- Пойдем, - ничего не объясняя, сказал самый мощный из нежити, и первым направился в темноту, вглубь подземелья.

- Молчи, - прервал Сельфовур старого орка, который горящими глазами рассматривал окруживших их живых мертвецов и однообразно повторял:

- Вогалы, это Вогалы...

- Потуши это, - приказал вампир, морщась и прикрываясь рукой от висевшего над их головами желтого светящегося шара. - Мы проведем вас и в темноте.

Сельфовур мгновенно повиновался - он понимал, что теперь их точно доставят туда, куда он хотел попасть. Гарантией этого, является появление тех же слуг Тени, что забрали пленников. Значит, пока у него все получается. Он снова схватился за амулет - за время схватки тот почти примерз к груди.

Как только все погрузилось во тьму, сбоку под самой стеной, вампиров и их пленников обогнал небольшой зверек. До этого он шел вслед за орком и человеком. Грызун, быстро перебирая лапками, мчался вперед, ориентируясь по мерзкому запаху прошедших здесь недавно живых мертвецов. Так что к тому времени, когда толпа Вогалов подошла к закрытому каменной плитой проходу, зверек уже спрятался там за выступом стены. Хотя его и заметили несколько Стражей, вернувшихся на свои посты, но взбудораженные схваткой они не среагировали - крыс здесь всегда хватало, пусть их ловят гоблины.

Битва, кипевшая в овраге и вокруг холмов, с наступлением темноты, хотя совсем и не прекратилась, но явно потеряла свой накал. Особенно это касалось орков и их прямых противников - степняков. Представители воинов обеих рас не были магами и не могли поддерживать свои силы при помощи колдовства. И тем, и другим, требовался отдых. Так же, как и их лошадям.

Маги и колдуны тоже уже не метали безостановочно в друг друга молнии, камни или живых ядовитых слизней. Силы были равны, и для выигрыша надо было основательно подготовиться. К тому же и те, и другие обнаружили, что их ряды покинули наиболее сильные бойцы. Примерного равновесия, это не нарушило, однако, тоже повлияло на приостановку битвы - надо было разобраться, что произошло.

В результате разбора обе стороны обнаружили, что то, за что они с таким остервенением бились, исчезло. Пленников и артефакты, унесли исчадия ночи - те, в существование которых, даже сейчас не хотелось верить. Через полчаса оба лагеря знали, что в их битву вмешались настоящие Вогалы-вампиры. Для людей и орков, это ничего сильно не меняло - нежить промелькнула, убивая и тех и других, и тут же исчезла. Для магов же и колдунов это стало подтверждением того, что они уже и так знали - Зерги почти добилась своего и скоро в мире начнется уже такая битва, против которой нынешний бой покажется возней младенцев в плетеных ивовых яслях.

Как бы то ни было, сдаваться и уходить никто не собирался - одни рвались к морю Кашпи, ведь это была последняя возможность хоть как-нибудь повлиять на события, а другие собирались их задержать. При этом обе стороны, как и всегда при таких действиях, желали уничтожить противника до последнего бойца. Орки хотели воевать, чтобы отомстить за своих погибших собратьев, да и просто, по своей врожденной страсти к убийствам. А воины кочевники, не могли остановиться пока на их свободной земле есть живые чужаки. Были еще два человека, у которых была своя, личная месть. Веса прямо сейчас рвалась в бой, никак не веря, что она опять только что потеряла последнего брата. А Шаху, её муж и вождь племени, должен был отомстить за смерть появившегося на миг, и сразу исчезнувшего нового родственника.

Так что никто не сомневался, что с рассветом кровь опять польется рекой.

Но все началось гораздо раньше.

После того, как исчезли Сельфовур, Мазранг, и родовой шаман Арагуз, Борезга получил относительную свободу действий. Из колдунов, которые могли начать командовать его воинами остались двое, теперь молодой командир даже знал, как их зовут - Хорошинар, этот был вроде бы из своих, но близко к себе не подпускал. И второй - эльф Туманель, он был хоть и враг по рождению, но давно предал своих и сейчас бился, помогая оркам даже больше, чем колдун-сородич. Однако, они были заняты своей войной, им противостояли такие же бойцы с другой стороны - те, кто использует вместо стрел молнии, а вместо меча ураган. Поэтому, за несколько ночных часов, Борезга полностью сменил тактику будущего боя.

Теперь, когда никто не гнал его во чтобы то ни стало защищать каких-то маленьких ублюдков теряя лучших воинов, он смог, наконец, действовать по своим планам. Все время, пока было особенно темно, его воины постоянно беспокоили врага. Он вспомнил недавние времена, когда орки не знали лошадей, и разделив несколько нойб надвое, отправил эти маленькие отряды атаковать спящего врага. Отправленные на верную смерть воины, как нельзя лучше справились со своим делом. Своими атаками, они подняли не только кочевников, но и воюющих рядом с ними, магов. Они тоже вступили в бой, и тогда обоим Черным, тоже пришлось отвечать. Эти схватки отвлекли магов и степняков от главного действа этой ночи. В то время, когда маги и колдуны старались убить друг друга разными экзотическими способами, пять десяток орков, прокравшись в овраг, выкорчевали злополучные колья.

Как только небо на востоке стало светлеть, и стало возможно разобрать куда направить коня, колонна орков потекла с холма в подготовленный проход. Понимая, что без помощи колдунов в таком деле не обойтись, Борезга накануне открыл Черным свой план. Те высокомерно выслушали его, но никаких оценок не дали. Молодой правитель не посмел настаивать - он хорошо понимал, что в общении с этими колдунами показывать свой нрав, выйдет себе дороже. Так и не дождавшись одобрения или порицания, Борезга выругался про себя и ушел. Но планы решил не менять. И все получилось - перед самой атакой, когда злые хмурые воины уже вскакивали на своих лошадей, его подозвал Хорошинар:

- Действуй, как решил. Мы выберемся сами. Когда тронетесь, мы поддержим.

Больше он ничего не сказал и вернулся на холм. Борезге большего и не требовалось, хоть он и командовал огромным отрядом закаленных вояк, он знал, что сбеги они просто так, без предупреждения, от наказания его ничто не спасет.

Разгоняясь с холма, тяжелые всадники набирали ход. Темная живая река выплеснулась в овраг и, взорвавшись боевым кличем, хлынула на другую сторону. В тот же момент двое Черных объединили свои силы и над холмом, где находились маги братства закружилась темная воронка урагана. Маги Стерега чуть упустили время, чтобы разрушить чары в самом начале и торнадо с каждой секундой набирало силы. Через полминуты смерч набрал такую силу, что начал разбрасывать людей. Всадники-степняки, птицами понеслись с опасного кургана.

Колдуны добились своего - никто из магов не заметил вовремя прорыв орков через овраг. Так что встречать ощетинившийся оружием, ударный кулак, пришлось тем же, кто и до этого держал здесь оборону - лучникам Витайлеана и полуэльфкам.

Не обращая внимания на потери, Борезга гнал своих воинов вперед - теперь ничто, кроме какого-нибудь мощного колдовства, не могло остановить орков. Но маги братства сейчас были заняты - выстраивали защиту и гасили силу колдовского вихря.

Горстка лучников ничего не могла сделать с разогнавшейся лавиной оркской колонны. Уходить тоже было поздно, поэтому, едва успев вскочить на своих лошадей, смешанный отряд чистильщиков, эльфов и полукровок, тут же вступил в последний бой. Бросив бесполезные луки, они обнажили мечи. Такой небольшой отряд, вряд ли смог бы оказать серьезное сопротивление превосходящему врагу, но все воины в нем были профессионалами и орки первыми напоровшиеся на их мечи, сразу почувствовали это.

Все бились насмерть, понимая, что это их последний бой и надо с честью закончить земную часть своей жизни. Оркам тоже терять было нечего - если не прорвутся, кочевники все равно не успокоятся, пока не убьют всех.

Как ни хороши были воины Корада, противостояли им тоже не дети, а численный перевес решил исход. Первой погибла Брида, прикрывая левую сторону своего командира, она подставила меч под удар стальной палицы здоровенного орка. Однако не смогла удержать удар и открылась. Этим воспользовался следующий воин-орк, его короткое копье, пробив накладную пластину на груди, насквозь пробило тело женщины. Сервень озверел - никто вокруг кроме них самих не знал, что эти двое любили друг друга.

Он рычал и яростно крушил все вокруг, тщетно пытаясь отомстить за смерть любимой. Чистильщик не на много пережил свою тайную любовь - сначала кистень с многочисленными шипами сломал ему руку, а потом широкий меч довершил дело. Так начали гибнуть и противники Зерги.

Бой был скоротечен - гораздо быстрее, чем об этом можно рассказать. Бились сразу все, и несмотря на то, что орков гибло больше, отряд таял. Наступил момент, когда сражаться продолжали только двое - Крис и озверевший, совсем не похожий на эльфа Витайлеан.

Борезга понял, что его план удался. Первый заслон они опрокинули, а кочевники еще не сообразили, что колонна вырвалась из ловушки, и не пришли на помощь своим. Так бы все и закончилось, но в этот миг боги, игравшие за орков, похоже, отвлеклись на что-то более интересно, чем кровь и боль смертных.

Виайлиан, сквозь кровавый туман ярости, застилавший его глаза, вдруг заметил молодого военачальника орков. Увидев такую цель, эльф, словно обрел новые силы - его старинный меч, начал летать в два раза быстрее. Расталкивая погибавших под его ударами орков, он рвался к Борезге. Тот, тоже увидел врага и сам ринулся к нему навстречу. Остальные невольно расступились, давая место для схватки таким воинам.

Хотя Борезга был моложе и намного сильнее, но опыт и ловкость эльфа свели на нет эти преимущества. И в конце концов, опыт победил - острейший эльфийский клинок вошел, словно стрела, в горло Борезги. Тот удивленно скосил глаза на засверкавший в свете розового восхода меч, попытался схватить лезвие, чтобы выдернуть, но тут у него горлом хлынула кровь, и он завалился на шею лошади.

Еще не успел отзвенеть победный клич эльфа, как несколько мечей и кистеней ударили по нему. В этот раз, уже не ловкость, не опыт его не спасли. Зато, растерянность, охватившая орков, после смерти командира, позволила спастись Крис. Она только успела вырваться из круга орков, когда услышала уже привычный улюлюкающий клич степняков. Они наконец, разобрались во всем, и ударили по смешавшейся колонне сразу с нескольких сторон.

Больше они в этот день от орков не отстали. И уже под вечер этого длинного дня, лишь несколько десятков уцелевших израненных воинов из бывшей тысячи Борезги, прятались в степи, равнодушно принимая то, что от кочевников в их родной степи, им все равно не уйти.

Орки давно ушли с холма, но кочевники так и не рискнули подняться туда, слишком пугающе выглядело то, что сейчас там происходило. Как ни сильны и опытны были Черные, но то, что магов было на одного больше, уравнивало их силы. Сначала маги из Братства, все-таки смогли утихомирить бушующий над ними ураган, а потом и сами смогли ударить по врагу. И сейчас битва шла с переменным успехом. Однако, было еще кое-что, что давало преимущество волшебникам из Стерега - было понятно, что как только силы Черных начнут иссякать в бой вступят и люди - кочевники ударят своим оружием. Воевать на два фронта, это всегда сложнее.

Но никто не догадывался, что у светлых есть еще один тайный союзник, мешающий Черным в полной мере объединить силы. Это была впитавшаяся в душу с младенчества, обоюдная ненависть этих рас - эльфов и орков. Лишь то, что они служили одной хозяйке, заставляло их терпеть друг друга. Они оба понимали, что исход того, что сейчас творила Великая, решит и их судьбу - обретут они опять прежнюю власть и силу, или сгинут навсегда. Однако, даже это понимание не смогло заставить их доверять друг другу. Оба оставляли запас сил, на случай вероломного нападения сзади.

Их опыт и колдовское чутье, давно подсказал обоим, что им не победить сегодня, поэтому оба заранее задумали уйти в нужный момент, но и тот, и другой хотели появиться в покоях Зерги в одиночестве, дабы порция благодарности приготовленная для двоих, пала только на одного.

Моренгар всегда был немногословен. Этот коренастый крепыш с коротким ежиком седых волос, никогда не отличался разговорчивостью. Он появлялся в Стереге, только в случае крайней необходимости, быстро делал то, что наметил и снова уезжал в свое княжество на границе с пустой землей. Надо сказать, что большинство жителей этого северного княжества были такими - жизнь там была суровой, и люди не могли праздно проводить время. В Братстве у него ни с кем не сложились дружеские отношения, но все - от Саафата, до самого последнего секретаря в Стереге, знали, что, если, о чем-то попросить этого молчуна, можно быть уверенным, что он это выполнит.

Сейчас, чувствуя за спиной присутствие Моренгара Крутелла радовалась, что этот маг так вовремя оказался в Стереге. Он уже несколько раз так вовремя вступил в схватку с Черными, помогая то ей, то Скарудлину в самый нужный момент. Он чувствовал, когда надо это сделать, и при этом нисколько не жалел своих сил. Это был особый талант - суметь включиться в вязь чужого заклинания, чтобы усилить, или наоборот развалить его.

Крателла переглянулась со Скарудлином, он как раз только что разрушил огромного песочного человека, появившегося прямо из земли на склоне холма. Заклинание было мощным, монстр несколько раз рассыпался, но тут же вновь вставал, превращаясь из кучи песка в великана с желтыми песочными глазами. Скарудлин устало улыбнулся в ответ, и вытер пот со лба - он понял, о чем говорил её взгляд: мы побеждаем, даже по песочному монстру это было видно. Чтобы разрушить силу первого урагана, им пришлось поработать всем вместе, и то, это произошло не сразу. А этого монстра, Скарудлин прикончил один, Моренгар только подстраховывал. Все это говорило - что у Черных силы тоже не бесконечны.

Все маги были опытными, когда-то еще молодыми они получили этот опыт, в настоящей всеобщей войне, поэтому прекрасно знали, что в борьбе с Черными расслабляться нельзя, у колдунов всегда могла оказаться хитрая запасная уловка. Однако, долгие годы мира, когда магические схватки происходили лишь изредка, все-таки расслабили их. И это их понимание, что они сильнее и близится конец, в какой-то мере и послужило причиной того, что они пропустили начало новой атаки.