Яо, которого традиция относит к числу Пяти великих императоров древности, был сыном Ди-Ку и Цин Ду и считался воплощением идеального правителя. В системе у-син он олицетворяет огонь, юг и красный цвет, поэтому в некоторых текстах его называют Красным императором. Яо символизировал жизненную силу, ясность ума, справедливость и неподкупность.

Его рождение было окружено чудесами. Рассказывают, что однажды Цин Ду, катаясь по реке с родителями, увидела, как в небе поднялись огненно-красные облака в форме дракона. Этот дракон закружился над водой, опустился к лодке и, окатив ее жарким дыханием, исчез. В ту же ночь Цин Ду во сне увидела, как красный дракон снова явился, но уже в комнате. Он обвился вокруг нее, и ее охватило небывалое волнение. Проснувшись, Цин Ду обнаружила перед собой шелковую ткань, на которой был изображен мужчина с румяным лицом, струящимися волосами и тонкими бровями. Рядом было начертано: «Благословенный Небесами». Спустя девять месяцев родился ребенок – лицо младенца повторяло черты мужчины. Так на свет появился Яо – дитя, чье происхождение связывали с волей самих Небес.

ОБРАЗЕЦ МУДРОГО ПРАВИТЕЛЯ

В китайской традиции Яо – образец мудрого государя (мин-цзюнь), правящего через добродетель, а не страх. Его имя стало нарицательным: «управлять, как Яо» означало действовать по совести, не теряя простоты и человечности

Реформы календаря, приписываемые Яо, не только упорядочили земледельческие циклы, но и укрепили связь между космосом и государством. Управлять временем значило управлять гармонией

Когда император Ди-Ку отошел от дел, престол унаследовал старший брат Яо – Чжи. Однако, как гласит летопись, Чжи был человеком добрым, но недостаточно одаренным для царствования: ему не хватало ни решимости, ни мудрости, ни любви к народу. Яо же с юных лет проявлял редкое для смертного понимание законов управления, был чуток к нуждам простых людей и обладал уравновешенным характером. Старшие чиновники при дворе его отца отзывались о нем как о «юноше, в словах которого звучит голос весны». Спустя девять лет Чжи добровольно сложил с себя обязанности правителя и передал трон Яо.

Став императором, Яо не изменил себе. Он продолжал носить одежду из грубого волокна, спал на деревянной циновке, ел простую пищу и никогда не брал из императорских кладовых лишнего. Его дворец был скромен, ближе к жилищу отшельника, чем к резиденции повелителя Поднебесной. Говорят, что его голос был ясен, как звон меди, а взгляд – прям и холоден, как лезвие меча. Народ не просто любил Яо – он почитал его как воплощение Небесной справедливости на земле.

Яо установил у ворот своего дворца большой барабан. Каждый человек, независимо от сословия, мог ударить в него, чтобы потребовать личной аудиенции у императора. А вдоль дорог он повелел поставить деревянные столбы – на них жители страны прибивали записки с жалобами и разоблачениями неправедных чиновников. Сам Яо каждую неделю просматривал эти послания, а раз в месяц лично посещал отдаленные округа, чтобы выслушать людей.

Он прославился и как реформатор. Его забота о справедливости сделала суды открытыми и беспристрастными, а законы – понятными даже самым простым земледельцам. Яо способствовал распространению письменности, астрономии и сельскохозяйственных знаний. Он также реформировал календарь, систематизировав сезонные периоды, согласовав праздники и аграрные ритуалы с лунно-солнечным циклом.

Но самой трудной задачей Яо стало решение вопроса о наследии трона. У него был сын – Дань Чжу, который с раннего возраста проявлял вспыльчивый характер, высокомерие и склонность к жестокости. Он презирал скромность отца, насмехался над придворными и вел праздный образ жизни. Яо долго колебался, надеясь наставить сына, но, убедившись в его безнадежности, принял трудное решение: он лишил его права наследования и сослал в южные провинции, подальше от столицы.

Яо стал искать нового преемника среди простых, но достойных людей. Так он обратил внимание на Шуня – человека незнатного происхождения, но выдающихся моральных качеств. Перед тем как передать ему трон, Яо подверг Шуня многочисленным испытаниям: дал ему управлять городами, разбирать споры между племенами, судить преступников, руководить строительством дамб и ирригационных систем. Все задания Шунь выполнил не только точно, но и с редкой человечностью. Народ стал видеть в нем продолжателя добродетели Яо.

В «Ши цзи» говорится, что Яо правил около 70 лет, а трон передал добровольно почти за тридцать лет до своей кончины

Летописи упоминают, что при Яо была создана музыка «Шао», считавшаяся гармонией космоса. Конфуций позже говорил, что музыка Яо и Шуня «прекрасна, но не развращает»

Когда Яо исполнилось девяносто, он официально передал трон Шуню, но продолжал помогать тому в управлении еще двадцать восемь лет. Он путешествовал по стране, наблюдал за реформами, советовал, поддерживал и наставлял Шуня в вопросах ритуала и календаря. Говорят, что старый император любил прогуливаться вдоль берегов Желтой реки и беседовать с мудрецами о соотношении Небесного пути и дел человеческих.

Когда Яо скончался в возрасте 119 лет, вся Поднебесная погрузилась в траур. По всей стране были прекращены представления, закрыты рынки, отложены свадьбы. Народ оплакивал его не как царя, а как отца. Даже птицы на деревьях, по преданию, замолчали на три дня. Гроб с телом Яо был установлен на холме в Шантане, и туда стекались люди со всех провинций, чтобы проститься с тем, кого называли «Совершенным правителем» и «Олицетворением Небесной добродетели».

Именно с Яо начинается канон конфуцианской идеи мудрого царствования – передачи власти по добродетели, а не по крови. Его имя впоследствии использовалось как символ абсолютной справедливости. Поздние философы утверждали: если бы человечество в каждый век находило своего Яо, то и Небо не знало бы гнева, и Земля – горя.

В современном Китае Яо продолжает восприниматься как символ идеального правителя – мудрого, справедливого и бескорыстного. Его имя нередко звучит в политической и культурной риторике, когда говорят о гармонии между властью и народом. В школьных учебниках Яо представлен как пример «гуманного правления», а в народных праздниках ему воздают почести наряду с другими легендарными императорами. В искусстве и массовой культуре он воплощает мечту о правителе, который живет для народа, а не над ним.

В Китае сохранилось несколько мавзолеев, почитаемых как могилы Яо, например в Линлине (Хунань) и в Хэцяо (Шаньси). Там проводились государственные жертвоприношения

Портрет императора Яо. Художник Сун Ма Линь. XIII век

Портрет императора Яо. Художник Ма Линь. XIII век