Оазис совсем не изменился, словно я уехал отсюда только вчера. Так же белели среди зелени стены красивых домов, так же текла по улицам толпа приезжих, немного разбавленная местными жителями, и так же маняще сверкало озеро в центре города.

Во время путешествия по пустыне, я обдумал, что я буду делать в городе. План был простым и коротким: первым делом я решил навестить знакомого торговца. Гракс обещал свести меня с профессиональными грабителями мертвых городов. Хотя теперь, после посещения одного такого места, я уже не испытывал большого интереса к этим кладбищам, но чем черт не шутит…

Под номером два у меня шло – найти и изучить письменные документы этого мира. Что-нибудь типа библиотеки или какого-нибудь архива. Я не верил, что городские жители хранят всю свою историю в голове, как азалы. Цивилизация здесь продвинулась гораздо дальше, по сравнению с диким пустынным племенем.

Третьим значилось – попытаться все-таки разобраться с этим странным озером. Почему оно меня так тянет, и так пугает.

Но главной целью так и оставалось одно – найти Элен!

Приехал я к вечеру, искать что-нибудь новое было некогда, да и незачем, от удобств я за эти два года уже основательно отвык. Поэтому остановился и ночевал на том же постоялом дворе, что и в прошлый раз, когда сопровождал сюда группу в качестве охранника. Утром, после простого завтрака – лепешка, сыр и чай из джиги – я сразу пошел в город.

Я вышел за стену, осмотрелся, прикидывая, куда лучше направиться с утра – в лавку Гракса или на поиски «библиотеки»? Запрет на поездки по поселению на драконах никто не отменял, ходить придется пешком, поэтому я решил сначала наведаться в уже известное место – к торговцу оружием. Там заодно, можно было, и порасспросить про цель номер два.

Но с самого начала, все пошло наперекосяк. Хотя сначала я ничего подобного не ожидал.

Я прошел через калитку с кованым цветочным узором, остановился и огляделся. Начавшийся день выглядел прекрасно, и не предвещал ничего плохого. Утреннее небо было высоким и голубым, совсем как там, в мире, где я прожил больше двадцати лет. Солнце, начавшее свой трудовой день, упорно лезло в гору, по пути заливая, не жарким еще светом, фантастический после однообразия пустыни, пейзаж – белый камень и буйная зелень. Я невольно заулыбался и подумал, что сегодня мне обязательно должно повезти – не может такое утро быть предвестником неудачи.

Но, как оказалось, может.

Я шагал по тротуару, спрятавшемуся в тени широколиственных деревьев, заглядывал в лица украдкой улыбавшихся мне, встречных девушек и от избытка чувств даже начал насвистывать какой-то мотивчик из прошлой жизни.

И вот как только я засвистел, что-то изменилось – словно на все упала какая-то невидимая тень. Я стал фальшивить, а через минуту и вовсе замолчал, свистеть расхотелось. Ничего вокруг, как будто, не поменялось – лишь поднялся небольшой рваный ветерок, но настроение у меня пропало. Маленькие смерчи начинали крутиться посреди улицы, поднимая пыльные фонтанчики, но тут же исчезали. Я остановился – что-то это мне напоминало.

Однако додумать я не успел – девушка, обогнавшая меня, даже не взглянула в мою сторону, но меня, словно иголочка кольнула в сердце. Есть тысячи мелочей, которые невозможно даже описать, но по которым мы безошибочно выхватываем взглядом знакомого из безликой толпы. И в этот раз, даже со спины, я сразу узнал её. Фигурка и походка стройной невысокой незнакомки, быстрым шагом удалявшейся от меня, могла принадлежать только одной девушке на свете – Элен. Волна жара прокатилась по моему телу, еще не веря себе, я ускорил шаг и негромко позвал:

– Леночка. Элен.

Та, не оглядываясь, пошла еще быстрее, но я мог поклясться, что она еле заметно вздрогнула, когда я позвал её. Догнать её я не успел. За моей спиной раздался звонкий хлопок, словно лопнул детский воздушный шарик, смерчи резко усилились и ветер ударил мне в спину. Шедшие навстречу, двое пожилых кочевников – я узнал их по неизменным меховым безрукавкам – резко остановились, словно налетели на стеклянную стену. Даже многолетний загар не смог скрыть их мгновенную бледность – настолько напугало их происходящее за мой спиной.

Я на секунду отвлекся от Элен и обернулся. Наверное, мое лицо стало гораздо белее чем у кочевников – то, что я увидел, было действительно страшно.

Прямо посреди ровной белой брусчатки улицы стоял Ангел. Я автоматически отметил, что женская стройная фигура с большим наростом за спиной, как и в прошлый раз, не касается земли. Она висела в воздухе. Я не стал раздумывать, эта же стальная женщина погубила мою Ленку в Городе или нет, вместо этого я резко развернулся и рванул вдоль улицы. И тут меня снова ударило током – Элен впереди не было, она исчезла. Словно, все это мне привиделось. От неожиданности я чуть снова не остановился, но вид убегающих кочевников и чей-то испуганный крик заставили меня тоже набрать скорость. Второй раз встречаться с этой красавицей-убийцей, я не хочу.

Я пожалел, что взял с собой Маузер – тяжелый пистолет в деревянной кобуре, висел на ремне через плечо. На бегу он больно колотил меня по ногам и пятой точке. Я прекрасно знал, что он – как и любое огнестрельное оружие – бесполезен против этой серебристой прекрасной твари. Это мы уже проходили – прошлый раз я стрелял из автомата Калашникова, и никакого вреда ни Ангелу, ни Охотнику это не принесло. Надо было брать винтовку. Правда, сейчас, когда эта адская женщина снова появилась рядом, я уже стал сомневаться, что и лазерная винтовка, которая в эту минуту лежит замотанная в циновку среди вещей на постоялом дворе, сможет чем-нибудь помочь мне. Слишком уж, потусторонне выглядел Ангел.

На ходу я заметил открытую калитку и уже хотел нырнуть туда, но тут на сцене появилось новое действующее лицо. С другой стороны улицы так же лопнул воздушный шарик и на белой брусчатке возник второй мой «знакомый» – Охотник. Пьеса абсурда, начавшаяся когда-то в Городе, продолжалась.

Брутальный мужик в меховой, как у кочевников, накидке, железной рукой удерживал рвущегося вперед дракона. Зверь был гораздо крупнее, чем те, на которых ездят кочевники. Он мотал головой, раскрывал пасть и выдыхал куски пламени. Только сейчас я разглядел, чем отличался Охотник от кочевников – во-первых он был гораздо массивнее любого мужчины из пустыни. И, во-вторых, он был рыжеволосым – длинные нестриженные патлы торчали во все стороны. Борода тоже выглядела не лучше – её, похоже, не стригли с тех самых времен, когда она начала расти.

До меня вдруг дошло, что вместо того, чтобы убегать и прятаться, я опять просто стою и рассматриваю появившихся тварей. Остальные люди, до этого наполнявшие улицу уже исчезли. Как и та, девушка, что я принял за Элен. Теперь, когда я её больше не видел, я начал сомневаться в своем узнавании – наверное, опять привиделось. Просто я очень ждал её появления, и теперь любую похожу фигурку, сразу считаю принадлежащей Ленке. Я встал боком, чтобы видеть обоих гостей и заметил, что они двинулись. Первой бесшумно поплыла Ангел, и тотчас же, по камню мостовой застучали копыта шагунга.

Взгляды обоих тварей сошлись на мне, на других убегавших они не обратили никакого внимания. Сомнений не было – эти создания появились здесь из-за меня. В прошлый раз оба чудовища, прежде чем обратить внимание на нас с Ленкой, устроили разборки между собой. Но не факт, что они и сегодня схватятся. Может они уже обо всем договорились и поделили меня.

К черту! Хватит размышлять – надо действовать. Я выбросил всю лирику из головы, шагнул назад, потом резко развернулся, подскочил к белокаменной ограде, и в одно мгновение, перемахнул через нее. Упал в какие-то колючие цветы, которые немедленно навтыкали мне иголок. Но это были мелочи, по сравнению с тем, что ждало меня за оградой, поэтому я только выругался и забыл об этом.

Похоже, я попал во двор зажиточного горожанина – и лужайка перед домом, с белыми каменными изваяниями на зеленой траве, и ухоженные деревья вдоль ограды, и сам дом, высокий и красивый, все говорило о достатке и хороших слугах.

Не оглядываясь, я рванул прямо по лужайке, заскочил на высокое крыльцо и дернул массивные двери из темного дерева. Они пятном выделялись на фоне белизны стен. Двери оказались заперты, я со всех сил начал колотить в них, и оглянулся – что там делают мои «друзья»? Однако за оградой и деревьями ничего не разглядел. В это время замок щелкнул, и одна створка начала открываться. Я со всей силы рванул её. Человек за дверью не ожидал этого и чуть не выпал наружу. Я поймал его, втолкнул обратно и прошипел ему прямо в ухо:

– Закрывай и пошли отсюда!

Хозяин, однако, уже ожил и схватил меня за руку:

– Кто вы? Что вам здесь надо?

Голос мне показался знакомым, я остановился и взглянул в лицо мужчины. Вот это встреча! Мне в глаза смотрел Гракс.

– Это вы?! – он тоже узнал меня. – Как вы тут оказались?

– Надо прятаться! – вместо ответа, сказал я и попытался вырвать руку. Хватка торговца оказалась неожиданно крепкой, я не ожидал такой силы у обычного лавочника. В глазах Гракса мелькнула досада, и он быстро отпустил мой рукав. Мне показалось, что он пожалел, что случайно позволил мне оценить его истинные физические возможности.

– За вами гонятся? Кто?

– Некогда объяснять! Есть у вас подвал? Он запирается изнутри?

Похоже, я все-таки убедил его. Он махнул мне рукой и сам пошел вперед.

– Я спрячу вас, так как помню наши беседы в прошлый раз. Но дайте мне слово, что вы не замешены не в чем противозаконном.

– Конечно, нет! – с жаром ответил я. – Просто за мной, действительно, гонятся. Вам и вашим близким тоже необходимо спрятаться. Эти твари никого не пощадят.

Он кинул на меня быстрый взгляд и ускорил шаг.

– Хорошо. Я вам верю. Сейчас я провожу вас в укрытие, потом побегу за своими.

Мы прошли под красиво изогнутую, покрытую резьбой белоснежную лестницу, ведущую на второй этаж. Я опять удивился величине дома простого лавочника – из огромного зала мы вышли в такой же огромный коридор. По обеим его сторонам находились двери. Мы миновали два входа и остановились у третьего. Двери тут были без всяких изысков, просто белое полотно с простой медной ручкой. Хозяин открыл створку и пропустил меня вперед. Я шагнул и замер, предчувствие чего-то нехорошего кольнуло меня. Слишком необычной была комната. Темная, как чулан папы Карло – свет падал только из раскрытой двери – небольшая и совсем не соответствующая обстановке этого плантаторского дома. Мало того, что на полу и везде вокруг лежал многолетний слой пыли, комната была забита каким-то старьем, как у одинокой старушки где-нибудь в деревне России. В полосе света, среди пыльных мешков и коробок, я явственно увидел заднее колесо велосипеда.

– Что за…? – я повернулся к двери и заметил, что она закрывается. Я бросился назад и уперся в створку, не давая двери захлопнуться. Однако не успел, створка стукнула по косяку и свет в чулане исчез. Перед тем, как дверь захлопнулась я успел услышать то, что парализовало меня.

– Гракс, он там? Ты привел его?

Этот голос я узнал бы среди тысячи других. Это был голос той, кого я искал все это время.

– Элен!

Закричал я, и бросился на дверь. К моему удивлению, она легко открылась, и я вывалился наружу. Ошеломленный, я тупо глядел на открывшуюся передо мной картину.

Мой наряд – жилет из пятнистой шкуры, изрядно заношенные джинсы и выцветшие, побелевшие берцы, но и самое главное – кобура с торчавшей рукояткой Маузера, а также черный нож на поясе, не вызывал никакого интереса в Оазисе, но сейчас явно не соответствовал окружающей действительности. Я стоял, и завороженно смотрел на проносившиеся мимо, сверкавшие машины, на людей, спешащих куда-то по своим делам, на огни рекламы, сверкавшие над стеклами магазинов в нижних этажах домов, и постепенно понимал, что я вернулся. Люди, изредка взглядывавшие на меня, не отрываясь от приложенных к уху смартфонов, явно были москвичи. Из той самой Москвы, из которой я когда-то выпал в Город с постоянно серым небом. Где бы еще в мире, я со своим диким нарядом не вызвал никакого интереса у окружающих?

Но я оказался не прав – кое-кто все-таки проявил ко мне интерес. По тротуару шла тройка полицейских в черной форме с тонкими красными прошивками. Они остановились, секунду глядели на меня через низкие стриженные кусты, отделявшие тротуар от брусчатки перед подъездом, потом, словно по команде, все рванули пистолеты из кобуры.

– Руки вверх! Не дергайся! Одно движение и ты покойник!

Я до сих пор не знаю, почему я так поступил. Потом, раздумывая об этом, я принял для себя одно объяснение – я испугался. Но где-то в подсознании, я чувствую, что мной управляло что-то другое. Наверное, я уже никогда не смогу вернуться в нормальную жизнь, с ежедневной работой в офисе.

Я дернул стальную, с кодовым замком дверь, к моему удивлению, она легко, словно ждала меня, открылась, а потом мягко захлопнулась за моей спиной.

Темнота. Я вспомнил эту темноту – точно такая же была в том подъезде, когда я зашел помочь девчонке в Москве, а вышел в Городе. Я попробовал сказать первое попавшееся:

– Мама.

Все точно. Так же было и в прошлый раз, хотя говорил я, голос я слышал явно не свой. Я потыкал рукой вокруг себя – ничего. Уходить от двери я не решился – эта комната не вызывала у меня никакого доверия. Беззвучная непроницаемая темнота начала давить на меня, подобные ощущения у меня были, когда я с Элен на лодке плыл через Мглу.

Вспомнив про Ленку, я мгновенно потерял голову – ведь я только что слышал её голос, она еще там, в доме Гракса. Она, наверняка, еще там! Я толкнул, опять ставшую деревянной дверь, она, как всегда, легко поддалась и распахнулась на всю ширину.

Из проема хлынул поток солнечного света – это точно был не дом Гракса. Я выглянул наружу и невольно отпрянул – дверь открылась прямо в небо! Далеко внизу лежала лоскутная разноцветная земля, сверкали серебристые зеркала озер и рек, топорщились иголочками деревья далекого, темно-зеленого леса. Вид был точно такой, какой видишь с борта самолета. Совсем как в армии перед прыжком, не хватало только рева двигателей самолета. Я уперся рукой в стену и опять выглянул наружу. И точно так же, как в первый раз, быстро спрятался в темноту своего пыльного чулана. Мозг не воспринимал то, что я там увидел – снаружи ничего не было, только бескрайнее синее небо. Проем двери, не колеблясь, висел прямо в воздухе. Даже находясь в Городе, где были нарушены множество законов природы, такого аттракциона я не видел. Но почти два года, проведенные вне нормальной реальности, подготовили мозг ко всяким фокусам. Через несколько секунд я успокоился и начал воспринимать происходящее, как нечто само собой разумеющееся. Ну, висит чулан в воздухе, в километре над землей и висит, что здесь такого.

До меня понемногу стал доходить смысл этой двери и этой комнаты, но додумать появившуюся мысль я не успел. Вдали, в небе появилось несколько точек. Они находились лишь чуть ниже меня. Точки быстро приближались и начали увеличиваться в размерах. Сначала я решил, что это птицы, но быстро откинул эту мысль – штуковины летели слишком прямолинейно, совсем не похоже на живые существа. А еще через секунду я уже лихорадочно ловил в воздухе ручку распахнутой двери, желая скорей закрыть её. Ко мне быстро приближались пять Ангелов. Я уже разглядел жутко красивые, постоянно меняющиеся лица тварей, когда, наконец, нащупал ручку двери. Я резко рванул её на себя и захлопнул почти перед самым носом Ангелов. Я даже успел расслышать первые ноты прекрасной мелодии – кто-то из Ангелов заговорил.

Дверь со стуком ударила по косяку, и я снова оказался в темноте. Надо немного отдышаться, подумал я и присел прямо на пол. Как только я оказался в темноте, на меня опять навалилась непонятная тревога, заставлявшая, как можно быстрей открыть дверь и выбираться отсюда. Но, несмотря на это, я героически удержался и попытался привести мысли в порядок.

Итак, что я имею: есть какая-то непонятная комната, выходя из которой я попадаю в разные миры, или может разные планеты. Хотя последнее я быстро откинул. В моем представлении, большинство планет, кроме Земли, безжизненны, и открыты окружающему космосу. Тут же я не только свободно дышу везде, но и все остальное почти совпадает – есть вода, есть животные, есть растения и даже люди. Пусть и отличающиеся, от привычных мне.

Кроме комнаты, есть еще люди, которые знают её свойства и осознанно используют это помещение. Я вспомнил про девушку, когда-то заманившую меня в этот чулан, и про Гракса, который, как я теперь понял, тоже специально затолкнул меня сюда. А Элен – какое она место занимает во всем этом спектакле? Теперь, когда я немного успокоился, я сообразил, что моя подруга совсем не та, за кого она себя выдает. То, что это был её голос, я ни капли не сомневался, слишком хорошо я его помню. Значит, и в те разы, что я видел её в Оазисе, это тоже была Ленка.

Но почему?! Почему она себя так ведет, этого я не понимал. Я был уверен на сто процентов, что она любит меня. Нельзя подделать такое чувство, и обманывать на протяжении года, это невозможно, я бы все равно почувствовал.

Больше размышлять я не мог, проклятая комната с её пыльным безмолвием, окончательно придушила меня. Надо открывать дверь, иначе можно сойти с ума. Я поднялся на колени, нащупав дверь, толкнул её и, не удержавшись, сам вывалился наружу. Помня о прошлом, я мгновенно сжался, стараясь удержаться внутри чулана. От страха, что там опять пустота, я даже невольно зажмурился.

– Ты чё, опять пьяный?

Рука наткнулась на твердый пол, а голос заставил меня широко раскрыть глаза. Я не ошибся, так бесцеремонно со мной разговаривал только один человек, который не боялся меня даже после бутылки водки. За круглым столом, уставленном различными бутылками и тарелками, вполоборота ко мне, сидел Морячок Вовка.

Не дожидаясь ответа, он пригласил:

– Иди сюда, а то я не смогу это все осилить.

– Морячок! Володька!

Я вскочил с пола и бросился к нему. Тот встал навстречу, и мы обнялись.

– Братан, откуда ты здесь?! – я никак не мог поверить своим глазам.

– Все, все, успокойся. Присаживайся, – он показал на венский стул с гнутой спинкой, стоявший с другой стороны стола. Сам Морячок был как всегда спокоен, серые глаза внимательно смотрели на меня.

– Рассказывай! – забыв про все свои злоключения, я упал на стул и уставился на Володьку. – Потом я тебе расскажу, ты в осадок выпадешь.

– Не торопись, отдохни, поешь, – Морячок показал на блюда, наполненные разными вкусностями, о существовании которых я уже давно забыл. Он вел себя так, словно мы расстались только вчера, я даже не заметил, чтобы он проявил любопытство.

Что-то зашевелилось в моей голове, но все мысли отступили, когда я увидел тарелку с дымящимися пельменями и почувствовал их божественный аромат. А Вовка, словно чувствуя, уже наливал мне граненую стограммовую стопку водки.

– Черт! Откуда все это?

Я обвел рукой стол.

– Ты ешь, – словно не слыша, опять предложил Морячок. – На вот, стопочку прими для начала.

– Правда, сто грамм сейчас в самый раз, – я взял водку и нацепил на вилку пельмень. – После того, что я сегодня испытал, в самый раз выпить за здравие.

Я уже поднес рюмку ко рту, но тут что-то в окне отвлекло меня. Я встал, и с вилкой и стопкой в руках, подошел к большому старинному окну. Блин, а ведь у Морячка в кабаке не было таких окон, – запоздало подумал я. Я взглянул через стекло и выругался про себя. Резко развернулся к хозяину и спросил:

– Володя, как это понимать? – я кивнул на окно, за которым расстилалась ровная снежная равнина. – Мы не в Городе?

Тот снова не ответил мне. Вместо этого он вполголоса прошептал свое:

– Эх, Санька, ты Санька. Ведь говорил же я тебе, не связывайся ты с этой француженкой…

Водку я так и не выпил. Рюмка и остывшие пельмени стояли передо мной, пока я слушал рассказ Володи. Чем больше он рассказывал, тем больше я понимал, что говорит он не все. Он даже не скрывал этого, просто иногда обрывал себя на полуслове и сообщал, что это мне знать пока рано. Однако даже того, что я услышал, мне хватило чтобы понять – картина мира, которая сложилась у меня в голове, неполная. То есть существует и множество миров, и комната с меняющейся дверью, через которую можно попасть в эти миры, но это не главное. Главное люди, которые могут ходить через эти двери.

– То есть ты, – перебил я Моряка, – в любой момент мог уйти из Города? И я мог спасти Ленку?

– Опять ты за свое? – скривился Вовка. – Я же тебе объясняю, что её спасать не надо. О ней есть, кому подумать. Да и не все я могу.

– Но уйти из Города все-таки можешь?

Он кивнул. Я взял со стола рюмку и, наконец, одним глотком проглотил ставшую уже теплой водку. Вкуса я не почувствовал. Слишком далеко улетели мои мысли. Надо было обдумать все то, что я сейчас услышал. Столько всего навалилось сегодня на меня, и вряд ли одна рюмка тут поможет.

Из рассказа Морячка выходило, что он тоже оказался в Городе случайно, тоже попросили зайти. Только не на улице, а в деревенском магазине пожилая продавщица попросила вынести тяжелый ящик из подсобки. Так и попал. Дальше все тоже похоже – сначала был поисковиком, потом открыл ресторан. Про все это я знал и слушал вполуха, а вот дальше…

Нашлись люди, которые подсказали, что есть возможность выбраться из Города. Сначала не поверил, но, как оказалось действительно есть. И все не очень сложно, нормальный человек сообразит быстро. На мой вопрос, почему же он сам не покинул Город, и никому не рассказал об этом, последовал стандартный ответ – есть небольшая закавыка, но тебе об этом знать еще рано. В общем, все как всегда – за все надо платить, и за эти знания тоже. Хотя не дорого, ничего страшного он не требовал, надо просто выполнять кое-какие правила.

Сомнение в искренности Володи появившееся у меня сразу, по мере его рассказа только усиливались. Блин, как же так? Ведь я всегда ему верил безоговорочно. Он для меня был эталоном честности, почему же сегодня я ему не верю? Что происходит?

И еще меня очень интересовало его отношение к Ленке. То, что он недолюбливал Элен, я знал с самого начала, еще в Городе. Сейчас же я чувствовал, что здесь тоже все не просто. Раньше он говорил, что она мне не пара, мне нужна настоящая русская девушка. И я воспринимал это, как его чудачество, просто парень патриот своего народа, я множество встречал таких в своей жизни. Но эта многозначительная фраза о том, что он предупреждал меня, чтобы я не связывался с Ленкой. Значит, он что-то знает о ней такое, чего не знаю я. И это наверняка так – последние события, когда я услышал её голос в доме Гракса, говорило о многом. Вообще, я чувствовал сейчас себя полным лохом – все вокруг что-то знают, как-то используют меня, и только я плыву по воле ветра, никак не управляя своей судьбой.

– Ладно, не буду долго утомлять тебя своей болтовней, есть люди, которые могут рассказать тебе больше. Если, конечно, захотят.

Вовка встал и подошел к двери, из которой появился я. Сейчас это была обычная межкомнатная дверь. Он открыл её и крикнул:

– Вилли, иди сюда, он готов!