Легко вывести политические следствия такого общественного строя.

Было бы непонятно, если бы равенство не проникло наконец и в политическую сферу, как и в другие. Нельзя представить, чтобы люди вечно были неравны в одном пункте и равны в других; поэтому в течение известного времени они дойдут до того, что будут равны во всех отношениях.

Но мне известны только два способа водворить равенство в политическом мире: или дать права каждому гражданину, или не давать их никому.

Следовательно, для народа, дошедшего до такого общественного строя, как англо-американцы, очень трудно найти среднее положение между верховной властью всех и неограниченной властью одного.

Тот общественный строй, который был мной описан, почти одинаково способен примениться и к тому и к другому из этих выводов.

Существует законное стремление к равенству, которое заставляет людей желать, чтобы все были сильны и уважаемы. Оно направлено на то, чтобы низших поднять на уровень высших, но в человеческом сердце бывает и извращенная склонность к равенству, вследствие которой слабейшие желают низвести до своего уровня более сильных и которая ведет людей к предпочтению равенства в рабстве неравенству при свободе. Это не значит, что народы, имеющие демократический социальный строй, пренебрегают свободой, напротив, они стремятся к ней. Но свобода не есть главный и постоянный предмет их желаний; то, что они любят вечной любовью, это – равенство; они устремляются к свободе быстрыми порывами и внезапными усилиями, и если не достигают цели, то безропотно покоряются судьбе; но ничто не могло бы удовлетворить их без равенства, и они согласились бы скорее погибнуть, чем его лишиться.

С другой стороны, когда все граждане почти равны между собой, им становится трудно защищать свою свободу против захватов власти. Поскольку никто из них в таком случае не оказывается достаточно сильным, чтобы успешно бороться в одиночестве, то свобода может быть сохранена только соединением силы всех, но подобное редко встречается.

Народы, значит, могут вывести два великих политических результата из одного и того же социального строя; эти результаты чрезвычайно разнятся между собой, но оба проистекают из одного факта.

Поставленные перед необходимостью разрешить данную альтернативу, англо-американцы довольно счастливо избежали неограниченной власти. Обстоятельство, происхождение, образованность и особенно нравы дали им возможность основать и сохранить верховную власть народа.