Постояв секунду и оглядев десятиметровый проход, он шагнул внутрь. Хотя он и был готов ко всяким неожиданностям, но то, что произошло, все равно ударило по нервам: как только он оказался во внутреннем коридоре, прятавшийся в стене плита мгновенно перекрыла вход. Кротов оказался заперт в десятиметровом проходе.

– Твою медь! – выдал Сергей свое любимое и поискал глазами какой-нибудь выключатель с обеих сторон от двери. Бесполезно – переборки были девственно чисты. Махнув рукой, – раз зашел, значит, и выйду –  он направился к следующей двери, ведущей внутрь. Это была именно дверь, даже ручка наличествовала, правда гораздо выше, чем это было удобно человеку – примерно на уровне глаз. «Высоковаты были местные обитатели». Кротов обеими руками схватился за мощную скобу и попробовал потянуть на себя, но ничего не произошло. Он потянул изо всех сил – дверь не шелохнулась. «Черт! Мне это не нравится, – мрачно подумал он. – И что дальше?» Он еще подергал скобу, уже чисто автоматически, ни на что не надеясь.

– Сраная дверь! – выругался он и со злостью ударил кулаком по скобе. Та легко, с коротким щелчком, сложилась и утонула в полотне двери.

– Это еще что за хрень?!

Кротов удивленно глядел на дверь – теперь и схватиться было не за что. Но в это время плита двери плавно поехала в стену и через секунду исчезла, оставив после себя проем, точно такой же, в какой он сюда вошел. «Значит, так вы открываетесь – ручку вниз и все. Надо запомнить». Он сунул голову в открывшийся проем и застыл – в большом по меркам космического корабля помещении в несколько рядов стояли гробы! Во всяком случае, это была его первая мысль – слишком уж продолговатые запыленные ящики со стеклянными крышками напоминали те, в которых Имперцы хоронили в космосе солдат, погибших в бою.

Сергей пересилил себя и шагнул вперед. Подойдя к ближайшему «гробу», сквозь пыль он разглядел, что крышка прозрачна. Наклонился и протер стекло.

– Твою медь! – опять в голос выругался он. Сложив громадные руки с черными (Сергей помнил, что на самом деле они фиолетовые) когтями в ящике лежал рахофтар. Кротов достал из заднего кармана таблетку дезинфекционной салфетки, сжал её, активируя, и, после того как она набухла и увеличилась, начал стирать пыль со всей крышки «гроба».

«Йети» был в форме. Какого она цвета, Кротов сейчас сказать не мог, темная и все. Множество карманов, застежек и ремни, пересекающие грудь, наводили на мысль, что зверь относился к военным. Волосатое лицо было спокойно, глаза закрыты. Абсолютно никаких повреждений. С первого взгляда было полное ощущение, что рахофтар спит.

Кротов бросился к другим ящикам, быстро протирая кусочек бронестекла в голове «гроба», он заглядывал внутрь. Во всех двенадцати ящиках повторилось то же самое – навечно застывшие мохнатые лица «снежных людей». Ни у одного не было никаких повреждений, все словно спали. Даже после беглого осмотра устройства, Сергей не сомневался, что «гробы» – это терминалы для гибернации. «Куда-то их перевозили, – подумал он. – Но теперь они навечно здесь, под задницей Императора. Что же это за корабль такой? Снаружи вид самого настоящего Предтечи. Ладно, надо идти смотреть дальше, может, что-то найду». Кротов совсем забыл, как он здесь оказался, и о том, что сейчас происходит там, за бортом черного яйца.

Едва он вышел в овальный проем, появившийся на месте двери, трюк повторился – дверь выскользнула из стены и запечатала вход. «Черт! Откуда идет энергия? Какая-то электроника все еще живет в этом склепе. Почему я её не чувствую?» Сергей опять оказался в знакомом коридорчике и теперь он не сомневался, что это шлюз дезинфекционной обработки. «В свое время тут, наверняка, обмывали какой-нибудь вонючей жидкостью и обсвечивали разными лучами».

Он подошел к выходу и ничуть не удивился, когда двери мягко пошли в переборку. «Они что, боялись, что я уйду, не полюбовавшись на «йети»?» Кто эти «они» Кротов придумать так и не мог. Он двинулся дальше по коридору с твердым намерением зайти еще в несколько приглашающе открытых дверей. Пропустив две, он установился у третьей. Наконец, он вспомнил о приеме, словно для того, чтобы убедиться, что это действительно было, кинул быстрый взгляд на грудь – пехотная звезда и капитанский знак были на месте. «Подождут, – решил землянин. – Они ведь специально разрешили мне войти сюда, значит, сами за века так и не смогли сюда попасть. Поэтому будут ждать хоть неделю. Зайду еще в одну каюту на этом ярусе, в две на втором и в две на третьем, если, конечно, он там будут».

Он давно заметил, что коридор поднимается. «Похоже, так змейкой и крутится вокруг всего «яйца» до самого верха». Приняв решение, Сергей успокоился и шагнул в проем, у которого стоял. Все повторилось – дверь за спиной выехала из стены и перекрыла выход. В этот раз Кротов даже не оглянулся, он быстро подошел к следующей двери и кулаком ударил по скобе, пытаясь уронить её. Здесь все произошло еще легче: как только кулак коснулся скобы, она легко упала и утонула в полотне двери; плита плавно отъехала и спряталась внутри переборки.

– Твою медь! – вслух выругался Сергей. – Опять кладбище!

Весь пол большой каюты был уставлен «гробами». Их было гораздо больше, чем в предыдущей, но форма у них была другая – шире и короче. Кротов автоматически пересчитал – пятьдесят шесть – затем направился к ближайшему, на ходу доставая еще таблетку салфетки. Вот этого он никак не ожидал: когда протер пыль на стекле первого ящика и взглянул внутрь, то даже отшатнулся от неожиданности – в «гробу» лежал ящер. Похожих Сергей видел однажды на родной планете Глемаса – Гроне. Но рептилия в терминале была в форме! Правда, без сапог, но все остальное присутствовало, даже точно такие же, как у рахофтара, ремни крест-накрест. «Наверное, на них носили оружие». Зверь за стеклом выглядел, как и «йети», абсолютно целым. «А вдруг они и правда спят?» Впервые закралась в голову шальная мысль – ведь двери-то срабатывают, значит, энергия в корабле есть?

В этот раз он лишь выборочно прошелся по ящикам, проверил по два в каждом ряду. Везде одно и то же – боевые драконы. «Куда же везли этот «спецназ» и почему не довезли? Ладно, надо смотреть дальше». Он прошел еще выше по спиральному коридору и, пропустив десяток открытых проходов, вошел в следующий. Выполнив знакомую процедуру и заглянув в открывшийся проем, он горько засмеялся – корабль-кладбище! Но смех вдруг застрял у него в горле – «гробы» слишком уж напоминали настоящие гробы! Их было много, Кротов даже пересчитывать не стал – явно больше ста. Осторожно, боясь даже думать о том, что сейчас увидит, он подошел к ближайшему ящику и протер стекло – ноги, человеческие ноги в сапогах. Сергей быстро перешел к другому концу терминала и начал лихорадочно стирать пыль (единственная вещь, которую не могут победить никакие технологии). Остановившись, вгляделся внутрь ящика. Он даже не вздрогнул, подсознательно уже был готов к этому – перетянутый ремнями крест-накрест в «гробу» лежал человек в форме.

Кротов долго вглядывался, пытаясь понять, кто это? Прошел еще десяток ящиков, рассматривая лежавших. Потом разогнулся, с тоской посмотрел вокруг и грустно длинно выругался. Почему-то неожиданно стало очень одиноко. Он понимал, что за броней Черного Корабля суетятся сейчас тысячи Имперцев и корабль наверняка отпустит его так же, как и впустил, но те, что лежали здесь, были его земляки – земляне!

Даже не зная этого наверняка, он не сомневался в своих выводах. Во всех терминалах люди были разных рас – белые, желтые (их было больше всех), красные и черные. Кротов выкинул забившуюся салфетку, достал новую и опять пошел по рядам «гробов». Теперь он не пропускал ни одного – протирал и долго вглядывался в лежащих за бронестеклом. Все были разного роста: попадались гиганты, особенно среди негров, но были и совсем как дети, похожие то ли на китайцев, то ли на монголов. Почти треть были женщины. Ему страшно захотелось, чтобы люди вдруг ожили. Пусть древние, пусть не знают, что такое Советский Союз, но они свои, они оттуда. «Блин, в этот раз я точно полечу на Землю!»

Сергей решил рассмотреть один терминал подробнее. Очень загорелая женщина, довольно красивая, похоже, откуда-то с востока – нос горбинкой – совсем не походила на мертвую. Кротов постарался перестать думать о том, живы они или нет – пока не вскроешь терминал, все равно не узнаешь. «Все-таки это не технологии Империи», – Кротов внимательно, миллиметр за миллиметром, оглядел поверхность и внутреннее пространство ящика. Ничего – ни кнопки, ни экрана, никаких шлангов или проводов внутри. В тех терминалах, которые он видел на кораблях Империи, была целая куча шлангов и прочего оборудования.

«Бесполезно! – со злостью подумал он. – И ничего из памяти предтеч не всплывает. Надо идти дальше». Повторив все, что делал в других проходах, Сергей вышел в основной коридор и пошел по нему вверх. Дверей больше не было. Через некоторое время он определился, что находится примерно в середине яйца. Тут был новый проход, но в этот раз двери были закрыты, никакой ручки-скобы не было. Кротов в недоумении застыл перед ними: что сделать, чтобы открыть двери в этот раз, было совершенно непонятно. Он попытался надавить на дверь обеими руками, но бронеплита никак не среагировала. «Черт с ней! Пойду еще выше». Он уже шагнул дальше по коридору, как полотно двери вдруг ожило.

Двери были гораздо шире, чем те, в которые он входил до этого, они разделились на две половины и ушли в переборку. Сразу за открывшимися дверями оказались еще одни. Кротов, не раздумывая, приложил руки на плиту и надавил. Затем шагнул назад. Все оказалось правильно, через несколько секунд появилась щель, и плиты разошлись. Но в этот раз двери разделились на уровне груди землянина и ушли вверх-вниз. Но ничего нового это не принесло – появилась лишь очередная плита. «Похоже, центр управления кораблем или какое-нибудь оружейное хранилище». Сергей, уже не сомневаясь – два раза сработало, значит, сработает и в третий, – приложил руки к двери и отошел. Выдержав паузу, плита ушла в пол, в этот раз она была цельной.

Кротов шагнул в открывшийся проем и замер – вот оно! Он слышал, что сзади одна за другой закрылись все двери, но даже не оглянулся. В сгустившемся золотистом сумраке Сергей увидел то, что ожидал увидеть с самого начала: помещение полностью было забито черным с золотистым отливом веществом, изрезанным бесчисленными проходами, хаотично пересекавшими черную массу.

Сергей стоял и смотрел на то, что когда-то изменило не только его жизнь, но и его сущность. Теперь он уже не сомневался, как раньше – человек ли он? Конечно, человек, но и не только. Он принял это – как называл нифлянец – дар предтеч. Он прислушался к себе, что с ним сейчас произойдет, свяжется ли брат с ним, однако его чувства молчали. Машинально он протянул руку и коснулся черной массы: ему, вдруг, опять захотелось почувствовать какая она на ощупь. Сергей до сих пор помнил ощущение сразу и твердости, и мягкости. Но нет – в этот раз черное тело оказалось совершенно твердым и холодным, никакого ощущения бархатистости. «Мертв, – почему-то от этой мысли стало очень горько. – Слишком долго он ждал меня». Сергей даже не заметил, как связал себя с Предтечей.

В это время он, наконец, что-то почувствовал. Сначала физические ощущения – руку, приложенную к стене, начало покалывать, как бывает, когда в передавленную конечность начинает поступать кровь. «Что это? – Кротов хотел отдернуть руку, но остановился. Совершенно ясно он понял, что надо поделиться энергией. – Значит, все-таки жив!» Ему стало так радостно и хорошо, что, кажется, даже кожу на затылке стянуло от удовольствия. Но чем дольше он стоял, тем большее разочарование наполняло его: руку перестало покалывать, и стена, которая начала казаться теплой, вновь остыла. «Почему? – чуть не закричал он. – Я же тут, на, бери!» Землянин прижал и вторую руку к черной стене. Постояв еще пару минут, он опустил руки – бесполезно, контакт исчез и больше не появлялся.

Сергей пригнулся и прошел в один из многочисленных ходов, дырявивших черное тело. В этот раз никто не гнал его насильно из прохода в проход, он мог идти куда хотел, но, вдруг, сразу же, как только шагнул внутрь тела, понял – не туда! Теперь уже собственный мозг подсказывал ему, куда надо идти. «Не зря нифлянец тогда, в тюрьме, предсказывал, что я еще многое вспомню, многое всплывет». Хотя всего лишь несколько минут назад он злился как раз на то, что ничего не может вспомнить.

Он постоял, пытаясь разобраться, в какой проход надо войти, но определить не смог. «Будем методом тыка, по земному». Кротов шагнул в следующий ход справа – опять не то. Почувствовал, что он там, где надо, только с четвертой попытки. Сделав пару шагов, он понял, как надо двигаться – теперь он безошибочно выбирал направление и шагал в нужные ходы. По мере того, как он пробирался через овальные проходы, в нем просыпались все новые и новые знания. Теперь он уже знал, что даже в мертвом корабле правильно выбранный путь через тело-мозг позволит узнать информацию, которую умиравший Предтеча пожелал оставить.

Он шагал то совсем медленно, прикрыв глаза словно сомнамбула – в этих проходах было больше информации, то чуть ускорялся и открывал глаза. Сергей вновь потерял счет времени, но ясно чувствовал, что он – это он, землянин Сергей Кротов. В этот раз никто не пытался поглотить его «я». Неожиданно лабиринт кончился, Кротов открыл глаза и огляделся – он стоял на том же месте, откуда начал свое путешествие.

Теперь он все, или почти все, знал про этот корабль, и это его шокировало.

Мозг, умерший здесь, был не настоящим предтечей. Это был всего лишь донорский кусочек тела настоящего Предтечи, сращенный с электроникой транспортного корабля. Он прибыл туда, куда надо, на Цессию, сотни веков назад и терпеливо ждал своего часа. Что именно он ждал, Кротов не совсем понял. Однако слишком много времени прошло, и ему пришлось пожертвовать собой ради груза. Только этот груз мог защитить эту планету. Тысячи других черных кораблей-транспортников развезли по тем планетам, которые обязательно надо защитить, огромное количество такого груза. Предтеча отдал всю энергию, она сейчас распределена индивидуально – каждый механизм сможет отработать несколько раз на запасенной в мертвом аккумуляторе энергии.