал, что ему тесно.

– Так это, наверное, Розалия Львовна, – ответил лимон Филимон. – Она ещё вчера жаловалась Юре, что ей тесно и она хочет новую кадку. Что-то там у неё в корнях свербит. Я в подробности не вникал, мне не до этого сейчас, сам понимаешь, – малыш требует столько внимания.

– Розалия Львовна! – крикнул кактус Кирилл. – Это вы мне только что сказали, что вам тесно?

– Кирилл, – вздохнула та. – Миленький. Я ничего не говорила, я слушаю подкаст про маньяков в поликлиниках. Давай всё-таки откроем форточку? Я смотрю, тебе сильно душно.

– Не надо, – буркнул Кирилл и снова уткнулся в журнал.

– Мне тес-с-сно… – снова сказал ему тот же голос. – Тес-с-с-сно!

– Да что же это такое?! – подскочил кактус Кирилл и стал вертеться во все стороны.

– Тес-с-сно! Тес-с-с-сно! – шипел голос у него в правом ухе. – Потес-с-снитесь! Ис-с-спаритесь!

– Бр-р-р-р! – сказал Кирилл, потряс головой и спрыгнул с подоконника.

Он огляделся и направился к венериной мухоловке Жоржу.

– Жорж, – позвал он. – А вот скажи, ты сегодня ничего подозрительного не слышал?

– Ты про что? Про новости по телевизору? Нет, там никого ни в чём не подозревают.

– Нет, я не про новости. Я вообще. Ну, мало ли, вдруг тебе кто-то что-то сказал про то, что ему тесно и чтобы мы потеснились.

– Ух ты! – заинтересовался Жорж. – Это ты про кого сейчас? Кто это всех вытесняет? Кто у нас интриги плетёт?

– Да никто ничего не плетёт! – почти разозлился Кирилл. – Просто у тебя такой хороший слух, мимо тебя и муха не пролетит.

– Не пролетит! – вдруг всхлипнул Жорж. – Ни одна! Они даже не думают пролетать. Хоть бы одна пролетела-а! До чего же я несчастный, Кирилл.

И в этот момент кто-то опять прошептал Кириллу:

– Мес-с-сть…

– Вот! – воскликнул Кирилл. – Вот опять! Что это сейчас было?

– Это увлажнитель включился, – пожал плечами венерина мухоловка Жорж. – Ну и наши хором поют.

– Спасибо, – недовольно поблагодарил его Кирилл и отправился дальше.

Но обход территории и опрос зелёной мафии ничего ему не дали. Загадочный голос в правом ухе продолжал его преследовать и произносил всё новые и всё более странные фразы. То ему было тесно, то он хотел кому-то отомстить, то велел Кириллу убираться. То вдруг начинал просить воды. Кирилл решил было, что это очередные выходки лотоса Сушила, но тот вовсю кокетничал с фиалкой Наталкой и учил её танцевать индийские танцы.

– Жаж-ж-жда… Как ж-жарко! – голос стал громче, а Кирилл не на шутку встревожился.

На всякий случай он уселся под увлажнитель в дальнем углу комнаты и стал думать, что это может быть, но ничего конкретного так и не пришло в голову, поэтому он убедился, что его никто не слышит, и тихонько спросил:

– Эй! Ты кто?

Сначала голос молчал, причём довольно долго, и Кирилл даже обрадовался, что наваждение исчезло, но потом у него в правом ухе вдруг отчётливо прозвучало:

– Монс-с-стр… Приз-з-зрак…

– Ой мамочки! – вскрикнул кактус Кирилл и чуть было не опрокинул увлажнитель. – А что тебе от меня нужно? – спросил он, осмелев, через некоторое время.

– Выпус-с-стите… Рас-с-ступитесь… Ус-с-ступите… Мес-с-с-сть! – сказал голос громко и отчётливо, и Кирилл понял, что же он ему напоминает: он звучал так, будто совсем рядом шуршали сухие листья. – Мес-с-сть! – сказал голос ещё громче. Кирилл от ужаса выскочил из своего укрытия и помчался туда, где невозможно было расслышать ничего другого, кроме дурацких песен, – на репетицию хора.

Он очень надеялся, что этот странный шуршащий призрак испугается горластых певцов, у большинства из которых не было ни голоса, ни слуха.

– Грустили и хвора-али, пока искали ка-алий!

Как только мы его нашли, все бутонами пошли! —

вопил что было сил хор.

В другой раз кактус Кирилл непременно разнёс бы их в пух и прах за такой дурацкий текст: что это ещё за «бутонами пошли»? Но сейчас ему было не до того. Он сразу же направился к бонсаю Покусаю, который дирижировал этим разномастным концертом самозабвенно и со счастливой улыбкой. Кот Мурзик лежал рядом, закрыв лапами уши, – он явно страдал, но ему было лень вставать и уходить.

– Покусай! – крикнул Кирилл.

– А? – повернулся к нему бонсай, продолжая дирижировать.

– Любви моей причина – медь и мочеви-и-ина! – спели солисты.

– Можно мне с вами? – прокричал Кирилл.

– Какой ты молодец! – просиял Покусай и кинулся обнимать кактуса, отчего весь хор сбился, а банан Степан обиженно заорал:

– Азот тебе в рот!

– Простите, друзья, мы сейчас продолжим, – сказал бонсай Покусай. – Вот, держи слова и ноты, – и протянул Кириллу несколько листков. – Вставай вон туда, рядом с Мальвой и Антошей.

Кактус Кирилл забрал у него тексты и ноты оперы и направился к остальным, но тут монстр в ухе прошелестел:

– Мес-с-сть… Я буду мс-с-стить…

– Давайте скорее петь! – закричал Кирилл и быстро полез на табуретку рядом с пальмой Мальвой.

– Как я рад, что у тебя такой настрой, – похвалил его Покусай. – Итак, продолжаем! – и взмахнул тонкими веточками.

– Ты и я, ты и я любим удобрения! – несколько раз повторил хор, и голос в правом ухе кактуса Кирилл мгновенно утонул в воплях его друзей. Кирилл оживился и подхватил вместе со всеми:

– Для красоты и роста принимайте фо-о-осфор!

– Монофосфат, монофосфат! Как я весел, как я ра-а-ад! – пел Кирилл как можно громче, только бы раз и навсегда выгнать из головы противное шипение.

Но тут:

– С цинком больше не грущу! – пропел хор, но вместо «Листья новые ращу» у Кирилла вдруг вырвалось:

– Готовьтесь, я вам отомщу!

– Ой! – сказали все и посмотрели на него с недоумением.

– Кирилл, ты чего? – спросил бонсай Покусай. – Там же совсем другой текст. Что с тобой?

Но Кирилл ничего не ответил, бросил ноты, спрыгнул с табуретки и помчался к себе на подоконник. Не мог же он признаться, что эти слова подсказал ему странный призрак, засевший в его колючей голове. И как теперь выгнать его оттуда? Спрашивать совета у зелёной банды-команды кактус Кирилл не решался: после утренней истории с двойниками они бы наверняка не стали его слушать, а то и подняли бы на смех. Оставалось только одно – набраться терпения и дождаться Юру.

Однако ждать Юру, сидя в горшке и затыкая уши, было просто невыносимо. Монстр разошёлся не на шутку: свистел, шипел и выкрикивал что-то то ли про жажду и месть, то ли про жажду мести. Кирилл чуть не сошёл с ума и понял, что ему немедленно нужно с кем-то посоветоваться, иначе он просто не выдержит.

– Розалия Львовна, – позвал он.

– Следующий! – отозвалась китайская роза. – Ой, то есть что ты хотел, Кирилл? Прости, это я по привычке, мне показалось, что я опять в регистратуре, а там вечно очередь.

– Вы же у нас такая мудрая, вы всё на свете знаете, – начал Кирилл с комплиментов.

– Ну, дружочек, поживёшь с моё, тоже будешь опытным и мудрым. Хотя в поликлинике, конечно, опыт ого-го – там один год за два идёт из-за нервов и вредности.

– Вот я про это как раз и хотел спросить. – Кирилл подсел поближе.

– Про трудовой стаж? Или про вредность? – удивилась Розалия Львовна. – Так вся вредность в основном была от сотрудников, ну и от пациентов тоже перепадало, я же тебе рассказывала: то сумки на меня вешали, то чайную заварку выливали…

– Нет, я про другое, – быстро перебил её Кирилл, пока Розалия Львовна окончательно не ударилась в воспоминания. – А вот скажите, были ли у вас в поликлинике… – он понизил голос, посмотрел по сторонам и тихо сказал: – …привидения?

– Привидения? – громко переспросила Розалия Львовна. – А как же! Этого добра, мой милый, в любой поликлинике с лихвой хватает. Особенно в регистратуре. Там такого за день насмотришься, потом сидишь и гадаешь: хоть один нормальный человек сегодня приходил или всё сплошные вампиры и привидения?

– А настоящие были? Не те, которые на самом деле пациенты, а настоящие призраки?

– Были, конечно. – Вид у Розалии Львовны стал мечтательный, и она продолжила: – Здание у нас было старое, историческое, до революции жил там один граф, а потом в его бывшей усадьбе нашу поликлинику открыли. И поговаривали, что когда строительство начали, то много чего там вокруг снесли: и часовню, и старое кладбище. Ну и дух местного графа сильно потревожили. И с тех пор он летал по коридорам и время от времени страшно завывал! Я сама его не слышала, но у нас в регистратуре старшая медсестра так натурально его вой изображала, что у меня от страха чуть листья не осыпались.

– А он только выл? Или, может быть, что-то ещё говорил? Например, про жажду? И про месть?

– Про месть и жажду? – задумалась Розалия Львовна, а потом покачала ветками. – Нет, про это ничего не говорил, а вот про кости говорил! Точно! Уж очень ему наш рентген-кабинет полюбился. Он в вечернюю смену любил туда залететь и выть: «Отдайте мои кости! Верните мои кости!» Ну, сам понимаешь, врачи там надолго не задерживались. И пациенты тоже не засиживались – пулей вылетали. Прямо беда, половина снимков смазанные получались.

– Ясно, – сказал кактус Кирилл. – А ещё призраки были?

– Да что это тебя сегодня вдруг на мистику потянуло? – удивилась Розалия Львовна. – Была ещё девочка с косичками. Ой и противная девочка. Маленькая такая, бледненькая. Тоже по коридорам бегала и в лифте всех пугала.

– Она тоже привидением была? – уточнил кактус Кирилл.

– Нет, зачем привидением, – отмахнулась от него Розалия Львовна. – Девочка была настоящая, она потерялась просто. Её потом мама нашла. Но уж очень вредная девочка! Ничего удивительного, что всех в тот день перепугала. А ещё был случай, ручки у нас шариковые в регистратуре пропадать стали и конфеты шоколадные. Но потом оказалось, это одна медсестра их таскает. Вот такие дела.

– Понятно, спасибо, – вздохнул кактус Кирилл и отправился к себе в горшок ждать Юру.

Юра, как назло, задержался на занятиях, потом уселся ужинать перед телевизором, чтобы со всеми зелёными друзьями посмотреть ужасно длинный фильм. Потом пошёл на кухню мыть тарелку, но разбил её и порезал палец. Зелёная мафия перепугалась, все бегали и кричали вместо того, чтобы просто искать пластырь, а Розалия Львовна три раза рвалась вызывать скорую. Потом они наконец угомонились, Юра уселся за свой рабочий стол, притащил какие-то корни и ветки и начал зачем-то прилаживать ветки к корням. Кирилл сразу догадался, что это какой-то магический ритуал, а значит, они с Юрой сегодня на одной волне и он непременно его поймёт.

– Юра, – сказал кактус Кирилл, устроившись на краю стола. – Я хотел кое-что тебе рассказать.

– Хорошо, Кирилл, рассказывай, – отозвался Юра, не отрываясь от корней и веток. От усердия он даже высунул язык.

– Сначала я, признаюсь тебе честно, не решался, думал, что ты, как и все тут, – он сердито зыркнул по сторонам, – не поймёшь меня и поднимешь на смех, но, когда увидел, что ты мастеришь деревья-вуду, я ужасно обрадовался.

– Что ещё за вуду? – удивился Юра и посмотрел на Кирилла.

– Ну как? Ты разве не собираешься делать из этого кукол вуду и тыкать в них иголками, чтобы отомстить каким-то деревьям? – показал на корни и ветки кактус Кирилл.

Юра несколько минут молчал, а потом начал хохотать так громко, что с него даже слетели очки. Кактус Кирилл хотел сильно обидеться и уйти, но потом вспомнил, что у него есть только горшок на подоконнике и голос в голове, а проводить вечер и ночь в такой компании ему совсем не хотелось. Так что он остался.

– Кирилл! Ну ты даёшь! – смог наконец-то выговорить Юра. – Это никакие не куклы вуду, и я не собирался мстить никаким деревьям. Это называется «прививка».

– Прививки очень важны и нужны! – тут же откликнулась Розалия Львовна. – Они бывают и от ветрянки, и от гриппа.

– Спасибо, Розалия Львовна, – кивнул ей Юра. – Но это не те прививки. Вот видишь, на эти сильные корни дикой яблони я буду прививать слабенькую яблоню очень необычного и редкого сорта. И, как ты думаешь, что у меня получится?

– Монстр! – закричали фикусы Вениамин и Валентин. – Мы видели в кино! Там один доктор создал монстра из кусочков!

– Что за доктор? Какая у него была специальность? Он был травматолог? – оживилась Розалия Львовна.

– Никакой не монстр! – строго сказал им Юра. – У меня получится сильная яблоня редкого сорта. Представляете, как здорово? Эти корни помогут ей вырасти крепкой и выносливой. Только нужно найти острый нож.

– Ой, нет-нет-нет! – спохватилась Розалия Львовна. – Куда тебе сегодня нож, Юра, ты чуть тарелкой не покалечился!

– А-а-а-а-а! – громко прокричал кактус Кирилл. – С вами же просто невозможно ни о чём серьёзном поговорить! Юра! Мне нужно спросить у тебя…

– Про монстра? – радостно подхватили фикусы, и, к их удивлению, кактус Кирилл кивнул:

– Да! Именно про монстра!

– Странная история, – задумчиво сказал Юра, когда Кирилл выложил ему всё, что с ним сегодня случилось. – И ты слышишь его прямо сейчас?

– Да, – кивнул кактус Кирилл. – Прямо сейчас он шипит мне в правое ухо, что ему очень жарко и душно и что он скоро совсем засохнет. Он стал шипеть уже целыми предложениями.

– А ты уверен, что тебе это не мерещится? – спросил Юра. – Всё-таки у тебя очень богатая фантазия, Кирилл, ты вечно такое придумываешь, я только диву даюсь.

– Не нужно даваться никакому диву! – вскочил и затопал по столу ногами в крошечных кедах кактус Кирилл. – Это правда! Я всё время его слышу! Он меня уже замучил.

– А у тебя не было травм головы? – спросила Розалия Львовна. – В смысле ты ни обо что не стукался в последнее время?

– Я не стукался! У меня не было никаких травм! – чуть не плакал Кирилл. – Почему? Ну почему вы мне не верите?

– Подожди, только не расстраивайся! – сказал Юра. – Мы же не говорим, что тебе не верим, просто мы пытаемся разобраться и решить, как тебе помочь.

– Помогать надо не только мне! – грозно сказал кактус Кирилл. – Я же вам сказал, этот призрак грозится отомстить всем в этом доме!

– За что? – опешил Юра. – Мы ведь не обижали никаких призраков!

– Тихо! – махнул на него колючими ручонками кактус Кирилл и зажмурился. – Он прямо сейчас говорит мне, что раньше жил здесь, но засох! Его тут засушили! Он погиб, потому что за ним не ухаживали!

– Он – растение? Этот твой монстр, – осторожно спросил Юра.

– Да! – энергично кивнул кактус Кирилл. – Он говорит, что раньше жил тут и его погубили.

– Тогда это совершенно точно полная и абсолютная ерунда! – решительно сказал Юра. – И враньё!

– Почему? – чуть не упал со стола Кирилл. – Почему ты не веришь?

– Потому что у меня за всю мою жизнь ни разу не засохло и не погибло ни одно растение! Понятно? И я этим ужасно горжусь! Вот так вот! Может, я и растяпа, даже неряха, и совершенно не умею чинить шкафы и пришивать пуговицы, но за растениями я ухаживаю лучше всех! Я никого не бросаю засыхать и умирать!

– Это точно! – загудели остальные. – У Юры все выживают, даже самые засохшие сухари! У Юры не забалуешь! Он кого угодно воскресит и вылечит.

– Но этот монстр… Он говорит… – Кирилл почувствовал, что на глаза у него навернулись слёзы. – Он говорит…

– Значит, он врёт! Так ему и передай! Пусть прекращает свои шуточки! Я – хороший ботаник! И я люблю своих питомцев!

– Да что ты так разошёлся, Юра? – заволновалась Розалия Львовна. – Так у тебя может заболеть голова, а у тебя уже болит палец. Хватит на сегодня. Отстань от него, Кирилл! Завтра договорите. И вообще, ни к чему это – на ночь разговоры про привидения. Потом такого приснится, придётся отпаивать вас успокоительными каплями…

И Юра с Кириллом, всхлипнув, разошлись в разные стороны. А самым ужасным было то, что они друг на друга обиделись. Юра – за то, что Кирилл обвинил его в убийстве несчастного растения, которое теперь стало призраком и скиталось по квартире. А Кирилл – за то, что Юра не поверил ему. Хотя он не поверил не Кириллу, а призраку. Эх, до чего же неприятная вышла ситуация. Как вы думаете, они быстро помирятся?

На следующий день к ним пришла мама Юры.

– Мама Юры! – закричали все сразу.

– Мама! Что ты принесла? – спросил Юра.

– В этой сумке пирожки с яблоком и с картошкой. Те, что кругленькие, – с яблоком, те, что длинненькие, – с картошкой, – пояснила Юрина мама. – Не перепутай.

– Мама! – обрадовался Юра. – Я так люблю твои пирожки, что мне всё равно, с чем они, я буду есть их все сразу!

– Боже! – Юрина мама зашла в комнату и всплеснула руками. – Юра! Какой же у тебя кавардак! Честное слово! Как будто комната взорвалась. Ну что это такое? Ты же взрослый молодой человек!

Юра стоял на пороге и краснел. В комнате и правда был ужасный беспорядок, но не мог же он признаться маме, что носки оказались разбросаны, потому что фикусы Валентин и Вениамин вчера вечером играли ими в бадминтон, а скрепки рассыпали хвощ Плющ и плющ Хвощ, когда носились друг за другом в догонялки. И зелёная рубашка висела на люстре не просто так, а потому что обитающая на потолке лиана Диана собиралась пришить к ней пуговицу, которую откусил венерина мухоловка Жорж.

– Если ты и дальше будешь жить в таком беспорядке, с тобой не захочет встречаться ни одна девушка, – вздохнула мама.

– Скажи ей! – тут же закричали орхидея Галатея и герань Антонина. – Скажи ей про Анюту!

– У Юры уже есть девушка! И она нам нравится! – заявил лимон Филимон.

– Парни, у которых дома беспорядок, как раз намного привлекательнее для девушек, чем те, у кого чистота и на плите обед из трёх блюд, – сказала со знанием дела лиана Диана. – Потому что парням с беспорядком явно нужна девушка.

– Или мама! – подхватили фикусы Вениамин и Валентин. – Мама Юры!

А Юра всё это время молча стоял и думал: какое счастье, что мама не может слышать, о чём говорят его неугомонные питомцы. Иначе они бы выболтали ей все его секреты ещё до того, как они могли бы у него появиться.

– Так, тащи сюда ведро и швабру, устроим генеральную уборку! – весело скомандовала мама Юры, и уже через час все носки и скрепки были на своих местах, полы и стёкла сверкали, даже кот Мурзик был тщательно причёсан, а мама Юры протирала пыль с горшка венериной мухоловки Жоржа. Тот смотрел на неё влюблённым взглядом и говорил:

– Мама Юры! Красавица! Ну что вам стоит принести для меня в следующий раз немного моли? У такой хозяюшки наверняка должна быть в запасе хорошо упитанная моль. У вас ведь такое… шерстяное пальто! У вас не может не быть моли!

– Она всё равно тебя не слышит, Жорж, – хихикнула розмарин Марина.

– Главное – попытаться, – сказал Жорж и опять плотоядно сощурился.

– Ой, Юра! – вдруг воскликнула мама. – Я же совсем забыла тебе показать и рассказать. Только не говори папе, а то он меня засмеёт! – Она быстро убежала в коридор и вернулась с какой-то маленькой коробочкой.

– Моль! – провозгласил Жорж.

– Карты таро? – удивился Юра.

– Да! – хихикнула Юрина мама совсем как Анюта, когда смущалась. – Нам на день бухгалтера подарили! В шутку, конечно, но так затягивает!

– Мама! – возмутился Юра. – Ты что? Ты же взрослая женщина!

– Воплощение разума! – подсказали фикусы.

– Да, – кивнул им Юра. Он не мог похвалить их при маме, поэтому просто кивнул. – У тебя же высшее образование, мама! Как ты можешь гадать на картах?

– Вот. Ты весь в папу, – сказала мама и добавила: – Гадаю я не всерьёз и не очень хорошо! Но это так весело! Давай я сделаю тебе расклад.

– Ни в коем случае, – категорично заявил Юра. – Я не верю в такую ерунду.

– Он вообще в последнее время ни во что не верит, – грустно сказал кактус Кирилл. – Ни во что и никому, – и вздохнул.

– Та-а-ак, – сказала Юрина мама, поудобней устроилась за столом и стала раскладывать карты. И вдруг её лицо почему-то стало сиять немного меньше, а брови нахмурились. – Ничего не пойму, – сказала она и быстро собрала карты. – Я попробую снова. У меня ещё совсем мало опыта, вот и выходит всякая ерунда.

– Что там такое? – мрачно, но с интересом спросил Юра.

– Да всё хорошо, – ответила его мама, опять разложила карты и опять нахмурилась. – Что ж такое? Подожди, у меня есть специальная книга, там всё объясняется. Я, наверное, путаю.

Она сбегала в коридор, притащила оттуда толстенькую книжку, полистала её, потом посмотрела на Юру и грустно сказала:

– Юра! Я ничего не понимаю, но как ни крути – получается, что у тебя дома привидение!

– Ура-а-а-а! – закричал кактус Кирилл и на радостях свалился с подоконника.

Юра с мамой пили чай с пирожками. Кактус Кирилл изнывал от нетерпения на подоконнике, куда его водрузил испуганный Юра. И хотя Кирилл был сильно обижен на Юру и не собирался разговаривать с ним как минимум два дня, он всё равно не удержался и быстро сказал:

– Юра, спроси у мамы, кто жил в этой квартире раньше! Кто жил тут до тебя!

И тот, конечно, спросил. Ему ведь и самому стало ужасно интересно.

– А никто, – сказала мама. – То есть кто-то жил, конечно. Просто пока ты ещё ходил в школу и был недостаточно самостоятельным, хотя ты и сейчас не то чтобы образец самостоятельности, но всё равно. Так вот, пока ты ещё жил с нами, мы эту квартиру сдавали. Вот только жильцы всё время попадались такие нерадивые. – Мама Юры откусила от пирожка с яблоком и грустно вздохнула. – У меня тут была такая роскошная монстера, такая красивая! Ах, какая была монстера… Так они её засушили! Ты представляешь! Ну что за люди! До сих пор жалко.

Не успела мама Юры уйти, как зелёная банда-команда стала кричать, носиться и вопить: «Привидение! У нас привидение!», пока Юра не призвал их к порядку.

– Так, – сказал он. – Во-первых, я хочу при свидетелях, то есть в присутствии всех вас, попросить прощения у Кирилла за то, что не поверил ему. И сейчас, когда всё подтвердилось, мне стало ужасно стыдно. Кирилл, прости меня, пожалуйста! Мы постараемся сделать всё возможное, чтобы избавить тебя как можно скорее от призрака этой монстеры.

– Вот почему привидение называло себя монстром! – не унимался Кирилл. – Потому что в прошлой жизни это была монстера! Я просто не разобрал! Оно, то есть она, так шипело и шуршало!

– И как мы будем избавлять от неё Кирилла? – спросила лиана Диана.

– А я уже посмотрел в Листонете, – отозвался папоротник Демьян. – Хотя я и так знал. Мне моя бабушка рассказывала – она же когда-то жила в дремучем лесу, а там этих призраков было видимо-невидимо.

– Ой, только давайте сейчас не будем вспоминать всех твоих бабушек, – взмолился кактус Кирилл. – А то нам и ста лет не хватит. Я прошу тебя, Демьянчик, рассказывай скорее, что надо делать! Я больше не могу слушать её шуршание!

– Всё очень просто, – ответил папоротник. – Чтобы избавиться от призрака, надо найти ему новый дом, то есть чтобы он в кого-нибудь вселился.

– Только не в меня! – закричали все сразу.

– Мне кажется, я знаю, куда её поселить! – подмигнул Юра и помчался доставать корни, ветки и искать острый нож.

Пока Юра «мастерил» новую маленькую яблоню, вся зелёная банда-команда наблюдала за ним затаив дыхание, только Розалия Львовна каждые три минуты повторяла: «Осторожнее с ножом». Но вот наконец всё было готово. Теперь оставалось самое главное.

– Это какой-то сумасшедший дом, – сказал Юра, когда они уселись в круг, поставили в середину яблоньку, а рядом с ней кактуса Кирилла и приготовились переселять призрака. – Я с моими растениями вызываю духов! Я! Студент-ботаник! А занимаюсь какими-то ритуалами и мистикой. Я же больше всего на свете люблю науку.

– Это неправда, – сказал кактус Кирилл. – Готов поспорить, нас ты любишь больше науки, так что беритесь за руки, и будем читать заклинания. Готовы?

– Да! – ответили все, крепко взявшись за руки, ветки, листья и побеги.

– Тогда начинаем! – объявил бонсай Покусай. – Это очень древнее заклинание. Я немного изменил слова, чтобы было понятно и наверняка помогло. Повторяйте за мной: Ты и я, ты и я любим привидения! Дух монстеры, появись и в эту яблоню вселись!

Кактус Кирилл сидел в центре круга, старательно повторял вместе со всеми волшебное заклинание и ужасно боялся, что у них ничего не получится. Но вдруг голова у него закружилась, в правом ухе что-то громко зазвенело, зашелестело, задребезжало, и он почувствовал, что привидение исчезло!

– Получилось! – закричал он. – Оно переселилось!

– Завтра же отвезём эту яблоньку на дачу! – сказал Юра. – Пусть она растёт там и радуется! Я буду очень хорошо за ней ухаживать, чтобы ей не пришлось обижаться и превращаться в привидение.

Но на этом вечер не закончился. Оказалось, мама Юры так торопилась домой, что забыла у него свои карты. Их мгновенно сцапала Розалия Львовна и устроила настоящий гадальный салон. Правда, Юре показалось, что она больше придумывает, чем гадает по-настоящему. Герани Антонине Розалия Львовна нагадала карьеру в мире моды, Жоржу – огромную муху, папоротнику Демьяну – ежегодное цветение, Юре – красный диплом, а лимону Филимону – много здоровеньких жёлтеньких лимончиков.

– И что? И что? – не унимался кактус Кирилл. – Разве карты ничего не говорят про моих двойников?

– Кирилл, какой же ты неугомонный! – рассмеялась розмарин Марина. – Опять ты за своё. Только с привидением разобрались. Оставь ты уже эти похожие на тебя кактусы. Юра же извинился и сказал, что зря тебе не верил. И мы все тебе верим.

– Всё равно я хочу ясности относительно моих двойников! – упрямо требовал кактус Кирилл. – Что же это всё-таки значит?

– Хорошо, сейчас мы узнаем, – сказала Розалия Львовна, внимательно посмотрела на карты и произнесла: – Кирилл, тут нет обмана, всё подтверждается. Вот смотри: эти карты говорят, что ты никого и не думал обманывать. Верно? Верно. А дальше-то как интересно! – и она захлопала большими зелёными листьями. – Вот эта карта означает двойников, а вот эта – привидение, так что всё сошлось. И знаешь, что получается? Очень просто! Двойники мерещатся к привидениям!

– Ну не знаю, – пожал плечами Кирилл. – А вот это что такое? Тут ведь опять похожие карты.

– Дай-ка я посмотрю, – сказала Розалия Львовна и уставилась на карты через Юрины очки. Несколько минут она молчала, а потом тихо произнесла: – Даже не знаю, как вам это сказать, но, похоже, у нас скоро будет два Василия!

Ох и запутанная история приключилась в этот раз в доме ботаника Юры и его зелёных друзей. Что же там будет дальше? Давайте скорей читать!