– Влад ничего не сказал, когда пришёл. – Полина подняла глаза к потолку, словно там были какие-то объяснения. Салфетка в её пальцах двигалась словно сама собой. – Мне даже сначала показалось, что он ничего не заметил.

Она кивнула своим мыслям. Картина была небольшая и странная. На неё не смотрят каждый день, будто на новинку, там нечем любоваться. Ничего хорошего в ней нет!

– Мы помирились, – продолжила Полина негромко и положила салфетку, чтобы тотчас схватиться за другую. – Он ещё раз повторил все эти слова. Что он был не прав, что вспылил. Что я могу говорить на приёме врача всё, что может помочь мне вылечиться.

Она подумала ещё и снова отложила салфетку.

– Мне не понравилось, что он сказал «вылечиться», – призналась она. – Словно он всерьёз верит, что я просто больна. А мне казалось, что он меня понимает. И сам подозревает, что кто-то преследует меня. В результате я чувствую себя глупо, словно последние несколько лет я провела в добровольном заточении из-за собственной мнительности.

Полина сложила очередную салфетку так, как видела в мастер-классе в интернете, и положила на стол. Ещё оставались её аккаунт и звонки, но тут она вынуждена была признать, что это могли быть посторонние люди, желавшие её зацепить, и побольнее. И ещё нечто особенно неприятное – просто совпадения. Кто-то, как и она, выглядывал в окна, не раздёргивая штор, а она вообразила, что за ней следят.

Ей хотелось и на самом деле обсудить это со Львом Натановичем, но на вечер четверга Владом оказалась запланирована та самая встреча с его коллегами. Он утверждал, что говорил об этом Полине, и добавлял, что не сообразил, что четверг занят посещением врача. Предлагал перенести её встречу, но Полина решила, что ничего страшного не будет, если она сходит через неделю. А пока она могла проговорить вслух то, что её мучило. Без Льва Натановича. Получалось почему-то хуже.

Не то чтобы она рассчитывала услышать от него мнение по поводу её мнительности, но у самой не получалось тем более.

– Но утром картина была снова повёрнута лицом. – Полина вернулась к тому, что её мучило. – И я просто не рискнула отворачивать её снова. Влад не сказал мне ни слова. Но и я ничего не сказала. Почему? Почему я уже третий день думаю про эту дурацкую картину?

«Чтобы не думать об ужине, – ответил невидимый психотерапевт, и Полина не сдержала нервный смешок. Может, она зря отказалась в своё время от таблеток? Вот, уже мысленно с врачом, а он ей ещё и отвечает! – Ты нервничаешь».

– Нервничаю, – согласилась Полина. – Но я просто хочу, чтобы всё прошло идеально. Чтобы мы все были идеальными.

Начала она нервничать, когда обнаружила, что серебряный столовый набор, который ей отдали родители, чуть почернел. Влад после получения этой бархатной коробки поморщился – пережитки прошлого, а теперь был рад, что у них есть что-то кроме разномастных штампованных вилок и ложек. Но почерневшее серебро пришлось срочно чистить. Ладно хоть Полина вспомнила, что можно использовать для этого зубную пасту! С этого момента она переживала за идеальность ужина. Все блюда были отработаны несколько раз, настоящая тканевая, а не пластиковая скатерть выглажена, а салфетки она крутила прямо сейчас.

На мгновение Полина посмотрела на себя словно со стороны: стоит и крутит красивые фигуры из салфеток в том самом ретроплатье, купленном для шашлыков, а сверху фартук – чтобы не испачкать наряд. Так ли она видела свой брак? Своё будущее?

Она собиралась путешествовать, даже на работу ходить в джинсах и кроссовках, чаще брать фастфуд, чтобы не тратить напрасно время, и много смеяться. Ни по одному пункту не совпадает!

– Ха! – попробовала Полина, пользуясь тем, что дома она одна. – Ха-ха!

Это не было смехом как таковым, но хотя бы руки перестали дрожать. Полина подумала, что за люди коллеги мужа, если он хочет такой торжественный ужин. Точно они вернулись в пятидесятые годы прошлого века. Вроде бы тогда это было модно. Или такое было модно в Америке, а она видела это в кино? Полина совсем запуталась.

Наверное, будь ужин в пятницу, Полина нервничала бы куда меньше. Ей очень не хватало встречи с психотерапевтом. Ей нужно было подтверждение другого человека, что она права, и это ненормально. Ведь муж работает в автосервисе, верно? Тогда к чему такие выкрутасы?

Полина не сомневалась в том, где работал муж. Ведь после их ссоры он вернулся домой и после ужина не пошёл в комнату смотреть кино или листать ленту в телефоне, нет!

Он сел напротив Полины и начал рассказывать про проблемы на работе. Подробно и обстоятельно. На втором «подвеска пришла с браком, а подшипники оказались не той системы, руки бы оторвать тому, кто собирал заказ». Полина сломалась.

– Прости меня, пожалуйста, – прошептала она еле слышно, чувствуя, как глаза горят от слёз. Щёки стали мокрыми. – Я… я ничего не понимаю в этом. Это очень плохо или нет? Твоя премия пострадает?

Сама Полина чувствовала себя меркантильной тварью, но не могла с этим ничего поделать. Слушать дальше про мелкие неурядицы, накопившиеся у мужа на работе, про то, что «хоть рессора на подвеске хорошая», она не могла. И дело не только в том, что половину слов она не понимала. Всё было куда хуже. До сих пор Влад ей не рассказывал про работу, так что она даже не представляла, как эти рассказы окунут её в прошлое. Если бы она хотя бы догадывалась, она скорее прикусила бы себе язык, чем подняла эту тему.

– Если тормоза на «мерсе» в результате окажутся в порядке и менять их не придётся, то на меня это никак не повлияет. – Если Влад и обиделся снова, то никак этого не показал. Ссориться снова с ней он явно не хотел. Но Полине уже не было до этого никакого дела.

Тормоза в порядке. Тормоза в порядке.

– Хватит. – Слёзы полились сильнее, и Полина сложила руки в молитвенном жесте. – Пожалуйста, хватит!

Полина боялась, что муж спросит, почему она рыдает, но он только смотрел на неё и молчал.

– Мне не рассказывать тебе про работу, я правильно понял? – наконец спросил он, когда она уже не могла плакать и только всхлипывала.

Полина помотала головой, то ли соглашаясь, то ли желая уточнить, что именно ей не рассказывать, но сил не было.

– Не буду, раз ты не хочешь, – правильно понял её Влад. Он смотрел так пристально, словно Полина должна была объясниться, но ни слова не сказал, и Полина была ему по-настоящему благодарна.

И об этом ей тоже стоило поговорить со Львом Натановичем. А вместо этого она уже третий раз поднимала вилки и смотрела – нет ли где тёмного пятнышка?

Полина знала, что накрутила себя слишком сильно, но сумела притормозить, лишь когда в голову пришла мысль, что тарелки стоит чуть прогреть в духовке, чтобы не класть второе на холодную и не получить разницу температур. Тут она себя и притормозила.

– Хватит, – напомнила она себе строго. – Это коллеги Влада по автосервису в Вейске. Шансы, что они эти блюда видели хотя бы по телевизору, уже стремятся к нулю!

Легче не стало, хотя звук собственного голоса позволил остановить панику. Как же жалела Полина, что отказывалась от таблеток. Ей бы сейчас что-то успокаивающее выпить, но не валерьянку. Потому что дышать на всех настойкой валерианы – это в некотором роде даже хуже, чем перегар.

Полина охнула и бросилась в кухню – она забыла поставить лимончелло в морозилку. На кухне её и застал поворот ключа. Поспешно захлопнув морозилку, Полина бросилась в прихожую, чтобы успеть красиво встать у дверей до того, как придут гости.

Удивительно, но из-за беспокойства об идеальности ужина она не успела испугаться при встрече с новыми людьми.

Впрочем, Влад не рассчитывал на это и заранее предупредил её, кого ждать.

«Арсений – мой непосредственный начальник, – пояснял он, показывая фото на телефоне. Полина внимательно разглядывала коренастого багроволицего и уже начинающего лысеть типа в поло. – Ему тридцать девять, но он пытается косить под молодого. Возраст – больная тема. Тем более что его нынешняя жена – одноклассница его дочери».

Полина открыла рот, чтобы уточнить, но тут же закрыла. Не её дело, верно?

Влад пролистнул несколько фотографий и показал Полине Лену. Черноглазая с короткой модной стрижкой, она лукаво улыбалась в камеру, повиснув на руке Арсения. Против воли Полина подумала, что вот с такими никогда ничего не происходит. Это именно те, что всем любовницам дарят надежду, что «он уйдёт из семьи», но вот уходили только к таким, как эта Лена. И по паркам им можно шарахаться хоть голыми.

Лена Полине заранее не понравилась.

«Николай – заместитель Арсения, он также отвечает за доставку запчастей, – продолжал Влад, убедившись, что Полина его продолжает слушать. – Если я правильно понимаю, он ещё и совладелец бизнеса. А это не только наш автосервис, но и два других, один из которых находится в соседнем городе».

Полина по голосу Влада поняла, что это круто, а когда увидела Николая – на вид он был едва ли их ровесником – убедилась, что не ошиблась. Совладелец бизнеса – это звучало неплохо для того, кому нет ещё и тридцати. В отличие от Арсения Николай был красив, хотя Полина предпочла бы даже в мыслях такого не держать. Кудрявый брюнет с серыми глазами, он не вызывал страха у Полины, и это ей нравилось. Но Влад так пристально следил за выражением её лица, что Полине сделалось неуютно.

«А у этого жена его старше в два раза? – чтобы отвлечь мужа от разглядывания на её лице тени эмоций, спросила Полина. – Ну… мне так показалось, потому что совладелец бизнеса…»

«Ты решила, что он альфонс?» – ухмыльнулся Влад, и у Полины отлегло на душе.

Кажется, Влад не решил, что она слишком внимательно разглядывает его коллегу. Вообще-то Полина давно не смотрела на мужчин иначе как со страхом, но на фото-то можно! Или нет? Она поняла, что попросту не помнит.

«А разве нет?» – Полина посмотрела на Влада в упор.

Его синие глаза тотчас ответили на этот вызов, и она уступила первая. Перевела взгляд обратно на телефон, на руку Влада, на то, как он листал снимки. Снимки сменялись под его быстрыми пальцами, и Полина вдруг поняла, что по этим смазанным кадрам не узнает ничего. Когда они фотографировались вдвоём последний раз? Когда Влад фотографировал её? Она не помнила. Надо было взять его телефон и посмотреть.

«Нет, – Влад наконец нашёл, что искал. Карина оказалась русоволосой красавицей. Жаль, что на фото она была одна – вместе с мужем они наверняка смотрелись эффектной парой. Полина запрятала как можно глубже короткое недовольство, вызванное тем, что Карина сфотографирована на телефон её мужа. Наверное, это всё-таки была ревность. – Они одноклассники. Вместе замутили работу в этом бизнесе. Карина – администратор на второй точке, потому что не хочет работать рядом с мужем».

Полина проглотила облегчённый вздох. Ну хоть что-то!

«И Борис. – Влад показал последнюю фотографию. – С нами он не работает, но лучший друг Арсения и второй совладелец бизнеса. Приходит позубоскалить, юморист. Не женат, есть подружки, но на наш ужин никого из них брать не будет».

«Хорошо, – вырвалось у Полины, и она поспешила пояснить. – Жены могут на его подружку реагировать по-разному, а ужин должен пройти идеально, верно?»

«Верно, – усмехнулся Влад и наконец наклонился поцеловать её. – Ты у меня такая умница».

Полина поспешила закрыть глаза и потянулась к мужу. Всё у них получится как нужно!

И вот теперь она смотрела, как в открытую дверь первой проходит Карина. Женщины по всем правилам должны были зайти первыми, но Полине было интересно, кто ведёт. Что же, это была Карина. За ней следом прошла и Лена, с интересом взглянув на своё отражение в зеркале. Карина же первая обратила внимание на маячившую у прихожей Полину и не дала ей поглядеть, кто зайдёт следующим.

– Полина, верно? – глубоким грудным голосом произнесла она, и Полина немедленно пожалела, что расставила таблички с именами и по черт знает чьим правилам супруги сидели далеко друг от друга. Лучше бы она посадила рядом с Владом эту смешную обезьянку Лену! Вряд ли она хоть посмотрит на более молодого, но менее обеспеченного мужчину!

– Верно. – Полина растянула губы, гордясь собой, что её голос не дрожал, а желания свернуться в клубочек не появлялось. Ей точно стало лучше. – Добрый вечер, Карина.

Она раздумывала, должна ли помочь гостье с её пальто, когда в прихожую наконец вошли четверо мужчин. Николай – вживую он, как и его супруга, оказался ещё лучше, – поспешил помочь Карине снять пальто. Полина обнаружила, что обе женщины в туфлях. Машины же, сообразила она.

Влад помог раздеться Лене, и обе девушки прошли сразу в гостиную, временно превращённую в столовую. Полина не знала, куда деть руки, и была рада, что на ней передник – можно нечаянно начать теребить его краешек.

– Влад, открой вино, скоро будет первое блюдо, – сообщила она мужу и спешно исчезла на кухне.

Там она выпила целый стакан холодной воды и попыталась продышаться. Она не могла понять, откуда чувствует опасность, ни один из гостей не ощущался ею как напавший на неё Зверь, но ей было так страшно, словно тот вернулся.

Ей стоило прекратить себя накручивать, Полина это знала. Но едва их убежище оказалось открыто чужим людям, как Полина почувствовала, будто она ступила в новую ловушку. И отдохнувший Зверь готовит для неё что-то новое.

– Тебе нужно помочь? – Полина вздрогнула всем телом, когда услышала чужой голос. Как она не услышала чужое приближение в своей кухне?! Спасало лишь то, что голос принадлежал Карине. – Ты не против быть на «ты»?

– Не против, – просипела Полина. – У меня всё под контролем, сейчас буду подавать.

– Так круто.

Полина глянула на Карину, не смеётся? Нет, она и впрямь выглядела впечатлённой.

– Ты выглядишь как идеальная домохозяйка, – пояснила Карина. – И у тебя всё полностью готово. Но я знаю, что ты ещё и работаешь. Влад говорил, что ты крутой корректор. А я, честно говоря, даже электронные письма пишу с ошибками.

Она смотрела без улыбки, но очень внимательно.

«Да она хочет подружиться!» – вдруг сообразила Полина, и ей стало легче дышать. Похоже, не только ей были даны инструкции супругом.

– Я очень надеюсь, что вегетарианцев среди гостей нет, я забыла спросить у Влада. – Полина улыбнулась Карине и вбросила приготовленную шутку. – Для вегетарианцев у меня только вино и шоколад.

– До Вейска все модные тенденции доходят с опозданием, – пошутила в ответ Карина. – У нас всё ещё самый главный принцип ЗОЖ – это есть шашлык и помнить, что это здорово.

И она наконец вышла из кухни. А Полина поспешила вытащить прогретые тарелки из духовки и отправилась за ней. Мясо и все гарниры были на отдельных тарелках, а что щипцы и лопатки были не из того же набора столовых приборов, то должны же быть хоть какие-то недостатки в сервировке, верно? Главное, чтобы не в еде.

Полина расставила тарелки и уселась на своё место напротив Влада.

– У нас всё по-простому. – Она улыбнулась по очереди всем гостям. – Можно накладывать то, что хочется, самому.

Это была идея Влада. Обязательно нужно было упомянуть, что вот это всё – по-простому. Полина спорить не стала. К тому же стоять рядом с сидящими гостями и накладывать им – нет уж, это перебор. К счастью, она сидела между Арсением и Борисом. Так что её тарелка не осталась пустой – ей положить всё догадался неженатый Борис, пока Лена наслаждалась вниманием Николая, а Влад накладывал еду Карине. Арсений же положил только себе и немедленно принялся за еду.

Полина поняла, что ещё немного – и ей станет жаль Лену. Но зато Карина, как оказалось, её не обманула. Обе девушки не изображали из себя важных фиф и с удовольствием соглашались на всё, что было на столе. Даже хлеб взяли и, похоже, не только для соуса. Хотя шелковистый сливочный соус получился таким, что Полина бы и сама не думала о лишних килограммах.

Но Полина рано обрадовалась. Как, впрочем, и всегда.

Едва она положила в рот крошечный кусочек нежнейшего мяса, как заговорила Лена.

– Полина, а расскажи о себе, – попросила она, резво набрасываясь на нисуаз в своей тарелке. Полина некстати вспомнила, что хотела подавать блюда как в ресторане – сначала салаты, потом горячее. Но тогда ей бы пришлось стоять на кухне до десерта. Что же, она успела пожалеть, что не сделала так.

– Да, ты наверняка о нас много раз слышала, а ты для нас тёмная лошадка, – согласилась Карина, и Полина подумала, что зря решила, что та хочет подружиться. Вот выждать удобный момент и ужалить – это да.