Общие критерии выбора преподавателя мы обсудили. Теперь давайте выясним, в каких случаях предпочтительнее заниматься изучением языка с носителем и на что вам как студенту нужно обратить внимание в этом случае.

Яна:

«Я считаю, что занятия с носителем языка действительно необходимы всего лишь в нескольких ситуациях. Первая: вы уже владеете языком на достаточно хорошем уровне, и у вас возникает необходимость "заточить" ваши знания под конкретный регион, освоить специфическую лексику и произношение. Например, вы говорите на стандартном немецком (Hochdeutsch), но переезжаете в Швейцарию и хотите привыкнуть к швейцарскому варианту этого языка. Или несколько лет изучаете стандартный испанский (castellano), но хотите научиться понимать sevillano – язык, характерный для Андалусии. В этом случае занятия с носителем соответствующего диалекта или произношения будут очень кстати.

Вторая ситуация более общего характера: вы изучаете язык много лет, бегло на нем говорите, но понимаете, что привыкли к своему преподавателю – его манере речи, произношению, лексике. В этом случае занятия с носителем (носителями) помогут расширить диапазон языковой информации, которую вы получаете: пробуйте брать разговорные уроки у преподавателей с разными акцентами, просите их разбирать с вами сленговую лексику, разные лексические темы.

В остальных случаях – которые касаются подавляющего большинства ситуаций – преподаватель, разумеется, тоже может быть носителем. А может и не быть им. И это не сыграет существенной роли в процессе обучения, потому что основное требование к преподавателю иностранного языка – владение методикой.

Любой носитель языка может заявлять о себе как об учителе только после освоения методики преподавания своего родного языка как иностранного – в идеальном мире, конечно. Реальность же такова, что многие люди преподают родной язык только на том основании, что это, собственно, язык, на котором они говорят с рождения. Так, например, американские юноши и девушки, приезжая на gap year[180] в Латинскую Америку, чтобы подзаработать, устраиваются на полставки преподавателем английского. И доверие к такому человеку у местных жителей высоко: он ведь носитель! Между тем от такого носителя вреда может быть больше, чем пользы.

И вот почему. Например, вы носитель русского языка. Представьте, что вам нужно завтра начать преподавать русский студенту-иностранцу. С чего вы начнете? Скорее всего, постараетесь делать то же самое, что делал ваш преподаватель английского или немецкого в школе, где уже на втором занятии вы говорили что-то вроде "My name is Masha. I am 7 years old. I live in Russia. I like to read books". Теперь давайте поймем, почему ваши попытки добиться такого же результата при обучении американского студента закончатся неудачей.

Сначала переведем с английского на русский эти четыре фразы из предыдущего абзаца: "1) Меня зовут Маша; 2) Мне 7 лет; 3) Я живу в России; 4) Я люблю читать книги". Затем посчитаем падежи, которые мы использовали: 1) родительный, именительный; 2) дательный, именительный; 3) именительный, предложный; 4) именительный, винительный (причем множественного числа, которое изучается отдельно от единственного). Освоить пять падежей из шести существующих в русском языке для иностранца – нереальная задача на первых занятиях! Такие навыки студенты, изучающие русский как иностранный, приобретают ближе к завершению уровня А2.

Теперь посмотрим на сочетание "7 лет" в одном из наших предложений. Допустим, вы скажете студенту, который уже увяз в падежах, что «лет» – это множественное число от слова "год". Но потом, когда вы скажете то же самое про формы "3 года" и "21 год", он начнет бояться русского языка.

А потом настанет очередь глаголов. Почему, например, при постановке глагола "звать" (инфинитив) в форму 3-го лица множественного числа в его корне появляется буква "о"? Откуда в слове "живу" буква "в", если в инфинитиве ("жить") ее нет? И самое страшное: почему в слове "люблю" возникает "л", хотя ее нет не только в инфинитиве "любить", но и в формах "любишь", "любит", "любят", "любим", "любите"? (Если заменить "я люблю" на "мне нравится", это не спасет ситуацию, потому что придется объяснять, что в конце слова делает суффикс "–ся".)

И это не исключения из правил. Все эти явления имеют вполне четкие грамматические объяснения, без знания которых носитель языка прекрасно обходится. Будучи носителями, мы не учимся склонять существительные – приходя в школу, мы уже в совершенстве умеем это делать. Мы не учим значения глагольных приставок – в первом классе дети прекрасно видят различия в словах "уехать", "приехать", "переехать", "объехать", "заехать", "доехать" и т. д. и не допускают смысловых ошибок. Мы не разбираемся в видах глаголов – с первых лет жизни мы говорим "я хочу поиграть" и "я не хочу играть в футбол".

Суть обучения на преподавателя языка как иностранного именно в этом – понять, в каком порядке давать иностранцу лексику и грамматику и как объяснять все необходимые правила, разобраться в логике языка, одним словом, владеть методикой».

То, о чем мы сейчас говорили, относится к преподаванию и изучению популярных языков с большим количеством носителей. А что делать тем, кто хочет изучать редкий, малый язык? В этом случае вашим учителем практически со стопроцентной вероятностью будет носитель. На вопрос, обращать ли внимание на его образование и подготовку, нам ответила Асият Бижоева, преподаватель кабардино-черкесского языка.

Асият Бижоева:

«Да, даже носителю малого языка нужно учиться преподавать свой родной язык как иностранный. Без подготовки нет понимания, откуда и куда двигаться, как вообще подойти к процессу обучения, в каком порядке давать учащемуся информацию. В итоге (и об этом говорит опыт моих знакомых и некоторых коллег) может происходить следующее:

● попытки преподавать иностранный язык по системе преподавания родного языка ("как меня учили в школе");

● топтание на месте (целый год учим алфавит и пытаемся добиться идеального произношения);

● заучивание слов и выражений без объяснения грамматики (получаем ученика-попугая, который вроде что-то знает, но не может коммуницировать на изучаемом языке);

● сакрализация языка – превращение занятий в уроки этнологии, истории, этнографии, но никак не иностранного языка.

В итоге у ученика создается впечатление, что он взялся за очень сложный язык, который выучить практически невозможно, и человек "перегорает", теряет желание заниматься.

Если вы носитель малого языка и хотите научиться его преподавать, я бы посоветовала несколько путей. Идеальный вариант – все-таки найти учителя этого языка как иностранного и перенимать его опыт. Если таких учителей нет, то можно выучиться на преподавателя иностранного языка – лучше близкого к своему, но можно и любого другого. А еще можно самому проходить обучение на различных курсах иностранных языков в качестве ученика, попробовать различные методики обучения, выбрать оптимальную для себя и перенести эту методику на преподавание своего языка. Но неподготовленному человеку сделать это очень сложно.

Если же вы хотите изучать малый язык, но у вас никак не получается найти носителя со специальной подготовкой, обратитесь к человеку, который учился на преподавателя других иностранных языков, пусть даже английского. Как минимум он будет владеть базовыми методическими приемами и, возможно, сможет адаптировать их к преподаванию своего родного языка».