День в посёлке начинался рано, поэтому Ариэна встала задолго до восхода солнца. Митта, младшая дочь Матapyca, спала, как убитая. Девушка любезно уступила гостье свою кровать, а себе постелила на лавке. Ариэна кое-как отыскала в темноте одежду. Лампу она зажи­гать не стала – не хотела будить Митту. Она вообще не хотела, что­бы семейство Матаруса знало, что она в такое время покидает дом. Предрассветные часы – самое удобное время для разведки. Достаточно темно, чтобы не видели тебя, и достаточно светло, чтобы вести наблюдения.

До Скалистого было рукой подать. Пролетая над полосой воды, от­деляющей его от Среднего, Ариэна прикинула, что такое расстояние легко преодолел бы вплавь любой рыбацкий ре6ёнок.

Замок правителей Ди-Милона занимал едва ли не пятую часть острова. Его массивные башни мрачно темнели на фоне бледнеющего неба. В некоторых окнах горел свет. Крепость почти не охранялась. Толь­ко в бухте, возле кораблей, мельтешили какие-то фигуры. Наверняка кто-то был и на сторожевых вышках, но Ариэна сразу поняла: здешние обитатели не боятся внезапного нападения и вообще чувствуют себя уверенно.

Перелетев через крепостную стену, Ариэна увидела широкий мощё­ный двор. И ничуть не удивилась, сообразив, что он ей хорошо зна­ком. Она уже была здесь. Правда, в другом времени. И вообще в дру­гом мире. В мире иллюзии. Совсем недавно она вошла в иллюзорный мир, а оказалась в реальном, но это была её картина. Там, в круг­лой башне, она входила в чужие картины, на которые было наложено неизвестное ей заклятие… Нет, наверное, те иллюзии вообще не мо­гли стать реальностью. Эрения сделала двери в свою реальность. В

прошлое. А оно уже давно кануло в вечность.

Во дворе появились люди, и Ариэна шмыгнула в стенную нишу. И обнаружила, что внутри мощной стены есть коридор. Там было темно, но она могла немного освещать дорогу при помощи тумана. Возможно, этот коридор вёл во внутренние помещения замка. Ариэна уже размышляла, не двинуться ли ей в глубь цитадели, как вдруг услышала зна­комый звук. Просто поразительно, сколько тут было знакомого!

«Что, ещё одно летающее ведро? – подумала Ариэна. – Это уже да­же не смешно. Может, на все эти древние замки наложено одно и то же проклятие? Везде одно и то же. И везде какие-то проходимцы…»

На этот раз Ариэна увидела летающий «цилиндр» ещё до того, как убрали маскировку. Так говорили в Круглой Башне: маскировка, мас­кировочное поле, маскировочный щит... Ученики колдунов называли так материю, которая делала предметы невидимыми. Сегодня Ариэна разглядела слабые очертания «цилиндра», когда он был ещё довольно высоко. А когда он приземлился, взошло солнце. Маскировку убрали, и на светлом металле заиграли золотисто-оранжевые блики. Из замка высыпала целая толпа. Одни мужчины – загорелые и мускулистые, все при оружии, хотя обстановка была спокойная и никаких заварушек, вроде бы, не намечалось. Они просто вышли встречать прибывших. Видимо, эти люди без кинжала и гариссы1 на поясе чувствовали себя всё равно что без одежды.

«Цилиндр» немного помигал жёлтыми огнями и утих. В середине его корпуса появилась прямая вертикальная трещина длиной в челове­ческий рост, которая стала стремительно расширяться. Это раздвига­лись створки железной двери. Закрытая, она была совершенно не вид­на. Едва дверь открылась, из неё выдвинулись сходни, и по ним спу­стились двое. На обоих была мужская одежда – гетры, сапоги, корот­кие приталенные куртки с широкими поясами, но женщину сразу выда­ли длинные волосы, при виде которых Ариэна обмерла. Светлые воло­сы пепельного оттенка у лиммеринов не редкость, но она узнала эту женщину ещё до того, как та повернулась к ней лицом. А уж её спут­ника Ариэна узнала бы на любом расстоянии, в любом наряде и парике. Так вот с какими союзниками он ведёт переговоры!

То, что Ариэна сейчас наблюдала, напоминало сцену из старого спектакля в исполнении новых актёров. И этот спектакль ей не нра­вился. Декорации тоже были старые: огромный, как площадь, двор пе­ред замком, летающий «цилиндр»… Пятьсот лет назад здесь стояли царь Асфаар и загадочная незнакомка. Сейчас здесь стояли воин Там­ран и другая загадочная незнакомка. Ариэна чувствовала, что верить этой женщине нельзя. Она почувствовала это ещё тогда, когда впер­вые увидела её с Тамраном. Похоже, эта особа имела над ним какую-­то власть… Но почему всё повторяется? Магическое искусство Эрении позволило Ариэне увидеть картину прошлого. Она не знала, каким образом возлюбленной Асфаара удалось добиться такого эффекта, но одно было ясно: Эрения хотела, чтобы тот, кто войдёт в её кар­тину, увидел эту сцену. Возможно, она даже знала, кто туда войдёт. Аранхина с её даром вполне могла многое предвидеть. Она адресовала своё послание тому, вернее, той, что сможет войти в мир иллюзии. Но почему она просто не изобразила сцену во дворе замка? Может, сделай она так, картину бы уничтожили? Например, та странная незнакомка, говорившая с Асфааром… Наверное, она не хотела, что­бы все узнали о ней, о6 её сообщниках и о летающих «цилиндрах». Недаром они так старательно маскируют эти штуковины. Они искусные маги, но Эрения их перехитрила. Несмотря на то, что утратила кон­такт со своей аранхой. Как ей удалось добиться такого эффекта? Двойная иллюзия… А может, и картина двойная? Точнее, двухслойная. Две картины на одном полотне – одна написана поверх другой…

Тамран и его спутница со своим эскортом удалились в замок. Ари­эна же, сидя в своём укрытии, размышляла, что делать дальше. Чув­ствовалось, что в замке царит оживление. Ли6о в честь возвращения хозяев готовился пир, либо в начале дня здесь всегда так 6ыло. По двору теперь без конца сновали люди, и Ариэна решила, что лучше ей пробраться в замок по этому тоннелю в стене. Во всяком случае, попробовать стоило. Ведь куда-то же этот коридор вёл.

«В последнее время я только и делаю, что ползаю по древним зам­кам и влипаю в истории, – усмехнулась про себя Ариэна. – Но сегод­ня не так страшно, как в прошлый раз. Наверное, уже опыт сказыва­ется. Если придётся забраться ещё в какой-нибудь старый мрач­ный дворец, напичканный подлецами и всякой магией, сразу буду чув­ствовать себя, как дома».

Вообще-то спокойствия и уверенности ей прибавляла мысль о том, что, помимо подлецов и злых колдуний, в этой крепости находится Тамран. Ариэна ещё не знала, в какую он ввязался игру, но она твёрдо знала, что он никогда не причинит ей зла. Намеренно – ни­когда. Другое дело, что эта женщина явно имела на него влияние. Ведь он был в неё влюблён. Ариэна поймала себя на том, что это волнует её куда больше, чем картины-иллюзии, летающие «цилиндры», призрачные замки и все прочие загадки, свалившиеся на неё в последнее время.

К счастью, кроме загадок, были и приятные открытия. Вчера Ари­эна обнаружила, что может делать из тумана призраки. Сегодня ей предстояло узнать ещё одно свойство этого странного тумана. Ариэ­на надеялась всего лишь чуть-чуть осветить себе дорогу, но едва она вызвала туманное облако, оно устремилось вперёд и, растянув­шись, чётко обрисовало весь коридор, подчеркнув каждую неровность пола и выбоину в стене. Светлей стало ненамного, и тем не менее Ариэна прекрасно всё видела. Создавалось впечатление, что туман наделил её зрением пещерного кота. Теперь она понимала, почему лиммерины не боялись плавать в сезон тумана. Он предупреждал их о рифах и прочих сюрпризах моря. Все мореходы не могли владеть маги­ей тумана, но один такой человек, наверняка, имелся на каждом корабле. Имелся такой и среди пиратов, которые хотели напасть на 3елёный Ур. Благодаря ему они и прошли через Вечный Сад.

В конце тоннеля оказалась незапертая дверь, а за ней низкое сводчатое помещение, похожее на пустую кладовую. Отсюда Ариэна по­пала в длинный коридор, который привёл её в зал с тяжёлой старинной мебелью и камином. Замок был так велик, что свободные помеще­ния остались даже после того, как здесь поселилась многочисленная дружина местной «правительницы».

Где-то недалеко звучали голоса, и Ариэна знала, что в любой момент может на кого-нибудь наткнуться, а встречаться с этими молодчиками ей не хотелось. Зато ей очень хотелось поговорить с хозяе­вами. Должно быть, Тамран, как возлюбленный «правительницы», был здесь на правах господина. Ариэна привыкла рассчитывать прежде всего на се6я, но она понимала, что в такой обстановке его покро­вительство лишним не будет. Жить здесь тайно, как в Круглой Башне, она не собиралась. Во-первых, ей бы это вряд ли удалось. Кто-ни­будь из обитателей посёлка непременно донесёт о ней хозяйке зам­ка. Если уже не донёс. Так что её будут искать. А во-вторых… Интуиция подсказывала Ариэне, что она узнает больше, если будет играть в открытую. Итак, ей надо было отыскать Тамрана. Может, ту­ман ей и в этом поможет? Ариэна сделала из туманного облака изо­бражение Тамрана и прошептала:

– Приведи меня к своему живому двойнику.

Призрак пришёл в движение. Он пересёк зал и поплыл по коридору. Впереди было два поворота. Двойник Тамрана свернул налево. Ариэна шла за ним. Её туманный проводник был очень бледен. Он светился, переливаясь зеленоватым, голубым и серебристо-белым. Цвета тумана. Ариэна вспомнила, как убегала из библиотеки Дома 3ниний, и они с Дамеей, сделав два призрака, одурачили охранников. Эти двое выгля­дели совсем как живые, и цвета 6ыли почти естественные. Увы, та­кое возможно лишь в контакте с аранхой. Зрительная память Ариэны была теперь не хуже, чем у Дамеи. Теперь она всё, что увидела хотя бы один-единственный раз, могла представить себе в мельчайших де­талях. Но чтобы сделать картину, сохранившуюся в памяти или созданную воображением, действительно видимой, требовался контакт с аранхой. Хотя и необязательно со своей – это доказывала история с древней рукописью.

Призрак свернул в очередной коридор, и Ариэна услышала сдавленный крик. Она затаилась, прислушиваясь к топоту убегающего. Кто-­то увидел туманную фигуру и, похоже, здорово испугался. Девушка осторожно выглянула из-за угла. Призрак невозмутимо плыл по сумрачному коридору к широко распахнутой двери, за которой виднелась освещённая комната. Там были люди. Они разговаривали и смеялись, и Ариэна готова была поклясться, что слышит смех Тамрана. Что ж, если он там, бояться нечего. Только вот от «проводника» лучше избавиться. Она заметила, что двойник Тамрана постепенно бледнеет. Похоже, эти туманные фигуры были недолговечны. Вскоре призрак рас­таял в воздухе. Ариэна сосчитала до десяти и, поправив волосы, вошла в комнату.

Первое, что ей сразу бросилось в глаза, – это рельеф с изобра­жением того самого морского чудовища, которое напугало её в доме на холме. Здесь оно украшало огромный камин, едва ли не упирающий­ся в высокий сводчатый потолок. Камин не горел, светильники тоже. Окна выходили на восток, и в комнате вовсю хозяйничало яркое ут­реннее солнце. Серебряная посуда, которой был уставлен длинный стол, сверкала так, что Ариэна, выйдя из полутёмного коридора, едва не зажмурилась.

Бледный, заметно похудевший Тамран выглядел так, словно недав­но перенёс тяжёлую болезнь. Он и его подруга сидели в глубоких креслах возле камина. Остальные – человек пятнадцать – расположились на стульях с высокими спинками. Наверное, это были командиры пиратского воинства. А может, просто лица, пользующиеся особой благосклонностью хозяев. Последние, собираясь позавтракать в об­ществе своих при6лижённых, даже не соблаговолили переодеться с до­роги. Только сняли куртки, оставшись в коротких туниках, гетрах и сапогах. Чувствовалось, что здесь не придают особого значения эти­кету. Хозяева только что вымыли руки, и мальчик-слуга собирался унести таз и полотенца. Когда вошла Ариэна, он едва всё это не уронил. Примерно с минуту стояла полная тишина. Нарушил её Тамран:

– Так это и есть твоё привидение, Молин? – воскликнул он, смеясь. – С каких это пор ты стал пугаться красивых девушек?

– Её я как раз не видел, – хмуро сказал худой парень с длинными волосами, заплетёнными в тугую косицу. – Там была такая бледная фигура, почти прозрачная… Она парила в воздухе и немного светилась…

Он опасливо выглянул в коридор и пожал плечами.

– Да была она, клянусь Найярой и всеми её дочерьми…

– Ну была да и только, – довольно грубо перебил его рослый детина с массивным золотым кольцом в правом ухе. – Какой замок без привидений? Тем более на островах… Меня гораздо больше интересу­ет, что это за птичка.

При6лижённые «правительницы» рассматривали Ариэну с нескрываемым интересом и удивлением. Некоторые улы6ались, но ни одного по-на­стоящему дружелюбного взгляда она не заметила. Зато заметила, в какое смятение пришла, увидев её, хозяйка замка. Тамрана появле­ние Ариэны тоже удивило, но эта женщина словно чего-то испугалась. И явно не сразу соо6разила, как себя повести. Не сразу, но – надо отдать ей должное – довольно быстро.

– Здравствуй, моя дорогая, – ласково пропела она и с улыбкой на­правилась к Ариэне.

Видя, что радушная хозяйка собирается её обнять, Ариэна слегка подалась назад.

– Моё почтение, госпожа. Извини, что я явилась без приглашения.

– Дочь вовсе не должна дожидаться приглашения, чтобы прийти к матери, – промурлыкала красавица, взяв Ариэну за руку.

– Господа, это моя дочь. Я уже давно собиралась привезти её сюда и представить вам, но она явилась сама. Прошу любить и жаловать мою наследницу Ариэну.

В комнате снова воцарилась тишина. На этот раз самым оторопев­шим выглядел Тамран.

– Пойдём, дорогая. Я покажу тебе твои покои…

Не дав Ариэне и слова сказать, хозяйка крепко сжала её руку сво­ими цепкими, жёсткими пальцами и потащила из комнаты.

– Послушай, Нэйя, – подал голос уже немного пришедший в себя Тамран. – Может, сперва поедим? Она, наверное, тоже голодная. Заодно и поговорим. Скоро подадут…

– Мы тоже скоро, дорогой. Подождите нас. Девочке надо привести себя в порядок.

Они уже были довольно далеко от двери, когда Ариэне наконец удалось высвободить руку. Прикосновение этой женщины почему-то вы­зывало у неё озноб. Она бы не сказала, что пальцы Нэйи были холод­ны, но от неё веяло холодом.

– Что всё это значит? – спросила Ариэна. – Зачем ты устроила весь этот спектакль? И куда ты меня тащишь?

– Дорогая, члены правящей семьи не должны выяснять отношения при подданных…

– Я не из правящей семьи. Я из семьи охотника. Мой отец был охотникам. Дед и прадед тоже. А мать делала украшения и вырезала фигурки из таарола… Даже если тебя зовут так же, как и её, ко­му нужна вся эта ложь? Мне она уж точно ни к чему. Или ты думаешь, что это единственный способ защитить меня от этих головорезов? Тамран не даст меня в обиду, а с ним тут, кажется, считаются.

– Сейчас я тебе всё объясню. А пока, пожалуйста, помолчи. Нас могут услышать. Ты ведь уже поняла, что эти парни головорезы. Мо­жет, пойдёшь и скажешь им, что явилась сюда шпионить?

– Я бы сказала, что разыскивала своего друга Тамрана и узнала, что он здесь.

Нэйя завела Ариэну в маленькую, довольно уютную комнату и, усадив напротив себя на диван, проникновенно заговорила:

– Дитя моё, я не солгала. Я действительно твоя мать. Обстоятель­ства сложились так, что я была вынуждена тебя оставить, но я все­гда помнила о тебе, следила за то6ой и в скором времени со6ира­лась те6е всё открыть.

– Моя мать умерла почти тринадцать лет назад. Ей тогда было двадцать семь. Ты выглядишь не старше. Неужели ты хочешь сказать, что те6е сорок?

– Дорогая, мне гораздо больше, – снисходительно улыбнулась кра­савица. – Искусство сохранять молодость – это лишь один из моих секретов. Ты ведь сама знакома с магией, хотя до меня те6е дале­ко. Пока.

– Насколько я знаю, ты не сумела даже очистить от призраков дом на холме.

– А-а, дом… Я собиралась подарить его тебе. В молодости я ба­ловалась этой примитивной магией, но теперь не могу разбазаривать свою силу на игры с туманом. У меня дела поважней, и они тре6уют большого напряжения. Я сразу поняла, что привидение в коридоре – ­твоя работа. Дело нехитрое, но вид у тебя утомлённый. Те6е надо хорошенько отдохнуть, а потом ты займёшься призраками этого дома. И надеюсь, справишься без маминой помощи.

Ариэна действительно чувствовала себя усталой, но не столько из-за фокуса с туманным двойником Тамрана, сколько из-за всех тех фокусов, которые ей пришлось проделать накануне. Чего стоил один её побег из Ур-Маттapa! Потом пришлось воевать в призраками дома на холме, а сразу после этого со стаей кaйялов. Не говоря уже о том напряжении, в каком она жила последние дни. Из-за одного лишь фокуса с двойником она бы так не устала.

– Учиться магии – всё равно что учиться плавать. Чувствуешь себя всё уверенней. И всё меньше устаёшь. Неужели такая опытная кол­дунья боится перенапрячься, снимая заклятие с дома, который она решила подарить своей дочери?

Нэйя ответила не сразу. Она казалась смущённой.

– Видишь ли, дорогая… – она снова замолчала. Создавалось впе­чатление, что она хочет в чём-то признаться, но ей это нелегко. А может, она нарочно создавала такое впечатление?

– Извини, что я тебе солгала, Ариэна, – промолвила она наконец. – Есть вещи, которые так хочется скрыть, но ты умная девочка. Как говорят на островах, ты хорошо видишь в тумане. Дело в том, что я больше не владею ариллом. Иногда, овладев каким-то видом магии, мы вынуждены отказаться того, что нам было доступно раньше. В этом мире далеко не всё совместимо. Дети тумана отвернулись от меня, когда я устремилась к звёздам. Аранхи привязаны к земле, арилланы – к морю. Настоящая высота им недоступна и вызывает у них страх. Маги и колдуньи, вступившие в 3вёздный Орден, были вынуждены отказаться от тех даров, которыми их когда-то наградили арилланы. Тебе то­же придётся выбирать… Если ты, конечно, надумаешь пойти по моим стопам. Да, я не могла справиться с призраками дома на холме. Ес­ли тебе это удастся, я буду очень рада. Дом твой. Делай с ним, что хочешь. Ты унаследуешь Ди-Милон и, возможно, даже больше. Те­бя ждёт прекрасное будущее, это я тебе обещаю. Я и так перед то­бой в долгу. Мне пришлось оставить тебя – ведь мы, маги, не всег­да вольны делать то, что нам хочется, и жить так, как нам нравится. Если на тебя возложена высокая миссия, приходится чем-то по­ступаться. Иногда и личным счастьем. Поверь, я не хотела бросать ни тебя, ни твоего отца. Но я надеюсь, мы наверстаем упущенное, дочка…

– Не называй меня так. Моя мать умерла. Свидетели тому – весь 3елёный Ур…

– Не будь так наивна, дорогая. Опытному магу нетрудно обмануть обитателей глухой деревни.

– А ещё проще обмануть того, кто тебя любит.

– Ты вправе на меня сердиться. Но ты ещё слишком юна, чтобы понять… Орден призвал меня, и я не могла отказаться…

– Орден? Может быть, Тайный Союз? Я уже видела членов этого Ор­дена. Они тоже летали в железных башнях. Я поняла, что от них то­лько зло.

– Я знаю, о чём ты говоришь, – удручённо вздохнула Нэйя. – К со­жалению, в Ордене раскол, и это проблема, которую надо ре­шать. Ладно, не будем сейчас об этом. Впереди у нас достаточно времени для разговоров. После завтрака тебе приготовят апартамен­ты – целое крыло. А сейчас нас ждут. Я скажу, чтобы тебе принесли воду для умывания…

– Ещё один вопрос, Нэйя. Что тебе надо от Тамрана?

– Странный вопрос для особы, уже имевшей любовников. Во всяком случае, об одном я знаю. Я рада, что ты не тратишь время на всякую мелюзгу. На желторотых умников из Дома Знаний или этих забияк из воинской школы. Галиан…

– Я спросила о Тамране.

Женщина, которую называли Нэйя, посмотрела на Ариэну с улыб­кой, прямо-таки излучающей материнскую снисходительность.

– Догорая, Тамран – взрослый мужчина. Тебе не приходило в голо­ву, что ему от меня тоже что-то надо? Я уже поняла, как ты к нему относишься… Поверь, я готова отдать тебе всё, что угодно, но… Когда речь идёт о страсти, соперницами могут стать даже такие близкие люди, как мать и дочь. Но я надеюсь, что наше соперничес­тво никогда не выльется во вражду.

– Если ты причинишь ему зло, я тебя убью.

– Зло? Дитя моё, я не праведница, но причинять зло любимому человеку…

– А как же мой отец? Ведь он умер из-за тебя. Если, ко­нечно, ты та, за кого себя выдаёшь. Он не пережил потери. Разыграв свою смерть, ты убила его.

– Я этого не хотела, – тихо сказала Нэйя. – Он был молод и силён. Я надеялась, что он ещё будет счастлив. Я не хотела да и не имела права втягивать его в эти игры. Ни его, ни тебя. Иногда хо­чешь спасти человека, а в результате его губишь. Я ведь думала, что тебе тоже лучше быть подальше от меня. От той жизни, которую я веду… Но оказалось, что ты слишком на меня похожа. У тебя не­заурядные способности к магии и полная неспособность жить спокой­ной жизнью. Мы должны быть рядом, нам больше нельзя расставаться. Я не желала зла твоему отцу. Ты вправе обвинять меня, Ариэна, но мне достаточно и того, что я сама себя никогда не прощу. Тамран очень похож на твоего отца. Может, я потому его и полюбила…

– Ты весьма красноречива, госпожа, но я не могу ни считать, ни называть тебя матерью.

– Что ж, я бы, наверное, удивилась, если бы ты сразу кинулась мне на шею. Но я не теряю надежды, что мы с тобой в конце концов договоримся.

«Договоримся-то мы вряд ли, – подумала Ариэна. – Но поговорить ещё должны. И как можно более обстоятельно».

Она считала, что ведёт себя правильно. Войдя в доверие к этой женщине, можно узнать больше, но если бы она прикинулась наивной девочкой, которая рада встрече со вновь обретённой матерью, Нэйя бы её тут же раскусила.

Завтрак в обществе приближённых «правительницы» не доставил Ариэне ни малейшего удовольствия. Во главе стола сидел Тамран. Нэйя села справа от него. Это было место супруги хозяина. Ариэну усадили слева от него, как раз напротив хозяйки. Это место и на материке, и на островах занимал старший ребёнок в семье.

«Просто замечательная семейка, – с иронией размышляла Ариэна. – Матушка старше дочки всего на какой-то десяток лет, а отец и того меньше… Отец, правда, приёмный. А мать фальшивая. В общем, осенний маскарад продолжается…»

Чувствовалось, что никто из присутствующих не держит Тамрана за любимую игрушку госпожи. На него смотрели как на хозяина. И как на командира. Тамран командовал сенталой с двадцати лет. Мно­гие говорили, что не видать бы этому распутнику такого звания в столь юном возрасте, не будь он лучшим воином Святилища. Первый воин богини по праву считался лучшим воином страны. Тамран уже несколько лет подряд доказывал своё первенство на всех состязани­ях, какие только устраивались в Ур-Маттаре. Ему было всего двад­цать три, а он уже давно привык быть первым. Ему наскучило быть первым в состязаниях. Ему хотелось настоящей, большой, игры.

– Значит, это и есть союзники? – спросила Ариэна, окинув выра­зительным взглядом собравшуюся за столом компанию.

– Я уже понял, что они тебе не нравятся, – улыбнулся Тамран. ­– Честно говоря, я от них тоже не в восторге, но я никогда и не жду от людей того, что они не в состоянии дать. Эти парни умеют вое­вать, а ничего другого нам от них и не надо.

– А что надо им? По-моему, им совершенно всё равно, что творит­ся в Див-Аранхе…

– Как и всем наёмникам, – пожал плечами Тамран. – Их интересу­ет плата. Те, что здесь сидят, – предводители небольших отрядов. В основном это мейоны – младшие сыновья правителей островов, не­довольные мизерным наследством. У иных вообще ничего нет. Кроме корабля. Если сын правителя остаётся без земли, отец обязан пода­рить ему хотя бы одно судно, на котором тот сможет отправиться за лучшей долей. Большинство мейонов сколачивают свою дружину и про­мышляют, как могут.

– Так вот откуда берутся пираты.

– Некоторые заводят собственное дело, торгуют. А есть такие, что умеют лишь орудовать мечом и гариссой…

– И такие сейчас перед нами. Надеюсь, вам удастся с ними распла­титься. А ты удивился меньше всех, когда меня тут увидел.

– Я знаю, что от те6я можно ждать чего угодно. От Нэйи тоже. Не­давно она намекала, что меня ждёт сюрприз… Что ж, такие сюрпри­зы мне нравятся. Я всегда рад тебя видеть. А вы с ней случайно не сговорились?

– Нет, Тамран. Если я расскажу, как я здесь оказалась, ты просто не поверишь.

– Поверю. Ты сорванец, но не лгунья. Выкладывай.

– Не сейчас.

После завтрака Нэйя отправилась давать указания слугам, а Тамран повёл Ариэну в своё любимое место. Таковым оказалась охотничья ком­ната на верхнем этаже замка. Из её окон открывался чудесный вид. Все три острова были как на ладони. Дом на холме казался отсюда жемчужиной, нежно сияющей среди розовато-лиловых деревьев. Ариэна заметила, что осенняя листва здесь имеет перламутровый оттенок. Здесь господствовало море, наполняя всё вокруг своими красками и ароматами.

Чучела зверей, которыми украсили охотничью комнату давние вла­дельцы замка, сохранились на удивление хорошо. Похоже, их чем-то обрабатывали, чтобы защитить от жуков-шерстоедов. Сплошь увешан­ная и устланная шкурами комната выглядела довольно уютно. Среди шкур имелись и новые, и Ариэна не могла не отметить, что они не­плохо выделаны – уж в этом-то она знала толк.

– Мы иногда охотимся, – сказал Тамран. – На Лесном полно зверья. Лиммерины не особенно искусны в охоте и не очень её лю6ят, но ты ведь уже, наверное, заметила – в нашей дружине есть и диввины.

– Она для того и ездит на материк, чтобы вербовать себе в отряд бездельников и головорезов? – поинтересовалась Ариэна. – Благо, таких везде хватает…

– Ты злишься на неё за то, что она те6я бросила?

– Обо мне было кому позаботиться. А теперь я, хвала Аранхе, могу позаботиться о себе сама.

– Не хочу вмешиваться в ваши отношения, но был бы рад, если бы вы поладили. Вы с ней похожи.

Ариэна вспомнила, как на неё смотрела Дасма. Эта женщина прове­ла на Скалистом несколько месяцев и часто видела госпожу. Она яв­но заметила, что столь загадочно появившаяся на острове девушка похожа на хозяйку замка. Дасма была озадачена и сочла необходи­мым поделиться своими соображениями со старейшиной. Кажется, Мa­тарус поверил, что Ариэна не имеет никакого отношения к этому пи­ратскому логову, но скоро слух о её родстве с атаманшей облетит весь посёлок. Доказывай потом, что ты узнала о6 этом «родстве» лишь сегодня, а главное – не хочешь его признавать.

«Почему я вечно должна что-то кому-то доказывать? – раздражён­но подумала Ариэна. – Самой бы разобраться, что к чему…»

– Ничего себе, – нахмурился Тамран, когда она рассказала ему о своих приключениях. – Если бы я знал, в какую ты попала передел­ку… Я всегда считал Галиана опасным человеком, и меня раздража­ло, что он возле тебя крутится, но Нэйя заверила меня, что тебе он ничего плохого не сделает.

– Ты веришь всему, что она тебе говорит?

– Помнится, ты сама с ним поехала, – неожиданно резко сказал Тамран. – Ну а ты же у нас всегда знаешь, что делаешь.

Он умолк, явно устыдившись своей вспышки, и Ариэна едва сдержала улыбку. Значит, он всё-таки тогда разозлился…

– Где она тебя подцепила?

– Почему ты решила, что она меня, а не я её?

– Я хотела бы знать, во что она тебя втянула.

– Ариэна, я понимаю, у тебя есть причины на неё сердиться, но…

– Пожалуйста, не говори её словами. Я же задала тебе вопрос.

– Мы встретились случайно. В таверне «Два кинжала». В последнее время мы там часто собирались. Члены Новой Аранхайи… Гвен тебе всё рассказал? Честно говоря, мне это название не очень нравится, но большинству оно пришлось по душе. Ну и ладно, это не самое гла­вное. В общем, мы собирались в таверне «Два кинжала». Якобы просто выпить и поболтать. А болтать мы умеем так, что окружающие сроду ничего не заподозрят. Все знают, что у воинов Святилища свой язык. Встречаться тайно, где-то в укромном месте – это гораздо опасней. Таких горе-заговорщиков всегда быстро вычисляли. Однажды в тавер­не появилась она. Со своими охранниками. Она гуляла по городу, а потом решила зайти куда-нибудь пообедать. Прохожие указали на бли­жайшую таверну…

Тамран замолчал и улыбнулся. Чувствовалось, что ему приятно обо всём об этом вспоминать. Ариэне захотелось его стукнуть.

– Ну и что дальше?

– Да в общем-то ничего особенного… Такую женщину трудно не заметить. Не я один хотел познакомиться с ней поближе, но она вы­брала меня. Там ещё вышла небольшая стычка с её парнями.

– Ну да, – усмехнулась Ариэна. – Я слыхала о небольшом погро­ме в таверне «Два кинжала». Тебя она выбрала в качестве любовни­ка, а вашу организацию в качестве ещё одного своего отряда. Ты действительно считаешь, что ваша встреча с Нэйей была случайной?

– Может, и не совсем случайной… Какое это теперь имеет значение? Она действительно заинтересовалась нашими идеями. И предложила помощь, а это совсем даже не лишнее. Ты же знаешь, что почти всё Священное Воинство на стороне так называемых избранников.

– То есть она хочет помочь диввинам возродить царство Аран­хайя? И что ей за это нужно? Корону царицы?

– Правителей выберет народ. Ариэна, мы хотим мира между нашими племенами. Лиммерины и диввины больше не должны враждовать. Это политика, которую проводили лучшие из царей Аранхайи. Избранники всё испортили. Настолько, что кое-где восстановить прежние конта­кты совершенно невозможно. Во всяком случае, пока. Я покинул Див-­Аранху, чтобы провести переговоры с правителями нескольких остро­вов и заручиться их поддержкой…

– Каким образом?

– Предложить им выгодные условия торговли. Меня тут как назло свалила лихорадка. Что с чего – не пойму, сроду ничем не болел. Нэйя не хотела меня оставлять… В общем вести переговоры отпра­вились Гимел и Трагон с небольшим отрядом. Гимел был моей правой рукой…

Тамран помрачнел.

– На острове Киммелен наших встретили враждебно. До переговоров даже не дошло. На берегу завязалась стычка – местные спровоцировали. Мои люди погибли. Гимел, Растан, Лумис, Валлар… Все, кто вызвался отправиться со мной сюда из Ур-Маттара.

– А кто такой Трагон?

– Старший из командиров Нэйи.

– Значит, он и его пиратская свита вернулись живые-невредимые?

– Не все, Ариэна. Знаю, о чём ты подумала. Это не так. Видишь ли, на некоторых островах диввинов терпеть не могут. После этого случая искать союзников отправлялись только люди Нэйи.

– Ну и что? Ваше войско пополнилось?

– Да, хотя и не очень. Скоро вернёмся на материк. Решили ещё немного выждать. Наблюдаем за обстановкой, держим связь со своими людьми в Див-Аранхе. Магия, которой обладает Нэйя, позволяет об­щаться на расстоянии. Жаль вот только, таких магических колец и браслетов мало – она говорит, что на их изготовление уходит слиш­ком много сил…

– Колец?!

– Ну да… У меня его сейчас нет, а то бы я тебе показал. На вид это обычные украшения. Секрет их магической силы известен то­лько тем, кто их делает.

– Кажется, я поняла, о чём ты говоришь. При помощи такого коль­ца Галиан пытался за мной следить.

– Ничего удивительного. Галиан из того же ордена, что и Нэйя. В Ордене 3вёздных Магов давно раскол, но она не знала, что Галиан переметнулся. Думаю, для неё это будет ударом. Она уверяла меня, что при всех своих недостатках Галиан хороший союзник. Что он не совсем такой, каким кажется большинству.

– Это я уже давно поняла. Значит, у этих великих звёздных магов есть кольца и браслеты, которые даже позволяют разго­варивать на расстоянии?

– Есть, но их очень мало. Гораздо больше колец-сыщиков – их легче делать.

– А на6людения вы ведёте на этих летающих башнях?

– Они называются фланнарами.

– Ещё одно изобретение звёздных магов?

– Да, и весьма полезное. Избавляет от необходимости тратить время на долгие переезды – на корабле или в повозке…

– А союзников искали на обычных кораблях?

– Разумеется. Представляешь, если бы где-нибудь фланнар приземлился! Мы 6ы не только союзников не нашли. От нас бы все попрята­лись. Мы и здесь стараемся, чтобы местные его не видели. Хорошо, что здесь часто ветры дуют, они заглушают его рёв. Люди здесь су­еверные и к такого рода магии ещё не привыкли.

– Люди здесь хорошие. И достаточно терпимые к чужой магии. Что им трудно терпеть, так это таких соседей, как дружина твоей любов­ницы.

– Знаю, – нахмурился Тамран. – Но мы стараемся держать их в уз­де. Меня тоже беспокоит это стадо резвых молодых магалов, которых явно передержали в тесном загоне. Но ничего, скоро им найдётся дело.

– Мне всё это не нравится, Тамран.

– Послушай, Ариэна, я ведь потому и не хотел, чтобы ты во всё это влезала. Политика – не твоя стезя…

– Я знаю, что начинается война. Для этого не надо быть ни поли­тиком, ни воином. Да, нарыв назрел и должен лопнуть… Или придёт­ся его вскрывать. В любом случае, без крови не обойдётся. Я всё понимаю, Тамран, но я не верю этой женщине. Тут что-то не так.

– Не будь такой предвзятой. Ты ведь далеко не глупа. Нам нужны союзники. Тем 6олее что наши враги могут использовать наёмников из раннадов, а кочевники – отличные воины. Я уж не говорю о том, что аранхитов поддерживает часть 3вёздного Ордена. Везде раскол – среди магов, среди воинов… И во всём обществе.

– Я всё это прекрасно вижу, но… Что-то не так. Я не верю в сказки про этот магический орден. То есть, он, конечно, существует, но всё не так, как она говорит. Я чувствую ложь. За этим что-­то скрывается…

– Дорогая, это политика. Люди и в обычной-то жизни далеко не всегда говорят то, что думают, а в этих играх… Мне тоже не всё ясно и не всё нравится. Даже если людей объединяет одна идея, у каждого свои интересы. Я уже говорил тебе и опять повторяю – не лезь в эти дела. Это не для тебя, ты художник.

– Если тебе тоже многое не нравится, почему ты влез во всё это по уши?

– Я мужчина. И воин.

«И влюблённый дурак, – добавила про се6я Ариэна. – Впрочем, в этом смысле я не лучше».

– Я не верю этой женщине. Она не та, за кого себя выдаёт. Она такой же оборотень, как Галиан.

– Тебе всюду мерещатся призраки.

– Призраки – это ещё одна реальность, Тамран. И порой более подлинная, чем то, что можно пощупать руками. Я не боюсь порожде­ний тумана – они легко рассеиваются. Меня пугают призраки, одев­шиеся человеческой плотью.

– Большинство людей – не совсем то, чем кажутся, – сказал Там­ран. – Вот ты, например... До сих пор не пойму, кто ты такая. Иногда мне кажется, что ты призрак, который преследует меня уже не один год.

– Возможно, это последствия разгульной жизни, которую ты долго вёл. Частые и затяжные запои даром не проходят.

– Возможно, – проигнорировав её язвительный тон, согласился Тамран. – Хорошо, что я вовремя остановился.

– Да, ты нашёл другой способ убежать от себя.

– Ты вечно чем-то во мне недовольна. Чего ты хочешь, Ариэна?

– Пока только одного. Не рассказывай о нашем разговоре своей любовнице.

– Хорошо, не буду. А ты постарайся избавиться от лишних подо­зрений.

К обеду апартаменты для «наследницы» были готовы. Они представляли собой анфиладу пяти комнат, уставленных тяжёлой старинной мебелью, которую уже успели начистить до блеска. Ковры тщательно выхлопали и побрызгали ароматизированной водой, явно содержащей цветочную эссенцию.

– Когда проветрится, запах станет тонким и ненавязчивым, – сказала Нэйя, заметив, что Ариэна слегка поморщилась. – Женщин в замке мало. Ты не возражаешь, если у нас с тобой будет одна слу­жанка?

– Возражаю. Я предпочла бы вообще обойтись 6ез прислуги.

– Обещаю, что она не будет тебе докучать. В её обязанности входит готовить тебе ванну, следить за твоим гардеробом и приби­раться в комнатах. Она вполне может это делать в твоё отсутствие.

– Разумеется. Так проще спрятать где-нибудь среди моих вещей жучка.

– Что-о?! – рассмеялась Нэйя. – Тамран тебе уже рассказал об этих магических штучках? Здесь ты и так под моим присмотром. И я позабочусь о том, чтобы с тобой не случилось ничего плохого. А Лихане можешь доверять. Эта девушка мне преданна, а значит, будет хорошо служить и моей дочери. Кстати, она тоже кое-что смыслит в магии. Правда, совсем чуть-чуть. До нас с тобой ей далеко.

Нэйя представила Ариэне Лихану. Миловидная девушка лет восемнадцати склонилась в лёгком поклоне и улыбнулась, обнажив ровные мелкие зубки. Волосы у неё были тёмные, почти как у Ариэны.

– В жилах Лиханы тоже есть диввинская кровь, – сочла необходи­мым пояснить Нэйя. – Гораздо меньше, чем у тебя, но даже это со­здавало ей проблемы. В посёлке её не любили, вот она и согласи­лась перебраться сюда. И я вполне ею довольна.

Ариэна знала, что проблемы Лихане создавал её характер, а вов­се не примесь диввинской крови. Матарус был не их тех, кто спосо­бен оклеветать, и, глядя теперь на молодую служанку, Аpиэна лишь убедилась, что старик сказал о Лихане правду. Эта девушка не была преданна Нэйе, как до этого не была ни преданна, ни благодарна вос­питавшей её Набе. Она просто угодничала перед каждым, кто, по её мнению, давал ей возможность подняться повыше.

Лихана стояла, опустив глазки, и, наверное, даже не подозрева­ла, что наигранное смирение лишь подчёркивает её бесстыдство и наглость. Она лицемерила очень грубо, а значит, не отличалась большим умом.

«Бедняжка, – брезгливо посочувствовала Ариэна. – Такие, как ты, Нэйе не интересны. Как бы она тебя ни нахваливала, она уже давно те6я раскусила. Зря ты надеешься стать при ней чем-то большим, чем простая прислуга».

На огромной кровати с балдахином прекрасно разместились 6ы четверо таких, как Ариэна, но несмотря на весь этот простор, она чувствовала себя, как в ловушке. Первую ночь в замке она провела неспокойно. Сначала долго лежала 6ез сна, напряжённо прислушива­ясь к каждому шороху, а едва начала засыпать, как до неё донес­лись приглушённые голоса. Кто-то тихо разговаривал не то в сосед­ней комнате, не то на лоджии, которую она оставила открытой. Ари­эна сразу узнала голос Галиана. Второй принадлежал женщине. Ариэна его тоже узнала. И похолодела. Голос Нэйи с самого начала ка­зался ей смутно знакомым. Почему она сразу не догадалась? Навер­ное, потому, что в ту ночь на вилле эти двое разговаривали очень тихо, почти шёпотом. Впрочем, сегодня тоже. Но если тогда Хэда (она же Нэйя) просила Галиана не причинять Ариэне вреда, то сегодня они были заодно. Они оба хотели её убить. Ариэна чувствовала это, хотя не могла расслышать, что именно они говорят. Она знала, что должна поскорее бежать из этого проклятого замка. Она вылезла из постели, оделась и выпрыгнула в открытое окно, но не полетела, а стала падать. Значит, у неё снова украли нити! Но как? Она же о6мотала их вокруг лодыжек и крепко завязала. Это же не шнур с ку­лоном, который так легко сорвать. Ещё бо­лее странным было то, что, свалившись с шестого этажа, Ариэна не разбилась. Взошло солнце, и яркие оранжевые блики заиграли на гла­дком металлическом корпусе фланнара, который, мигая огнями, стоял посреди огромного, как площадь, мощёного двора. Когда огни погас­ли, по сходням спустились двое: поджарая мускулистая женщина, одетая в облегающий костюм, и мужчина в старинном диввинском наря­де. Женщина о6ернулась, и Ариэна увидела её жёсткое, волевое лицо. Спутник этой загадочной особы не оборачивался, но Ариэна и так знала, что это царь Асфаар. Сама же она присутствовала тут незри­мо. Она каким-то образом опять попала в картину-иллюзию. Теперь ей было понятно, почему она не разбилась, упав с такой высоты. Ушибиться или пораниться в этом мире невозможно, но иллюзия таит в себе другую опасность. Здесь можно остаться навсегда.

«Наверное, мне лучше вернуться в мою реальность», – подумала Ариэна.

Тут царь повернулся к ней лицом, и она увидала, что это не Ас­фаар.

– Тамран! – крикнула она. – Пойдём отсюда! Скорее! В иллю­зии нельзя находиться слишком долго.

Тамран её не видел, но, кажется, слышал. Или просто чувствовал, что к нему обращаются. Лицо у него было напряжённое и растерянное. Он походил на за6лудившегося в лесу ребёнка. Зато женщина Ариэну видела. Она смотрела на неё в упор, и её бледные губы кривила жес­токая усмешка.

– Тамран, пойдём! – Ариэна попыталась взять юношу за руку, но у неё ничего не получилось. Она лишь беспомощно хваталась за странную зыбкую материю, похожую на застывший ветер или сухую воду. Она отчаянно звала Тамрана, а он смотрел сквозь неё, как будто силился, но никак не мог что-то разглядеть.

– Он уже там, – с издёвкой сказала женщина. – Он уже в другом, мире, и тебе его не вернуть. Лучше уходи.

– Нет, это ты уходи! Или я тебя убью!

Сжав кулаки, Ариэна кинулась к незнакомке, но наткнулась на не­видимую стену. Женщина рассмеялась. Её лицо стало расплываться и искажаться, словно отражение в подёрнутой рябью воде. А когда про­зрачная стена вновь стала гладкой, Ариэна увидела перед собой улы­бающееся лицо Нэйи.

Она проснулась, но это лицо не исчезло. Нэйя была тут. Она сто­яла у изголовья кровати. Её светлые волосы сверкали в лучах утрен­него солнца ярче серебра. Ариэну уже в который раз поразила красо­та этой женщины, но почти каждый раз, когда Нэйя к ней приближа­лась, она ощущала озноб. Вот и сейчас ей захотелось забраться с головой под тяжёлое атласное одеяло.

– Я бы не стала тебя будить, если бы ты спала спокойно, – лас­ково промурлыкала Нэйя. – Но тебя явно мучил кошмар. Здесь, на ос­тровах, говорят, что в таком случае лучше поскорее проснуться, иначе владычица ночных кошмаров Маррана заберёт те6я в своё тёмное царство.

– От ночного кошмара можно проснуться, а вот от того, что бы­вает наяву, нет.

– Извини, что я вошла в твоё спальню. Хотела посмотреть, как ты спишь. Я часто сидела над тобой, когда ты была крошкой…

– Я не хочу грубить хозяйке дома, но эта игра в дочки-матери мне не по душе.

– Ладно, не буду. Вчера я заметила, что тебе не совсем при­ятно общество моих военачальников. Я распоряжусь, чтобы тебе по­дали завтрак сюда. Можешь всегда тут есть.

«Ага, – подумала Ариэна. – Чтобы ты или твоя востроглазая слу­жанка мне что-нибудь подсыпали?»

3а общим столом было безопасней. Во-первых, рядом сидел Taмpан. Во-вторых, каждый накладывал себе сам чего и сколько хотел. Куски мяса, хлеб, сыр, плоды и прочие кушанья лежали в больших блюдах, расставленных так, чтобы каждый мог дотянуться до всего, что ему нужно.

– Нет, я буду есть в обществе твоих при6лижённых. Я согласи­лась остаться в этом доме. Как я могу отказаться сесть за стол с хозяевами и их друзьями? Я выросла 6ез матери, но хорошим мане­рам меня научили.

– Что ж, отлично, – улыбнулась красавица. – Сегодня утром я свободна, и мы с тобой можем побеседовать.

– Как ты здесь оказалась, дорогая? – спросила Нэйя, когда они после завтрака уединились в комнате с мозаичным полом и окнами из кусочков разноцветного стекла. Восточное окно было открыто, и Ариэна слышала шум прибоя. Ей нравились звуки моря. А голос этой женщины её раздражал. Голос Хэды… Как бы её ни звали – Хэда или Нэйя, Ариэна не верила, что эта молодая красавица с длинными пе­пельными волосами её мать. Она не хотела в это верить. Ибо от этой женщины веяло холодом. Тем, который чувствуешь не столько кожей, сколько нутром. Тем, что царит между мирами, где обитают демоны ночи. Демоны вечной тьмы, куда никогда не проникает солнечный свет… Нэйя улыбнулась, откинув назад волосы, и Ариэне стало ещё холодней. Потому что она увидела на белой шее лиммеринки родинку ­– чуть пониже левого уха. У матери родинка была там же. Или почти там же… Нет, не может быть!

– Дорогая, ты меня слышишь?

– А? Да…

– Так как ты оказалась на Ди-Милоне?

– Приплыла, – взяв себя в руки, ответила Ариэна.

– И на чём же? Кораблей в последнее время не было.

– На морском чудовище. Вроде того, что изображено на камине в столовой.

– Ну, не хочешь – не говори. Каждый маг имеет право на свои се­креты. А я знаю мир, где люди катаются на рыбах. То есть это не рыбы, а такие водяные твари, похожие на рыб. 3aмечательный мир. Мы, маги-звездоплаватели, можем путешествовать в другие миры. Это куда интересней, чем полёты на паутине и фокусы с туманом. Ты здесь, и я этому очень рада, но всё-таки… Что случилось? Ты поссорилась с Галианом?

– Да.

– И серьёзно?

– Настолько серьёзно, что он даже попытался скормить меня той чёрной твари, которая живёт в Священном Саду. Потом он решил до­биться для меня смертной казни. А когда понял, что это тоже может сорваться, постарался натравить на меня разъярённую толпу. Только не делай вид, что ты этого не знаешь, Хэда.

Ариэна не могла не отдать своей собеседнице должное – Нэйя-Хэ­да очень быстро овладела собой.

– Я тебя не растила и не вправе гордиться твоими успехами, и всё же я очень горда, что ты моя дочь, Ариэна. Ты знаешь больше, чем это может показаться на первый взгляд. Правильно. И впредь никому не позволяй сразу просчитывать все твои ходы.

– Этому меня научил ещё твой приятель Галиан. Я сыграла с ним не одну партию. И не только в лосты. Сколько у тебя ещё имён?

– У меня их всего два, Ариэна. То, что досталось мне при рож­дении, и то, которое я взяла после своей мнимой смерти. Мне дово­льно долго приходилось скрываться. Я больше десяти лет жила под именем Хэда. Так я представилась Галиану, когда мы познакомились, и он привык называть меня Хэдой. Я действительно не знала, как он с тобой обошёлся. Последний раз, когда мы с ним разговаривали, мне показалось, что он серьёзно тобой увлечён. Я не говорила ему, что ты моя дочь, но просила его беречь тебя. Ты же не станешь это отрицать, если слышала наш разговор…

– Не стану. Я признаю, что иногда ты говоришь правду. Галиан не заметил, что мы похожи?

– Представь себе, нет. Ты похожа не только на меня, но и на своего отца. Сходство между нами подмечают далеко не все. И потом… Похожие люди встречаются не только среди родственников.

– Да, и эта мысль меня утешает.

– Я опять повела себя, как никудышная мать, – сконфуженно вздохнула Нэйя. – Оставила свою дочь в лапах чудовища. Я должна была предвидеть… Может, расскажешь всё поподро6нее?

Ариэна рассказала, но далеко не всё. Ей хотелось поскорей за­кончить разговор и оказаться подальше от этой женщины-призрака.

– Галиан глупей, чем я думала, если переметнулся, – усмехну­лась Нэйя. – Что ж, тем хуже для него. Раскол в Ордене наметился ещё десять лет назад, но сейчас, по крайней мере, всё окончатель­но определилось, и стало ясно, кто есть кто.

«Если это кому-то и ясно, то только не мне, – подумала Ариэна. – Может, конечно, у вас там и правда раскол. Может, ты действитель­но до последнего верила Галиану, но я не верю ни ему, ни тебе».

Ариэне 6ольше не хотелось разговаривать с этой женщиной, но проклятая родинка на шее Нэйи не давала ей покоя.

– Расскажи мне о моём отце. Кажется, ты лю6ила его?

– Конечно, дорогая, – Нэйя улыбалась, но было видно, что она напряглась, как струна. – Что тебе о нём рассказать?

– Ну… Например, о вашей последней встрече.

Нэйя долго молчала.

«Не знаешь, что придумать? – позлорадствовала про се6я Ариэна. – Не могла уж заранее что-нибудь сочинить».

– Мне тяжело о6 этом вспоминать, – заговорила наконец Нэйя. – Когда я поняла, что он задумал, я испугалась. Я должна была яви­ться одна. Я всё чувствовала, слышала… Но чары, которые я сама на себя наложила, сковали мои члены. Это чары, которые так сразу не снимешь. К тому же для него я должна 6ыла оставаться мёртвой. Лодка плыла по морю, он был рядом со мной, а я лежала и лихорадо­чно соображала, как вернуть его домой. А потом мы чуть не стол­кнулись с лиммеринским торговым судном. Я даже обрадовалась, ес­ли это слово тут вообще уместно. Это и решило про6лему. Каждый лиммерин знает, как хоронят избранниц Найяры. И никогда не допус­тит, чтобы в погребальной ладье избранницы оказался кто-то ещё. Тем более живой. Я знала: эти люди не допустят, чтобы живой чело­век отправился в царство Гиамары. Они увидели нас, подняли лодку на борт. Я слышала, как они привели Астарана в чувство. Они реши­ли доставить его в Лунную Гавань, но объясняться с местными по по­воду случившегося не хотели. Боялись, что их в чём-ни6удь обвинят. Ты же знаешь, как у вас там относятся к лиммеринам. В общем, эти люди решили подвезти Астарана к берегу в спасательной шлюпке и там оставить. Я успокоилась. Я же знала, что на рассвете его найдут. Думаю, шлюпку не заметили с маяка из-за тумана. Ну а лодку со мной купцы снова спустили в море. Вскоре меня подобрали мои люди.

– Эти что ли?

– Ну конечно, нет. Это воины. Дела Звёздного Ордена их не касаются.

– Ты это на ходу сочинила или заранее придумала?

– Ариэна, я сказала правду. Что-то не сходится?

Всё вроде бы сходилось. Астарана действительно нашли ранним ут­ром на берегу Лунной Гавани. Впрочем, это ещё не значило, что рас­сказ Нэйи правдив от начала до конца, и Ариэну это утешало. А ро­динки на шее – не такая уж редкость.

Следующие несколько дней она виделась с Нэйей и Тамраном лишь за столом. Лихана тоже не докучала ей своим присутствием, за что Ариэна была ей очень благодарна. Эта девица раздражала её абсолют­но всем – своей бесшумной походкой, угодливыми манерами, притвор­но-любезной улыбкой, обнажавшей её частые мелкие зубки, которые придавали ей сходство с каким-то хищным зверьком. Впрочем, улыбка Лиханы не всегда была притворной. Когда по6лизости оказывались представители сильного пола, она превращалась в похотливый оскал, опять-таки придававший смазливому скуластому личику Лиханы что-то звериное. Ариэна никогда не была моралисткой, но откровенная похотливость этой особы вызывала у неё отвращение. Похоть сквозила буквально во всех манерах Лиханы, а особенно в том, как она раздувала ноздри своего тонкого носика. Он у неё вечно был в движении – как у зверька, который постоянно принюхивается, выслеживая добычу. Лихана чувствовала себя в этом разбойничьем логове, как рыба в воде. Её вечно кто-то тискал в коридорах и закоулках замка, а её притворно-испуганное повизгивание давно уже никого не вводило в заблуждение. Грубые ухаживания здешних кавалеров были ей по душе. А вот что ей было явно не по душе, так это присутствие в замке Ариэны. Лихана не могла замаскировать свою ненависть к внезапно объявившейся наследнице госпожи никакими угодливыми улыбками. Тем более что дружинники госпожи не могли скрыть своего интереса к юной по­лукровке. Правда, ничего лишнего они себе не позволяли. И не толь­ко потому, что Ариэна считалась дочерью Нэйи. Ариэне и самой не составляло особого труда держать мужчин на расстоянии. Они её всегда побаивались – даже не зная о той силе, которой она обладала. Возможно, они как-то чувствовали её… А возможно, они чувствова­ли в ней другую силу. Ту, что не заключает в себе ничего магического, но отпугивает почище любого колдовства.

Радуясь, что её все оставили в покое, Ариэна принялась обсле­довать замок. На четвёртом этаже она обнаружила библиотеку. Пыли здесь было едва ли не больше, чем книг. Самые новые относились к середине прошлого столетия. Просмотрев множество свитков и фоли­антов, Ариэна с грустью убедилась, что ознакомиться с их содержа­нием ей будет трудно. А то и вовсе невозможно. Языки островитян и жителей материка были родственны, и, хотя контакты между двумя племенами сводились в основном к войне и торговле, в течение мно­гих веков постепенно сложился разговорный диалект, которым владе­ли и те, и другие. Он представлял собой смесь диввинского и лим­меринского в их разговорных вариантах. Разница же между письмен­ными языками двух народов была значительной. Ариэна письменным лиммеринским почти не владела. Она с трудом разбирала лишь названия книг. И некоторые её заинтересовали. Она взяла «Жизнеописания правителей Ди-Милона», несколько трактатов по магии и отправилась на Средний Остров. Матарус получил неплохое образование и, возмож­но, даже знал старинный книжный. Да и кроме него в посёлке могли оказаться образованные люди.

В этот день был отлив, и Ариэна добралась до соседнего острова пешком. Она слышала, что летом перешеек между Скалистым и Средним иногда вообще высыхает. На влажном песке сверкали перламутровые ракушки, останки медузы киллы напоминали куски тающего льда. Ка­кие-то длинные, похожие на волосы водоросли прели на солнце, исто­чая резкий солоноватый запах. Ариэна всегда любила запахи моря и его шум, но здесь, на островах, эти запахи были острее, а голос моря звучал мощнее и глубже, чем у берегов Большой Земли. Там оно было гостем, а здесь хозяином, милостиво пригревшим на своей могу­чей груди маленькие островки суши. Ариэна вдруг поймала себя на том, что хотела бы тут жить. Лес она тоже любила, но леса были и здесь. Она решила, что не сегодня завтра побывает на третьем ост­рове Ди-Милона.

В посёлке её встретили неприветливо. Если не сказать враждебно. Некоторые, едва увидев её, сворачивали в сторону. Ариэна сразу направилась к Матарусу. Почти всё семейство старейшины было в сборе.

– Неужели на меня так взъелись из-за этого сомнительного род­ства? Знали бы вы, как мне всё это поперёк горла…

– Дело не только в этом, – сказал Матарус. – Кем бы ты ей ни приходилась, ты сейчас – человек из замка. А он для нас давно уже стал главным источником всяких бед. Грех желать другим зла, но лучше бы уж эти головорезы поскорей отправились воевать на Боль­шую Землю. Они всё равно туда собираются…

– Да что случилось?

– Мне неловко говорить о6 этом с такой юной девушкой…

– Матарус, два года назад я потеряла ребёнка… То есть он даже не родился… В общем, ты понимаешь. Клянусь паутиной, если вам что-то сделали люди из замка, я это так не оставлю.

– Вчера один из этих мерзавцев изнасиловал дочь Тирела. Это ры­бак, мой сосед… Вон их дом, напротив. Девчонке четырнадцать лет, у неё ещё никого не было… До сих пор не может прийти в себя. Она и так-то заикается, а тут вообще речь потеряла от испуга. Моя старшая пошла туда, понесла ей какой-то отвар…

– Она его запомнила?

– Да какое… Было уже темно. Возвращалась от подруги и пошла через рощу.

– А вы уверены, что этот человек из замка?

– Абсолютно, – нахмурился старик. – Никто из наших такого не сделает. И никто их наших не носит ни браслеты, ни серьги, а он был весь увешан какими-то блестящими побрякушками. Это единствен­ное, что она заметила, – они сверкали в лунном свете. Жаль, что луна сейчас одна и та на ущербе, а то бы Инния, может, и побольше разглядела. Это уже не первый случай. Но месяц назад всё обошлось. Ниде, дочери Мероя, удалось убежать. Мерой ходил в замок, и гос­пожа его приняла. Сказала, что приструнит своих молодцов, но, по-моему, ей до всего этого нет никакого дела. Если они в скором вре­мени отсюда не уберутся, жизни не будет. Целая орава головорезов под боком, а у нас даже оружия нет нормального, чтобы защитить своих дочерей и жён. Целая орава здоровых молодых парней, а жен­щин на Скалистом – по пальцам можно пересчитать… Раньше они хоть подолгу пропадали – поди, разбойничали где-нибудь, а теперь… Уже столько месяцев тут сидят. Скоро совсем взбесятся, а нам что делать?

– Нэйя старается убедить меня в том, что я её дочь, и всячески меня задабривает. Она не станет возражать, если я потребую наказать этого негодяя.

– Да как ты его найдёшь? Инния его не разглядела. Уж не думаешь ли ты, что он сознается?

– Нет, но, может, мы сумеем его вычислить. Матарус, недавно ты показывал мне туманные изображения умерших… Колдунья, которая делает такое номмо, всегда знакома с покойным?

– Нет. Бывает, что избранница Найяры делает номмо того, кого она вообще ни разу не видела. Ни живым, ни мёртвым. Но она может вызвать его в туман, если вступит в глубокий контакт с кем-то из его близких. Из тех, кто хорошо его помнит.

– То есть она извлекает из его памяти образ умершего? И как осуществляется этот глубокий контакт?

– Мне это трудно объяснить, я же не колдун. Я не умею разгова­ривать с детьми тумана, а именно они и связывают сознание одного человека с сознанием другого. Колдунья уединяется с родственником умершего и вызывает из ариллина туман. Родственник старается как можно отчётливей представить себе покойного. А иные говорят, до­статочно просто подумать о нём. В нашей душе хранится множество картин и образов, но мы не всегда можем их оттуда извлечь. А дочь Найяры может. Обычно она погружается в транс, её сознание слива­ется с сознанием заказчика, и туманное облако превращается в образ покойного. В общем-то так можно сделать для себя и суомо – портрет живого человека.

– Матарус, отведи меня к дочери Тирела. Я попробую вывести это­го подлеца на чистую воду. Моя мать была избранницей Найяры, и я унаследовала её дар. Магией тумана я овладевала сама, следуя лишь интуиции, но она меня редко подводит. Идём.

Инния, некрасивая худенькая девушка, всё ещё не оправилась от испуга. Она так заикалась, что разговаривать с ней было почти не­возможно.

– Если ты и правда хочешь помочь, юная госпожа, – подчёркнуто вежливо сказал Тирел, – то лучше приходи завтра. Ей надо успоко­иться.

Ариэна решила, что так действительно будет лучше. Разговор же с Нэйей она откладывать не стала.

– Всё это ужасно неприятно, дорогая, – покачала головой та. – Но если бы все мои проблемы сводились к подобным случаям…

– Кажется, ты считаешь, что в подобных случаях нет ничего осо­бенного?

– Ариэна, девицы иногда сами нарываются, а их родственники под­нимают шум – лишь бы что-нибудь с этого поиметь. Никто не видел, что там произошло…

– Зато я видела её. Она ещё почти ре6ёнок. Она до сих пор опомниться не может. А её родственникам ничего от тебя не надо… Вернее, единственное, что им надо, так это чтобы твои головорезы их не трогали. Если ты провозгласила себя правительницей Ди-Милона, то эти люди – твои подданные, и ты должна их защищать!

– Ты уже учишь меня, что я должна делать, – усмехнулась Нэйя. – Что ж, поделом мне. Я оставила трёхлетнего ребёнка, а нашла под­ростка в самом что ни на есть сложном возрасте…

– Я уже давно не подросток. И, возможно, больше тебя понимаю, что значит быть матерью. Я не знаю, какое такое великое призвание может заставить женщину бросить не только любимого человека, но и ребёнка, которого она от него родила и растила до трёх лет. Я не смогла избавиться от своего ребёнка, даже зная, что, если рожу его, буду бедствовать. Я не могла избавиться от него даже тогда, когда он был не больше зёрнышка твиги. Я потеряла его, но, клянусь Аранхой, это произошло не по моей воле…

– Успокойся, пожалуйста. Я и не думала, что ты уже столько пе­режила. Я считала, что знаю о тебе много, но оказывается, на знаю ничего. Нам ещё предстоит узнать друг друга получше, Ариэна. Я не провозгласила себя правительницей Ди-Милона. Это владение наших с тобой предков.

– При них Ди-Милон не был пиратским логовом. Здесь жили люди, которые ловили рыбу, выращивали плоды и занимались ремёслами. В библиотеке замка немало книг по ведению хозяйства. Прежние прави­тели заботились о процветании Трёх Островов.

– Я рада, что тебя интересует история нашего рода. Пожалуй, я уже могу поручить тебе управление Ди-Милоном, когда мне с дружиной придётся отбыть на Большую Землю.

– То есть здесь тебе земли недостаточно. Див-Аранха тоже вхо­дит в твои владения? Или пока это только планы? Не могу не при­знать – планы у тебя грандиозные. Мне пока что по зубам только мелкие дела. Мелкие с твоей точки зрения. Если мне придётся управлять Ди-Милоном, то я не потерплю тут разбоя и беззакония. Насильник должен быть наказан.

– Ариэна, я попытаюсь выяснить, кто этот подонок, но, боюсь, ничего не получится. Их тут не одна сотня, и я уверена, что винов­ный не признается.

– Хорошо. Единственное, о чём я тебя прошу, так это завтра пос­ле обеда собрать всех своих проходимцев на площади перед замком. А уж как я найду виновного – это моё дело.

Ариэна почему-то была уверена, что у неё всё получится. Она пришла в дом Тирела на следующее утро. Инния уже чувствовала себя более или менее сносно.

– Будет лучше, если ей дадут снотворное, – сказала Ариэна. – Я войду в её глубинное сознание, когда она будет спать. Этот кошмар сейчас преследует её и во сне, и наяву. Чтобы от него из­бавиться, необходимо время, но сейчас мне легче извлечь из её памяти то, что нужно. Всегда легче идти по горячим следам. А что бы это было для неё не так болезненно, лучше её усыпить.

Их оставили наедине. Ариэна устроилась напротив спящей девушки в глубоком кресле и вызвала туман из кусочка ариллина – самого маленького из тех, что она подобрала на прибрежной полосе. Она не знала никаких заклинаний. Возможно, она должна была принять какое-нибудь снадобье, но об этом она тоже ничего не знала. Она просто сосредоточилась на желании увидеть то, что сейчас видела во сне Инния.

– Любой из наших страхов имеет конкретный облик, – прошептала она. – Иногда он смутный и бесформенный, как облако тумана, по это потому, что мы боимся его увидеть. Надо вернуть смутному призраку, который преследует тебя, его истинный облик, а потом развеять его. Тогда ты избавишься от него, Инния. Ты избавишься от страха и не испугаешься этого человека, даже если снова встре­тишь его наяву.

Сперва Ариэна не поняла, что с ней творится. Ей вдруг захоте­лось убежать отсюда подальше. Страх вливался в неё, словно в пус­той сосуд, заполняя всё её существо. Страх Иннии. Ариэна судорож­но вцепилась в подлокотники кресла. Она должна выдержать это. Она же сама решила разделить с Иннией её кошмар.

Туман окутал её и спящую девушку, потом стало темно… К сча­стью, всё это длилось недолго. Очнувшись, Ариэна увидела, что ту­манное облако приобрело очертания человеческой фигуры. Ясно было только то, что это худой широкоплечий мужчина с длинными вихрас­тыми волосами. Таким Инния увидела его в бледном лунном свете, когда о6ернулась на шорох.

«Немного, – подумала Ариэна. – В замке полно таких лохматых парней… Но ничего. Этот призрак сам отыщет своего двойника».

– Ты найдёшь его, – произнесла она, глядя на смутную мерцающую фигуру. – Ты должен обрести лицо. И тебе это удастся, когда ты найдёшь своего живого двойника. А теперь вернись на место и жди, когда я тебя вызову.

Фигура съёжилась и превратилась в сгусток тумана, который тут же словно впитался в маленький «звёздный осколок». Ариэна положи­ла кусок ариллина в круглую серебряную баночку из-под румян. По распоряжению Нэйи JIиxана уставила весь туалетный столик юной госпожи баночками и склянками с духами, пудрой, краской для губ и прочей ерундой, которой Ариэна никогда не пользовалась… Она заметила, что маленький клочок туманного облака остался в комна­те. Он завис над Иннией, потом спустился почти что ей на живот, стал расширяться, бледнеть и наконец превратился в некое подобие тонкого полупрозрачного покрывала, мерцающего золотыми и серебря­ными искрами. Это «покрывало» окутало Иннию и мгновение спустя исчезло. Девушка проснулась. Сразу было видно, что чувствует она себя гораздо лучше.

– Что тебе снилось? – спросила Ариэна.

– Точно не помню, – Инния совершенно не заикалась. – Сначала было страшно, а потом приснилось что-то очень хорошее.

– Вот и прекрасно. Отдыхай и думай только о хорошем.

Этот маленький клочок тумана, превратившийся в покрывало, был явно добрым знаком, но что именно он предвещал, Ариэна не знала.

Когда они с отцом Иннии и Матарусом шли на Скалистый, начался прилив. Спутники Ариэны уже собирались снять башмаки – можно было переправиться вброд, но Ариэна их остановила.

– Нам не обязательно мочить ноги, – она взяла Матаруса и Тирела за руки. – Только не пугайтесь, это не страшно.

Тирел даже охнул, когда они поднялись в воздух, но этот не6ольшой полёт понравился и ему, и старейшине.

– Чудеса, – сказал Тирел, едва они приземлились на каменистом склоне, где начиналась тропа, ведущая к замку. – Наши колдуньи так не умеют.

– Я же полукровка. Возможно, у нас действительно больше способностей к магии, чем у других, и мне уже надоело это скрывать. По­лукровки – не демоны. Мы такие же люди, как и вы. И так же уязвимы.

Всё пиратское воинство уже выстроилось на огромном дворе замка. Ариэна заметила, с какой иронией наблюдает за происходящим Нэйя. Тамран тоже был здесь – задумчивый и рассеянный. В последнее вре­мя они с Нэйей постоянно о чём-то спорили, но стоило войти Ариэне, тут же умолкали. Вряд ли они и раньше были во всём единодушны, но Ариэна чувствовала, что с её появлением в замке разногласий у этих двоих стало больше. И её это отнюдь не огорчало.

Вызвав из ариллина туманную фигуру, Ариэна подходила к каждому из стоявших перед ней мужчин и мысленно повторяла: «Ты должен найти своего живого двойника и обрести его облик. Ты – это он. Ты должен обрести лицо».

Кажется, Нэйя не особенно верила, что эта затея увенчается ус­пехом, но большинство её бравых вояк следили за действиями Ариэны напряжённо и даже опасливо. Почти все они были островитянами и верили в силу тумана. Даже те, кто никогда в жизни не сталкивался с магией.

Облако стало изменяться, когда Ариэна остановилась напротив долговязого парня с узким, немного скуластым лицом и длинными светлыми волосами. Не прошло и минуты, как все с изумлением уви­дели двух близнецов – живого и туманного.

– Это всё колдовство! – затравленно озираясь, крикнул парень. – Это всё её фокусы! Им просто надо кого-то обвинить!

Он был ещё юн – не старше восемнадцати, и довольно красив. Сейчас он походил на школьника, которого поймали, когда он пытал­ся сбежать с занятий.

– Честно говоря, от тебя я такого не ожидал, Варт, – сказал подошедший Тамран.

– Она всё это подстроила ! Знаю я эти фокусы с туманом…

– Послушай, приятель, ты ведь лиммерин, – обратился к Варту Матарус. – Если бы она лгала, туман бы ей не подчинился, и ты это прекрасно знаешь. Арилланы не лгут.

«Как и аранхи», – подумала Ариэна.

– Мы вчера праздновали день рождения Вела, – ухмыльнулся сто­явший рядом с Вартом толстяк с золотой цепочкой на шее. – Этот придурок нализался и пошёл на Средний. Он там любит болтаться. Увидел девчонку – и потянуло на подвиги… Выходит, ей не по­нравилось?

Раздался смех.

– Да я не сделал ей ничего такого... страшного, – оправдывал­ся Варт. – Я просто сделал её женщиной. Лучше бы спасибо сказала. Кому такая нужна – кожа да кости…

– Замолчи! – оборвал его Тамран. – Ты уже достаточно причинил девушке зла, и ещё хватает наглости оскорблять её!

– Да она не больно-то сопротивлялась! Она молчала! Клянусь Найярой, эта девица даже не пикнула. Я, конечно, был пьян, но не настолько…

– Это она от страха, – пояснил Тирел. – Инния так перепугалась, что долго потом не могла заговорить. С ней такое часто бывает. Моя дочка заикается – её много лет назад напугал бешеный кайял. А когда она сильно пугается, у неё вообще голос пропадает. Это все знают, спросите любого в посёлке. И чего ей так не везёт? То четвероногий зверь на6росится, то двуногий.

– Нашему малышу сказали, что в Ур-Маттаре никто не мог пре­взойти его кумира ни в состязаниях, ни на любовном поприще! – ­смеясь, крикнул кто-то из пиратов.

Судя по всему, Варту здесь не особенно сочувствовали.

– Он у нас во всём старается подражать Тамрану!

– Даже так? – усмехнулся Тамран. – Кто тебя такому учил? Я далеко не праведник, но я никогда ничего не делал с женщиной против её воли. Даже с последней потаскухой. А повести себя так с юной девушкой может только скотина…

На лицо его внезапно набежала тень. Он нахмурился, как 6удто этот случай заставил его вспомнить то, что он не любил вспоминать То, что уже давно не давало ему покоя.

– Он признал свою вину, – сказала Ариэна, развеяв облако. – ­Какое наказание ему полагается по местным законам?

– Воо6ще-то я могу его просто у6ить, – ответил Тирел. – Я или любой другой мужчина моего дома. Но, сдаётся мне, в этом парне больше глупости, чем подлости. Он даже не понимает, что сделал. Может, поймёт, если поживёт подольше и поумнеет. Пусть три года побудет слугой в моём доме. Семья у меня большая, рабочих рук не хватает…

– Ну уж нет! – взвился Варт. – Лучше убейте!

– Этот человек прав, – сдвинул брови Тамран. – Надо отвечать за свои поступки, Варт. Радуйся, что легко отделался.

– Но я так мечтал о походе! И вместо этого что? Рубить дрова и носить воду?

– Занятия куда более достойные, чем убивать и насиловать, ­– заметила Ариэна. – Меня вот что беспокоит, Тирел… Как Инния от­несётся к тому, что ты приведёшь его в дом?

– Для неё худшее уже позади. Она привыкнет обращать на него внимание не больше, чем на дворового кайяла. Да и ты не бойся, парень. Будешь вести себя, как человек, и к тебе будут относиться по-человечески. У нас там бандитов нет.

– Тамран, ну сделай же что-нибудь! – взмолился Варт. – Я так мечтал отправиться на войну!

– Собирай вещи и отправляйся со своим хозяином, – приказал Тамран. – Тебе ещё не поздно стать порядочным человеком. Ты ещё молод, Варт. Тебе будет полезно пожить среди нормальных людей.

– Я прослежу, чтобы ты не сбежал, – пообещала Ариэна. – Дети тумана помогут мне вернуть тебя, если ты вздумаешь удрать.

– Будь ты проклята! – злобно выкрикнул юноша. – И откуда ты только свалилась, ведьма! Кто дал тебе право распоряжаться мной, вмешиваться в мою судьбу?

– Но ты же вмешался в судьбу этой девушки. Без её согласия.

Ариэна только сейчас заметила, что туман рассеялся не весь. Маленький клочок его завис над головой Варта и стал расплываться, а когда он превратился в полупрозрачное мерцающее полотно, на нём проступила картина. Горящий очаг, а возле него мужчина и женщина. Она занята рукоделием, у него на коленях ребёнок. Они молоды и, кажется, счастливы… Видение было смутным и быстро исчезло, но Ариэна успела заметить, что у мужчины узкое лицо, обрамлённое не­покорными вихрами светлых волнистых волос.

Это видение исчезло, но тут же появилось другое – картина сра­жения. Причём местность показалась Ариэне знакомой… Да это же была огромная равнина к югу от Ур-Маттapa. Недалеко виднелась городская стена. Картины сменяли одна другую. Ариэна видела толпы людей на площади Ур-Маттара, Галиана, проповедующего в Храме, сра­жение в лесу, круглую башню, грозно темнеющую на фоне багрового неба… Последняя картина была самой страшной. Полчище железных демонов заполонило Священный Сад. Они стояли неподвижно, словно ждали приказа, а огромная паучиха, сверкая кровавыми глазами, мед­ленно выползала из сваей пещеры…

Ариэна заметила, что все притихли и смотрят не неё с недоумением.

– Что с тобой? – осторожно спросил Тамран.

На нём почему-то была старинная одежда. Точнее, призрак этой одежды. Она казалась сотканной из тумана и сверкала золотыми и серебряными искорками. Наряд царя Асфаара. Тот самый, в котором его положили в саркофаг… Окружающие реагировали на Тамрана так, словно в его внешности не было ничего необычного, и Ариэна поня­ла, что призрачный наряд видит только она. Картины на туманном «полотне» тоже были доступны лишь её зрению.

– Дорогая, с тобой всё в порядке? – раздался рядом ласковый голос Нэйи.

Ариэна обернулась и едва не попятилась. Перед ней была худощавая женщина в облегающем костюме, с короткими тёмными волосами и правильным, жёстким лицом. Женщина, похожая на ящерицу…

Не прошло и минуты, как наваждение исчезло. Перед Ариэной стояла Нэйя в голубом платье и белой накидке с капюшоном. И Тaмpaн снова был в том, в чём и пришёл сюда – в коричневой тунике, серых гетрах и высоких остроносых сапогах.

– Ты чего-то испугалась? – Нэйя выглядела встревоженной. – Ты словно призрак увидела.

– Она видит больше нас всех, – глубокомысленно изрёк Тирел. – Она избранница. Дочь Haйяpы.

– Да она просто ненормальная, – хмуро процедил Варт.

– Иди, Варт, – тихо сказала Ариэна. – Судьба, в которую ты вмешался, станет и твоей судьбой. У тебя всё будет хорошо. Гораздо лучше, чем у тех, кому ты сейчас завидуешь.

Варт зло сплюнул и поплёлся в замок собирать свои вещи.

– Не правда ли моя наследница мудра и справедлива? – обратилась к Тирелу Нэйя. – Теперь я могу спокойно отправиться на материк, поручив ей править Ди-Милоном в моё отсутствие.

– Да, госпожа, – с насмешливым полупоклоном ответил рыбак. – Такая правительница нас вполне устроит.

Нэйя сделала вид, что не заметила никакого намёка.

На следующее утро, подойдя к окну своей спальни, Ариэна увиде­ла отчаливающую от берега флотилию.

– Почему мне не сказали, что они уже отбывают? – спросила она служанку, которая принесла воду для умывания.

– Не знаю… – растерянно заморгала та. – Но госпожа ещё здесь. И господин тоже.

Нэйя и Тамран как обычно ждали Ариэну к завтраку, но сегодня за столом было почти пусто. В замке остались только два командира. Отве­тив на приветствие Ариэны, они поспешили закончить трапезу и ушли. Похоже, после вчерашнего они чувствовали себя в её обществе неуютно.

– Мы отправляемся позже, – сказала Нэйя. – На фланнаре. Завтра прилетят разведчики и доложат обстановку. Главное – появиться во­время.

– Я лечу с вами.

– А на кого же я оставлю Ди-Милон? – Нэйя говорила тоном огор­чённой мамаши, которой дочка отказалась помочь в огороде.

– Без твоих головорезов здесь и так будет всё в порядке. Я при­частна к тому, что творится в Див-Аранхе. К тому же я там роди­лась и прожила всю жизнь. Я лечу в вами… Впрочем, могу и одна. Фланнар мне не нужен.

– Конечно, дорогая. Если ты так решила, дело твоё.

– Мне было бы спокойней, если бы ты осталась здесь, Ариэна, – заговорил до сих пор молчавший Тамран. – Ты действительно при­рождённая правительница. Местные тебе доверяют. Мы обеспечим тебя полотнами, красками. Здесь у тебя прекрасная возможность спокойно заниматься любимым делом…

– Я уж как-нибудь соображу, чем мне заняться. В отличие от некоторых я уже давно всё решаю за себя сама.

Тамран нахмурился и ничего не ответил. Нэйя как всегда скрыла раздражение под небрежной, милой улыбкой.

– Так когда мы отправляемся? – спросила Ариэна.

– Дней через пять, – ответила Нэйя после небольшой паузы. – Думаю, к этому времени уже все наши союзники соберутся в Круглой Башне. Место удобное. Сторонники Галиана оттуда бежали, сама зна­ешь. А мой флот к этому времени будет в гавани Вермей. Мы ничего от тебя не скрываем, дорогая. Если хочешь, лети с нами, но я пред­почла бы, чтобы ты похозяйничала здесь.

Покинув трапезную, Ариэна воспользовалась тем, что в коридоре пусто, и задержалась возле дверей. Как только она вышла, Нэйя и Тамран заспорили. Она не могла расслышать, о чём, и всё равно почувствовала что-то вроде удовлетворения. Хорошо уже то, что Тамран сейчас всё реже и раже соглашается с этой женщиной-оборотнем. Ес­ли такой человек, как он, начал сомневаться, он в конце концов разберётся, что к чему. Лишь бы не слишком поздно.

Ариэне не давали покоя вчерашние видения. Те, которые ей послали ариллaны. Загадочные духи тумана. Здесь, на островах, их магия была сильней, чем на материке. И здесь они ещё охотней шли на кон­такт. Ариэна обратилась к ним, чтобы помочь Иннии, но они сказали ей больше. Они показали то, о чём она не спрашивала… А может, они почувствовали, что это её тревожит? В последнее время она сто­лько думала о6 этой странной женщине, о Тамране, о событиях в Див­-Аранхе. Соприкоснувшись с её сознанием, они поняли, что её волнует больше всего. Ариэна уже догадалась, что Нэйя не та, за кого се­бя выдаёт. Нэйя и Тамран… Загадочная незнакомка и царь Асфаар… Судя по всему, история повторяется.

«Нет! – решительно сказала себя Ариэна. – Я не дам ей повторить­ся. Тамран не окажется на месте Асфаара. Понять бы ещё, что к че­му, какая ведётся игра… Тогда, пятьсот лет назад, были заговор, предательство, война. Теперь назревает нечто похожее. Я не должна упускать из виду ни эту женщину, ни Тамрана. Они не посвящают ме­ня в свои планы – ну и ладно. У меня есть способ узнать то, что меня интересует».

Уединившись в своих покоях, Ариэна вызвала туман и задала во­прос, но картин не было.

«С чего я взяла, что арилланы знают всё? Любое пророчество – ­результат их контакта с избранницей. Так же, как у аранх. И успех во многом зависит от магической силы избранницы. Вчера получилось, сегодня нет… Что такое предвидение? У меня бывали озарения, даже когда не было связи с Дамеей. Я видела то, что будет. Это Великая Aранxa говорила со мной… Наверное, и пауки, и дети тумана лишь помогают своим избранникам проникать в Великую Арану. А иногда лю­дям удаётся это и самим. Видимо, такие озарения не могут быть слиш­ком часто. По сути арилланы вчера сказали мне не так уж и много нового. Они подтвердили некоторые мои догадки и опасения. Истина открывается, если её ищешь, а не ждёшь, что тебе её кто-то откро­ет. Озарение приходит к тому, кто держит глаза открытыми. Я прос­то должна быть начеку. Мы сами ткём полотно Аранхи. Она лишь хра­нит его. И показывает тем, кто умеет смотреть».

Матарус охотно согласился перевести заинтересовавшие Ариэну книги, а когда она заговорила об оплате, решительно заявил:

– Даже не думай об этом. Я рад тебе помочь, полукровка. Ты нра­вишься мне всё больше и больше. И не только мне… Мы не знаем, кто эта женщина, которая обосновалась на Скалистом с оравой бан­дитов, но тебе бы тут многие присягнули на верность. Может, тебе лучше перебраться сюда? Мы поможем тебе привести в порядок дом на холме. Как хоть ты там живёшь в этом замке, среди таких людей…

– Я привыкла жить среди тех, кто мне не нравится, – сказала Ариэна. – И среди тех, кому не нравлюсь я, а таких, поверь, всег­да было много.

– Догадываюсь, что тебя там держит, – усмехнулся Матарус. – Вернее, кто.

– Неужели так заметно?

– Заметно. Особенно ей. А она опасная штучка.

– Я всё знаю, Матapyc. Не хочу хвастаться, но опасность для меня – дело привычное. Заранее спасибо, что согласился помочь.

– Тебе тоже спасибо. Я только рад, что выпала возможность немного поработать мозгами. Учить­ся мне нравилось, а всю жизнь только и приходится что спину гнуть. Я вот только не уверен, что разберу всё – я же не знаю древнего языка. Но я не думаю, что старинный книжный сильно отличается от нынешнего.

Ариэна была уверена, что гораздо больше, чем всякие трактаты, ей подскажут дети тумана, но в книгах тоже могли оказаться полез­ные сведения.

Они там действительно оказались, только вот до Ариэны дошли с некоторым опозданием.

1 Гарисса – метательное орудие в виде железного кольца.