На календаре – конец сентября. Мне стоило бы признаться: учеба в колледже проходила лучше, чем я думала. И я рада, что ошибалась.

Неприятные воспоминания из моей юности засели так глубоко в памяти, что я по инерции воспринимала в штыки саму идею о колледже. Но и Бетти, и Лидия, и Оливер были правы: я другой человек и в силах не допустить прошлых ошибок. Они все в очередной раз были правы.

Во многом моим приятным впечатлениям от учебы способствовал исключительно женский коллектив в аудиториях. Девчонки оказались очень зрелыми. Никто не соперничал за внимание парней-однокурсников, не пытался самоутвердиться за счет других. Я подспудно чувствовала себя в безопасности, поэтому легче раскрывалась и проявляла активность. Подготовка домашних заданий и ответы на семинарах стали не мучительным наказанием, а удовольствием.

В общем, я втянулась в учебу!

И нельзя умалять роль нашего примирения с Райаном. Вся эта ложь незаметно отравляла и разъедала меня изнутри, а теперь я дышала глубже и спала спокойнее. Ей-богу, я вновь вернулась в те мирные деньки в Лос-Перросе, где у меня были веселые и беззаботные друзья, а все проблемы не выходили за рамки школьных оценок.

Стоило нам с Кроссом помириться, как его в моей жизни резко стало слишком много. Воу! Я успела отвыкнуть от такого! Мало того, что мы виделись каждый день, но теперь он заполучил мой новый телефон и слал тонны сообщений. Он задавал вопросы обо мне (например, уговаривал прислать мою старую фотку), обсуждал студенческую ерунду и даже скидывал мемы. Ни один из моих взрослых друзей так не делал. Получая очередную смешную картинку, я понимала, какая же я старая. И как далека от своих однокурсников.

Всем моим друзьям за тридцать. И пусть они еще полны энергии, чтобы ночь напролет тусить в клубе, наше общение все равно не похоже на общение молодежи. У Чеда, Лидии и Оливера много времени забирает работа. Они предпочитают разговоры сотне сообщений и не испытывают такой уж потребности видеться едва ли не каждый день. А поскольку я больше не работаю на Портера, мы с ребятами значительно отдалились друг от друга. Если честно, я с трудом могу вспомнить, когда мы последний раз болтали по душам с Лидией.

А может быть, дело и правда в том, что мне нельзя пить? Раньше мы в основном собирались в барах, а теперь мне доступны только хипстерские кафешки. В общем, факт остается фактом – мы потеряли контакт. И, разумеется, мне от этого очень грустно.

Зато колледж – отличное место, чтобы найти новых друзей. Пусть я немного отличаюсь от большинства студентов, но точек соприкосновения у нас по-прежнему много (взять хотя бы Дина и Адама). А что мне кажется самым главным – у нас очень схожий ритм жизни. Занятия заканчиваются примерно в одно и то же время, со многими новыми знакомыми мы живем в пяти минутах ходьбы друг от друга. Не это ли благотворная почва для хорошей дружбы?

Интересно, почему я осознала это только сейчас? В чем причина? В наладившихся отношениях с Райаном? Или в отъезде Оливера?

Да, он уезжал и раньше. Но в прошлые разы я ждала дома, как Хатико на перроне. А сейчас, когда его нет в городе и меня ничего не тянет в мою квартиру, все изменилось. С девчонками запланировали поход в кафе, Дин уже приглашал снова играть в приставку. Даже Райан успел предложить поход на вечеринку вне кампуса. Жизнь забила ключом! От таких перемен я в какой-то момент почувствовала себя виноватой перед Оливером. Будто если мне теперь весело с другими, то он мне больше не так сильно и нужен. Но ведь наши отношения держатся не только на совместном проживании и досуге, правда? К тому же он сам наказал развлекаться, а не тухнуть дома.

Тем ни менее от части приглашений я все же отказывалась – в колледже все же следовало учиться. А значит, хоть иногда выполнять домашнее задание. Например, написать доклад по психологии и делать к нему презентацию.

Именно презентацией я занималась за обедом в воскресенье, когда случилась беда. Я неуклюже потянулась за конспектом и залила весь стол колой. Книжки, тетрадки, ноутбук – все мгновенно стало мокрым и сладким. Не поверите, но такое со мной случилось в первый раз. И я совершенно не знала, что нужно делать! Я в панике вырвала питание ноутбука и выключила его (хоть о чем-то догадалась), кинулась все вытирать полотенцем. Сердце колотилось как сумасшедшее! А что, если компьютер умрет? Что, если я не смогу достать из него файлы? Как мне быть! Я ведь ничего не успела скинуть в облако или на флешку.

Кое-как приведя стол в порядок и немного успокоившись, я осмотрела ноут. Липкие пятна по-прежнему были, но на него попало не так уж много жидкости. Я потрясла его, повертела – вроде бы ничего не вытекало. Аккуратно протерла влажными салфетками все мокрые пятна и рискнула включить. Легко догадаться, что делать мне этого не следовало? Он вроде бы завелся, на экране что-то появилось, а через мгновение все потухло.

Мой крик ужаса, наверное, слышало все общежитие!

И через пять минут я стояла перед дверью Райана. Неуверенно потопталась на месте, тяжело вздохнула и постучала.

Вы спросите, почему такое странное поведение? Вы ведь снова друзья. И да, это правда. Но я все еще опасалась, что он на самом деле не до конца отошел, и старалась не навязывать общение сама. Все разговоры, переписки и встречи – были по его инициативе. А просить внимания первой было страшновато.

Но я переживала зря. Райан открыл дверь и широко улыбнулся при виде меня:

– Привет, Баркер! Какими судьбами? – Но потом заметил слезы в моих глазах и насторожился: – Что случилось?

– Кажется, я только что убила свой ноутбук! – всхлипнула я и разрыдалась. Глупо, знаю, но в этом компьютере вся моя жизнь. Я с ума сойду восстанавливать все, что там хранилось!

– Эй, ты чего! – Райан взял меня за плечи и заглянул в глаза. – Это же всего лишь ноут! Из-за него точно не стоит плакать. Лучше заходи.

Я прошла внутрь, все еще всхлипывая и вытирая слезы. Огляделась. Почему-то комнату Кросса я представляла именно такой. Книжная полка, несколько плакатов с фильмами, пара фоток друзей на стене, огромный монитор на столе, к которому подключен ноутбук. В углу кучей свалена одежда, на разобранной кровати валялись тетрадки и миска с чипсами.

Типичная мужская комната. И ей чуточку не хватало уюта. Хотя кто бы говорил об уюте! У меня самой в общежитии до сих пор нет ни занавесок, не покрывала, ни каких-нибудь милых вещиц.

Райан поспешно сгреб тетрадки с кровати, кое-как расправил одеяло и предложил присесть:

– Давай сюда пострадавшего и располагайся!

Я протянула ему ноутбук, разулась и с ногами забралась на кровать. Парень расчистил стол и водрузил «утопленника» под лампу.

– Что случилось? Он какой-то липкий.

– Кола, – вздохнула я. – Пол-литра колы. Я выдернула из него зарядку и выключила. Протерла. Он не выглядел особо пострадавшим, и я его…

– Включила, – закончил за меня Кросс и покачал головой. – Почему люди никак не запомнят, что залитую технику сразу включать нельзя?

– В свою защиту скажу, что со мной такое впервые, – успокоившись, ответила я. – Ты ведь сможешь его спасти?

– Посмотрим. – Райан достал из ящика стола какие-то инструменты. – Но ничего обещать не буду.

Следующие минут десять Кросс ковырялся в моем ноутбуке. Он был очень осторожен при разборе, аккуратно раскладывал по столу составные части, чтобы ничего не потерять и не перепутать. Бурчал нелестные эпитеты в адрес безалаберной хозяйки и обещал ноуту, что обязательно его спасет. Наблюдать за всем этим без улыбки было сложно.

А еще сложно было оторвать взгляд от самого парня. Райан встретил меня в одних домашних шортах и, увлекшись ноутом, футболку надеть забыл. Так что теперь, когда я отдала ноут в надежные руки и успокоилась, я не знала, куда деть глаза – они неизменно возвращались к голой спине парня. Я знала, что он в хорошей форме, я чувствовала его сильные руки, когда он меня обнимал раньше. Но мы не виделись столько времени! Мне кажется, он стал еще более мускулистым.

Загорелая гладкая кожа. Немного веснушек на широких плечах. Рельефные руки. Красивая спина, что уж тут сказать.

Низ моего живота предательски напрягся, и я на пару мгновений затаила дыхание, представляя, как мои ногти оставляют на этой идеальной спине широкие красные полосы. У меня даже щеки загорелись от этих неприличных мыслей.

– Я тебя смущаю? Могу одеться, – услышала я голос Кросса. Он явно почувствовал мой взгляд и обернулся.

– Э-э-э-э… Да нет, все нормально, – кое-как выдавила из себя я.

Мне мгновенно стало ужасно стыдно. Меня поймали с поличным.

Саманта, у тебя же есть бойфренд! Красивый бойфренд! Что за бесстыдные мысли? У тебя что, овуляция?

Райан усмехнулся и вернулся к ноутбуку, а я пристыженно спрятала глаза в телефон.

– Итак, Баркер! У меня плохие новости, – еще через пять минут сообщил мне парень. – Без сервисного центра не обойтись. Как я и опасался, пострадала материнская плата. Тут я никак помочь уже не могу.

Но, увидев ужас в моих глазах, улыбнулся и добавил:

– Но я могу вынуть жесткий диск и достать оттуда файлы. Есть флешка?

Я выдохнула с облегчением и выудила из кармана резинового Дарта Вейдера. Райан вернулся к моему ноуту.

Еще через пяток минут, когда ноутбук был собран, а основные файлы качались на флешку, Кросс спросил:

– Чем займемся в ближайшие… – Он присмотрелся к окошку копирования. – Полтора-два часа?

Я пожала плечами. Наверное, мне стоило уйти и вернуться позже. Но делать это, разумеется, совершенно не хотелось.

– Можем найти что-нибудь новенькое на «Нетфликсе». Мне советовали один сериал, как раз успеем пару серий глянуть, – предложил Райан.

– Почему бы и нет, – я согласно кивнула.

– Тогда двигайся! – велел он и выудил из рюкзака планшет.

Мы начали смотреть кино целомудренно: сидя, с планшетом между нами. Но стена была слишком жесткой и холодной, поэтому вскоре мы уже лежали на узкой кровати, стараясь при этом держать дистанцию. Любой, кто бывал в общежитиях, должен понимать – это невозможно. Мы возились-возились, терпели неудобства и в конце концов легли в обнимку. Мы ведь знакомы уже кучу времени… Мы снова друзья… Мы ведь не делаем ничего особенного, верно?

Только я не могла сосредоточиться на сериале. Сердце стучало неприлично часто, и я молилась, чтобы Райан этого не заметил. Наверное, ему все же стоило надеть футболку.

Как и когда-то на киновечере у Альдо, пальцы Райана рассеянно рисовали на моем плече круги. Легкие приятные прикосновения, ни к чему не обязывающие и невинные, но возвращающие в далекие времена, когда было безумно хорошо. Я закрыла глаза и глубоко вдохнула: терпкие и сладкие ноты его одеколона щекотали ноздри, а в голове сами собой вновь всплыли неприличные фантазии. Боже, где же твой самоконтроль, Саманта!

– Мне нравится твой шампунь, – тихо проговорил парень. – Апельсины с корицей?

– Угадал, – улыбнулась я. – А чем пахнешь ты? Что-то очень знакомое.

– Понятия не имею. Мама сунула в чемодан, когда отправляла меня в интернат. Мне понравилось – вот и оставил.

– Понятно.

Содержательный разговор. Ничего не скажешь.

Пришло время признать: общаться с человеком один на один, когда у вас было какое-никакое, но романтическое прошлое, сложно. Очень сложно! Тем более сейчас, когда мы лежим в кровати слишком близко друг к другу.

– Ты скучаешь по Лос-Перросу? – спросил Райан, смотря в экран и продолжая рисовать круги на моем плече.

– Немного, – призналась я. – Я ненавижу жару и школу, но девчонок мне не хватает.

– Уезжать от друзей всегда тяжело, – вздохнул он. – Не представляю, как ты делала это все предыдущие годы.

– Легко! Просто ни с кем не сближалась. Но стать снова подростком оказалось слишком трудно. Непривычно. Нервно. Я не могла быть приклеенной к тебе круглые сутки. Я жила без семьи. И в этом огромном доме постепенно начала сходить с ума от одиночества. Только я опасалась, что меня раскроют, и продолжала держаться особняком. Но Мия просто не оставила мне шанса. Ты ведь знаешь, какая она энергичная.

– Ты хоть раз с ними общалась после?

– Нет. Было немного не до этого. Хоть я и сохранила телефон, но так ни разу им и не воспользовалась. Пока тебя не встретила.

– А что мешает написать Мие сейчас?

– А ты как думаешь? – саркастично спросила я и покосилась на парня. – Я пропала почти на год. А они ведь тоже мне писали и пытались наладить связь. Значит, без объяснений не обойтись. А я не хочу. Это очень изматывающе. Мне повезло, что ты оказался таким понимающим. А если они не такие? Не хочу рисковать и разрушать сошедшую на нет дружбу громкими скандалами.

– Баркер, ты всегда такая? – Райан поставил кино на паузу, приподнялся на локте и пристально на меня посмотрел.

– Какая?

– Осторожная. Закрытая. Хотя, вернее сказать, трусливая. Ты настолько не любишь конфликты, что готова остаться без друзей, зато избежать скандала?

– Райан, я с трудом пережила депрессию. – Я посмотрела на него сурово. – Уж прости, что берегу свое психическое здоровье как могу.

– Ты не бережешь. Ты сбегаешь от проблем, – покачал головой парень. – Разве твой терапевт этого не говорил? Допустим, со мной все понятно: запрет от родителей, договор и прочая ерунда. Но девчонки? Но Ноа? С ними ты могла бы объясниться! Тебя ведь это гложет.

– И что я им скажу? – раздраженно поинтересовалась я. Мне совсем не нравилось, куда свернул наш разговор. – Привет, я Саманта, но не та Саманта. Я обманывала вас целых три месяца. Извините, что так получилось?

– Ты можешь рассказать им все как есть. Так же, как рассказала мне. И если тебе станет легче, я даже не против, если ты упомянешь контракт. Зато у тебя снова будут друзья. Тебе ведь так этого не хватает!

– Я этого не говорила. Мне не нужны друзья, – пробурчала я.

– Врешь! Баркер, я же вижу, что ты врешь! Ты опять врешь! – Отчего-то Райан завелся не на шутку. – Сколько можно? Тебе самой-то не надоело?

– Эй, полегче! – я обиженно села. – Я обещала тебе не врать, и я не вру.

– При чем тут я! Ты не мне врешь, а себе. – Парень тоже сел и строго посмотрел мне в глаза. – Я чувствовал это тогда и чувствую это сейчас. Ты боишься новых людей, но тебе отчаянно не хватает тех, с кем можно сходить в кафе или посмотреть новый фильм в кино. Ты потеряла своих взрослых друзей, не хочешь заводить новых и боишься написать старым. Как ты вообще собираешься жить дальше? Вечно одна?

– Я… Я… – У меня пропал дар речи от такого напора. – У меня есть бойфренд, у меня есть знакомые. Этого достаточно. Мне не нужны друзья.

– Тогда зачем ты написала мне?

Бум! Вот и главный вопрос прозвучал вслух.

И правда, зачем я это сделала? Импульсивный поступок, у которого нет объяснения? Неправда. Так не бывает. У всего и всегда есть причина. «Не знаю» – это не ответ.

Райан прав (и когда он только стал таким умным): я бегу от проблем. Конкретно от этой проблемы особенно. Я отказалась прорабатывать все, что касалось Лос-Перроса, а теперь это выходит мне боком. Да, за время терапии я уяснила: прогресса не будет, пока я не перестану убегать от своих чувств и самой себя. Прошлой осенью я выбрала самый энергосберегающий и безопасный путь: без конфликтов, без стрессов, без людей. Я не возвращалась домой, чтобы не объясняться с родителями, я не писала старым друзьям. Мне повезло встретить Оливера, и я решила, что его будет достаточно. С ним ведь так тихо, мирно и спокойно. Это ведь все, что мне нужно! Так зачем я написала Кроссу, сознательно обрекая себя на громкое и мучительное выяснение отношений? Чего я искала?

– Я не знаю, – вслух я ответила скорее себе, чем ему. Потому что я правда не знаю. Не знаю. НЕ ЗНАЮ!

– Тогда я советую тебе серьезно подумать над этим.

Тренькнул компьютер, сообщая, что копирование файлов завершено. И я не преминула воспользоваться этим фактом, чтобы спастись от неудобного разговора. Слезла с кровати, отсоединила флешку и жесткий диск, взяла под мышку ноутбук. Замерла, опасаясь смотреть на Райана.

– Спасибо за помощь, – сухо проговорила я. – Я думаю, мне лучше уйти.

Парень тяжело вздохнул и сел.

– Даже серию не досмотрим?

– Нет, мне ведь нужно найти сервисный центр или купить новый ноутбук. – Я бросила на Райана быстрый взгляд и пошла к двери. – Еще раз спасибо.

– Баркер, ты не можешь вечно убегать от проблем! – крикнул он мне вдогонку.

«Но я могу попытаться!» – подумала я и выскользнула за дверь.