Цветные матрицы для дисплеев

Мы продолжили работу с Дашей над цветными матрицами для телевизоров и дисплеев, и до конца марта закончили эту работу. Детальное описание технологических процессов изготовление матриц, пленочных транзисторов, светодиодов и прочих тонкостей этого дела заняло около тысячи листов формата А4, плюс две общих тетради в клетку с эскизами.

Цветная матрица

Пленочные транзисторы

— Попрошу тебя за это наградить — улыбнулся я. — Медалью «За трудовую доблесть».

— Ой, лучше не надо. Давай уже займемся четвертой книгой — предложила Даша. — Для меня это будет более существенная награда — улыбнулась она.

— Ну давай, бери тетрадь и ручку — согласился я, и мы начали работу над четвертой книгой цикла «Гарри Поттер и Кубок огня».

Утром следующего дня мы с Дашей упаковали наши труды по цветным матрицам, и я отправил их в Зеленоград генералу Петрову с пометкой «Срочно в работу».

Новостей от власть имущих пока не поступало, мы продолжали работать над книгой.

Но моя память высветила подсказку «Збигнев Бжезинский». Начал читать про него. Ну то, что он ярый русофоб мне было известно. А вот его влияние на текущую политику я упустил из виду. Он будет ведущим советником Джимми Картера по внешней политике в его избирательной компании, а потом его советником по национальной безопасности.

Его надо просто ликвидировать — я вижу только один выход.

Сел за служебную записку, подробно описал все его деяния в будущем и дал свою рекомендацию — ликвидировать руками ультрас, никак не связанных с СССР и его союзниками, денег на это не жалеть. Сделать это под видом ограбления — что в США не редкость. Отправил конверт с пометкой «срочно» к Цвигуну.

Теперь остается ждать, как он на это среагирует.

Среагировал он быстро — на следующий день меня пригласили на Лубянку. Поехал туда на своем членовозе, заехали во внутренний дворик, поднялся на этаж к Председателю.

Поздоровались за руки, присели за столик с чаем.

— Неожиданная посылка пришла от вас. Но изложено все убедительно. Можете еще что-нибудь добавить? — спросил Цвигун.

— Его надо еще дискредитировать как антикоммуниста. У вас же наверняка имеются агенты в польской разведке? Поручить им создать фальшивое личное дело разведчика Бжезинского, зарегистрировать его задним числом, у пусть лежит в архиве, как полагается. А после его смерти сделать утечку копий с этого дела, ну или с помощью двойного агента сплавить на Запад. Чтобы там все его окружение было замарано сотрудничеством с агентом Кремля — усмехнулся я. — И все их идеи по изоляции СССР совместными усилиями Запада тоже были замараны, как вредные для интересов США.

— Хм, интересный вариант — усмехнулся Цвигун. — Ход достойный Макиавелли.

— Не надо с ними церемониться Степан Кузьмич, это слишком дорого нам может обойтись — ответил я.

— Придется получить на это санкцию первых лиц — вздохнул он. — Хотя в предыдущие разы, подсказанные вами точечные акции принесли успех в Афганистане, Эфиопии и Сомали.

— Это ударит и по Картеру — он у него советник по внешней политике. А раз он агент КГБ — зачем США такой президент, который берет себе в советники агентов Кремля? — улыбнулся я.

— Да, мы действительно хотели бы продолжить работу с Фордом, с ним налажены контакты, он вполне вменяемый политик — кивнул головой Цвигун. — Убедительно, нечего сказать.

— Еще хочу сказать про приемника Форда или Картера — Рейгана. Он ярый антикоммунист и ненавидит нас. С ним гонка вооружений взлетит на новый уровень. Надо бы его как-то дискредитировать, чтобы он не стал президентом. Не могу сказать по поводу остального истеблишмента, но это очень одиозная фигура — сообщил я.

Мы с ним еще с полчаса обсуждали этот вопрос, не затрагивая других тем. Когда мы закончили, я спросил относительно своих секретарш.

— Степан Кузьмич, мои секретарши ко мне не вернутся, как я понял? — спросил я, поскольку мне они были нужны для работы.

— Сложный вопрос, но скорее всего не вернутся — ответил Цвигун. — Мы можем вам предоставить других секретарш или секретарей, но уже без возможности личного контакта — он вреден для работы.

— Хорошо, я обдумаю этот вопрос и сформирую требования к профессиональным навыкам секретарей. Хотя я уже излагал это в предыдущий раз. Пусть это будут мужчина и женщина, молодые и с профильным образованием в области микроэлектроники, способные стенографировать на русском и английском языках — сообщил я.

Мы попрощались, и я вернулся в санаторий.

Приехав домой, я сообщил новости по поводу секретарш Даше.

— Ну у меня станет меньше конкуренток, с одной стороны — делить тебя ни с кем не придется. А с другой стороны — с ними было веселее, заводные девчонки. Песни вместе вечерами пели — с грустью сказала Даша. — У нас как бы с ними семья образовалась, вот такая неправильная. А ты еще тот ходок, думаю одной мною ты не ограничишься, могут тебя и увести от меня. Эти-то рядом были.

— Ну не переживай — у нас с тобой роман с интересом — совместное творчество и весьма успешное. И оно будет продолжаться еще долго, я планирую серию из семи книг — ответил я Даше. Ей я гарантировать ничего не могу, да и зачем мне это? Она сама напросилась ко мне второй любовницей при Вере, чего ей переживать-то?

— Поехали ужинать в ресторан ЦДЛ — предложил я. — Развеемся, а то сидим тут, как медведи в берлоге.

— Поехали, я новые украшения выгуляю, а то кроме Нового года еще не была в них на людях — улыбнулась Даша.

Мы собрались, Даша одела вечернее платье и свои украшения — гарнитур с трехкаратными бриллиантами сиял конечно умопомрачительно.

Столик мы заказали недалеко от эстрады — хотели посмотреть, как там будет петь Валя — я рассказал о ней Даше.

Мы начали ужинать, через полчаса начался концерт. Пела Валентина, одна и с новым партнером. С ним они спела «Две звезды» Кузьмина, пардон, мою песню — получилось замечательно, гораздо лучше, чем в прошлом году. Я подозвал официанта и послал через него букет цветов певице.

В антракт Валентина подошла к нашему столику, поздоровалась. Я пригласил ее присесть.

— Валера, у тебя нет новых песен, которые я могу исполнять? — спросила она.

— На сегодня нет для женского вокала, есть для мужчины средних лет — улыбнулся я. — Вот мой телефон — позванивай, если что будет — скажу — передал я ей с этими словами визитку с телефоном — на ней отпечатали «Поэт и композитор Валерий Крапивин».

Завороженно глядя на сияющие драгоценности Даши, Валентина поблагодарила меня и ушла.

— Хорошенькая девочка — улыбнулась Даша. — Пригласи ее в гости к нам.

— Нет, она уже пройденный этап — улыбнулся я. — Студенческое увлечение. А теперь я доктор технических наук, мне подходят дамы с положением, например ты — улыбнулся я Даше. — Богатая и самодостаточная.

— Ну богатая я благодаря тебе, да и самодостаточная тоже — улыбнулась Даша. — Так что я нос задирать не собираюсь.

К нашему столику подошел импресарио оркестра, Степан.

— Валерий Иванович, порадуйте нас новой песней — попросил он после приветствия.

— У меня есть новая песня, но ее надо бы исполнять солидному мужчине — улыбнулся я.

— Найдем такого! Споете? — спросил Степан.

— Конечно! — сказал я и мы пошли на сцену. Я решил выкинуть еще одну песню из репертуара русофоба Кикабидзе — «Мои года — мое богатство».

После объявления импресарио «Выступает поэт и композитор Валерий Крапивин! Аплодисменты!», я начал петь, подыгрывая себе на гитаре:

'Пусть голова моя седа

Зимы мне нечего пугаться

Не только грусть мои года

Мои года — моё богатство

Пусть голова моя седа

Не только грусть мои года

Мои года — моё богатство

Я часто время торопил

Привык во все дела впрягаться

Пускай я денег не скопил

Мои года — моё богатство…'

Народ слушал внимательно, и аплодисменты показали, что песня зашла в народ. Музыканты во время исполнения записывали слова и ноты, и тоже после завершения песни хлопали мне.

Я вернулся за столик, Даша с улыбкой спросила — Ловишь кайф от обожания зрителей?

— А как же! — не стал скрывать я.

— У тебя неплохо получается, мог бы даже петь на эстраде — сказала она.

— Ты мне льстишь. Мое исполнение годится для застолья, а мои песни пусть исполняют профессионалы — ответил я, не питая иллюзий по поводу своих исполнительских способностей.

Мы продолжили отдых, танцевали. У Даши и меня несколько раз брали автографы — мы стали популярными писателями.

На следующий день позвонили из ВААП — издательство Bloomsbury Publishing PLC хочет заключить с нами договор на издание второй книги серии. И приглашает на презентацию в Лондон писателей — все расходы за счет принимающей стороны. У нас с Дашей было заключено соглашение о распределении валютного гонорара как девять к одному — больше она оказалась брать, сказав, что стенографисткам вообще гонорары не положены. А вот русский вариант у нас был поделен пополам — она честно его заработала, делая адаптированный русский вариант книги. Но это распределение мы оставили секретным, чтобы не принижать ее роль в англоязычном издании, только в ВААП имелась эта информация.

Ну я был невыездной, а вот Даше будет полезно съездить развеяться. Язык у нее хорошо подвешен, легко отбреет лишние вопросы журналистов. Поездка была намечена на конец мая, и Даша дала согласие на нее.

В конце апреля вернулась Вера с американских гастролей. Публика принимала ее очень хорошо, были хорошие отзывы музыкальных критиков, Electric Lady Studios заключили с ней договор на запись пластинки-гиганта. Со мной все условия были заранее оговорены, мы предвидели такой вариант, поэтому Вера смело записала этот альбом без дополнительных согласований со мной и Маликовым.

Советские музыканты постепенно вторгались в музыкальное пространство Запада, их песни выходили в хит-парады. К сожалению, пока это были только мои песни, сворованные из будущего, но и к другим композициям советских музыкантов просыпался интерес у западной публики.

Но гастроли Веры были омрачены скандалом из-за безобразных поступков её музыкантов, в том числе ее мужа Григория. Они сняли малолетнюю проститутку-негритянку, купили кокаина и устроили оргию в придорожном отеле. В их оправдание можно было только сказать, что назвать эту девицу малолетней было трудно — выглядела она минимум лет на двадцать, обладала внушительным формами, как у меня в будущем принято говорить фигура у нее была плюс сайз.

Вера мне с болью рассказала, как было плохо, когда она узнала об измене мужа.

— Скайфул был со мной — одним словом — сказала она.

Их фотографии с проституткой попали в газеты, организаторам гастролей пришлось отдуваться, но они сделали ход на опережение.

На устроенной ими пресс-конференции Вера заявила:

— Я сожалею, что мои музыканты допустили такое безобразие, и прошу прощения у жителей Нью-Йорка за это.Все они будут уволены, а с мужем я разведусь по приезду в СССР. Надеюсь на снисходительность властей Нью-Йорка, что они не будут преследовать их по закону, а просто вышлют из страны. Я продолжу гастроли с американским оркестром, я могу петь с любым оркестром и даже без него.

После этой пресс-конференции общественное мнение жителей Нью-Йорка встало на сторону Веры, мэр города помиловал засранцев и их депортировали из США в СССР. Вера успешно продолжила гастроли с американским оркестром, получилось не хуже. Скандал привлек еще больше внимания к гастролям, публика валом валила на концерты посмотреть на певицу, которую так подставила ее группа музыкантов.

— Вот такую свинью подложил мне мой муж, чуть не сорвал гастроли — со злостью сказала Вера. — Я подала на развод, через месяц нас разведут.

— Да Верочка, мы часто ошибаемся в людях. От этого трудно уберечься — сказал я.

— Я на следующие гастроли не буду брать с собой музыкантов, в райдере предусмотрю предоставление оркестра принимающей стороной — сказала Вера.

Июнь 1976. Старт VAX11/750

В конце мая, проводив Дашу в Лондон на неделю, я заехал во Внешторгбанк проверить свои счета. На мое удивление, на счетах лежали огромные суммы. Два с половиной миллиона фунтов стерлингов и семнадцать миллионов долларов. Начал выяснять, откуда дровишки. Фунты стерлинги казались за исполнение моих песен и за выпуск диска-гиганта, плюс к этому гонорары за издательство первой книги о Гарри Поттере. А вот доллары поступили из США, как лицензионные платежи за производство накопителей типа винчестер, за выпуск пятидюймовых гибких дисков– патенты были оформлены на мое имя, небольшой платеж за лицензию на производство шестнадцатиразрядного микропроцессора от фирмы АМД — основной платеж по этой лицензии шел Ангстрему.

— Приятный сюрприз! Особенно от фирмы АМД. Может теперь она будет развивать эту ветку микропроцессоров?

Из банка позвонил генералу Петрову, спросил, как дела с микропроцессором 1801ВМ3/ВМ4.

Он ответил, что закончили изготавливать фотошаблоны последней версии по нормам полтора микрона, к концу лета должны получить первую партию микропроцессоров. Предыдущая версия микропроцессоров по нормам три микрона с тактовой частотой пять мегагерц успешно отработана и выпускается пока мелкими партиями — идет отработка серийного выпуска, надеются перейти на более производительную версию с тактовой частотой двадцать мегагерц уже к концу лета. И тут же продолжил радовать меня новостями. В марте начался серийный выпуск кристаллов на 64 кбит динамической памяти, а сейчас идет подготовка к производству 256 килобитных кристаллов, к концу лета они пойдут в серию. Мои предложения по новой компоновке ячеек памяти реализуются — они, кстати, запатентованы от моего имени, так что к концу года будут и мегабитные кристаллы производиться на Ангстреме.

Это совсем меняет дело — можно начинать работать над аналогом VAX11/750 в микропроцессорном исполнении. Такая микроэвм с большим объемом памяти найдет большой сбыт в США, да и в СССР как машина для инженерных расчетов.

Фирмой DEC этот компьютер будет разработан только в этом году — стартуем! Можем обогнать их. Хотя вряд ли — у них достаточно большой инженерный коллектив. Но они будут разрабатывать свою ЭВМ на биполярной логике, а мы сразу в виде микросхемы. Они выпустят первую машину в октябре 1977 года, еще целый год впереди. Но, пожалуй, надо эту разработку включить в план МЭП через постановление правительства. И чтобы дело шло быстро, мне нужны не секретари, а лаборатория разработчиков. Лучше, если я работать буду прямо на Ангстреме — отсюда всего полчаса хода на моем броневике.

Звоню Шокину — сразу берет трубку. Объясняю ему суть проблемы — он немного не въезжает. Описываю, что можем опередить американцев — он смеется, говорит, что уже опередили, куда уж больше. Ну чинуша, бля! Вежливо прощаюсь, звоню Цвигуну, договариваемся встретиться. Еду к нему на Лубянку.

Он меня принял сразу, объясняю ему свое видение по поводу VAX-11/780 и легкомысленную реакцию Шокина. Он сходу въезжает в тему, звонит Андропову — подключает тяжелую артиллерию. Просит о встрече — тут же едем к нему, на двух членовозах.

Андропов въезжает в тему быстро, ему не надо долго разжевывать.

— То есть американцы сейчас начинают разрабатывать эту машину на дискретной логике, а вы предлагаете ее сразу разрабатывать в виде больших микросхем? — спросил он.

— Да, но это серьезная работа, уже не обойтись секретаршами. Надо подключать ко мне лабораторию разработчиков вычислительной техники, от Дшхуняна, там мы сможем сделать эту машину и завалить рынок США ими. Да и для нас это будет нужная ЭВМ для инженерных расчетов. А микроэвм мы сможем ставить в системы управления современными истребителями и крылатыми ракетами — сообщил я.

— Но как мы залегендируем ваше присутствие там? Вы же по легенде у нас инженер по связи с источниками информации — усмехнулся Андропов.

— Это верно… — вздохнул я. — Можно в моем санатории создать лабораторию по разработке этого компьютера, но боюсь, что это будет очень долго.

— А почему бы нам не сказать полуправду? — спросил Цвигун.