Весна приходит неожиданно для всех: в день, когда Берта отпускает меня в комнату, солнце светит ярко, сосульки тают, а сугробы понемногу уменьшаются. Зима отходит, февраль передает права марту, и даже дышать становится легче. В тот же вечер я собираю вещи и договариваюсь, что переезжаю в комнату к Сандре, а наша остается пустой, для первокурсников, которые заедут в нее в следующем году. Я не хочу там больше оставаться, да и думаю, что давно пора было это сделать. Мы наведем новый уют, а я буду привыкать к новому капитану – тому, кто на самом деле мой друг.

Матч с «Полар Линкс» уже завтра. Никто о нем не говорит, и даже Эдегар проводит легкую тренировку вместо привычной силовой. Уже никто ничего не сможет сделать – мы были расхлябанные всю прошлую неделю и в последний вечер просто сыграли в удовольствие, вспомнив, каково это – с азартом отбивать мяч и по-доброму смеяться друг над другом во время глупых ошибок. Я думал, что буду совсем плох после лечебницы, но, наоборот, ощущаю силу в руках и ловкость в ногах – так хорошо отбивать мячи, как на тренировке, у меня не получалось даже во время матча с «Хеймдалль Вакт».

С «Полар Линкс» мы играем дома. Академия «Норне» с радостью распахивает двери для чужой команды вновь. Команда из Ставангера приезжает ночью, и мы благородно уступаем им утреннюю тренировку, забив обеденное время первыми. Мы сталкивались с ними в прошлом чемпионате, но теперь они прилично усилились – к ним перешли игроки из «Хеймдалль Вакт», Университета Осло и еще парочки известных команд из Бергена и Кристиансанна.

Мы почти не волнуемся. По крайней мере, в раздевалке перед матчем нет разговоров о предстоящей игре.

– Я отказался от предложения «Хеймдалль Вакт», – просто говорит Мадлен в полной тишине, пока натягивает наколенники. – Остаюсь в Драммене. Не дай бог нам сегодня просрать.

Бьерн радостно ревет, сбивая того со скамейки, а Сандре с хохотом просит их обойтись без травм. Я бодро надеваю красную майку и разминаю мышцы, просто потягиваясь, как спросонья. За окном все еще бьет капель, и мне кажется, что это хороший знак.

Вопли Бьерна и смех остальных прерывает хлопок двери. Эдегар по привычке приваливается к косяку, окидывает нас мягким, по-отечески добрым взглядом и улыбается.

– Вы и без меня вся знаете, – начинает он. – Этот матч важен для нас. Не сомневаюсь, что на площадке вы будете биться до последнего. Удачи, «Наттенс Спилль», порвите их.

Мы гудим, как пчелинный рой, наперебой обещая тренеру, что обязательно справимся с «Полар Линкс». Придумываем и глупую кричалку, но все не успеваем выучить, поэтому тарахтим вразнобой. Нам весело, и на лице тренера тоже играет улыбка – кажется, сегодня он верит в нас даже больше, чем перед матчем с «Хеймдалль Вакт».

Я уверенно иду за Сандре, заранее разминая запястные суставы. Давно не был так настроен на игру – сегодня мне хочется выдать тот максимум, на который я действительно способен. Мы выглядим массивно и устрашающе в нашей белой форме с красными номерами, но и «Полар Линкс» смотрятся настоящими титанами – их фиолетовая форма с кислотно-зелеными цифрами ярко выделяется на фоне нашей площадки. Трибуны забиты до отказа. Вдохновленные победой в прошлом матче, ребята из академии снова пришли за нас болеть. Я не прячу торжествующую улыбку, мне хочется скалиться до окончания игры – такие сильные чувства распирают.

Капитаны пожимают друг другу руки, и мы начинаем матч. Мячи летят легко – на подаче быстрее, на приеме – чуть медленнее, чтобы успеть добежать. Я не знаю, что это – остатки удачи Юстаса, мои собственные или просто слаженное мастерство. И не хочу знать, пока у меня получается отражать мячи и отдавать их Мадлену. Тот легко, по-кошачьи доводит их до Эрлена. А новенький, который почти сроднился с нашей командой, в прыжке атакует «Полар Линкс». Их либеро очевидно не справляется, и уже второй сет мы заканчиваем со счетом два – ноль. Еще один выигранный, и победа у нас в кармане. Плей-офф – тоже.

– Не расслабляйтесь, – командует Эдегар во время небольшого перерыва. Бьерн выпивает половину пол-литровой бутылки с водой, Мадлен разминает ноги, легко подпрыгивая на месте. Он в азарте, его глаза угрожающе блестят, а если француз в таком настроении, то пощады от него можно не ждать. Он слишком хороший пасующий, чтобы промазать или бесцельно и случайно бросить мяч за линию.

Я долго смотрю на них и думаю о том, как счастлив находиться среди них. Рядом с Мадлен и его отвратительным характером, рядом с сумасбродным и вспыльчивым Бьерном, рядом с Фьером-тихоней, рядом с улыбчивым и добрым Сандре, рядом с Эрленом, которого я еще не узнал, но узнаю обязательно.

Норн нет, но я кожей чувствую присутствие Верданди. Еле заметный ожог от нити на запястье чуть саднит, но я знаю, что это – мой оберег.