Глядя на расчерченную паутиной дорог Див-Аранху1 с заоблачной высоты, каждый сказал бы, что это название как нельзя лучше под­ходит маленькой лесной стране, зажатой между неприступными скалами, морем и степью. Когда-то средоточием жизни была плодород­ная равнинная атрия2 под названием Mepeнганa. От неё, словно кру­ги по воде, расходились кольцевые дороги, пересекаемые ровными стрелами прямых дорог, которые, как множество лучей, тянулись в разные стороны всё от той же Меренганы. Правда, в те времена, когда диввинской столицей был главный город этой атрии Ур-Мерен, страна называлась иначе – Аранхайя. С падением царства, история которого насчитывала без малого шестнадцать веков, изменилось многое. В том числе и названия. Столицей новой страны – Див-Аран­хи – стал Ур-Маттар3, город, сильно разросшийся за последние пять столетий. Только он и показался бы сверху чётким светлым пятном, похожим на круглый листик даолы, приставший к краю паутины. Ур-Маттар был далеко от древнего центра, на юго-западном побережье. Единственный крупный город Див-Аранхи… Остальные уры терялась среди лесов, полей и плодовых рощ. Большинство рек в этой стране были совершенно несудоходны, горы круты и обрывисты, а леса пол­ны свирепых хищников. Охота всегда считалась делом опасным, но гораздо больше, чем лесов, диввины боялись моря, над которым в тёплое время года так часто клубился странный мерцающий туман. Иногда он даже окутывал берега. В такие дни казалось, что снова воцарился хаос. Тот, который заполнял собою беспредельность, пока бог времени Эон не оплодотворил Аранху и она не соткала паутину пространства и времени. Это она, Великая Мать, породила всё сущее, и не было в мире тайны, которая укрылась бы от её взора. Она знала всё. Но знаниями своими делилась только с избранными.

Гигантская паучиха, считавшаяся её земным воплощением, жила в Священном Саду. Сперва так называли только рощу, где богиня посе­лилась около пятисот лет назад – вскоре после падения царства Аранхайя. Она явилась к людям во время охватившей страну смуты. Предание гласило, что Маттар в сияющем облаке спустилась на Боль­шую Равнину, где стояло войско Киммерона. Богиня сделала предво­дителя Киммерона своим избранником. Именно ему и удалось вновь объединить страну. Богиня поселилась в роще возле Ур-Гелона, кото­рый вскоре стал столицей и был переименован в Ур-Маттар. Город Великой Матери рос, а роща богини со временем стала центром Глав­ного Святилища. Оно-то теперь и носило название Священный Сад. Кроме рощи, где жила богиня, и храмового комплекса, здесь распо­лагались Дом Знаний, Ткацкие Мастерские, а также Дом Собраний, где избранники Маттар устраивали приёмы для важных гостей города.. К Священному Саду примыкал Военный Посёлок – казармы, стадион и воинская школа.

Пророчества Маттар, вытканные или нарисованные мастерицами­-аранхинами на больших полотнах, выставлялись на всеобщее обозрение. Каждый даввин имел право знать, о чём аранхиты-толкователи говорили с богиней и какой она дала ответ. И каждый мог видеть Аранху, но только с почтительного расстояния – не меньше пяти ди­меров1. Впрочем, подходить поближе никому и не хотелось. Вид мох­натого чудовища с сере6ристо-чёрным туловищем длиной в два и шири­ной в полтора человеческих роста, шестью лапами по три димера в длину, мощными челюстями и кроваво-красными глазами внушал трепет даже самым смелым.

Богиню можно было увидеть в Пещерном Храме, куда она являлась часа в три пополудни, дабы её дети могли лицезреть её во всей красе. Спустя два часа она уползала через низкий сводчатый тон­нель обратно в свою рощу, где росли чёрные сосны и каменные дубы. Могучие деревья окружали скалистую гору, в которой была большая пещера. Она-то и служила богине домом. В хорошую погоду Маттар любила подремать в тенетах своей огромной паутины, которой пери­одически опутывала всю рощу. Дожди и ветер разрушали её творение, клочья божественной паутины разносились по всей округе, и Маттар снова принималась терпеливо ткать среди ветвей затейливые узоры.

Великая Аранха сотворила этот мир. Она заботилась о своих де­тях, предупреждая их об опасности, помогая добрыми и мудрыми со­ветами. Поэтому люди охотно прощали Маттар её кровожадность. Каждые три дня в рощу богини приводили очередную жертву – обычно хорошо откормленного комола, а иногда осуждённого на смерть пре­ступника. Паучиха не питалась мертвечиной, она признавала только тёплую кровь. Каждую жертву – будь то человек или животное – предварительно опаивали настоем из травы озол, который погружал её в полусонное оцепенение, избавляя от страха и боли. Делалось это главным образом из почтения к богине – дабы не омрачать её пиршество стонами и криками. Так говорили аранхиты.

А ещё они говорили, что человек не должен противиться своему жребию. Ведь жребии распределяет богиня, когда ткёт полотно судь­бы. Так что, уж кем тебе выпало быть, хотя бы даже и слугой, про­тестовать против этого не только бессмысленно, но и нечестиво.

Не каждому суждено стать избранником, но, получив хорошее об­разование или овладев каким-нибудь ремеслом, можно вступить в одну из профессиональных общин. В любой Цех – литейщиков, плотни­ков, кожевников, стеклодувов… В Цех Изящных Искусств входили живописцы, ваятели, ювелиры и зодчие. Многие Цеха, к примеру грамматистов, врачевателей и техников, пополнялись выпускниками Дома Знаний. Поступить туда было непросто, а учиться престижно, но большинство мальчишек Див-Аранхи мечтали попасть не в Дом Зна­ний, а в воинскую школу. Закончившие её становились членами Братства Сильнейших. Высокое положение, а главное – высокое жалованье 6ыли обеспечены им до самой смерти.

Уважение, которым пользовались в Див-Аравхе воины, считалось вполне оправданным. Маленькая лесная страна всегда нуждалась в защитниках. Среди лиммеринов, ещё в глубокой древности заселив­ших далёкие острова, 6ьrло немало пиратов. Одно время их набеги повергали в трепет жителей всех западных уров, даже тех, что на­ходились далеко от побережья. Причём иногда пиратские флотилии умело маскировались под торговые. Товары островитян издавна высо­ко ценились на материке. Особенно украшения из того, что дарило людям море – коварное и непредсказуемое, хранящее в своих глуби­нах множество сокровищ и тайн. Столь же коварным и непредсказуемым считался живущий бок о бок с этой стихией морской народ. Но ещё больше диввины опасались раннадов – кочевников, чьи многочис­ленные стойбища занимали обширную юго-восточную равнину. Большин­ству раннадских племён 6ыли известны только два занятия – ското­водство и война. Когда им надоедало воевать между собой, они вновь и вновь устремляли завистливые взоры на леса и плодородные земли Див-Аранхи.

Маленькая лесная страна всегда нуждалась в хороших защитниках, и неудивительно, что воинов здесь уважали, но Братство Сильнейших постепенно превращалось в замкнутую и почти что клановую общину. Звание воина и бронзовый знак с изображением звезды на кон­чике копья получали только выпускники воинской школы. Не имеющие этого звания считались вольными дружинниками. В конце концов, ма­ло-мальски владеть оружием должен был каждый мужчина. Даже слуга. Воин, то есть член Братства Сильнейших, не платил налогов и полу­чал жалованье из казны, а единственной его обязанностью в мирное время было совершенствоваться в воинском искусстве. А вольными дружинниками являлись все остальные мужчины Див-Аранхи в возрасте от шестнадцати до пятидесяти лет, способные носить оружие. Дру­гое дело, что брать в руки оружие им приходилось только во время войны, да ещё когда они ежегодно в течение месяца проходили военную подготовку каждый в своём родном уре. Никакого жалованья из казны они не получали, даже если им приходилось воевать. Это были представители разных сословий и профессиональных общин, которые зарабатывали на жизнь своим трудом и платили еже­годный налог. И по мере того, как росли налоги, желающих вступить в Братство Сильнейших становилось всё больше и больше. Уж если в случае войны всё равно приходится проливать кровь, так не лучше ли быть воином, а не вольным дружинником, и безбедно жить на высокое воинское жалованье. Количество воинских школ росло, но мест для всех, желающих туда поступить, всё равно не хватало. В конце концов Совет Избранных издал указ, согласно которому при поступ­лении в эти школы особым преимуществом пользовались сыновья вои­нов. Или те, кого рекомендовал туда кто-нибудь из Братства Сильнейших. Многие считали этот указ несправедливым, но в Див-Аранхе было не принято оспаривать решения Высокого Совета. Тем более что Братство Сильнейших всегда поддерживало избранников. Ещё бы! Совет повышал воинам жалованье чуть ли не каждые три года.

Попасть в ряды так называемого Священного Воинства могли лишь выпускники столичной воинской школы. Той самой, что находилась рядом со Священным Садом. Воины богини жили в престижных кварта­лах Ур-Маттара и служили при Святилище. А их жалованье было в не­сколько раз выше, чем у остальных членов Братства Сильнейших. Как впрочем и подготовка. В столичной школе обучали всем мысли­мым и немыслимым боевым искусствам. Наверное, это была ­единственная воинская школа Див-Аранхи, куда принимали действительно луч­ших и где воспитанников оценивали по их личным заслугам. И ника­кие связи не помогали в конце обучения получить чёрную тунику с эмблемой Святилища. Далеко не каждый, поступивший в эту школу в тринадцатилетнем возрасте, выдерживал пять лет изнурительных тре­нировок и суровой дисциплины, а испытания, которые устраивали вы­пускникам, проходил лишь один из двадцати. Только такие и получа­ли звание воина Святилища.

Воспитанники воинской школы держались особняком и поглядывали на «заучек» из Дома Знаний немного свысока. Они знали, что боль­шинство этих «книжных личинок», как они их ещё называли, получив образование, станут всего лишь рядовыми членами того или иного Цеха, а некоторые – честолюбивые, но недалёкие – низшими аранхи­тами. Такие возвращались в свой родной ур, где получали должность аранхита-распорядителя. То есть становились во главе местного Со­вета Старейшин.

Настоящими избранниками Маттар считали высших аранхитов. Им-то и принадлежала власть в стране. Див-Аранхой правил Совет Избранных, в который входили учредители и толкователи. Аранхитов­-учредителей чаще называли алеатами. В древнедиввинском слово алеат означало «один из первых». Когда-то такой титул носили ближайшие сподвижники царя Аранхайи – представители знатнейших арис­тократических семейств. Коллегия алеатов Див-Аранхи разра6атывала законы и следила за их выполнением. Аранхиты-толкователи разгова­ривали с богиней и передавали народу её волю. Считалось, что они обладают способностью видеть в паутине Маттар пророческие картины. Ещё более могущественными магами были аранхиты-изобретатели, члены знаменитого Тайного Союза, которых никто из простых смерт­ных не видел и о которых говорили не только с почтением, но и страхом. Изобретения Тайного Союза стоили дорого. Они были по кар­ману лишь состоятельным людям, а как эти магические приборы устроены, не знал никто. Секреты изобретателей никогда не выходили за пределы их Цеха.

Шансы попасть в число избранников Маттар были лишь у единиц, но в Доме Знаний давали хорошее образование, а поскольку образо­вание в Див-Аранхе ценилось, количество желающих поступить в сто­личную школу при Святилище постоянно росло. Как и количество же­лающих просто пожить в столице. Многие юноши ехали в Ур-Маттap, чтобы попроситься в ученики к какому-нибудь мастеру. Видные худож­ники, ваятели и ювелиры имели собственные мастерские с целым шта­том подмастерьев и слуг, а некоторые даже содержали самых одарён­ных учеников, если те не могли рассчитывать на помощь родственни­ков. Приток молодёжи в столицу увеличивался с каждым годом, но большинство юношей всё же оставались в родном уре. Они предпочитали заниматься тем же, чем и их отцы – земледелием, разведением скота или каким-нибудь ремеслом. Если семейное дело приносит хо­роший доход, стоит ли мчаться в Ур-Маттар за удачей, которая мо­жет и ускользнуть?

Диввинские женщины имели право заниматься только теми ремёслами, которые так или иначе были связаны с шитьём, ткачеством и об­работкой тканей. Мужчины же, напротив, и касаться не смели ни пряжи, ни ткацкого станка.

Девочек обучали рукоделию с раннего детства, и они соперничали в этом друг с дружкой не меньше, чем мальчишки в боевых искусствах. Во всех урах были школы ткачих, а лучших учениц в возрасте четырнадцати лет отправляли в столичную школу, которая находилась в Священном Саду – при знаменитых на всю страну Ткацких Мастерс­ких. Здесь-то и трудились самые искусные мастерицы Див-Аранхи – ­аранхины. Цех Ткачих был единственным цехом, который возглавляла женщина. Аранхины ткали священные полотна и, следуя указаниям аранхитов-толкователей, изображали на них пророческие картины. Разговаривала богиня только с избранниками, но ткать полотна, со­гласно древней традиции, должны были женщины.

Пророческие картины, имевшие значение для всей страны, украша­ли улицы и общественные здания. Картины-пророчества «местного значения» развешивались в святилищах Аранхи тех городов и посёлков, которые их заказывали.

К богине обращались не только аранхиты, возглавлявшие Совет того или иного ура, но и частные лица. Дома иных богачей были сплошь увешаны так называемыми счастливыми по­лотнами, вытканными или расписанными мастерицами Цеха Ткачих. На счастливых полотнах изображались картины будущего – того, ко­торого заказчик хотел для себя и своих 6лизких и о котором просил богиню. Люди верили, что, если человек достоин счастья, то его желание непременно сбудется. Требовать от богини прямого ответа считалось неприличным Да и можно ли тревожить божество из-за од­ного человека? У Великой Матери слишком много детей, чтобы она занималась делами каждого в отдельности. Но счастливые полотна заказывали многие. Это было всё равно что попросить у богини бла­гословения. Великая Аранха соткала паутину бытия, раскрасив её яркими красками и дав жизнь всему сущему. То, что выткано на бо­жественном полотне, истинно. Счастливые полотна делали люди, но мастерицы-аранхины считались помощницами богини. Сплетая нити и нанося на ткань рисунок, как их научила Маттар, они помогали же­лаемому сбыться.

Было бы странно, если бы Маттар предсказывала только хорошее. Люди далеко не всегда заслуживают её благословения. Жители Див­-Аранхи помнили много гневных пророчеств – зловещих картин, изобра­жённое на которых становилось реальностью, потому что люди сами навлекли на себя зло и уже трудно было предотвратить 6еду. Ведь злая Гиамара не дремлет, и слуги её повсюду, даже когда сама она отдыхает в своём хрустальном дворце далеко от земли.

Цех Ткачих не изменил своё название, хотя расписанные полотна постепенно вытесняли те, на которых картины были вытканы. Число заказов росло, а сделать картину кистью и красками быстрее, чем выткать, правильно подобрав все цвета. Одна покраска нитей отнимала уйму времени. К тому же грунт, которым покрывали ткань, прежде чем нанести рисунок, хорошо защищал полотна от сырости, жары и насекомых. Художниц в Цехе Ткачих становилось всё больше и боль­ше, но их тоже называли аранхинами. В конце концов, ткать они тоже умели.

Жители Див-Аранхи издавна славились своим трудолюбием, а дух соперничества, который царил здесь повсюду, был отнюдь не случаен. Ведь тот, кто не добился успеха ни в одном деле, обычно терял половину гражданских прав и становился слугой. Жалованье из казны получали немногие: служители Главного Святилища, лица, занимающие государственные должности, воины, врачи и учителя. Казна пополнялась в основном за счёт налогов, которые платили остальные граждане – землевладельцы, торговцы, члены профессиональных общин. Размер налога зависел от размера состояния, но тот, кто не мог ежегодно вносить в государственную казну хотя бы пять даланов (это был минимальный налог), переставал быть полноправным гражданином Див-Аранхи. Имущество у таких людей не отнимали – уже хотя бы потому, что обычно нечего было отнимать, но распоряжаться им по своему усмотрению они больше не могли. И не имели права по­кидать ур без разрешения Совета Старейшин. В Совете любого ура, помимо главного распорядителя, аранхита, имелось несколько писцов­-распорядителей. Они отвечали за то, чтобы все слуги были заняты каким-нибудь полезным для общины делом и получали соответствующую плату. Слуги выполняли работу, не требующую ни талантов, ни особо­го умения, – как правило, самую тяжёлую и грязную. Это считалось справедливым. Ведь в низшее сословие попадали люди, которые якобы ни в чём не сумели себя проявить. Часть слуг прикрепляли к бога­тым семьям, где хозяйство требовало дополнительных рабочих рук. Законы Див-Аранхи защищали слуг от обид и притеснений, но попасть в эту категорию не хотелось никому. А между тем со временем она становилась всё более многочисленной. И попадали в неё не только дети слуг. Чем больше поступало в продажу изделий Цеха Изобрета­телей – Тайный Союз называли ещё и так, тем больше разорялось мелких торговцев и владельцев маленьких мастерских. Они выбывали из числа налогоплательщиков, а следовательно и полноправных граждан.

Хорошее образование не гарантировало успех в делах, но давало кое-какие возможности, а вот возможность получить это образование имели далеко не все. Основная школа, в которой учились с восьми до четырнадцати лет, была бесплатной, но бесплатное обучение какому-­нибудь ремеслу было доступно только детям ремесленников. Желающе­му отправить своего сына в школу при Главном Святилище приходилось нанимать ему платных учителей, которые драли втридорога. Основная школа к поступлению в Дом Знаний не готовила, во всяком случае, в провинции. Преподавали там всё больше неудачники, получавшие ми­зерное жалованье из государственной казны. Да и платные учителя частенько оказывались не теми, за кого себя выдавали. Почти все места в воинских школах занимали сыновья и племянники Сильнейших. Отбор в воинскую школу при Главном Святилище был жёсток и справе­длив, но проходили этот отбор единицы.

Девушки из малообеспеченных семей были в ещё худшем положении, чем юноши. Зарабатывать на жизнь они могли только актёрским ре­меслом, шитьём, ткачеством и расписыванием полотен, но актрисы в Див-Аранхе особым уважением не пользовались, а ткачих и художниц было столько, что конкуренцию выдерживали немногие. Дочерям со­стоятельных родителей отсутствие талантов как правило не мешало устроить свою судьбу, а вот большинство девушек из бедных семей могли выбирать себе женихов только из слуг. Полноправным гражда­нам Див-Аранхи запрещалось 6рать в жёны бесприданниц. Свод Зако­нов чётко оговаривал минимальную стоимость приданого, и далеко не каждая семья успевала скопить нужную сумму, даже если начина­ла откладывать на приданое дочери ещё до её появления на свет. Если в 6едной семье было несколько дочерей, то родители на вся­кий случай заранее подыскивали для младших место прислуги в хоро­ших домах. Многие бесприданницы предпочитали этому положение со­держанки какого-нибудь богача. Иногда это давало девице возмож­ность довольно быстро скопить приданое. Правда, замуж таких бра­ли куда менее охотно, чем девушек, получивших приданое от родст­венников.

У парней было больше возможностей отстоять свои гражданские права, не унижаясь. И они нашли хороший выход из того неприятного положения, в которое их поставил один из указов. Это был указ о сокращении диввинского войска. Как бы ни нуждалась страна в за­щитниках, Братство Сильнейших, стремительно разрастаясь, опусто­шало государственную казну. Ведь эта категория населения, получая приличное жалованье, ничего не производила. В конце концов, в случае войны недостаток воинов можно было восполнить вольными дру­жинниками. После выхода этого указа поступить в воинскую школу стало трудно даже сыновьям сильнейших. Всё больше парней, не преуспевших ни в книжной премудрости, ни в ремёслах, оказывалось перед угрозой перейти в категорию слуг. Не желая мириться с такой перспективой, они начали зарабатывать на жизнь охотой. Занятие это всегда считалось в Див-Аранхе опасным и пользовалось популяр­ностью лишь у самых отчаянных. Леса здесь буквально кишели хищни­ками, и не только теми, что имели острые когти и зубы. Даже 6езо­бидные с виду растения порой устраивали людям коварные ловушки. Зато шкуры и кость многих животных высоко ценились – и здесь, в Див-Аранхе, и на островах. Воин рискует только на войне, а охот­ник – каждый раз, когда отправляется на промысел. А если хочешь, чтобы охота приносила настоящий доход и позволяла платить налоги, приходится проводить в лесу большую часть своей жизни. Что ж, это лучше, чем стать слугой. Да и что это за мужчина, если он боится рисковать? Так и родилось знаменитое Лесное Братство. Со временем мужчины даже стали предпочитать охоту воинской службе. Да, в лесу опасно, но там ты свободен, и нет над тобой никаких командиров. Охотники каждого ура выбирали старшего, но его отношения с остальными членами общины не имели ни малейшего сходства со строгой субординацией, царившей в воинских подразделениях. Охотничьи общи­ны славились своим духом вольности и братства. Заработок каждого из лесных братьев зависел исключительно от его умения и удачи. И хотя Совет Избранных облагал охотничьи общины высоким налогом, лесные братья любили свою привольную, полную опасностей и приклю­чений жизнь. И мало кто из них догадывался, что их гордость и свободолюбие давно уже раздражают тех, кто сплёл паутину лжи, опутавшую всю страну.

1 Див-Аранха (др.-дивв.) – «ткань паука» или «паутина аранхи». Первоначальное значение древнего слова аранха – «паук». Потом это стало именем собственным. Диввины называли Аранхой богиню-паучиху. Диввины (др.-дивв.) – «дети паутины».

2 Атрия – административно-территориальная единица Аранхайи.

3 Ур-Маттар (др.-дивв.) – «город Великой Матери».

1 Димер – единица измерения длины, приблизительно равная 1 метру. Мер – единица измерения длины, равная 1000 димерам.