Туман. Вокруг был лишь только туман. Анна медленно шла по холодному полу, погружаясь в глубины обволакивающей мглы. Пар окутывал девушку целиком, он был настолько ледяным, что, казалось, пронизывает все тело Анны вплоть до самого сердца. Каждый шаг отдавался глухим эхом в бесконечной пустоте, словно она шла по дну океана, где звуки тонули в густой, вязкой атмосфере. Воздух здесь был особенным – не совсем воздух, а что-то среднее между дыханием и водой, заполняющее легкие странным, почти металлическим привкусом.

Анна вытянула пальцы и подняла их прямо перед глазами, а затем осмотрела всю себя: все то же самое, как и в обычном осознанном сне, только с меньшими возможностями управлять окружением. Ее руки казались призрачными в этом тумане, словно сотканными из того же серебристого пара, что окружал ее со всех сторон. Пальцы дрожали не от холода, а от какого-то внутреннего напряжения, которое она не могла объяснить. По всей видимости, это тот самый коридор, о котором говорил профессор Грин: нейтральное пространство, которое связывало подсознания Анны и Марка. Это место существовало вне времени и пространства, в промежутке между реальностью и сном, между сознанием и бессознательным.

Девушка внимательнее осмотрела свою одежду: обычные босоножки, синие джинсы и бежевый пуловер – самый простой прикид, что она надевает в обычное время в реальности. Босоножки были слегка потертыми, с небольшими царапинами на коже, которые она получила во время последней прогулки по Линкольн-парку. Джинсы сидели точно так же, как всегда, – чуть свободно в бедрах, с едва заметным пятном от кофе на левом колене, которое она так и не смогла полностью отстирать. Пуловер был мягким и уютным, с небольшой дырочкой у левого локтя, которую она обнаружила только на прошлой неделе. Она привыкла в снах одеваться роскошно и элегантно, представляя себя в дизайнерских платьях, изысканных украшениях и туфлях на высоких каблуках, но при этом понимала, что в данной ситуации это не совсем уместно, ведь Анна пришла спасать своего любимого. Только кого на самом деле нужно спасать?

Перестав осматриваться вокруг, Анна медленным неуверенным шагом направилась вглубь тумана, чтобы раскрыть его тайны и загадки. Каждый шаг требовал усилий, словно она шла против невидимого течения. Туман сгущался и разрежался волнами, создавая причудливые узоры и формы, которые на мгновение казались знакомыми лицами или предметами, а затем снова растворялись в серой пустоте. Порой девушка замедляла шаг и останавливалась, слушая тишину, которая казалась еще более глубокой в этом мире. Тишина здесь была не просто отсутствием звука – она была живой, дышащей, наполненной невысказанными словами и нереализованными возможностями.

Ее грудь ритмично поднималась и опускалась, создавая облака пара, которые разбивали непроницаемую пелену вокруг нее. Каждый выдох был виден в холодном воздухе, образуя маленькие вихри, которые танцевали перед ее лицом, прежде чем исчезнуть в общей массе тумана. Легкий ветер, играющий с ее волосами, добавлял нотку загадочности к этому пространству. Волосы развевались вокруг ее лица, щекоча щеки и иногда попадая в глаза, заставляя ее отбрасывать их рукой. Ветер здесь был странным – он дул не с какой-то определенной стороны, а словно возникал из самого пространства, из складок реальности.

Как будто по невидимой нити, оставляя метки по незримому пути, она продолжала свое странствие через облака неизвестности. Под ногами пол был гладким и холодным, но она не могла понять, из чего он сделан – то ли из камня, то ли из металла, то ли из чего-то совершенно неземного. Поверхность отражала свет, который, казалось, исходил отовсюду и ниоткуда одновременно. Изредка она слышала отдаленные звуки биения сердца, дыхания или тихих шагов, но бо́льшую часть времени обращалась внутрь себя, погруженная в свои мысли и чувства. Эти звуки приходили волнами – то приближаясь, то удаляясь, словно эхо в огромной пещере. Иногда ей казалось, что она слышит шепот, но, когда прислушивалась внимательнее, звуки исчезали.

Она чувствовала, что движется в правильном направлении: в этом месте ее эмоции обострились – она отдалась своему внутреннему чутью и лишь двигалась вперед, полная надежды, что туман вскоре раскроет свои тайны. Каждый шаг приносил новые ощущения – то тепло, то холод, то странное покалывание в кончиках пальцев. Воздух вокруг нее пульсировал, словно живое существо, реагируя на ее присутствие и эмоции.

– Анна, – прошептал знакомый голос где-то впереди. Голос был едва слышным, но в этой абсолютной тишине он прозвучал как гром. Он нес в себе нотки тоски и отчаяния, которые мгновенно отозвались в ее сердце.

– Марк? – так же тихо спросила она, остановилась и осмотрелась вокруг. Ее голос дрожал от волнения и страха. – Где ты?

– Помоги мне. – Его голос стал тяжелее, в нем появились нотки боли и безысходности. – Прошу, помоги мне. Спаси меня!

– Что мне нужно сделать? – теперь Анна спросила громче и побежала на звук голоса любимого. Ее сердце забилось сильнее, адреналин разлился по венам, заставляя ее двигаться быстрее, несмотря на сопротивление тумана.

Ответа не последовало. Должно быть, нечто мешает ее любимому прийти к ней. Может, это «нечто» мешало все это время построить паре счастливые отношения? Может, оно виновно в том, что Марк так отстранялся от Анны? И этот «монстр» настолько глубоко засел в Марке, что он не хочет просыпаться? Анна чувствовала, как в ее груди растет тревога, смешанная с решимостью. Что бы ни стояло между ними, она была готова с этим бороться.

– А-а-а-а-а! – прокричал Марк. – Помоги, Анна! Помоги, моя любимая!

Услышав заветное «любимая», Анна почувствовала прилив сил и прибавила скорости, руками расталкивая пар в попытках что-нибудь разглядеть, кроме пустоты. Туман сопротивлялся ее движениям, словно живая субстанция, не желающая выпускать ее из своих объятий. Руки ее двигались, рассекая серую массу, но та тут же смыкалась за ней, не оставляя следов ее прохождения. Казалось бы, она находилась в мире снов и могла телепортироваться куда угодно, но у коллективных сновидений иные правила: она не могла управлять пространством вокруг, так как находилась не в своем мире, а в нейтральном коридоре.

Внезапно чуть вдалеке девушка увидела две фигуры. Силуэты были размытыми, словно видимые сквозь толщу воды, но постепенно становились четче по мере ее приближения. В первом силуэте она сразу узнала Марка – его характерную осанку, способ держать голову, знакомые очертания плеч, из-за чего бросилась к нему. Сердце ее забилось еще быстрее, в груди разлилось тепло узнавания и надежды. Приблизившись к паре, она разглядела во второй фигуре саму себя. На ней было надето бордовое вечернее платье – девушка сразу поняла, что это воспоминание. Платье было из шелка, с глубоким вырезом и изящными бретельками, которое она надевала только по особым случаям. Ткань переливалась в неярком свете этого места, создавая почти гипнотический эффект. Одно из самых коротких свиданий с Марком.

– Ты приехал всего лишь десять минут назад, а тебе уже надо возвращаться? – возмутилась Анна в платье. Ее голос звучал разочарованно и обиженно, с нотками плохо скрываемой грусти.

– Прости, дорогая, но мне надо работать, – неловко оправдывался Марк из прошлого. Он избегал ее взгляда, теребил в руках ключи от машины, переминался с ноги на ногу.

– Я же вижу, что это не так, – непонимающе сказала она, делая шаг ближе к нему. – В чем дело? Ты можешь со мной поделиться.

Прямо напротив возникла третья фигура: темная, злобная, похожая на монстра из гнили. Существо было высоким и худым, с длинными, словно паучьи лапы, конечностями. Его тело казалось состоящим из черной, маслянистой субстанции, которая постоянно двигалась и пульсировала. Лицо было размытым, но в нем угадывались черты, которые показались Анне знакомыми. Марк бросил взгляд на фигуру и тут же переменился, задрожал, словно увидел свой самый страшный кошмар.

– Анна, еще раз прости, – в легкой панике сказал он срывающимся голосом, отступая от темной фигуры, – давай встретимся на следующей неделе. Я обещаю, что свожу тебя в отличное место.

– Я… я… – грустно вздохнула Анна из воспоминания, опуская глаза. – Да, конечно.

Мужчина резко поцеловал девушку будто для галочки и исчез. Поцелуй был холодным и поспешным, без той нежности, которую она так жаждала. Темная фигура осталась на своем месте, ее присутствие наполняло пространство зловещей энергией. Анна в бордовом платье испарилась, словно мираж, а на ее место подошла реальная Анна.

– Кто ты? – спросила свидетельница своего воспоминания, сжимая кулаки от нарастающего гнева. – Кто ты, черт тебя побери?

Гнилая сущность усмехнулась, издав звук, похожий на скрежет металла по стеклу. Эйрд так и не понимала, кто стоит за темной оболочкой. Существо казалось воплощением всех страхов и сомнений, которые терзали Марка. Сущность лишь кивнула куда-то вдаль за Анной, из-за чего та повернула голову и увидела другое воспоминание.

– Почему ты со мной не делишься, что у тебя на работе? – недоумевала Анна, стоя в домашнем облачении на кухне. Она была одета в мягкие домашние брюки и уютный свитер, волосы собраны в небрежный хвост. Кухня вокруг них была залита теплым светом настольной лампы, создавая атмосферу уюта и интимности. – Я же спокойно рассказываю о том, как работаю над сложным проектом. А еще я беспокоюсь, что попаду под сокращение, потому что искусственный интеллект стал еще более продвинутым. Как я устала от этого беспокойства, что могу потерять не то чтобы работу, а свою профессию…

– Я же говорю, что в моей работе важна конфиденциальность. – Марк из воспоминания сидел на стуле, сгорбившись. Он был усталым и отстраненным, его глаза смотрели куда-то в сторону, избегая ее взгляда. Руки его лежали на столе, пальцы нервно постукивали по поверхности. – Я ничего не могу сказать.

– А ты думаешь, что я не подписывала соглашения о неразглашении? – Девушка повысила голос, в нем появились нотки отчаяния. – Да даже психологи рассказывают своим партнерам о своих клиентах, просто не упоминают имен. Мне же интересно, какие у вас судебные кейсы, связанные с генеративным контентом. Мне кажется, что там столько всего интересного. Я считаю, что нам нужно доверять друг другу. Разве нет? – Она опустилась на колени и положила свои руки на плечи любимого, пытаясь установить физический контакт, который мог бы преодолеть эмоциональную дистанцию между ними.

– Ты знаешь… – Голос мужчины стал более доброжелательным, в нем появилась нотка тепла, но внезапно возле Марка снова появилась темная пугающая фигура, из-за которой он даже вздрогнул. Существо словно высасывало из него всю готовность к близости. – Прости, нет.

– Да что с тобой такое?

– Давай пойдем спать, я устал.

– Насколько сильно устал? – Анна стала водить ладонями по более интимным местам, пытаясь пробудить в нем желание близости.

– Очень устал. – Мужчина отстранился и покинул кухню, оставив ее одну с ее потребностью в близости и понимании.

Анна продолжила сидеть на коленях на кухне. Она от злости сжала руки в кулаки, сделала глубокий вдох, но сдержала эмоции в себе. Ее лицо отражало борьбу между желанием выплеснуть фрустрацию и попыткой сохранить достоинство. Через мгновение девушка в домашнем костюме улыбнулась натянутой улыбкой и направилась в свою комнату, а гнилая фигура посмотрела на ту, что наблюдала за своим воспоминанием.

– Ах ты сволочь! – Анна из настоящего подошла вплотную к существу, ее глаза горели яростью. – Это все ты! Кто ты? Что ты?

Она взяла нож с кухни и стала им ударять по черной гнили со всей силы, но все было без толку: нож лишь шел по телу, как по воздуху. Металл проходил сквозь темную субстанцию, не причиняя ей никакого вреда. Фигура засмеялась от попыток Анны уничтожить ее, звук ее смеха эхом разносился по пространству. Одно лишь радовало: она нашла источник всех своих бед. Надо лишь избавиться от него.

И снова вдалеке Анна услышала очередной крик Марка, но она была уверена, что это настоящий Марк, а не его проекция из прошлого. Крик был полон боли и отчаяния, заставляя ее сердце сжиматься от сочувствия. Сквозь густой туман Анна бежала со всей силы, лишь бы поскорее увидеть любимого и помочь ему. Туман сгущался вокруг нее, словно пытаясь замедлить ее движение, но она продолжала бежать, руководствуясь только звуком его голоса. И наконец ей удалось добежать до чего-то видимого и осязаемого – огромной железной двери, что вела во внутренний мир любимого, за которой были слышны его крики.

Дверь была массивной и древней, покрытой сложными узорами и символами, которые казались знакомыми, но в то же время совершенно чужими. Металл был холодным на ощупь, с шероховатой поверхностью, которая царапала кожу. Ручка была большой и тяжелой, украшенной витиеватыми завитками. Она принялась одержимо то тянуть, то отталкивать ручку, но все попытки открыть дверь были тщетны. Замок не поддавался, словно запечатанный магией или чем-то еще более могущественным.

– Марк! Марк! – Анна стучала в дверь как можно сильнее, ее кулаки болели от ударов по твердому металлу. – Я здесь! Открой!

– Хватит на меня давить! Перестань! Я уже не могу!

– О чем ты?

– Джон, прекрати! – Голос Марка переменился, он стал более детским, полным страха и беспомощности. – Дай мне пройти!

Анна обернулась и увидела новое воспоминание, в котором восьмилетний Марк стоял напротив шестнадцатилетнего парня, тот не давал ему прохода. Сцена разворачивалась в узком коридоре дома, стены которого были украшены семейными фотографиями. Высокий блондин с длинными волосами пусть не был похож на Марка, но было очевидно, что он его брат. Джон был значительно выше и сильнее, его лицо выражало жестокое удовольствие от власти над младшим.

– Джон, пусти меня! – Маленький Марк пытался пробиться, но безуспешно: его старший брат был намного сильнее. Ребенок был одет в школьную форму, его волосы были растрепаны, на лице читалось отчаяние. – Кэтрин ждет меня!

– Никто тебя не ждет! – усмехнулся Джон, блокируя проход своим телом. – Ты остаешься дома.

– Но мама разрешила к ней пойти! – Марк все пытался пробиться, его голос дрожал от слез. – Пусти! Это же мое первое свидание!

– «Свидание», – едко произнес старший брат Марка и с силой поднял ребенка. – Какие свидания в твоем возрасте? Знаешь, останься дома. Я тебе скажу по секрету: от девушек одни проблемы, держись от них подальше.

– Что ты делаешь? – маленький ребенок возмутился, что его тащат. – Дай пройти! Отпусти, Джон! Умоляю.

– Побудь дома, пока родители домой не вернутся, – холодно сказал блондин, запихал мальчика в гардеробную и закрыл дверь на ключ. Маленький Марк стал со всей силы биться о дверь, пытаясь выйти. Его крики и плач эхом разносились по дому, но Джон уже ушел, оставив брата в темноте.

– Выпусти меня! – со слезами на глазах кричал младший брат. – Выпусти меня!

– Какой ужас… – прошептала Анна, смотря на эту сцену. Ее сердце сжималось от сочувствия к маленькому Марку, который испытывал такую жестокость от собственного брата.

За дверью, возле которой стояла Анна, снова послышались крики.

– Нет! Перестань! – кричал уже взрослый Марк. – Выпусти меня!

– Марк, открой, прошу! – Анна снова попыталась безуспешно открыть дверь. – Я помогу тебе!

– Я не знаю, что мне поможет! – кричал он. – Все это не имеет смысла!

Рядом с Анной снова появилась ходячая черная гниль, которая ехидно засмеялась, уставившись на нее.

– Можешь не прятаться за этой оболочкой! – злобно сказала Анна. – Я знаю, что это ты, Джон. Хотя знаешь, твоя внешность полностью отражает тебя самого, только бы волосы следовало покрасить в черный!

– А-ха-ха, пытаешься быть остроумной? – «Гнилой» Джон даже ни на секунду не задумывался о сожалении. – Знаешь, Марк в шестнадцать лет хотел в первый раз заняться сексом с одной девушкой, а я ему сказал, что у него не встанет. Он настолько испугался, что отменил свидание. Я так смеялся.

Она взяла нож с кухни и стала им ударять по черной гнили со всей силы, но все было без толку: нож лишь шел по телу, как по воздуху. Фигура засмеялась от попыток Анны уничтожить ее. Одно лишь радовало: она нашла источник всех своих бед. Надо лишь избавиться от него.

И снова вдалеке Анна услышала очередной крик Марка, но она была уверена, что это настоящий Марк, а не его проекция из прошлого. Сквозь густой туман Анна бежала со всей силы, лишь бы поскорее увидеть любимого и помочь ему. И наконец ей удалось добежать до чего-то видимого и осязаемого – огромной железной двери, что вела во внутренний мир любимого, за которой были слышны его крики. Она принялась одержимо то тянуть, то отталкивать ручку, но все попытки открыть дверь были тщетны.

– Марк! Марк! – Анна стучала в дверь как можно сильнее. – Я здесь! Открой!

– Хватит на меня давить! Перестань! Я уже не могу!

– О чем ты?

– Джон, прекрати! – Голос Марка переменился, он стал более детским. – Дай мне пройти!

Анна обернулась и увидела новое воспоминание, в котором восьмилетний Марк стоял напротив шестнадцатилетнего парня, тот не давал ему прохода. Высокий блондин с длинными волосами пусть не был похож на Марка, но было очевидно, что он его брат.

– Джон, пусти меня! – Маленький Марк пытался пробиться, но безуспешно: его старший брат был намного сильнее. – Кэтрин ждет меня!

– Никто тебя не ждет! – усмехнулся Джон. – Ты остаешься дома.

– Но мама разрешила к ней пойти! – Марк все пытался пробиться. – Пусти! Это же мое первое свидание!

– «Свидание», – едко произнес старший брат Марка и с силой поднял ребенка. – Какие свидания в твоем возрасте? Знаешь, останься дома. Я тебе скажу по секрету: от девушек одни проблемы, держись от них подальше.

– Что ты делаешь? – маленький ребенок возмутился, что его тащат. – Дай пройти! Отпусти, Джон! Умоляю.

– Побудь дома, пока родители домой не вернутся, – холодно сказал блондин, запихал мальчика в гардеробную и закрыл дверь на ключ. Маленький Марк стал со всей силы биться о дверь, пытаясь выйти.

– Выпусти меня! – со слезами на глазах кричал младший брат. – Выпусти меня!

– Какой ужас… – прошептала Анна, смотря на эту сцену.

За дверью, возле которой стояла Анна, снова послышались крики.

– Нет! Перестань! – кричал уже взрослый Марк. – Выпусти меня!

– Марк, открой, прошу! – Анна снова попыталась безуспешно открыть дверь. – Я помогу тебе!

– Я не знаю, что мне поможет! – кричал он. – Все это не имеет смысла!

Рядом с Анной снова появилась ходячая черная гниль, которая ехидно засмеялась, уставившись на нее.

– Можешь не прятаться за этой оболочкой! – злобно сказала Анна. – Я знаю, что это ты, Джон. Хотя знаешь, твоя внешность полностью отражает тебя самого, только бы волосы следовало покрасить в черный!

– А-ха-ха, пытаешься быть остроумной? – «Гнилой» Джон даже ни на секунду не задумывался о сожалении. – Знаешь, Марк в шестнадцать лет хотел в первый раз заняться сексом с одной девушкой, а я ему сказал, что у него не встанет. Он настолько испугался, что отменил свидание. Я так смеялся.

– Какая же ты сволочь! – завопила Анна. – За что ты так с ним?

– Я никогда об этом не задумывался. Я просто действовал так, как хотел. И знаешь что? Родители верили чаще мне, чем ему. – Гнилая фигура продолжила злобно смеяться. – Я мог делать все, что угодно.

– Чтоб ты сдох!

– А ты знаешь, что я умер? Из-за Марка, кстати. Он был уже взрослым и сильным, а я все не мог успокоиться. В кои-то веки он смог дать мне в морду, когда я в очередной раз упрекнул, что он неудачник в отношениях. Я сначала не подумал, что удар был настолько сильным, а просто сел в машину и отправился в поход. Ничто не предвещало беды, как моя голова резко закружилась на крутом склоне, и я упал с огромной высоты. Полиция сказала, что это несчастный случай, но Марк сразу посчитал, что это случилось из-за сильного удара по лицу. Он до сих пор винит себя во всем.

– Прости меня! Прости меня! – кричал Марк за дверью.

– Это все из-за тебя! Неудачник! Ты теперь точно никогда не построишь отношения! – резко повысил голос «гнилой» Джон.

– Не слушай его, любимый! – прокричала Анна в дверь. – Я тут! Я пришла за тобой!

– Что ты делаешь? – Джон будто бы вздрогнул и стал постепенно расщепляться.

– Ты не виноват, что он над тобой издевался! Ты не виноват, что был маленьким, Марк, и не мог дать сдачи своему брату! Это он тебя спровоцировал и получил по заслугам!

– Перестань! – «Гнилой» Джон все больше расщеплялся и светлел. – Не надо ему это говорить!

– Я принимала тебя таким, какой ты есть, с самого начала! Я сделала столько, чтобы вернуть тебя, потому что люблю тебя! И я хочу, чтобы мы наконец-то снова воссоединились и полюбили друг друга самой искренней и чистой любовью!

– Нет! Нет! – Джон практически полностью расщепился. – Не-е-е-е-т!

Гнилая сущность взорвалась изнутри, из нее посыпались яркие звезды, которые отправились далеко наверх, а туман стал рассеиваться. За дверью послышался звук защелки. Анна снова попыталась ее открыть, и на этот раз успешно.

– Получилось! – радостно крикнула Анна. – Получилось, Марк!

– Иди ко мне, любимая! – послышалось вдалеке. – Иди!

Анна открыла дверь и увидела перед собой большой пустой город и светлое небо. Это был современный мегаполис, похожий на Чикаго. Небоскребы тянулись к небу, их стеклянные фасады отражали солнечный свет, создавая ослепительные блики. Улицы были широкими и чистыми, но совершенно пустынными. Прямо возле входа на фоне бесконечных высоток располагалась золотая статуя, точь-в-точь похожая на Марка, – это точно внутренний мир Марка Брауна, который можно было бы назвать «Браунтауном».

Анна мельком осмотрела статую и ощутила от нее дискомфорт: взгляд золотого Марка был надменным, а его расправленные плечи и широко расставленные ноги будто говорили посетителям, что главный тут он, а вы, гости, – ничтожества. Статуя была выполнена в классическом стиле, с тщательно проработанными деталями – каждая складка одежды, каждая черта лица были переданы с поразительной точностью. Постамент был украшен барельефами, изображающими различные сцены триумфа и власти. Чем дольше Анна рассматривала статую, тем больше ей хотелось отстраниться от нее: как будто под покровом золота таилась липкая мерзкая грязь вроде той, что она видела в образе брата Марка.

Может, это все субъективное восприятие Анны и просто глупые додумки? Анна отошла от статуи и направилась к центру города: ведь именно оттуда доносился тот самый голос, который она хотела слышать всегда.

Анна пробежала несколько сотен футов, и мегаполис резко переменился: окружение стало похоже на европейский город наподобие Парижа с невысокими старинными зданиями. Архитектура была изысканной и романтичной – узкие улочки, мощенные булыжником, старинные фонари, балконы с коваными перилами, украшенные цветами. Яркое синее небо резко сменилось темной, покрытой звездами атмосферой, а улицы освещались винтажными длинными фонарями, создавая атмосферу старого европейского города.

Девушка шла по тесным улочкам, заполненным кирпичными домами, и чувствовала, что ее любимый ждет в самом центре города. Здания вокруг нее были покрыты плющом, окна украшены цветочными ящиками, а воздух наполнен ароматом свежей выпечки и кофе. Она бежала по пустынным улицам, и спустя мгновение город снова изменился: превратился в полуразрушенную провинциальную деревню, наподобие тех, что сейчас находятся в Айове.

Дома здесь были старыми и обветшалыми, с облупившейся краской и покосившимися заборами. Дороги были грунтовыми, покрытыми пылью, а вокруг простирались бескрайние поля кукурузы. Несмотря на светлое время суток, это место вызывало лишь чувство полного упадка и безнадежности. Ветер гонял по улицам сухие листья и обрывки бумаги, создавая атмосферу заброшенности.

Ей стало некомфортно, но она двинулась дальше к центру города. Анна приближалась к Марку, провинциальный пейзаж сменился снова современным мегаполисом. Небоскребы снова возвышались вокруг нее, но теперь они казались более мрачными, их тени падали на улицы, создавая лабиринт света и тьмы. Из-за этого ей пришлось повернуть в другую сторону. Ее путь напоминал сложный лабиринт подсознания, который менялся сам по себе в случайные периоды времени.

Наконец-то вдалеке она увидела Марка и побежала к нему. Он стоял прямо в центре города, возле небольшого домика, в котором, очевидно, проживал. Этот белый каменный домик с коричневой угловатой крышей словно предназначался для кукол, особенно на фоне бескрайних стеклянных небоскребов. Дом был окружен маленьким садиком с аккуратно подстриженными кустами и цветочными клумбами, что создавало странный контраст с урбанистическим окружением.

В отличие от Анны, мужчина выглядел куда более стильно: он был одет в строгие темные брюки, светлую рубашку и коричневый кардиган. Рубашка была идеально выглажена, кардиган сидел по фигуре, подчеркивая его силуэт. Обут он был в кожаные черные ботинки, которые блестели, словно только что отполированные, использовал дорогие стальные часы в качестве аксессуара и, конечно же, не обошелся без стильной прически, будто собирался на важный вечер. Волосы его были аккуратно уложены, каждый волосок на своем месте.

Если бы в реальности по этому образу можно было оценить неплохой заработок мужчины, то в снах его внешность показывала, насколько ему важно выглядеть хорошо. Еще бы, ведь все вокруг – мир, который принадлежит только ему.

– Марк! – кричала девушка, приближаясь к любимому мужчине. – У нас получилось!

– Иди же ко мне, любимая! – Он радостно помахал ей. – Моя спасительница!

До мужчины оставалось почти двести дюймов. Анна почти добежала до мужчины своей мечты, представляя, как окажется в его объятиях и страстно поцелует, но все изменилось, когда Анна внезапно уперлась в невидимую стену.

– Что за…? – ошарашенно спросила девушка.

– Иди же ко мне! – крикнул Марк в сторону девушки.

– Я не могу к тебе подойти! Не могу! – непонимающе крикнула она и стала бить по невидимой прозрачной прочной стене. Поверхность была гладкой и холодной, как лед, но абсолютно прозрачной. Она пыталась обойти стену, но безуспешно: она оказалась заперта в невидимой крохотной клетке.

Словно призрак, прямо мимо Анны пробежала девушка, один в один похожая на нее. Для «призрака» невидимой стены словно не было. Она спокойно подбежала к Марку прямо в его объятия.

– Я скучал по тебе, моя принцесса, – сказал мужчина двойнику Анны, сделав особый акцент на последнем слове. Он крепко обнял ее и стал страстно целовать.

Анна посмотрела на свою копию и удивилась увиденному. «Призрак» выглядела вульгарно, будто проститутка. Это была Анна, но другая: более страстная, дерзкая, готовая практически на любые шалости. Ее одежда была откровенной – короткая юбка, глубокое декольте, яркий макияж. Волосы были распущены и небрежно растрепаны, создавая образ роковой женщины. Полная противоположность пленнице невидимой тюрьмы.

Увиденный образ напомнил Анне о том роковом дне, когда она воспользовалась «Нейрро» и трансформировалась в другую личность, что привело к фатальным последствиям. Но это не воспоминание.

– Ну что ж. – Марк посмотрел прямо в глаза пленнице. – Вот мы снова и увиделись.

Марк ехидно улыбнулся, а копия Анны высокомерно посмотрела в глаза своему «оригиналу». Девушка поняла, что попала в настоящую западню. И все произошедшее было лишь кукольным спектаклем, в котором она была лишь марионеткой в руках кукловода.