Люди часто торопятся жить. А ведь нельзя жить на бегу. Нельзя дышать быстрее, нежели предназначено природой. И сердечный ритм нельзя ускорять – если ты бежишь, то, конечно, сердце начинает стучать чаще, потому что нужно больше кислорода, следовательно, кровообращение ускоряется и так далее. Но это – когда экстремальная ситуация, когда нагрузка на организм увеличивается, в общем, когда мы включаем скоростной режим. Но нельзя ускоряться бесконечно или постоянно жить на бегу. Сердце не выдержит. И еще очень важный момент – если вы все время живете на бегу, то вы не наслаждаетесь жизнью. Вы пробегаете по ней, но не замечаете многие очень важные моменты. А в конце жизни, прибежав к финишу, удивлённо оглядываетесь на промелькнувшие мимо вас годы и спрашиваете сами себя – как так, уже всё? А кажется, я только-только начал жить…
Лиссабон, год 1977, октябрь
Осень в Португалии – это просто позднее лето. Разве что уже нет такой изматывающей жары, всё чаще идут дожди. Которые, правда, очень быстро стихают. И снова ласковое солнце, свежий океанский ветер. Да, океанский, ведь Португалия очень маленькая, и, например, не только в Лиссабоне или Порто, которые расположены на берегу Атлантического океана, но и в маленькую Куимбру – первую столицу Португалии – ветер приносит запах океана. В общем, осень – это, наверное, самое любимое время года у португальцев. Впрочем, какая осень? Деревья не сбрасывают листву, которая даже не желтеет, нет холодов – все ходят в рубашках и шортах, а многие спокойно загорают на пляже. Да и вообще, осень – это только по календарю. В Португалии – вечное лето с перерывами на дожди.
Денис Хили по прозвищу «Председатель», теневой министр финансов Великобритании, а также канцлер казначейства, прилетел в Лиссабон вовсе не на очередное собрание Бильдербергского клуба, в котором как раз исполнял функции председателя. На этот раз Председатель должен был встретится с одним из руководителей этого клуба – Лоуренсом Рокфеллером, представителем клана Рокфеллеров. Эти господа могли влиять и влияли не на политику в США, но и фактически заправляли многими мировыми процессами, как в политике, так и в экономике. Но прежде всего этот клан цепко держал в своих руках все нити управления Америкой. Каждый из пяти братьев Рокфеллеров занимал определенное место в клане и, соответственно, имел свою зону ответственности в Штатах. Страна была поделена Рокфеллерами на такие вот зоны ответственности и в каждой царил один из братьев.
Дэвид Рокфеллер занимался политикой, хотя вообще-то был банкиром. Он пошел по стопам старшего брата Нельсона Рокфеллера, который был вице-президентом США, но как раз недавно потерял свой пост. Уинтроп Рокфеллер также занимался политикой, но будучи губернатором Арканзаса на пике своей политической карьеры умер от рака в 1973 году. Поэтому теперь за политику в клане отвечал Нельсон Рокфеллер, который вместе с братьями Лоуренсом и Дэвидом являлся постоянным членом Бильдербергского клуба.
Лоуренс Рокфеллер был одним из основателей Фонда семьи Рокфеллеров с 1967 по 1977 год, а затем стал попечителем-учредителем этого фонда, а также его президентом. Сейчас он являлся его председателем. Проще говоря, Лоуренс Рокфеллер был финансовым кошельком клана. Кроме того, он был ведущей фигурой в новаторской области венчурного капитала. Именно Лоуренс принял очень важное решение и обеспечил раннее финансирование для Intel и Apple Computer.
Впрочем, его инвестиционные интересы распространились также в области аэрокосмической промышленности, электроники, физики высоких температур, композитных материалов, оптики, лазеров, обработки данных, термоэлектроники, приборостроения, ядерной энергетики и даже НЛО. И в данный момент впервые в истории проект, которым заинтересовался Лоуренс Рокфеллер – программы Scanate и Gondola Wish, которые бывший директор ЦРУ Джордж Буш объединил в одну новую программу Stargate – ускользнул из зоны его внимания. И поэтому Лоуренс счел себя глубоко уязвленным.
Кроме того, впервые в истории США клан Рокфеллеров, который всегда влиял на избрание президентов страны, а иногда фактически назначал их, потерпел досадное фиаско. Вскоре после избрания президентом США их кандидат Джимми Картер вылетел из Белого дома, чуть не получив обидный импичмент. Вместе с ним кресла вице-президента лишился и Нельсон Олдрич Рокфеллер, которому, как и Картеру, тоже пришлось подать в отставку. И что совсем ужасно – виноват в этом был другой Рокфеллер – председатель Совета по международным отношениям Дэвид Рокфеллер, который оказался втянутым в международный скандал. Вместе с ним в скандале был замешан его соратник Генри Киссинджер, бывший госсекретарем США с 1973 по 1977 год. Бывшим! А ещё после отставки Картера из Белого дома пришлось уйти и советнику по национальной безопасности в администрации Картера Збигневу Бзежинскому. То есть, все ключевые политические игроки, работавшие на Рокфеллеров, были выбиты из игры!
И вот когда, казалось бы, уже и так все было очень плохо, американская пресса растрезвонила по всему миру новость о существовании некого тайного сообщества. Мол, члены этого сообщества в первую очередь преследуют интересы Великобритании. А одним из боссов в нем является мистер Лоуренс Рокфеллер. И клан Рокфеллеров фактически предает интересы США в угоду интересам англичан. Такого удара клан не получал очень давно…
Так что надо было срочно и дезавуировать информацию о Бильдербергском клубе, и решать проблему с утечкой информации по проекту Stargate, которую бывший директор ЦРУ Джордж Буш смог не только подгрести под себя, но и, судя по агентурным сведениям, реализовать. Именно поэтому в Лиссабоне состоялась встреча Дениса Хили и Лоуренса Рокфеллера.
– Мистер Хили, я буду краток, – проскрипел Рокфеллер, выпив стакан свежевыжатого апельсинового сока. – Информацию о нашем уважаемом собрании полощут все газетчики Штатов, кроме тех, конечно, которые кормятся с моей руки. Но у меня есть конкуренты, и они не дремлют. Как же – такой случай пнуть не кого-то, а Рокфеллеров. Конечно, Морганы приложили свою руку, но не они одни. Так вот, с прессой я разберусь, но временно в ближайшее время никакой активности наш клуб проявлять не должен. Мы приняли все важные экономические решения на этот и следующий год и только очень – я повторяю – очень важные события могут заставить нас собраться вместе. Пока ничего важного и срочного я не вижу.
Мистер Хили вежливо кивнул, не произнеся ни слова.
– Теперь второй вопрос. Бывший директор ЦРУ Джордж Буш работает на нового президента США Рональда Рейгана. Я имею в виду не только его должность вице-президента. Буш – один из тех, кто сделал Рейгана президентом. Он же фактически организовал ту аферу с приездом шаха Ирана Мохаммеда Резу Пехлеви в США для лечения лимфомы. После захвата американских заложников в Иране из кресла президента вылетел не только этот клоун Джимми, эта акция больно ударила по моему брату Дэвиду Рокфеллеру и по всем нам. Но хотя Буш сработал против нас, его надо выбить из команды Рейгана. Но выбить так, чтобы прибить его к нашей команде. Он нам нужен.
Председатель удивлённо посмотрел на Рокфеллера.
– Простите меня, сэр Лоуренс, не думал, что вы так можете следовать христианской заповеди и подставлять вторую щёку. Как вы хотите это осуществить практически?
Лоуренс Рокфеллер улыбнулся.
– Хили, вы ещё молоды и многого не понимаете. Я подставляю, как вы выразились, вторую щёку только тогда, когда понимаю, что сейчас мне могут выбить зубы. Во-первых, Буш – очень сильный игрок. А Рейган сейчас имеет серьёзный вес в Америке. И я, клянусь Богом, не допущу появления второго Рузвельта. Хватит! Поэтому выбив Буша из Белого дома, я ослаблю Рональда. Во-вторых, именно Буш смог утащить все данные по проекту Stargate, который – я это нутром чую – будет иметь огромное влияние на все дальнейшие события. Ведь мы нашли тех необычных людей, о которых мы говорили на нашем последнем заседании в клубе! И, как мне доложили, и у русских эти люди есть, именно они стали катализатором тех событий, которые сейчас проходят в Кремле. Поэтому мне надо встретится с Бушем. И вы мне в этом поможете.
Москва, год 1977, декабрь, Старая площадь, 4
Советский Союз менялся медленно, но перемены уже были видны. Причем, не только в Москве, но и на периферии. Генеральный секретарь ЦК КП(о) Григорий Романов совершил поездки в самые отдалённые регионы и лично проверил, что там творится на местах. Точнее, вытворялось.
Как оказалось, на местах имели место быть некоторые, как говорил когда-то Сталин, «перегибы и недоработки». Не везде смогли поменять партийную «элиту» – секретари обкомов и горкомов, которые всё же сменили КПСС на КП(о), думали, что поменялась только вывеска, а жизнь осталась прежней. Поэтому и спецпайки, и спецраспределители, и служебные «Волги» с шоферами плюс личные «Волги» для жён и детей, ну и все остальные персональные блага.
Ан нет! Если ты даёшь результат, если область твоя или город дают стране план по сельскому хозяйству или промышленному производству, если у тебя в магазинах не шаром покати, а все продукты имеются в наличии, если граждане страны живут в достатке – то получай какие-то преференции. А когда у тебя провалы по сдаче стране угля или пшеницы, или мяса, если в магазинах только три сорта колбасы и один сорт сливочного масла, то нечего тебе иметь служебное авто, да и вообще – а не засиделся ли ты в начальниках?
И точно – там, где побывал Романов, сразу же слетали со своих мест те представители партноменклатуры, кто думал, что воцарился навечно. И не только теряли свои тёплые места, но и вылетали из партии. Конечно, с одной стороны, Генеральный секретарь множил ряды своих противников, которых тут же подбирали «старые коммунисты» из новой ПКСС. Но, с другой стороны, народ видел, что обновлённые коммунисты действительно хотят вернуть страну на рельсы, ведущие в справедливое будущее, в социализм для всех, а не для обожравшейся коммунистической верхушки. И это внушало уверенность в том, что именно простые советские граждане поддержат новый курс, который предложил СССР генеральный секретарь ЦК КП(о) Григорий Романов.
Но все же кроме простых граждан в Советском Союзе было еще очень много граждан не простых…
…Романов заканчивал совещание, в так сказать, узком кругу. Только на этот раз это было не малое Политбюро – традиция, которая перешла к «новым коммунистам» от брежневской «старой гвардии». Сегодня генеральный секретарь проводил совещание «силовиков» – руководителей министерств обороны, внутренних дел и недавно созданного министерства по чрезвычайным ситуациям. Точнее, совещаний было даже два – вначале с Ахромеевым, Тикуновым и Шелепиным обсуждали вопросы по ситуации в стране, готовности армии поддержать милицию при возникновении массовых беспорядков, а, точнее, организованного заговора, который уже давно зрел. Министр МВД Вадим Тикунов доложил, что в целом организация отдельных отрядов милиции особого назначения (ОМОН) завершена, взаимодействие с армейскими частями налажено и общий план мобилизационного развертывания в случае возникновения провокаций составлен и даже отработан в виде учений. Причем, учения проводились совместно с частями Гражданской обороны, которые из министерства обороны были переданы в ведения министерства по ЧС.
После этого министров-силовиков Романов отпустил, но вместо них в его кабинет зашли уже представители других силовых структур – КГБ и ГРУ. Главным разведывательным управлением остался руководить генерал армии Пётр Ивашутин. Его рекомендовал Кирилл Трофимович Мазуров, а слово руководителя Комитета государственного контроля дорогого стоило. К тому же Ивашутин тоже был из той же когорты фронтовиков, как Романов, Бобков, Тикунов, Мазуров и все остальные нынешние руководители СССР. И сейчас КГБ и ГРУ очень тесно взаимодействовали, создавая у себя практически заново оперативные подразделения контр-диверсионной и антитеррористической направленности.
Но сегодня речь шла не об этом. Точнее, этот вопрос тоже стоял на повестке дня, однако в первую очередь нужно было обсудить работу секретного отдела КГБ «Омега», и его взаимодействие с агентами и КГБ, и ГРУ. На этот раз работать нужно было за границей. Поэтому на совещании присутствовал и руководитель отдела подполковник Шардин.
– Как вы знаете, товарищи, 24 ноября 1977 года Организацией мусульманских студентов было захвачено посольстве США в Тегеране. В заложники было взято 66 американских дипломатических работников. Мы контролировали ситуацию, мы знали, кто организовал эту провокацию и почему, поэтому удалось избежать человеческих жертв. Наша помощь позволила Рональду Рейгану стать президентом США и теперь мы готовимся обсудить в самое ближайшее время ряд советско-американских инициатив.
Романов ходил по своему огромному кабинету, как бы разговаривая вслух сам с собой. Однако сидевшие за столом заседаний Ивашутин, Шардин и Бобков знали, что генеральному надо сначала выговорится и только потом он будет способен воспринимать какие-то вопросы или дополнения, как приложение к озвученной им информации.
– Но наши дипломатические победы и дальнейшие шаги мы обсудим позже на заседании Политбюро. А вот вопросы внешней разведки, которая касается как армейских структур, – Романов кивнул в сторону Ивашутина, – так и Комитета государственной безопасности, в первую очередь касаются только этих двух органов.
Романов внезапно остановился и вдруг резко развернулся к своим гостям.
– Кстати, Пётр Иванович, Филипп Денисович, я давно хотел вам предложить объединить ваши разведслужбы за рубежом. Скажем, Первое главное управление КГБ и управления ГРУ – по Западной Европе, Дальнему Востоку – Китай, Япония, Вьетнам, Корея, а также Третье управление – США, Канада, Латинская Америка) и Четвёртое – Ближний Восток и Африка. Вот их можно объединить в отдельную структуру и назвать её Службой внешней разведки. А то надоела эта путаница, когда в посольствах сидят и представители Комитета, и представители военной разведки. Как вам идея, генералы?
Бобков по своей привычке молчал, обдумывая предложение Генерального секретаря, и не спешил с выводами. Ивашутин, как говорили, аналитик от бога, мгновенно всё просчитал и тут же выдал ответ:
– Так точно, товарищ Генеральный секретарь, абсолютно верное решение. У нас в Главном разведывательном управлении уже этих отделов тьма-тьмущая. Только основных аж двенадцать. Последнее управление – космическая разведка. А к нему еще Центр космической разведки. А что там в космосе разведывать? Марсиан искать? А еще управление информации, оперативно-техническое управление, управление связи. Мне толковых оперативников бы найти, а чиновников уже просто выше крыши!
Романов улыбнулся.
– Так ты, Пётр Иванович, начальник – тебе и карты в руки. Перестройка в стране давно началась, вот и перестраивай свои управления. Позже обсудим реорганизацию твоих управление и образование Службы внешней разведки. Кстати, про космос ты зря, скоро, думаю, космическая разведка очень серьёзным подспорьем станет всем нам. Но раз мы подошли к теме космоса, давайте и поговорим о фантастике.
Бобков поморщился.
– Это, Григорий Васильевич, ты на наших пришельцев намекаешь?
Ивашутин оживился.
– Да, кстати, мне информацию Филипп Денисович довёл, да и я инспектировал новые подразделения специальной разведки ГРУ, так там ребята мне просто легенды какие-то про ваших пионеров рассказывают. Но еще ни разу их не видел. Интересно было бы познакомится.
– Познакомишься ещё, Пётр Иванович. Хотя, честно тебе скажу, геморой ещё тот. Во-первых, эти «пионеры» на самом деле наши с тобой ровесники. Да ещё и со знанием будущего. Ну, правда, в общих чертах, ведь, судя по их же отзывам, мы сейчас развиваемся в немного другом направлении, избежав ошибок брежневской команды. Но, с одной стороны, они нам много ценной информации дали, а с другой – это такой головняк. А теперь, как выяснилось, английские спецслужбы их расшифровали и даже пытались уничтожить. Вон, подполковник мне все расписал, свой доклад я тебе, Григорий Васильевич, предоставил.
Романов подошел к столу заседаний, отодвинул стул и сел напротив Ивашутина, Бобкова и Шардина.
– Да, Филипп Денисович, я читал, потому и вызвал вас к себе. Итак, англичане, ну и американцы, которые работали вместе с ними по операции «Парк», вычислили наших «попаданцев». Но и мы вычислили американских «пришельцев». Кстати, судя по всему, в самой Англии и других странах, например, в Германии, Франции, Италии, никаких таких гостей из будущего вроде не было. Так ведь, Пётр Иванович?
Ивашутин хотел было по военной привычке вскочить, но Романов остановил его порыв взмахом ладони:
– Пётр Иванович, мы тут уже давно не военные, так что становится каждый раз по стойке «смирно» не надо. К тому же ты генерал армии, а я – сержант.
– Вы – Генеральный секретарь нашей партии…
– Я – такой же коммунист, как и вы все. И сейчас я руководитель партии, но решаем мы вовсе не партийные вопросы. К тому же я менее компетентен в вопросах внешней разведки, а также в вопросах агентурной работы. Поэтому больше готов прислушиваться к вашему мнению. Продолжай, Филипп Денисович.
Бобков немного замялся, бросив взгляд на Шардина, но всё же продолжил.
– Я виноват, но мы тут немного недоработали… Да, покушение на Генерального секретаря ЦК КПСС не смогли предотвратить, но все же смогли раскрыть и заговор, и защитить вас, Григорий Васильевич. И наши «попаданцы» сработали хорошо. Но вот дальше сказалось отсутствие нужного опыта – не всех агентов вычислили. И, как оказалось, не всех предателей, которые у нас работали. Вот, подполковник Шардин, который курирует наших гостей из будущего, вычислил не только двоих американских агентов – Джину Хаспел и Джона Марвелла, но и нашел в моем ведомстве еще одного предателя.
– Еще один? Боже, сколько ж их там Андропов у себя пригрел? – Романов стукнул кулаков по столу.
– Надеюсь, что это – последний. Но какой! Владимир Александрович Пигузов, подполковник из первого главного управления КГБ СССР. И кроме того – секретарь парткома Краснознамённого института КГБ СССР. Партийный чиновник, мать его. Оттого так вольготно себя и чувствовал. Именно он быль завербован англичанами. И с его подачи готовилось покушение на наших «пионеров».
Романов перебил Бобкова.
– То есть, покушение всё же готовилось?
– В целом да, но контролировалось подполковником Шардиным. Этот хитрец, зная, что в нашем комитете кто-то работает на иностранную разведку, мне не доложил вовремя, но в последний момент его люди вмешались и покушение превратилось в фарс.
Романов улыбнулся.
– Хорошенькое дело, я тебя пропесочил, пионеры наши, небось, в штаны наложили…
Бобков достал платок и вытер вспотевший лоб.
– Да где там… Там такие отморозки, что их можно только залпом «Града» достать, а не какими-то газами. Они, как тараканы, все равно в какие-то щели заползли бы… опять же, река рядом, думаю, смогли бы улизнуть…
Ивашутин заинтересовано переспросил:
– Интересное слово – «отморозки». Что оно означает, никогда не слышал. Что-то связанное с Дедом Морозом?
Бобков рассмеялся.
– Да, нет, нахватался у этих наших гостей, понимаешь, словечек… Это что-то вроде отчаянных, невероятно наглых и в то же время ничего не боящихся сорвиголов. Как-то так…
Романов хмыкнул.
– Да, уж, краткость – сестра таланта. Капитаны сорвиголовы. Кстати, Филипп Денисович, а то, что они приказом по управлению проведены и звания у них – это не способствовало их раскрытию?
Бобков покачал головой.
– Нет, они раскрыли себя во время операции «Парк». Ведь стало известно, что вас, Григорий Васильевич и Федора Давыдовича защитили какие-то пионеры. Оттуда и пошли копать. А звания и должности в отделе «Омега» – это уже потом.
Романов нервно забарабанил пальцами по столу.
– Итак, что мы имеем? Наши пионеры зарубежными спецслужбами идентифицированы. Но только в общих чертах, без подробностей, правильно?
Бобков и Шардин синхронно кивнули. Несколько позже наклонил голову и Ивашутин. Романов продолжил.
– Их агенты нам известны?
Шардин вскочил и доложил:
– Так точно, Джина Хаспел и Джон Марвелл. Они находились в СССР, точнее, Марвелл находился.
Романов удивленно посмотрел на Шардина.
– Сядь, подполковник. Погоди, что значит – находился?
Шардин снова опустился на стул и спокойно пояснил.
– Как я уже докладывал товарищу генерал-полковнику, американские «попаданцы» были обнаружены мной в международном пионерлагере «Артек». Причем, как удалось выяснить при помощи агентов не только КГБ, но и ГРУ, они не к нам внедрялись, а их у нас просто спрятали, пока в США шла смена власти. Джорджа Буша президент Картер убрал с поста директора ЦРУ, но тот успел всю информацию по американским гостям из будущего спрятать и все контакты уничтожить. В общем, чтобы их новый директор ЦРУ не достал, всех пятерых переправили к нам. Ну, типа, программа у них есть помощи одаренным детям, финансирование и все такое. Так вот, агенты ЦРУ Хаспел и Марвелл доставили этих «попаданцев» в СССР. После чего в начале октября Марвелл сопроводил их в Португалию. И сейчас они находятся там.
Тут Шардина перебил Бобков.
– При этом по разным каналам к нам поступила новая информация. Новый директор ЦРУ Уильям Кейси дал понять, что хотел бы продолжить с нами сотрудничать, в том числе и на уровне наших и их «попаданцев». Судя по тому, что у них там происходит, Рейган боится, что может не совладать с Рокфеллерами и той организацией, которая, судя по всему, и организовала покушение на Генерального секретаря ЦК КПСС.
Романов снова хмыкнул.
– Даже так! То есть, тут не Англия замешана, а какие-то таинственные масоны? Как там? Письма сионских мудрецов?
Ивашутин улыбнулся.
– Ну, спецслужбы Израиля всем нам изрядно мозги запудрили, тень на плетень навели и уже непонятно, где правда, а где ложь. Но то, что некий такой центр или ложи, или совет старейшин имеются – это к бабке гадать не ходи. И как мне доложили по расследованию операции «Парк», где наши же военные стреляли в наших же советских граждан и даже в руководителя СССР – это далеко не дилетанты. Так виртуозно организовать покушение – это целая операция с глубоким внедрением боевиков и организацией дезинформации наших военных на высшем уровне. С такими ребятками нам воевать будет трудновато, не хватает подготовки.
Бобков возразил.
– Ну, во-первых, наши «пионеры» всё же справились. Погоди, не кипятись, Петро. И теперь они наших ребят обучают, знания и опыт передают. И не только руками-ногами махать. Оперативные навыки, и тактика – там все идет в ход. А, во-вторых, судя по операции, ихние попаданцы тоже советы давали. И даже если их использовали «втёмную», всё равно, это уровень разведки будущего. Так что будем готовы, не переживай.
Романов постучал карандашом по столу.
– Товарищи, давайте главный вопрос обсудим. Итак, надо отправлять наших попаданцев, как мы и планировали, на встречу с попаданцами американскими. И кандидатуры две – Максим Зверев и Виктор Уткин.
Тут же ответил Шардин.
– Так точно, товарищ генеральный секретарь. Остальные плотно задействованы по другим направлениям. Филькенштейн сейчас выходит на контакт со спецслужбами Израиля – нам нужна их поддержка по установлению контактов с их правительством и президентом в первую очередь. Громов – основное звено операции «Оркестр» в Азербайджане и, возможно, Узбекистане.
Снова слово взял Романов.
– Да, и боюсь, Токугаву тоже придется отозвать. Хватит ему работать инструктором спецназа ГРУ и ОМОНА, многое наши пионеры уже успели дать, теперь саму системы рукопашного боя доводят до ума другие инструкторы. А в прошлом майор ГРУ Токугава, скорее всего, будет более полезен в Китае и Вьетнаме. Боюсь, там назревает серьёзный конфликт. Поэтому в Португалию отправим Зверева и Уткина.
Шардин немного замялся. Это заметил Бобков.
– Что-то ещё, подполковник.
– Так точно. Я уже докладывал про двоих американских агентов. Так вот, сегодня мне доложили, что обнаружен один из них. Точнее одна. Она, то есть, Джина Хаспел, смогла на какое-то время скрыться от наблюдения. И вот, как мне доложили, в одной из московских школ появилась новая учительница. По фото её опознали – это Хаспел. С какой целью она внедрилась туда, пока неясно. Однако предполагаю, что американцы раскрыли не все карты. И какой-то козырь у них остался…